Что-то не так

Я думал, что эта депрессия началась с Angel.

Аngel — уже четыре года, как моя девушка и самый близкий друг — написала сообщение и предупредила: «я сегодня не приеду ночевать домой, сильно устала за день, а ехать обратно далеко (чушь, всего полчаса). Я останусь ночевать у Маркуса. Ты завтра за мной заедь, и поедем по твоим делам».

Я уже видел этого парня однажды. Angel знакомила меня с ним в кофейне. Черные длинные волосы, загорелая кожа, подкачанные руки, волосатая грудь, нарочито сильно расстегнутая рубашка, цепочка с буддийской атрибутикой, блаженный взгляд, татуировки с орнаментами, да еще и ездит на большом мотоцикле — в общем, противный тип. Он как-то слишком напоминал мне моего отца и от этого вызывал еще больше отвращения. Но тогда я решил не обращать на это внимания.

И даже когда Angel прислала сообщение, что останется у него на ночь, я ничего не понял.

Но когда стемнело, мое воображение разыгралось. Я лежал на коврике для йоги, смотрел в темный потолок, подкрашивал ночь клубами дыма и задавался вопросом: а что, собственно, происходит в последние полгода в наших отношениях?

Мы приехали на нашу четвертую зимовку в Азии, куда уже традиционно улетали с октября по март. Таиланд — Малайзия — Сингапур — Бали, маршрут в основном был таким. Так холода проходили незаметно, а нам удавалось смотреть новые места, много купаться в море, есть свежие фрукты и ловить ощущение свободы без привязки к одному месту.

Но сам я на это не решился бы.

Первая зимовка была идеей Angel. Она слетала в Таиланд на две недели, за которые сплавала на пару островов, побрилась налысо, ритуально сожгла свои дреды на пляже в Новый год и поднялась к Большому Будде — белой статуе-храму, где монахи благословляют на исполнение желаний и завязывают на руке ниточку. Она загадала приехать сюда на всю зиму и после возвращения не могла говорить ни о чем другом.

Первое время я лишь подыгрывал ей: говорил, что идея классная. Но на самом деле даже не рассматривал такой сценарий: у меня был бизнес в Москве по продаже арабского табака, и он все еще был убыточным. Я изо всех сил старался исправить ситуацию и выйти в плюс, но для этого мне нужно было находиться в Москве и искать клиентов.

Уехать на всю зиму в Таиланд — чтобы что? Чтобы стать дауншифтером?

Но Angel продолжала твердить одно, и то же и со временем я начинал привыкать к ее идее. Пропаганда действует так же.

За полгода бизнес так и не вышел в плюс, и я выдохся. Особенно меня вымотали три последних месяца, когда я уже не мог позволить себе аренду отдельной квартиры и переехал к другу. Точнее, он стал другом именно после этой ситуации, а тогда еще был просто знакомым.

Раз в месяц мы встречались покурить кальян, выпить и обсудить дела: каждый из нас был предпринимателем и проходил свой челлендж. Эти разговоры были чем-то вроде психотерапевтических сессий в духе «я понимаю твою боль, брат, у меня такая же жопа». Но тогда мы даже не подозревали, что вскоре будем куда более близки, ведь на восемнадцати квадратных метрах студии уже жили два человека и помещались только две кровати.

Я просыпался и видел спящего рядом друга — как напоминание, что мне пора садиться за работу и что-то решать. Перерывы я делал только на сэндвич из KFC в ближайшем торговом центре — за пару месяцев у меня появились щечки и животик. Но мой табак не продавался. День за днем я приближался к осознанию, что этот бизнес у меня не идет и лучше его закрыть. Тут же подоспел новый аргумент Angel.

— Если ты будешь строить все заново, почему бы не делать это сразу в онлайне? Люди мечтают заработать деньги и после этого увидеть мир, но почему нельзя делать это одновременно?

Я согласился, когда денег у меня оставалось только на билет до Минска.

Убыточный бизнес выматывает. Я решил временно найти удаленную работу маркетологом и поднакопить силы и деньги на открытие нового проекта, который еще только предстояло придумать. Идея зимовки в Таиланде оставалась абстракцией. Но мы подписались на популярную группу с анонсом недорогих билетов и стали наблюдать.

Золотое было время. Билеты лоукостеров стоили по десять-двадцать евро, на выбор десятки направлений. Аренда жилья была недорогой, по двадцать пять — тридцать долларов за ночь. Машину можно было снять дешевле десяти долларов в сутки. Это был пик глобализации, который сделал туризм доступным развлечением и сформировал сообщество «цифровых кочевников». Мы еще не знали, что готовимся пополнить их ряды.

Однажды в группе с анонсами недорогих путешествий появился тур в Грецию. Перелет из Москвы и обратно, отель на неделю, страховка и трансфер за семьдесят долларов с человека. После взрывного роста инфляции эта цена кажется смешной и даже опасной, но даже тогда это выглядело подозрительно мало. Angel воодушевилась и предложила поехать, а я был не в восторге: работу я еще не нашел, а уже еду в путешествие. Но как бы сложно ни было с деньгами, семьдесят долларов я мог себе позволить.

К большому удивлению, самолет был с крыльями, шасси и иллюминаторами, то есть совершенно нормальным, и нас даже покормили. В отеле нам полагались недорогие комнаты без вида, но прямо перед нами в очередь влезла какая-то женщина, и на ней номера этой категории закончились. Владелец отеля поселил нас в приятный номер с полноценной кухней и видом на море. И кухня была даже круче, чем вид, потому что можно было готовить дома и удерживать бюджет поездки в адекватных рамках.

К еще большему удивлению, на третий день путешествия я получил приглашение на интервью на позицию маркетолога. Я пошел в соседнюю кафешку, заказал кофе, рассказал про свой опыт — и сразу же получил оффер. Мне предложили выйти завтра, я согласился. Так я впервые мог проверить на прочность утопическую идею из пабликов ВКонтакте о совмещении удаленной работы и путешествий.

Чтобы не сидеть в отеле сутками, мы арендовали машину и выстраивали гибридный график на день. Просыпались рано утром и уезжали исследовать окрестности Крита. Когда становилось жарко, мы садились в любом приличном кафе с вайфаем, и следующие четыре часа меня нельзя было трогать: я сфокусированно погружался в новую работу, изучал продукт, готовил и запускал рекламные кампании. А когда жара спадала и работа была сделана, мы прыгали в машину и продолжали изучать новые места.

После возвращения в Минск мы поужинали с подругой Angel и рассказали ей, что хотели бы путешествовать еще больше. Она воодушевилась и пригласила нас к себе в гости в Дубай.

— Однажды обязательно прилетим, — ответили мы с надеждой.

А через неделю появились билеты в Дубай за сто долларов туда-обратно.

Я продолжал работать, маркетинговые показатели были в порядке, и владелец компании был абсолютно не против моих перемещений. Новую свободу пока было сложно осознать, в голове это выглядело как стечение удачных обстоятельств и необъяснимо выгодных акций. Выезжая на неделю, в глубине души мы настраивались улететь на много месяцев с билетом в один конец.

Близился октябрь. Angel уволилась с работы, но реальность скорой зимовки я начал осознавать только на коробках собранных вещей, когда мы съезжали из арендованной минской квартиры. По случайному стечению обстоятельств мы оба оказались из одного маленького города Слуцк в Минской области. Когда мы жили там, даже не знали про существование друг друга, и познакомились только спустя много лет.

Сделали визу. Собрали каждый по небольшому чемодану вещей. Попрощались с родными и поехали в Москву, чтобы оттуда улететь без обратного билета.

Я никогда не забуду свою первую поездку из аэропорта Пхукета до нашего отеля. Я мало знал про Азию, а в гугле видел только отфотошопленные фотографии идеальных пляжей Пхукета. Но из окна такси я видел совершенно другую картинку. Все пространство было засрано рекламными баннерами и проводами. Вместо зданий сплошная полоса каких-то палаток, собранных, как у нас говорят, из говна и палок. Вокруг нас носились сотни байков. И при этом была жуткая жарища. Я пытался понять, куда я приехал и, главное, зачем. А Angel широко улыбалась и говорила, что скоро я пойму фишку этого места.

Как и обещали на форумах зимовщиков, мы достаточно легко наладили жизнь на новом месте. Первым делом арендовали байки и Angel научила меня водить на парковке ближайшей заправки. У меня еще не было прав, вместо них при аренде я дал свой просроченный ВНЖ Арабских Эмиратов и сказал, что это права. Тайцу этого было достаточно. Мне почему-то тоже.

Когда в первый раз попал на дорогу и меня поглотила волна тайского трафика, у меня случился шок. Когда мы доехали, Angel спросила, понравилась ли мне природа по пути. От стресса я не мог ничего вспомнить, а руки тряслись.

Мы вселились в новенькую квартиру в получасе от пляжа. Настолько новую, что пришлось снимать пленки со всей бытовой техники. Angel обустроила пространство, чтобы было хоть какое-то ощущение дома. Со временем мы нашли любимые пляжи, рыбные рынки, кафе, торговцев фруктами и постепенно втянулись в совершенно новый формат зимы. Без пуховиков и вечно холодных пальцев ног, но с килограммами манго и закатами на море. Работа работалась, деньги приходили, а жизнь в новой стране на другом конце земли казалась детским лагерем на море.

Поэтому когда пришли март и «пора возвращаться», мы оба согласились, что в этом нет никакого смысла и можно поехать куда-нибудь еще. Так следующие четыре года стали одним бесконечным путешествием. Мы перемещались от страны к стране, с континента на континент, от одной краткосрочной аренды до другой с планом на ближайшие месяц-два максимум. Мы объездили половину Европы, исполнили общую мечту и слетали в Штаты, нашли любимые места для каждого сезона и со временем стали воспринимать эти переезды как стандартный образ жизни.

Но все было не так сладко.