Чтилище. Коллективный сборник поэзии.

Содержание

1.Иван Данилов.

"На день рождения школьного учителя литературы"

2.Иван Данилов.

Сын волка (из сборника "Ересь")

3.Ира Николаева. Памяти Юрия Никулина

4.Ира Николаева. Творчеству Далиды

5.Ира Николаева. Александру Градскому

6.Ира Николаева. Георгию Вицину

7.Ира Николаева. Фаине Раневской

8.Диана Лунит. Раулю

9.Диана Лунит.

Писала раньше, что б могло случиться

10.Диана Лунит.

Орфей и Эвридика (Филиппу в день рождения)

11.Диана Лунит. После сна

12.Диана Лунит.

С Вами мы в горячих, только разных точках

13.Ирина Ханум. Я видела этот образ…

14.Ирина Ханум. Я хочу вам ответить — нет…

15.Аврора Вробьева. Кощею

16.Ангелина Новая. Лондон

17.Ангелина Новая. Наш дирижер

18.Ангелина Новая. Любимому скрипачу

19.Всеволод Ревнивцев. Эта балерина

Иван Данилов

"На день рождения школьного учителя литературы"

Эпиграф: Посвящается Ю.Ю. Бондареву - учителю,

который в школьные годы сумел влюбить меня

в уроки литературы.

Бывает, просто сидишь с друзьями, общаясь

О том и о сём - да хотя бы о том,

Почему и зачем Раскольников убил топором, -

Как вдруг зазвучит, многократно от стен о тражаясь,

Божественно-громогласное,

Интригующее и неясное:

"Приветствую, черти!"

Молчание. Торжественная тишина .

Яснейшее осознание начала богослужения!

Все с ожиданием устремили взоры туда,

Где в клубах художественного фимиама

Под своды поточного храма

Сходит Он, испуская во все направления

Светоносные лучи просвещения...

Каждое слово Его для нас - драгоценное,

В любом изречении слышится сила

Неугасаемой искры жизни нашего коллектива!

Просвещаемые! Вы помните же, наверное,

Как замятинский Д-503 почитал

То, что автор романа "динамо" назвал?

Так вот я - и мы все - готовы снова и снова

Повторять: подобное отношение

Не сравнится никогда с восхищением

Нашим богом произнесённым Словом!

Не нарушается святая тишина. Никто не смеет

Прервать ту проповедь, дающую блаженство...

Иначе это состояние не сумеет

Никто назвать.

Судите ж сами - как ещё именовать

То приближение к высотам, совершенству

И пониманию всех строк произведений?

О Всемогущий, что даёт нам пониманье,

Чьё имя никогда не произносим всуе,

Но коль понадобится - только с упованьем

И души фибр трепетаньем,

Позвольте парой строк последних

Закончить праздничный акафист этот...

Мы знаем все - у христиан есть Рождество,

Но в их традиции (увы и ах!) -

Для Господа не существует поздравлений.

Я думаю, что в нашем случае совсем не то,

А потому, закрыв глаза на наш благоговейный страх,

Мы Вас поздравим - с днём рожденья!

Иван Данилов

Сын волка (из сборника "Ересь")

Один ты мчишься ночью,

Далёкий от всех нас…

Немыслимою мощью

Озари последний час!

Твоя мать била нежить,

Твой брат смог свет узреть!

Молясь Тому, кто будет,

Мы спокойно примем смерть!..

Гой, волчий сын! Когда бой начнётся, —

Гой, волчий сын! — и звезда зажжётся, —

Гой, волчий сын! — я взову; услышь мя!

Аллилуйя!

Лжецам не подражая,

Для всех опорой будь!

Тогда в ночь повстречаешь

Тех, с кем ты продолжишь путь!

Воздайте славу сильным!

В их тяжкий, жуткий век

Ты стал им как Мессия -

Волчьей крови человек!

Гой, волчий сын! Когда бой начнётся, —

Гой, волчий сын! — и звезда зажжётся, —

Гой, волчий сын! — я взову; услышь мя!

Аллилуйя!

Гой, волчий сын! Сможешь смерть увидеть, —

Гой, волчий сын! — когда месяц светит?

Гой, волчий сын! Лишь тебя молю я!

Молю я…

Неспокоен божий Агнец,

Ромул-свет тоской объят —

Иисус Назареянин

Варварской рукой распят!

Ныне холм, где был когда-то

Вскормлен славный волчий сын,

Попран сущим святотатством —

Жертвенник Луперку возвели!

Гой, волчий сын! Когда бой начнётся, —

Гой, волчий сын! — и звезда зажжётся, —

Гой, волчий сын! — я взову; услышь мя!

Аллилуйя!

Гой, волчий сын! Сможешь смерть увидеть, —

Гой, волчий сын! — когда месяц светит?

Гой, волчий сын! Лишь тебя молю я!

Молю я…

Гой, волчий сын! Да!

(Оригинальный текст — Беньямин Бусс

(Мэттью Грейвульф)

Перевод — Иван Данилов

(Джованни Скритторе))

Ира Николаева

Памяти Юрия Никулина

Веселый легкий человек,

и с юмором- как грань алмаза,

а завешенный жизни бег-

на кинопленке- раз за разом.

Смотрю знакомое кино,

и радуюсь- почти как в детстве,

когда ходили- пусть давно,

в кинотеатры по соседству.

В них проводили мы часы,

сбегая от уроков часто,

и были счастия полны

часы- возможно не напрасно.

Он ведал жизнь, и понимал,

шутил, знал сотни анекдотов,

но как печален был финал

его судьбы- конец цейтнотов.

Остановился жизни бег,

и сердце комика не бьется,

но жизнью прожит славный век,

и он с экрана улыбнется.

Ира Николаева

Творчеству Далиды

Волнует тембр Далиды,

что бархатисто разливаясь,

по волнам тонущей тоски

несет любовь, почти отчаясь.

Отчаявшись увидеть свет.

пускай слепят огни от рампы,

все так печально, что поэт,

как кровью пишет дифирамбы.

Пленяет песней этих грусть,

и вместе с дивою тоскуя,

слова все зная наизусть,

таланту молвит- Аллилуя!

Любви во славу песни те,

во славу может непокоя,

столь гениальны в простоте,

и столь сложны своим покроем.

Ира Николаева

Александру Градскому

Как песни те сложны- сложны их смыслы,

как трудно и легко нам их понять,

наполнят философией той- мысли,

ведь Градский- это Гений- не отнять.

Такое сочетание мелодий

с поэзией "бунтарства", а порой

и с нежностью, как будто из "рапсодий",

с романтикой понятной и земной.

Порой со "словом крепким"- всем знакомым,

а иногда- возвышенность небес,

Да- Градский- это Гений- безусловно,

Эпохи знак- ушел... но все же здесь!

Ира Николаева

Георгию Вицину

Старик на лавочке поникший,

он молча кормит голубей,

и задувают ветры тише,

в том сквере посреди людей.

Никто не обратит вниманье

на его столь прозрачный взгляд,

лишь только кошки с голубями,

в лицо с морщинами глядят.

Кто это- разве не узнали?

в былом- комический актер,

кому лишь браво, бис кричали,

под яркой музыки аккорд.

Он сеял смех, а сам был грустным,

в кино он веселил страну,

в театре выступал искусно,

печаль понятна лишь ему.

А нынче- кошки с голубями,

как зрители и как друзья,

что смотрят с долей обожанья,

на руки старца и глаза.

Ира Николаева

Фаине Раневской

Пусть не красива та актриса,

пускай гротескна ярким миром,

и папироски за кулисой

в гримерке старенькой курила.

Была резка и одинока,

была умна довольно дерзко,

тот мир ее был столь глубокий,

слова звучали тяжко, веско.

Сто афоризмов подарила

она театру, просто людям,

и все курила и дымила,

в том дыме зрила сотни судеб.

И сотни жизней, сотни ролей,

столь гениальных- Мельпомена,

не тяготилась своей долей,

театр дал всему замену.

Он заменил любовь, возможно,

семью, друзей, так может все же-

была счастливой хоть немножко,

та женщина, что не с обложек.

Диана Лунит

Раулю

Неблагодарный мир слепой!

Рыдай со мной: моею скорбью мерю

Ведь и твою великую потерю.

Франческо Петрарка

"На смерть мадонны Лауры"

Молил поэт Петрарка небеса

И слёзно самого просил Амура,

Не веря в царство смерти на Земле,

Дать знать ему, где ждёт его Лаура.

Вот так и я в ночную даль воззрю,

А звёзды там в ветвях давно заснули,

Спрошу я также этот звёздный свет,

Где мир, в котором встречу я Рауля.

Молчит весь этот небосвод пустой,

Тогда я жалуюсь тебе, Эрато,

Поплачем вместе, пусть прольётся дождь,

Оплачет мир великую утрату,

Прекраснейшее сердце, что любить могло

И безответную любовь во мне зажгло.

Диана Лунит

Писала раньше, что б могло случиться

Писала раньше, что б могло случиться,

Вперёд когда листать судьбы страницы,

Но хочется теперь мне вновь прийти

К началу нашего заветного пути.

Тебя спасла в сраженьи, где напрасно

С судьбой боролся, вожделея счастья

С другой, надеясь в ледяных глазах

Ты солнце отыскать, как жемчуга в волнах.

Я знала, что пройдёт твой сон тяжёлый,

И день придёт, что солнца красок полон,

Среди лучей протянешь руку мне,

Мы поплывём, скользя среди теней

Дерев, хранящих в изумрудных ветках

Тайну волшебную из золотого века.

Диана Лунит

Орфей и Эвридика

(Филиппу в день рождения)

Звездою яркой Ваша жизнь озарена,

И пусть не гаснет никогда совсем она,

Ваш свет звезды давно живёт во мне,

Мне в сердце он пришёл, как будто бы во сне.

Желаю, чтобы Ваша жизнь полна была

И восхитительного света, и тепла.

Вы столько трогательно спели о любви,

Жаль, что не знаю я, не знаете и Вы -

Что же любви так мало стало на Земле?

Любовь - наверно, остров, скрывшийся во мгле...

Но скажем: "Пусть воскреснет Атлантида вновь...",

И высшая душа дарует Вам любовь.

Пусть среди этих золотых весёлых дней

Другую Эвридику встретит наш Орфей.

Диана Лунит

После сна

Во сне Вас видела недавно,

Люблю я это... Но так странно,

Что были в этом сне моём

Вы с незнакомкою вдвоём.

Зачем такое мне приснилось?

Ведь к этому Вы не стремились,

У Вас любовь навек одна,

И Вам другая не нужна.

Я с Вами спорить бы не стала,

Но счастья Вам всегда желала,

Вот потому-то и вдвоём

Возникли вы во сне моём.

Кто знает, может быть, нежданно

Подарит ту, что Вам желанна,

Взаимную подарит вновь

Судьба прекрасную любовь.

Я, может, брежу, а быть может,

Она во сне Вам снилась тоже?...

Но я желаю всей душой,

Чтобы Вам было хорошо.

Диана Лунит

С Вами мы в горячих, только разных точках

С Вами мы в горячих, только разных точках,

Словно воды чёрные, текут все ночи,

Было время, и поток из слез хрустальных

Вам дарила от любви печальной.

Мне сейчас на Ваш бы фронт добраться,

Донести до Вас через сто тысяч раций -

Я хочу узнать с рассветом рано,

То, что заживают Ваши раны.

В эту злую я толпу прицелюсь,

Расстреляю мглу, что светом целым

Расплатиться, видно, захотела,

Чтоб не стало на небе ни тела.

Слезы родниковою водою

Пусть мои прольются над землёю,

Где для Вас предстанут исцеленьем

В зоне громогласного сраженья.

Ирина Ханум

Я видела этот образ…

Я видела этот образ…

Я видела этот взгляд.

В нём отзвуки слова «поздно»,

В нём времени сладкий яд.

В нём пряное послевкусье

Пьянящих ночей любви.

В нём капля нежданной грусти,

Что свято душа хранит.

Он нежит мечту, как пери,

И шепчет «люблю» в мечтах.

И выпавшей карте верит,

Как верит в Христа монах.

Я видела этот образ…

Марсель это был иль Рим?

А может, пустынный остров...

Я помню лишь взгляд один.

Ирина Ханум

Я хочу вам ответить — нет…

(Этюд к повести «Княжна Мэри»

М.Ю. Лермонтова)

Я хочу вам ответить — нет.

Вам, Печорин. Но не могу.

Вы — причина сердечных бед,

Вы и с обществом не в ладу.

Я люблю ваш холодный взор

И когда ваши губы лгут,

Зыбких чувств ваших тонкий флёр

И узлы ваших жёстких пут.

Все хотят вас, как шоколад.

Шоколад со стрихнином… Жаль!

Очень сладкий, но всё же яд.

Слёзы прячет моя вуаль.

Что же нужно от жизни вам?

Обмануть, проучить, убить?

Слышать клятвы влюблённых дам?

Разорвать бы пороков нить.

Сколько тайны в вас, сатана!

Ваше сердце почти гранит.

А в душе у него одна…

И душа лишь по ней болит.

Аврора Воробьева

Кощею

Ты ко мне по доброй воле

В избу старую пришел.

Пересек границу поля,

Дверь скрипучую нашел.

Я тебя ждала лет триста,

Мой бессмертный, мой Кощей.

Каждым вздохом, каждой мыслью -

Я была всегда твоей.

Ты пришел в избу мечтая

Стать любимым наконец.

Улыбнулся, умирая,

Все познал теперь мудрец.

Я косу плету тугую,

Заплетая ленту дней.

Ты узнал меня другую,

Ты прости меня, Кощей...

Ангелина Новая

Лондон

В тумане сером, дымкой окутан,

Лондон стоит, величав и стар.

Над Темзой мост, водою опутан,

Хранит истории давний дар.

Биг-Бен гудит, часы отмеряя,

Минуты жизни, что вдаль летят.

Листва тихонько шуршит, со мною играя,

И тайны прохожих в себе храня.

Дворцы и замки, гордые стены,

Свидетели славы, любви и войн.

В музеях мира сокрыты сцены,

Искусства вечного, вечен покой.

На улицах шум, гомон и гам,

Смешенье культур, языков и лиц.

Лондон – котел, где каждый сам,

Находит счастья крупиц и частиц.

Ангелина Новая

Наш дирижер

Взмах палочки – и тишина застыла,

В предчувствии мелодий и чудес.

В руках твоих – незримая, но сила,

Что будит в душах яркий интерес.

Ты – капитан оркестра, рулевой,

Ведущий к новым звуковым мирам.

В твоих глазах – и ярость, и покой,

Мечты и ноты, что даруешь нам.

Ты слышишь каждый вздох, нюанс любой,

И каждый инструмент во власти.

Ты создаешь симфонию собой,

Где страсть и нежность в совершенной масти.

Твой жест – как кисть великого творца,

Рисует звуком образы живые.

И музыка, рожденная с лица,

Мгновенья счастья дарит золотые.

Ангелина Новая

Любимому скрипачу

В руках твоих – волшебный лук,

И скрипка, словно птица, ждет.

Ты прикасаешься – и вдруг -

Мелодия живая льет.

Не просто звук, а целый мир,

Рождается из-под смычка.

То грусть, то радость, мой кумир –

Всё в нас как нотная строка.

Ты слышишь то, что нам незримо,

И пальцы, словно мотыльки,

Порхают со смычком неутомимо,

Рождая звуки мастерскИ.

И вот уже душа парит,

Забыв про будни суету.

Твоя мелодия горит,

Неся нам свет и доброту.

Спасибо, мастер, за твой дар,

За эту музыку души.

Пусть не иссякнет твой пожар,

Ты жизнь мелодией пиши!

Всеволод Ревнивцев

Эта балерина

На сцене, где свет, словно россыпь алмазов,

Танцует она, как легкий туман.

В движеньях ее – вся палитра рассказов,

И в каждом движенье – волшебный обман.

Взгляд полон огня, но в нем кротость и свет,

А руки, как крылья, рисуют узор.

Она дарит сказку, которой здесь нет,

И в каждом движенье – души разговор.

Она – воплощенье мечты и труда,

Где сила сплетается с хрупкостью дня.

И в каждом движенье, как будто звезда,

Сияет она, покоряя меня.

Пусть зритель затих, очарован игрой,

И сердце стучит в унисон с тишиной.

Она – балерина, и мир под ногой,

Пусть танец души станет явью земной...

Все произведения публикуются без корректорской и редакторской правки.

16+

Издательство АКАДЕМИЯ ТВОРЦОВ СЛОВ

г. Санкт-Петербург

2025 г.