Чужие сны

Он открыл дверь, потом ещё одну, потом ещё. Обернулся — никого. Повернулся обратно и увидел нож, летящий прямо в глаз. Не успел ничего сделать. Блик от лезвия, лёгкий гул в ушах — и…

Кирилл проснулся в холодном поту.

Он резко сел. Сердце колотилось где-то в горле, простыня под спиной промокла насквозь. Комната была его — старый диван, ноутбук на краю стола, пыльные жалюзи. Третий раз за неделю. Один и тот же коридор, одни и те же двери, один и тот же нож. Только раньше он просыпался до того, как видел лезвие. А сегодня — успел заметить блик. И это пугало больше всего.

Он встал, прошёл на кухню, налил стакан воды. За окном было темно. Часы показывали половину четвёртого. Кирилл не помнил, когда ложился — кажется, около двенадцати. Три с половиной часа сна. И этого хватило, чтобы снова оказаться там.

Он сел за стол, открыл ноутбук. В поисковой строке замер мигающий курсор. Он не знал, что искать. «Повторяющиеся сны», «бесконечный коридор», «нож в лицо» — всё это звучало глупо. Но он всё равно набрал: «сон, в котором я вижу чужую комнату».

Результатов было много. Форум сновидений, эзотерические сайты, блоги психологов. Ничего полезного. Только один комментарий зацепил: «Если вы видите во сне место, которого не существует, возможно, вы смотрите на мир глазами другого человека». Кирилл хмыкнул и закрыл вкладку.

Он лёг обратно, но сон не шёл. Лежал, смотрел в потолок и ждал. Ждал, когда веки отяжелеют, когда тело провалится в темноту, когда снова побежит по тому коридору. Но тишина стояла мёртвая. И в этой тишине он вдруг услышал голос.

Женский. Тихий. Очень далёкий.

— Пожалуйста, не спи.

Кирилл вскочил.

Никого.

— Кто здесь? — спросил он в темноту.

Тишина.

Голос не повторился. Но он знал — он не придумал его. Он слышал этот голос не в первый раз. Он слышал его каждую ночь перед тем, как открыть ту дверь.

Он взял телефон. Набрал сообщение единственному человеку, который мог понять. «Мне кажется, я схожу с ума». Отправил. И через минуту пришёл ответ: «Ты не один. Я тоже вижу этот коридор». От незнакомого номера.

Кирилл замер. Он не знал этого номера. Не помнил, чтобы сохранял его. Но ответ пришёл. И в этом ответе было имя. Алиса.

Он не спал до утра. Смотрел в потолок и перечитывал сообщение снова и снова. Алиса. Он не знал никакой Алисы. Но она знала его коридор. Знала его дверь. И знала нож, который летел в лицо.

Утром он позвонил. Трубку подняли после первого гудка.

— Ты видел его сегодня? — спросил голос. Тот самый. Из сна.

— Да, — ответил Кирилл. — Блик ударил в глаз, и я проснулся.

— В меня он влетел, — сказала Алиса. — Я успела почувствовать, как сталь входит в грудь. А потом проснулась.

Она замолчала. Кирилл ждал.

— Ты знаешь, почему я не сплю? — спросила она наконец.

— Нет.

— Потому что если я засну, этот нож влетит в меня снова. И в следующий раз я не проснусь.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я уже умирала в этом сне три раза, — ответила Алиса. — И каждый раз ты открывал дверь.

Кирилл не спал до утра. Сидел на кухне, пил холодный чай и смотрел в экран телефона. Номер, с которого пришло сообщение, не определялся. Он попробовал перезвонить — абонент был недоступен. Но через минуту пришло новое сообщение: «Я не могу сейчас говорить. Он рядом».

— Кто рядом? — написал Кирилл.

Ответ пришёл не сразу. «Тот, кто приходит во сне. Он не нож. Он тот, кто держит нож».

Кирилл отложил телефон. Ему стало не по себе. Не от слов — от того, что они звучали слишком правильно. Слишком похоже на то, что он сам чувствовал, но не мог сформулировать.

Он открыл ноутбук, нашёл её в соцсетях. Алиса. Аватарка — чёрно-белое фото, девушка смотрит в сторону, под глазами тени. Последний пост был три дня назад: «Не сплю четвёртые сутки. Кто-нибудь знает, как заснуть без снов?» Под постом — десятки комментариев. «Сходи к врачу», «Попробуй мелатонин», «Тебе нужен психотерапевт». И один — от пользователя с пустым профилем: «Ты не одна. Я тоже вижу двери».

Кирилл написал ей в личные сообщения: «Я тот, кто открыл дверь. Мне тоже снится нож».

Через десять минут она ответила: «Ты из другого города». Это был не вопрос. Она знала.

— Да, — написал он. — Откуда ты знаешь?

— Потому что я вижу твой город во сне. Вывеску на вокзале. Твою комнату. Даже кружку на столе. Синяя, с отколотым краем.

Кирилл посмотрел на кружку. Синяя. Скол на ободке. Она не могла этого знать.

Он набрал номер. Она взяла трубку почти сразу.

— Как ты это видит? — спросил он.

— Не знаю, — её голос был тихим, но не испуганным. Скорее уставшим. — Я просто закрываю глаза и вижу то, что видишь ты. Не всегда. Но иногда. Особенно когда ты в коридоре.

— Почему ты не спишь?

— Потому что если я засну, я не могу контролировать, куда иду. А он ждёт за дверью.

— Кто он?

— Тот, с ножом. Я не знаю, кто он. Но он знает меня. И он знает тебя.

Она замолчала. Кирилл слышал её дыхание.

— Я боюсь, что однажды я засну, а он войдёт. И тогда я не проснусь уже не потому, что нож. А потому, что я не захочу возвращаться в реальность, где я одна.

Кирилл не знал, что ответить. Он посмотрел на свои руки. Они дрожали.

— Ты не одна, — сказал он наконец. — Я здесь.

Она тихо выдохнула. Он не видел её лица, но понял — она улыбнулась.

— Знаю, — сказала она. — Поэтому я ещё держусь.

Вечером он собрал рюкзак. Пару футболок, зарядку, пауэрбанк, деньги. Взял ту самую синюю кружку — сам не знал зачем. Просто положил в рюкзак и закрыл молнию.

На вокзал он приехал за час до поезда. Сел на скамейку, смотрел на табло. Поезд до её города отправлялся в 23:45. Он ждал. И вдруг почувствовал, что веки тяжелеют.

— Нет, — прошептал он. — Только не здесь.

Но сон накрыл его мгновенно.

Он снова стоял в коридоре. Те же двери, тот же гул. Но теперь он был не один. Справа, в двух шагах, бежала Алиса. Он узнал её по фото — те же тени под глазами, та же усталость.

— Бежим! — крикнула она.

Он не спрашивал от кого. Он просто побежал.

Сзади послышался свист. Нож. Но теперь не один. Два. Они летели с двух сторон, синхронно, как ножницы.

— Падай! — крикнула Алиса.

Они упали на пол одновременно. Ножи пронеслись над ними, врезались в стены. Коридор задрожал.

— Вставай, — сказала Алиса. — У нас мало времени.

Она схватила его за руку и потащила к двери, которой он раньше не видел. Маленькая, неприметная, почти сливалась со стеной.

— Открывай, — сказала она.

— Что там?

— Выход.

Он открыл дверь.

Внутри была темнота. Ни коридора, ни ножей, ни дверей. Просто тишина. И в этой тишине — голос. Не её. Не его. Третий.

— Вы не выйдете, — сказал голос. — Вы только вошли.

Кирилл проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо.

— Молодой человек, — сказала женщина в форме проводницы. — Ваш поезд отправляется через пять минут. Вы опоздаете.

Он вскочил. Голова кружилась, но он схватил рюкзак и побежал к платформе.

В поезде он сел у окна, достал телефон. Сообщение от Алисы: «Ты тоже это видел? Два ножа?»

«Да», — написал он. «И дверь».

«Её раньше не было», — ответила она.

«Я знаю».

Он посмотрел в окно. Поезд тронулся. Город поплыл назад, уступая место темноте.

Кирилл закрыл глаза. Не спать. Он не должен спать. Но поезд качал, и веки снова тяжелели.

Он не заметил, как провалился.

Коридор. Двери. Тишина. Но ножа не было. Вместо этого — её голос. Близко. Очень близко.

— Не бойся, — сказала Алиса. — Я рядом. Даже когда ты не спишь.

Он открыл глаза. В купе никого не было. Только он. И её голос в голове.

Он достал телефон. Написал: «Ты сейчас говорила со мной?»

Ответ пришёл через секунду: «Нет. А ты говорил со мной?»

Кирилл убрал телефон в карман. Поезд нёсся в темноту. А он не знал, спит он или нет.

Поезд замедлял ход. Кирилл смотрел в окно на серые дома, незнакомые вывески, пустые платформы. Город Алисы встретил его дождём и ветром. Он взял рюкзак, вышел из вагона и сразу почувствовал — здесь холоднее, чем в его городе. Или это не от погоды.

Он не спал почти двое суток. В поезде он боялся закрыть глаза — коридор приходил сразу, как только веки тяжелели. Двери, нож, её голос. Иногда он слышал, как она зовёт его по имени. Иногда — как кричит. Он просыпался, вскакивал с полки, смотрел на пустое купе и не понимал, где реальность, а где сон.

Она стояла у выхода с вокзала. Чёрная куртка, джинсы, руки в карманах. Волосы мокрые от дождя. Он узнал её сразу — те же тени под глазами, та же усталость, что и на фото. Но вживую она казалась меньше. Хрупче. Он заметил, как она переминается с ноги на ногу, будто не знает, подойти или остаться на месте.

— Кирилл? — спросила она, хотя уже знала ответ.

— Алиса.

Они посмотрели друг на друга. Несколько секунд никто не говорил. Дождь шумел, где-то объявляли отправление поезда, мимо проходили люди с чемоданами. Но они стояли и смотрели.

— Ты выше, чем во сне, — сказала она наконец.

— А ты бледнее.

Она усмехнулась, развернулась и пошла. Он за ней.

Город был серым. Дождь моросил, не переставая. Они шли молча, и это молчание не было неловким — скорее осторожным. Как будто оба боялись, что любое слово может разрушить хрупкую связь между ними.

Кирилл смотрел по сторонам. Улицы казались знакомыми — не потому, что он здесь был, а потому, что видел их во сне. Вон тот книжный магазин с синей вывеской. Скамейка у фонтана, где вода давно не течёт. Дом с облупившейся краской на втором этаже. Он видел это всё. Ночью. В коридоре.

— Ты тоже это замечаешь? — спросил он.

Алиса не обернулась.

— Если ты про то, что город похож на сон — да. Я видела эти места задолго до того, как ты приехал. Я думала, это моя фантазия. Но потом поняла — это ты. Ты видел их своими глазами, а я — твоими.

— Как это работает?

— Не знаю. Я не учёный. Я просто девушка, которая не спит, потому что боится не проснуться.

Она свернула за угол, он за ней. Кафе оказалось маленьким, почти пустым. Запах кофе и выпечки. Они сели у окна. Алиса заказала чёрный чай, Кирилл — кофе.

— Ты не спишь? — спросил он.

— Нет. Боюсь.

— Чего?

— Не проснуться.

Она смотрела в окно. По стеклу стекали капли. Кирилл заметил, что её руки дрожат — не от холода.

— Расскажи, — сказал он. — Всё.

Алиса помолчала, потом начала.

— Полгода назад я попала в аварию. Машина перевернулась. Я была без сознания несколько часов. Врачи сказали — лёгкое сотрясение, ушибы, через неделю забуду. Но я не забыла. Я стала видеть сны. Не свои. Чужие.

Она достала из рюкзака потрёпанную тетрадь. Положила на стол, открыла на первой странице.

— Я рисую их. Чтобы не сойти с ума.

Кирилл посмотрел. Коридор. Двери. Нож. Он видел это сотни раз. Но на одном из рисунков было лицо. Его лицо.

— Это я, — сказал он.

— Я не знала, что это ты. Я думала, это тот, с ножом.

— Почему ты решила, что я?

— Ты позвонил. И твой голос… я слышала его во сне. Он не был злым.

Она закрыла тетрадь.

— Ты первый, кто открыл ту дверь. Другие просто бежали мимо. А ты зашёл.

— Я не помню этого.

— Я помню. Я стояла за дверью и ждала. Я знала, что кто-то придёт.

Она посмотрела на него. В её глазах не было страха. Только усталость и что-то ещё — может, надежда.

— Я не знаю, зачем ты здесь, — сказала она. — Но я рада, что ты приехал.

Они сидели в кафе, пока не стемнело. Говорили о книгах, музыке, о том, как живут в разных городах. О снах — почти не говорили. Словно боялись, что если произнесут вслух слишком много, то нож прилетит прямо сюда, в реальность.

Кирилл рассказал о себе. Что он живёт один, работает в маленькой типографии, печатает листовки и визитки. Что у него нет близких — родители далеко, друзья разъехались. Что он привык к тишине и одиночеству. Но с тех пор, как начались эти сны, тишина стала другой. Пугающей.

Алиса слушала, не перебивая. Она пила чай маленькими глотками и смотрела на него. Иногда ей казалось, что она уже слышала эти слова. Во сне. Только там он говорил их не ей, а кому-то за дверью.

— Ты когда-нибудь пробовал не спать? — спросила она.

— Пробовал. На третьи сутки я начал видеть коридор с открытыми глазами.

— Я тоже. Он везде. В отражениях, в тенях, в щелях между шкафами.

Она замолчала. Он ждал.

— Однажды я не спала пять дней, — сказала она. — Я думала, что схожу с ума. Я видела его лицо. Твоё лицо. Оно смотрело на меня из темноты и улыбалось.

— Я не улыбался.

— Я знаю. Это был не ты. Это был он. Тот, с ножом. Он принимает разные лица. Но твоё — его любимое.

Кирилл отодвинул пустую чашку.

— Как мы можем это остановить?

— Не знаю. Но я думаю, что пока мы вместе, он слабее. Вчера, когда ты ехал в поезде, я не видела коридор. Впервые за полгода. Я просто спала. Без снов.

— А сегодня?

— Сегодня я боюсь ложиться.

Вечером они пошли к ней. Квартира на пятом этаже, маленькая, почти пустая. На стенах — её рисунки. Коридор, двери, нож. Его лицо. В углу стояла старая гитара, на подоконнике — засохший кактус. Жизнь, которая остановилась.

— Ты где будешь спать? — спросила она.

— На полу.

— Холодно.

— Я привык.

Она бросила ему плед и подушку.

— Не засыпай первым, — сказала она. — Я не хочу видеть твой сон без тебя.

Они легли в темноте. Кирилл смотрел в потолок. Слышал её дыхание. Она не спала. Он тоже.

— Алиса, — позвал он тихо.

— М?

— Почему ты не боишься меня?

Она помолчала.

— Потому что во сне ты единственный, кто бежит ко мне, а не от меня.

Он закрыл глаза. Сон не шёл. Но он чувствовал — коридор уже рядом. Ждёт.

Ему приснилось, что он снова там. Двери, коридор, гул. Но ножа не было. Вместо него — она. Алиса стояла в конце коридора и смотрела на него. Не бежала. Не звала. Просто стояла.

— Иди сюда, — сказала она.

Он пошёл. Шаг, другой, третий. Коридор удлинялся. Он шёл быстрее. Она отдалялась.

— Не беги, — сказала она. — Ты не догонишь. Ты должен открыть дверь.

Он посмотрел на стены. Двери были везде. Одни закрытые, другие приоткрытые, третьи — запертые на цепочку.

— Какую? — спросил он.

— Ту, за которой я.

Он увидел её. Неприметную, почти сливающуюся со стеной. Он подошёл, положил ладонь на ручку. Она была холодной.

— Открывай, — сказала Алиса.

Он открыл.

За дверью была темнота. И голос. Не её. Не его. Третий.

— Вы не выйдете, — сказал голос. — Вы только вошли.

Кирилл проснулся от того, что кто-то стучал в дверь. Он встал, подошёл. Никого. Но на двери была свежая царапина. Глубокая, как от ножа.

— Алиса, — позвал он.

Она уже стояла за его спиной.

— Я знаю, — сказала она. — Он нашёл нас. Даже здесь.

Она провела пальцем по царапине. На подушечке осталась чёрная пыль.

— Это не дерево, — сказала она. — Это металл. Он был в нашей квартире.

Кирилл выглянул в коридор. Пусто. Только тени от ламп на стенах.

— Что мы будем делать? — спросил он.

— Не спать. И не расходиться.

Она взяла его за руку. Её пальцы были холодными.

— Сегодня он не войдёт. Я не позволю.

Они сели на кухне, включили свет. За окном уже светало. Алиса смотрела на свои рисунки, развешанные на стенах.

— Я знаю, кто он, — сказала она вдруг.

— Кто?

— Тот, с ножом. Это не сущность. Это человек. Который когда-то тоже видел чужие сны. Но он остался в коридоре. Навсегда.

— Откуда ты знаешь?

— Он сказал мне. В одном из снов. Он сказал: «Я ждал, когда кто-то откроет дверь. Ты открыла. Но ты не одна. Ты привела его».

— Меня?

— Да. Он ждал тебя. Не меня. Тебя.

Кирилл посмотрел на свои руки. Они дрожали.

— Почему?

— Потому что ты можешь закрыть дверь. А я — нет.

Она встала, подошла к окну.

— Ты должен заснуть, Кирилл. Сегодня. И закрыть ту дверь.

— А если я не смогу?

— Тогда мы оба останемся в коридоре. Навсегда.

Он смотрел на неё. Она не шутила.

— Я сделаю это, — сказал он.

— Я знаю. Поэтому ты здесь.

Она улыбнулась. Впервые за всё время.