Чисто женское убийство

На похороны Герберта Винкса собралось пол города. Хорошенькая вдова, довольно неплохо сохранившаяся для своих неполных сорока, стояла у гроба, прижимая к глазам практически мокрый кусочек батиста. Под руку ее поддерживал пожилой джентльмен. 10 лет она проживала где-то в глуши, в загородном поместье. Оставалось только догадываться, как часто навещал ее Герберт, постоянно занятый делами компании. Но ее горе казалось неподдельным и искренним. Она бросила букет на крышку гроба, опущенного в могилу, и ком земли, следуя традиции, и отошла в сторону, сотрясаясь от рыданий.

– Как он умер, дядюшка Вильям? – дрожащим голосом спросила она лучшего друга и партнера ее покойного отца, Ричарда Невилла.

– Не справился с управлением на виадуке. Но я слышал, как детектив сказал, что, скорее всего ваш муж заснул за рулем.

– Это все его лекарство от дерматита, – всхлипнула Дениза.

– Скорее всего, – кивнул Вильям, – Последнее время его сильно мучил зуд на руках, и он начал принимать таблетки не только на ночь.

– А вы прекрасно выглядите, моя дорогая, – заметил Вильям, – Генри говорил, что вы неважно себя чувствуете, что вас мучают отеки и головные боли. Но…

«А еще он говорил, что я разжирела как свинья, и целыми днями валяюсь, на диване, поглощая фастфуд и запивая его алкоголем», – мысленно продолжила вдова. Но лишь трепетно пожала руку Вильяма и удалилась в сторону парочки детективов. Определенно, им уже известно, что Дениза Винкс – дочь основателя «Невилл Денз» и Денис Эвил – автор самой коммерческой серии детективов, выпущенных этим издательством, одно и то же лицо. Но что с того? Разве это как-то связано с тем, что Герберт Винкс уснул на дороге и вмазался сначала в фонарный столб, а затем снес ограждение и вылетел с моста, разбившись в лепешку вместе со своей новенькой теслой. Несчастный случай, нелепая случайность, произошедшая по роковому стечению обстоятельств. Не более того.

Как бы то ни было, издательство переходит к вдове, у которой, по сведениям полиции за годы успешного творчества накопился солидный собственный капитал. Сегодня ее секрет раскроется. А книги получат еще большую популярность.

*******************************************

Десять лет я мыслила, как преступник. Продумывала, как лишить жизни человека, до мельчайших деталей, до самых незначительных подробностей. И воплощала все свои самые черные мысли.

На бумаге, конечно. Мои рассказы – классика детективного жанра: простоватый с виду и придурковатый, но симпатичный комиссар и его проницательная секретарша одно за другим распутывают самые сложные и загадочные дела. И убийца всегда получает по заслугам. Пусть даже преступник обаятелен и умен, а иногда гораздо симпатичнее жертвы. Даже если он вызывает сочувствие и глубокую симпатию – он должен быть пойман и наказан. Мои детективы полны клише, но уже давно стали бестселлерами. Их раскупают, как горячие пирожки и бизнесмены, и домохозяйки.

Я столько раз заметала следы на бумаге, что была убеждена – и в реальности не допущу ни одной ошибки.

Что для меня идеальное убийство? То, которое никогда не раскроют. То, которое даже никто не соберется раскрывать. То, что замаскировано под смерть от естественных причин. Когда убийца стоит над могилой и хлюпает носом в платок, а его даже никто не думает подозревать.

Даже самоубийство дает повод для сомнения. Но когда сердечник умирает от инфаркта, астматик от асфиксии, а гипертоник от инсульта – нет смысла, приглядываться к обстоятельствам смерти. Вот только мой план еще не был продуман до конца. Я знала, как подобраться к своей жертве, но пока не придумала, как сделать кончину совершенно не подозрительной.

Наиболее простой способ убийства – отравление. Нужные вещества даже не нужно искать: ядов, вызывающих учащение сердцебиения, отек Квинке, анафилактический шок, паралич – вполне достаточно в окружающей нас действительности. И не обязательно покупать запрещенные препараты, они рядом с нами: сок олеандра, дифенбахии, молочай, герани. Прекрасные и смертоносные, они растут в квартирах и офисах, радуя глаз жирными зелеными листьями и прекрасными пахучими цветами.

Но нельзя просто подлить яд в чашку кофе. Подозрительное вещество обязательно найдут в крови, а дальше кто-нибудь обязательно захочет узнать, как оно попало в организм жертвы. Полиция начнет разматывать клубок сантиметр за сантиметр, пока не докопается до истины. Лучший способ избежать наказания – сделать все, чтобы расследование даже не начиналось. Все должно быть совершенно естественно и логично.

Вы спросите, почему у меня возникло это желание, убить кого-то в реальности?

Во-первых, конечно же, это не убийство ради убийства. Моя жертва – вполне конкретный человек. Более того, бывший близким, как мне казалось когда-то. Во-вторых, это желание возникло довольно давно. Но в то время, когда оно было столь интенсивным и ярким, когда раны были свежи, я знала, что обязательно наделаю ошибок, поддавшись гневу. Должно было пройти время, разум и сердце должны были остыть. Идеальное убийство происходит исключительно на трезвую голову, хладнокровно, продуманно и будто бы беспричинно. Месть хороша только поданная в холодном виде. А моя – остыла достаточно, чтобы воплотиться в идеальное, гениальное убийство.

10 лет назад, в тот день, когда мой отец умер от инфаркта, от меня ушел муж. Можно было бы сказать, что я стала ему неинтересной, что я подурнела, растолстела, стала занудной и скучной домохозяйкой, неспособной внушить своему мужчине желание. Все так. Его можно было обвинить в том, что он выбрал для своего ухода не самый подходящий момент, и только. Но меня возмутило не это. Я прекрасно бы пережила развод. Меня подкосило то, что два самых близких мне мужчины предали меня одновременно.

Этот мир создан для мужчин. Если я не понимала этого в детстве, то осознание этого факта пришло ко мне сразу, едва я закончила колледж. Прежде я не сомневалась, что смогу помогать отцу в его работе по управлению семейным бизнесом. А вот он, и мысли не допускал, что его компания когда-нибудь может достаться женщине.

Однажды, между нами произошла серьезная ссора прямо перед дверями его кабинета. Он кричал, что я ничего не получу. Если я не выйду замуж, он продаст акции издательства. Что он сегодня же напишет завещание, в котором главный пакет перейдет к его первому внуку, если таковой появится или моему мужу, если я соизволю им обзавестись.

Надо сказать, его любимый и незаменимый помощник, Берт, начал ухаживать за мной далеко не сразу. Теперь я понимаю, что это было бы слишком подозрительно – так явно изобразить интерес к дочери босса после составления завещания. Он привлекал мое внимание ненавязчиво, долго и вкрадчиво. Уже после, я поняла, что он был негласным свидетелем нашей ссоры и смекнул, как нужно действовать, чтобы быстро разбогатеть.

Но мой отец все же не был полным идиотом. По завещанию 50% акций компании переходило к моему мужу, и 2% – мне. Недостаточно, чтобы сесть за круглый стол в совете директоров, увы. Остальные – принадлежали пяти компаньонам отца в равных долях, которые не слишком интересовались процессом управления, так что президентское кресло по праву перешло к Герберту. Но в завещании было упомянуто столько нюансов на случай, если мы решим расторгнуть брак, что развод стал невыгоден обоим партнерам.

Все в моей душе кипело и клокотало от возмущения. Но сделать я ничего не могла. Он забрал вещи и ушел. А двери издательства захлопнулись перед моим носом навсегда.

Как я начала писать детективы? Все началось с того, что день за днем перед сном, я придумывала, как я убью Герберта. Я с наслаждением смаковала каждую деталь. Да, я с удовольствием бы застрелила его, проткнула ножом, отравила, столкнула с обрыва, разрезала бензопилой, сожгла в его загородном доме, подорвала в его яхте. Но все это было невозможно. Я вовсе не собиралась провести остаток своих дней в тюрьме.

Никогда-никогда Герберт не любил меня. Пока был жив мой отец, меня окружало слащавое притворство. Да и за что было меня любить? Я не была красавицей, не блистала в постели, мои интересы были за гранью его понимания. Нас связывало только проклятое завещание.

Герберт никогда бы не подумал, что автор бестселлеров, прославивших его издательство – его толстая, глупая жена. Он был слишком ничтожного мнения об ее умственных способностях. О нет, женщина не способна придумать по-настоящему завораживающую, запутанную историю. Мистер Эвил – строчивший детективы с завидной регулярностью, совершенно не ассоциировался с невзрачной истеричной женщиной, Денизой Невилл в девичестве.

Подобраться к нему было проще простого. Вопреки его россказням, которыми он потчевал партнеров отца, он не поинтересовался о моей жизни ни единого раза за все эти 10 лет.

Личный тренер и диета сделали свое дело примерно за полгода. Я поменяла прическу, стиль одежды, купила цветные линзы для глаз. Научилась ходить на каблуках и вести себя более расковано, чем полагается леди. Я даже решилась не небольшую подтяжку овала лица и маммопластику. Осталось избавиться от его секретарши.

Эту молоденькую дурочку, определенно разделявшую с ним постель до недавнего времени, убрать было проще простого. Я устроилась официанткой в любимое кафе Грейс, через дорогу от здании «Невилл Денз». Чуточку снотворного в ее любимом кофе со сливками превратили ее из назойливого, но шустрого комарика, в заторможенную забывчивую муху. Капелька слабительного в кексике – и вот она уже срывается в дамскую комнату чуть чаще обычного. Кому понравится то сонная, то раздражительная, измученная приступами диареи секретарша? Уж точно не Берту. Он уволил ее даже быстрее, чем я предполагала.

И, конечно же, я тут же пришла на собеседование по открывшейся вакансии. Мое поддельное резюме было безупречно, как и внешность, само собой.

Думаю, в этот раз знаки внимания, которые оказывал мне Герберт, были совершенно искренни. Я улыбалась, как и положено женщине в этой должности, была внимательна, предупредительна и уже через месяц стала совершенно незаменима.

Мне доставляло удовольствие думать, что его жизнь в моей власти. И я продолжала мысленно его убивать, каждый день перед сном. На страницах моих новых романов. Снова и снова. А в реальности – подавала кофе, сортировала почту, отвечала на письма авторам и их поклонникам, назначала встречи и принимала посетителей.

Герберт всегда был аллергиком. Сколько я его помню, он постоянно боролся то с рецидивом псориаза, то с внезапно выступившей сыпью, то с аллергическим коньюктивитом, то с экземой. Он обожал комнатные растения, но любовался ими издали, поручая уход за ними своим сотрудникам. Он был помешан на чистоте и требовал, чтобы его стол, клавиатуру и монитор протирали по несколько раз в день. Но чем чаще он мыл руки, тем сильнее распространялся по коже дерматит. Мази только усугубляли его состояние. Справиться с зудом ему помогали лекарства.

И принимал их он, конечно, же сам, по назначению врача.

Секрет моего идеального убийства был слишком прост, чтобы прийти в голову полиции. Немного димедрола в кофе – еще немного к тому, что и так содержится в его таблетках. Немного сока дифенбахии, чтобы протереть клавиатуру и коврик для мыши по утрам. Немного антисептика, чтобы стереть яд к вечеру.

Любому другому – хватило бы помыть руки с мылом, чтобы избавиться от слабого яда из ферментов и кристаллов оксалата кальция, вызывающих жжение и экзему. Но только не Герберту.

Я села в директорское кресло. Довольная и, наконец, счастливая. Когда-нибудь я напишу и это – чисто женское убийство. Лет через сорок, быть может. Но прямо сейчас мне необходимо заняться идеальным убийством для мистера Дениса Эвила.

И... да здравствует Дениза Невилл!