Четыре Искры на Байкале

Посвящаю эту книгу своему папе

– Александрову Борису Николаевичу

Глава 1 Офис

На Байкал мы выбрались, как это обычно бывает, совершенно спонтанно.
Две тысячи двадцатый год принёс на землю эпидемию Ковида, моментально сметя и разрушив ближайшие и отдалённые планы на отдых, да и вообще поставив под вопрос все жизненные приоритеты и пути дальнейшего развития. Весна двадцать первого, словно сбитый маятник качалась от солнца и оттепели с лужами и снежно-грязной кашей на дорогах до вьюги и резкого похолодания.

- Всё! Я хочу на море! - Женька потёр чуть припухшие и покрасневшие от компа глаза и с тоской посмотрел на хмурое Московское небо. Тимо́ха чуть дёрнул уголком губ, что видимо должно было означать саркастическую усмешку. Глаза его при этом не отрывались от семидюймового дисплея телефона, который в его лапище совсем не казался большим. Руки его жили каждая в своём ритме - правой он орудовал вилкой, почти не промахиваясь по макарошкам с котлетой, а большим пальцем левой, он интенсивно давил монстров в очередной РПГ игрушке.

Серж, чуть манерно оттопырив мизинец, взял стакан с компотом и проведя несколькими круговыми движениями перед тонким носом, словно дегустируя запах изысканного коньяка, завёл глаза горе́ и молвил:

- Мммдаааа, было бы не плохо!

Всё наши приключения, нууу… или похождения, это уж кому - как, чаще всего начинались именно так - дело было вечером, делать было нечего))).
На сей раз, это был день-деньской, а именно обед и сидели мы в офисной столовке.

- На море, на море … - я постучал пальцами по столу. Мозг, словно сонный окунь начал следить за блесной свежей идеи. Последние две недели наш головной офис готовился к запуску нового продукта, поэтому все активности были сведены к минимуму, мы подчищали остатки и находились в менеджерской нирване. Доставалось только Женьке – он был руководитель, и на него упала вся отчётность и подготовка логистики.

– Кто ж нас отпустит накануне запуска? - Задал я риторический вопрос.

- Я! - Женька состроил невинную рожу и слегка закатил глаза.

- Упс, - проняло даже Тимоху́, и он оторвался от экрана своего смарта, нас что, увольняют?!

Тимо́ха, несмотря на свои внушительные габариты – под два метра роста и фигуру уставшего бодибилдера, имел цепкий ум и внимание к мелочам. Он заведовал складом, транспортом и отвечал за все хозяйственные мелочи. При этом, он всегда помнил, что где лежит, кто куда поехал и кому что поручено. Его рабочий блокнот напоминал китайскую грамоту – кружочки, стрелочки и прочее, с редкими вкраплениями слов. Это напоминало стенографию, которую мог понять только он сам.

- Н е у-во-ль-ня-ют!

Женька продолжал смотреть на нас с лицом блаженного идиота, получившего конфетку. Только что пришло письмо, что запуск откладывается ещё минимум на две недели. Ковид, граница закрыта, и так далее. Так что, на недельку мы вполне можем взять отпуск!

- Ха! - Мой снулый окунь резко активизировался и ринулся за свежей идеей, разматывая её в стройную цепочку.

- Ну, тёплого зарубежного моря нам не видать, как своих ушей! Ибо – во-первых: границы закрыты, прививки мы ещё не поставили, да и вообще… из недели два дня на перелёты, потом похмелились, потом протрезвели… окунулись, и пора улетать! Мы весело переглянулись и рассмеялись. За три года нашего знакомства мы напились до похмелья только один раз, и то, помогая Тимохе смириться с разводом.

При этом само понятие похмелье, в классическом его понимании – это когда потрескивает голова, хочется пить и немного полежать, относилось только ко мне с Тимой. Жене с Сержем – было ПЛОХО! С тех пор мы дружили – вместе, а пили по интересам.

- И поооээээтоооомууу … - я безразлично посмотрел вверх, уткнулся взглядом в лампу дневного света и резко выдохнул: – на Байкал!

Реакция Сержа была мгновенной:

- В Сочи! Там теплее!

Переход от сонного ужа до распушившейся кобры всегда занимал у него миллисекунды. Сколько девушек попались на эту хитрую уловку Змея-искусителя! Вот стоит перед ней чернявенький, кучерявенький ботаник и застенчиво поправляя очёчки, чего-то там лепечет про её руки и глазки … Девица начинает скучать, и не чувствуя для себя никакой угрозы приставания – расслабляется… И вдруг! Ей в губы впивается страстным поцелуем горячий южный мачо с дерзким взором и нежными сильными руками! Переход настолько стремительный, что редкие крепости не сдавались на милость победителя.

Все взгляды скрестились на Женьке. Он был не просто наш начальник. Он был – признанный нами Лидер. Это совсем не значит, что мы смотрели ему в рот, и слепо выполняли все его распоряжения. Скорее всего всё было даже наоборот – каждый из нас был самостоятельной единицей – порой даже чересчур умной и чересчур самостоятельной и норовистой единицей. Но Женя был тем возницей, который мог запрячь нас в одну тройку и направить в нужную сторону.

Поэтому мы смотрели на Женьку.

На Тимоху́ я даже не оглядывался – судя по отсутствию сопения за спиной и по тяжёлой лапе у меня на плече, мой друг собран, и согласен со мной.

Женька с полуулыбкой и лёгким прищуром смотрел на нас. Он не выпендривался и не тянул мхатовскую паузу. Он – думал. Его логические построения иногда ставили нас в тупик, но всегда приводили к повышению прибыли, а соответственно и повышению наших премий.

Прищуренные глаза почти закрылись, и распахнулись.

Взгляд сместился и сконцентрировался у меня за спиной.

- Тимофей! Громко и сурово гаркнул он. (На мой вкус, даже слишком громко, ну, да лишним не будет!) Когда ты уже наведёшь порядок с логистикой в Иркутском филиале? Зав. склада так и не выбрал, отчёты шлют, кто во что горазд.

Сергей Андронитович! Вы, когда последний раз были в Иркутске? Там слово тренинг уже, наверное, и забыли!

Серж, выпендривающийся со своим компотом и судя по задумчивому взгляду уже прогуливающийся по Ривьере, вскочил и чуть не вытянувшись по стойке «смирно» с лёгкой злостью и укоризной заговорил:

- Я-то здесь причём? Вы два раза не подписывали мне командировку – то денег нет, то Ростовский филиал важнее!

- Ладно, ладно, не кипятись! Ты тренинг – менеджер, настоял бы, если чувствуешь, что есть необходимость! Говорил Женя уже гораздо тише, ибо тишина в столовой стояла почти полная. Народ даже жевать перестал, любуясь редкой офисной забавой: «Разнос начальником своих друзей – подчинённых».

- Оля! Женя повернулся к своему секретарю, подготовь на воскресенье билеты и командировочные в Иркутск. В четверг – обратно!

- Хорошо, всё сделаю! Ольга быстро черкнула несколько загогулин в ежедневник, с которым, я так подозреваю, она даже ночью не расставалась, пряча его под подушку.

Ну, вот, теперь мой выход!

- Евгений Алексеевич! Я поднял руку, словно в школе. Зашумевшая было столовка опять притихла в ожидании продолжения офисной потехи.

- А я могу попросить Вас всех задержаться на пятницу и субботу? Просто у меня давно был запланирован тренинг–митинг на эти два дня, а до четверга уже распланированы встречи по области. И я хотел бы, что бы обязательно встретились и поговорили с моими ребятами.

- Я не останусь! - Из-за моей спины вылез Тимоха. - У меня и тут дел по горло! Да и зачем я медицинскому отделу?

- Зачем?!! Я встал и отступил на шаг в бок, чтобы видеть всю троицу.

- Твой склад и логистика нас грузят по остаточному принципу, есть сложности с доставкой, тренингов нормальных, тоже не проводилось уже давно! Мы как будто к другой компании относимся!

Серж приподнялся что-то сказать, но Женя хлопнул ладонью по столу, прекращая базар, и, повернувшись к Ольге, устало потёр переносицу, вздохнул и сказал:

- Командировка в Иркутский филиал! Билеты, проживание, с воскресенья до воскресенья! Его взгляд уткнулся в меня:

- Должен будешь!

Я хмыкнул и приложив левую руку к голове, а правую к виску, гаркнул:

- Выполнением плана отдам!

Выбор Иркутска – Байкала для нашего отдыха и командировки был не случаен. Десять лет назад нас с Женей свела судьба в Иркутском филиале большой международной компании. Я возглавлял медицинский отдел, Женя пришёл чуть позже, придя с повышением из своего родного Новосибирска на должность директора. Через два года его позвали в Москву с повышением, где он скачками стал подниматься вверх по служебной лестнице, возглавив, в конце концов, весь московский офис. Год назад этот змей искуситель всё же уговорил меня переехать в Златоглавую. Но со мной, было всё, как с той девицей из американской пословицы: "Можно вывезти девушку из деревни, но вывести деревню из девушки - никогда"

Я любил свой город, который можно без пробок проехать насквозь за сорок минут, с его трамваями и отсутствием метро. Скучал по голубому небу от края до края, триста дней в году. Скучал по своим дальним командировкам на служебном автомобиле, когда за один перегон можно было проехать больше тысячи километров, проезжая участки, где расстояние между ближайшими населенными пунктами более восьмидесяти километров. Ну, и конечно, я скучал по Байкалу! Мне не хватало в Москве его энергетики, простора, ветров, дующих одновременно в разные стороны и гор, которые видишь в туманной дымке…

Тимофей был родом из Алтайской деревни, и даже Серёга был родом из Иркутска мы с ним почти год отучились за одной партой на подготовительном в медицинский. Правда, я к тому времени уже закончил мед.училилище, армию, параллельно дежуря ночами в реанимации, а Сергуня тогда был пацаном, только закончившим школу. Но окончании наши дороги разошлись – я продолжил учиться, закончил, осуществил свою мечту – стал врачом скорой, а Серёга уехал, и пропал, как я думал навсегда. Ан, нет! Встретились в Москве, он к этому времени уже стал маститым Бизнес – тренером. Я уж думал, что совсем его потерял. А вот подишь ты, нашлись! Короче, я его переманил к нам!