Чудо на Скотопрогонной улице

- О, боже мой! Я беременна и не знаю, от кого! – воскликнула Степанида, в отчаянии ломая руки. – Беды так и сыпятся на меня. Новый год всего через 3 дня, и я так и не продала свою однушку на Скотопрогонной улице и не приобрела жилье побольше. Жить с малышом в однушке будет неудобно. А ведь у меня уже есть семеро детей…. Хорошо, что половина из них выросла и живет отдельно, но осталось еще три с половиной ребенка… То есть, я хотела сказать, три ребенка, и это еще не считая мужа! И хотя муж уверяет, что ему очень нравится спать в ванне, но все-таки…

Степанида тяжело вздохнула и позвонила риэлтору Пинчуку.

- Добрый день! – бодро отозвался агент.

- Пинчук, когда вы продадите мою квартиру? За то время, что вы ее продаете, я родила уже двух детей и скоро рожу третьего, а воз и ныне там.

- Я делаю все возможное! Но ведь рынок такой сложный и покупатели пошли такие разборчивые… Все им не так и не эдак.

- Ну а чем так уж плоха моя квартира? Первый этаж, что очень удобно: не надо заходить в подъезд, где живет колония бомжей, можно попадать домой сразу через окно. И дизайнерский ремонт…

- Да, Степанида Андреевна, мне очень нравится ваш пол в стиле «шахматная доска»: куски ламината красиво перемежаются с обрывками линолеума, что создает интересный эффект… Дальше не помню, у меня в объявлении все расписано. Но понимаете… Нефтяные котировки и ставка ЛИБОР… Волнения на Ближнем Востоке… Где уж тут…

- Пинчук, не юлите! – рассердилась Степанида. – Я не могу больше ждать. И, кстати, у меня есть для вас новость.

- Вы, наконец, вставили стекло на кухне?

- Нет. Я беременна от вас!

- Не может быть!

- А вот и может. Кстати, что это за странное имя – Пинчук?

- Это фамилия, а зовут меня Иммануил.

- Ну, слава богу, а то я уж испугалась, что придется давать ребенку отчество Пинчукович. Или Пинчуковна. То-то смеху было бы!

- Гхм… - пробормотал Иммануил. Шутка явно пришлась ему не по душе. – Но как это могло случиться? Конечно, я угостил вас шампанским, когда уговаривал продлить договор еще на три года, да и сам изрядно наклюкался. Но ведь не мог же я… О, нет!

- Ага! То есть вы не помните? – торжествующе воскликнула Степанида.

- А вы?

- Я тоже ничего не помню, но тем не менее…

- Степанида, дорогая моя, - Пинчук постарался придать голосу нежности. - Давайте не будем усложнять. У меня уже есть три жены и четвертую я просто не потяну. Хорошо, что две из них бывшие, но ведь и им будет обидно…

- Продайте мою квартиру до Нового года и будете свободны.

- Но осталось всего 3 дня! Это невозможно.

- Тогда я позвоню вашим женам. Всем трем!

- Степанида, вы думаете, я не хочу продать вашу квартиру? Да это моя самая заветная мечта! Беда в том, что никто не хочет жить на Скотопрогонной улице. Это слишком неромантично.

- Ну, так придумайте что-нибудь! Совершите чудо, в конце концов. Ведь скоро Новый Год, а это время чудес.

- Гхм, я постараюсь, - задумчиво проговорил риэлтор. Проблеск надежды озарил его изможденное лицо.

Закончив неприятный разговор с агентом, Степанида стала готовиться к еще более неприятному разговору с мужем. Захочет ли он растить чужого ребенка? Но ведь у них уже есть семеро детей, и восьмой ребенок легко затеряется среди них… Вдруг послышался шум и в разбитое окно на кухне влез человек. Степанида привычно вздрогнула, но вскоре расплылась в улыбке. Это был ее муж Петр.

- Где ты был? Я ждала тебя еще вчера.

- Пробки, как обычно. Ты же знаешь наш район. Мне надо помыть руки, я опять порезался об это чертово стекло.

Из санузла Петр вернулся в глубокой задумчивости.

- Степанида, я увидел тест на беременность на крышке унитаза. Там две полоски. Надеюсь, это не твой?

- А чей же еще, Петр??

- Ну мало ли, кто-то мог зайти, оставить… В конце концов, его могли подбросить через окно, - в голосе Петра звучала надежда, но с каждым словом она таяла.

- Нет, дорогой, это мой тест. Я опять беременна. И у меня есть еще одна новость. Возможно, этот ребенок не от тебя… - Ах, так?! Я ухожу!

- Хорошо, но квартира останется мне, ведь она записана на мою маму. И машина тоже.

- Я остаюсь. Но как ты могла мне изменить?! Надеюсь, ты хотя бы забеременела от приличного человека, и он будет платить нам хорошие алименты?

- К сожалению, нет. Это наш риэлтор Пинчук.

- О, господи! Как ты могла?!

- Честно говоря, я даже не уверена, что у нас что-то было. Мы оба были пьяны и ничего не помним.

- Значит, это может быть и мой ребенок?

- Да, это самое вероятное.

- Ты родила мне уже семь дочерей, - задумался Петр. - Может, на этот раз родится сын…

- По мне, так главное, чтобы не двойня, - рассудительно ответила Степанида.

Внезапно Петр схватил супругу и властно притянул к себе:

- Приходи этой ночью ко мне в ванну, - прошептал он. – Я соскучился.

- О, милый, я тоже вся горю! Но беда в том, что в санузле отвалилась щеколда, и он теперь не запирается. Что, если кто-то из детей захочет в туалет?

- Я припру дверь табуреткой! – демонически захохотал мужчина и страстно поцеловал свою женщину.

Смеркалось.

***

Риэлтор Иммануил Пинчук не спал.

«Совершить чудо, - лихорадочно бормотал он. - Время чудес… Новый год….»

На цветном принтере он напечатал таблички, неотличимые от настоящих: «УЛИЦА ЧУДЕС» и заламинировал их. Прикрепить таблички скотчем на место старых было делом техники. Проблема возникла при публикации интернет-объявлений и привязки их к карте Москвы, но это проблему помог решить школьный товарищ, программист. Программиста так увлекла идея совершить новогоднее чудо, что он даже не потребовал никакой оплаты, хотя попотеть пришлось изрядно.

К утру объявление было готово:

«Чудесная квартира на улице Чудес! Отдельный вход с улицы! Дизайнерский ремонт в стиле «Шахматная доска»! Успейте купить до Нового года! Набор дизайнерских шахматных фигур в подарок»

Вскоре позвонил покупатель.

- Что это за улица Чудес? Всю жизнь живу в Москве, но такой не слышал.

- Ну, знаете ли, Москва большая. Я вот москвич в пятом поколении, - приврал Пинчук. - А половины улиц не знаю. К тому же их постоянно переименовывают, так что стоит ли запоминать…

- Я шахматист, - сказал покупатель, помолчав. - Меня очень привлекает ваш пол в виде шахматной доски и особенно набор шахматных фигур в подарок. Я уже видел подобную квартиру на Скотопрогонной улице, но жена, что называется, уперлась рогом. «Не хочу, говорит, жить на такой улице! Что я тебе, корова, что ли?» Хотя честно говоря, между нами… Впрочем, неважно. Мы готовы приехать на просмотр в любое время.

- Очень хорошо! – обрадовался риэлтор. – Давайте только я сам за вами заеду и отвезу. А то эти навигаторы, знаете ли, так глючат…

- Какой сервис! – удивился покупатель. – Будем очень признательны.

Просмотр прошел на ура. Пришлось, конечно, заранее переселить бомжей в ночлежку и заклеить скотчем разбитое окно.

- Ах, как это чудесно – улица Чудес! - ворковала супруга шахматиста.

- Что-то холодно у вас тут, - поежился ее муж. – Даже и не знаю…

- Решать вам, - спокойно произнес агент. – У нас уже есть три покупателя, так что…

- Мы берем!

Новую квартиру нашли буквально за один день. Трешка на Проектируемом проезде №666 понравилась и Степаниде, и Петру, и всем их детям. «Здесь три комнаты!» - с радостью отметили они, и на этом вопрос был решен.

На внесении задатка Петр внимательно осматривал офис агентства. Так вот, где всё произошло! Наставили рога перед самым Новым годом! Вдруг он заметил какой-то прибор под потолком.

- Что это у вас?

- Видеокамера, - откликнулся Пинчук. – Раньше этот офис снимал бордель, и хозяин любил делать видеозаписи… Но она уже давно не работает, не волнуйтесь.

- Вы в этом уверены?

***

Обе сделки закрыли 31 декабря. Все прошло как по маслу. Шахматист был очень доволен и, кажется, не очень трезв. Сразу после сделки в агентство приехал друг-программист и вскоре обнаружил, что камера работает вовсю. Ему удалось получить видеозапись того злополучного дня. К счастью, никакого адюльтера там не обнаружилось. Степанида пила шампанское с менеджером офиса Леночкой и плакалась на тяжелую женскую долю. А Пинчук валялся в другом углу офиса и лишь изредка восклицал:

- Кризис! Падение ВВП! Производство чугуна агонизирует! Рынок замер! Но это все временно, надо подождать…

- Значит, я не виноват! – обрадовался риэлтор, просмотрев запись. – В таком случае, попрошу компенсировать мои издержки на печать и ламинирование табличек. 117 рублей, 40 копеек. И 40 рублей за скотч. И это я еще молчу, что я всю ночь вырезал из дерева шахматные фигурки для покупателя. Когда-то я был неплохим плотником… Черт дернул податься в риэлторы. Надеюсь, жена не заметит пропажи письменного стола.

- Я заплачу вам втрое больше, - ответил растроганный Петр. – Но вы должны сделать такие же таблички для нашего Проектируемого проезда №666. Я хочу, чтобы он назывался «УЛИЦА ЛЮБВИ».

- О, милый, это так романтично! – воскликнула Степанида. – Кстати, я никак не могу взять в толк. Как этот шахматист не заметил подмены? Ведь он и документы смотрел, и договор подписал.

- Да все он заметил, - отмахнулся Пинчук. Но сказал, что ему все равно, как называется улица. Лишь бы жена не противилась, а ее на сделке не было.

- А я сегодня проходил мимо управы, - сказал Петр. – И увидел группу наших соседей с транспарантами. Они требовали переименовать нашу улицу. Уж очень им понравилось новое название. Кажется, глава управы не возражал.

Тут в разговор вступил молчавший до сих пор программист.

- Очень интересное видео тут у вас записано. Я скачал его себе, посмотрю дома. А то я как раз не знал, чем заняться в новогоднюю ночь. Ну, я пошел. С Новым годом!

КОНЕЦ.

_______

Дорогие читатели, если вам понравился рассказ, читайте похожие произведения: "Меркантильные телки" и "Анна и волшебный лингам".