Четырнадцать

ОТ АВТОРА: Рассказ не несёт в себе цели оскорбить кого-либо и ни к чему не призывает. Текст представляет собой художественный вымысел. Любое сходство с реальными людьми, событиями и местами случайно.

Иннок проснулся в своей квартире. Он протёр заспанные глаза, откинул перепутанные волосы и тяжело вздохнул. Будильник пищал и жестоко вытягивал его из мгновенно улетучивающихся сновидений. Понадобилось время, чтобы увидеть и ощупать кнопку выключения. Когда в комнате стало тихо, Иннок отыскал очки возле ноутбука и надел. В комнате царил беспорядок. Впрочем, разбросанные скомканные листы и, заставленный чашками и упаковками из-под фастфуда стол, отчасти являлся больше следом его упорной работы над очередной книгой, нежели неряшливостью. Висевший на шкафу листок, напомнил писателю о ряде ежедневных, необходимых процедур. Он встал, одел тапки и подошёл к окну.

- Здравствуй новый день, ты сегодня добрый? – произнёс Иннок, распахивая шторы. В стекло бились капли дождя. - Ни хрена не добрый!

Совершив ритуалы гигиены и быстро покончив с ними, Иннок пошёл на кухню. Пока на сковороде шипела яичница, а в медной турке варился кофе, он не спеша оделся. Его стиль был неизменным, что дома, что на улице, что на работе. Потёртые джинсы и зелёная клетчатая рубаха, одетая поверх обыкновенной белой майки. Просто и удобно. Покончив с завтраком, Иннок оценил количество своих продуктов, посмотрел, чего не хватает или что пора выбросить. По соображению здоровья он серьёзно относился к приему пищи и считал, что правильному и вкусному питанию следует уделять должное внимание. Однако, что ставило на всей правильности крест, так это пристрастие к сигаретам. Зависимость навестила его почти сразу как он начал учиться в колледже и не отпускала спустя уже седьмой год. Бессчетные попытки бросить эту вредную привычку, успехом не увенчались.

В очередной раз, когда Иннок потянулся за дозой канцерогенов на прикроватной тумбочке, то с досадой обнаружил, что в бумажной коробочке осталась лишь одна сигарета. Сильно расстраиваться он не стал, ведь как раз собирался пройтись до магазина. Надев зелёную курточку и напялив обувь, Иннок выбрался из квартиры. Миновать пахнущую нетрезвостью лестничную площадку, как и не угодить в её следы, было тем ещё испытанием. Тем не менее, вскоре он оказался на улице. Отсутствие зонта удручало, но, к счастью, был капюшон. Ещё одним испытанием оказался двор с бесчисленными ямами и как следствие лужами, полных грязи. Первым же делом Иннок промочил ноги. Переклеенные в сотый раз кроссовки, совсем не годились для такой погоды. Проносящиеся мимо машины разбрызгивали лужи на редких прохожих. Шум мчащихся автомобилей казался Инноку очень неприятным и раздражающим. В ранние рабочие будни ему не раз хотелось, чтобы все они просто исчезли. От дождя, то и дело приходилось протирать очки, от капель, а затем касаться влажных карманов, быстро потемневшей куртки. Из окна очередной машины, пронесшейся мимо, вылетел небольшой предмет, тот ударился прямиком о лицо Иннока. Сквозь тонировку невозможно было целиком увидеть водителя, да к тому же проехал он уж слишком быстро. Настолько же быстро в голове писателя всплыл вопрос.

- «Какого хрена?»

Иннок опустил взгляд и увидел под ногами пачку сигарет. Ничего особенного, если не считать, что она была перемотана скотчем. Подняв её и вытерев о руках, Иннок увидел, что под слоем скотча прикреплена исписанная бумажка.

- «Мико» – прочёл он – Что ещё за «Мико»?

Незамедлительно Иннок открыл пачку и обнаружил три нетронутых сигареты. Коричневая бумага и запах не то ванили, не то вишни, подсказал, что они были не из дешевых.

- Вот так спасибо! – усмехнулся он.

Иннок положил сигареты в карман и направился дальше по сырой улице. Курить на ходу он не любил, а стоять под дождём не очень хотелось. Наблюдая за явлением городской нарастающей суеты, из его головы не покидали мысли о произошедшей ситуации.

- Просто совпадение или он думал, что выкинул, пустую пачку. Зачем тогда приклеивать надпись? Может перепутал меня с кем-то? а вдруг они отравлены?

Привычка высказывать мысли вслух, сделало Иннока магнитом для косых взглядов, и непонимания окружающих. Иногда его раздражало, что кто-то отвечает на его риторические вопросы либо встревает в разговор с самим собой, отвлекая и сбивая от насущных вопросов и глубоких мыслей.

Одновременно следя за дорогой, и, продолжая рассуждения, Иннок оказался у светофора. Горел красный. Поблизости не было видно ни одной машины и Иннок собрался переходить дорогу, как вдруг кто-то остановил его, тронув за плечо. Иннок обернулся. Ужасное разлагающееся лицо с кривыми зубами и впалыми глазами, с рычанием ухмыльнулось. Иннок побелел, протёр глаза и вздохнул, когда понял, что всё ему показалось. Лицо у человека было совсем обычным, разве что борода была по гуще, чем у него самого.

- Не подскажешь, сколько времени? – произнёс незнакомец, поправляя кепку на голове.

От неожиданности Иннок едва не растерялся.

- Да, конечно… «У меня что галлюцинации?»

Иннок полез в карман джинсов и вынул телефон.

- Половина второго.

- Ага, должно быть я успеваю, что ж подожду.

Иннок не стал задаваться вопросом, о чем говорит незнакомец, поэтому повернулся к переходу, намереваясь уйти.

- Слушай, а я тебя где-то видел, - вновь остановил его мужчина - ты случаем не Иннокентий Стефанович?

- Да, он самый, читаешь мои книги?

- О да, особенно нравятся сборник «Эра», читал не отрываясь, правда несколько моментов были спорными.

- Да ну? – неуверенно произнёс Иннок – А что ты ещё читал?

- Да всё что есть, то и читал.

- и что скажешь?

- В принципе нормально, но... продолжение «Пирамиды» сделано как будто бы...не так, что ли...

- Что ж, смелое замечание… Не всегда встретишь случайного человека знакомым с моим творчеством!

Иннок потянул руку для знакомства, и незнакомец несколько нерешительно и даже пугливо пожал её в ответ.

- Георгий! – назвался он, а после скорчил гримассу полную ужаса и прокричал. - СЗАДИ!

Едва Иннок обернулся, как на большой скорости в него въехала машина. Ему был знаком этот синий Ниссан и эти тонированные окна, это был никто иной, как «метатель сигаретных пачек». Водитель умело проехал вдоль тротуара, и даже не задев ни стены, ни столба скрылся из виду. Иннок, перекувыркнувшись в воздухе и сильно ударившись об асфальт, совсем не понимал, что происходит. «Вот я стоял, а вот весь искалеченный лежу в дождевой луже, и где мои очки?». Георгий кричал и звал на помощь. Иннок смотрел на него, пока тьма не накрыла его, и глаза не сомкнулись.