цойжив

♯цо♮жи♭

Рыбалка не удалась. Четыре мелких рыбёшки на три удочки - тот ещё улов. Кошке, разве, соседской отдать - похоже, она единственная, кто действительно ждёт его с добычей. Сашка с утра закапризничал, ехать отказался наотрез. Наташа пожелала "ни пуха, ни пера", даже не открыв глаза. С чего все так устали-то? Накануне, вроде, особо не засиживались, Юрик с аппаратурой и готовой демкой нового альбома уехал ещё позавчера.

Кстати, Юрик. Удивил, Каспер! Да, планировали посидеть, поработать над новым материалом в выдавшееся окно между изматывающими чёсами по всей стране, организованными без меры предприимчивым Шпицем. Отсидев в сумме, если верить ему, семнадцать лет за спекуляции и махинации с валютой, Юрий Шмильевич, такое ощущение, на организации концертов "Кино" решил разом наверстать всю упущенную выгоду. И уж он навёрстывал, что твой стахановец! В такую "потогонку" Виктор с ребятами угодили впервые - и Шпиц давал понять, что это далеко не предел.

Надо бы как-то потихоньку избавляться от его навязчивой помощи. Было же время, когда с организацией концертов справлялась даже Марьянна! А нередко Виктор умудрялся проворачивать всё сам, своими силами. Что изменилось?

"Я просто поймал "звезду" - и какое-то время мне это нравилось".

Но это время, похоже, почти прошло. Всесоюзная слава начала утомлять. Всех денег не заработаешь, а жить только ради денег - стоит ли?

Забавно, вспомнил про Шпица, и померещилось, что на обочине "голосует" один из его амбалов, поставленных Юрием Шмильевичем рядом со своей "курицой с золотыми яйцами". Который из двоих - Олег или Змей? Захотелось тормознуть, вернуться и подобрать... Но Виктор легко отбросил эту мысль. Конечно, померещилось! Что шпицевским мордоворотам делать в Латвии? Забавно, что в рок-тусовке Олега и Змея считают телохранителями самого Виктора. Боб тогда на Дне рождения смеялся, мол, что, без бодигардов боишься зайти к старому другу Борису на именины? А как объяснить Гребню, что эти амбалы порой тебе самому кажутся не телохранителями, а конвоирами? Так-то эта парочка и на стадионе толпу ненароком от сцены отодвинет, если что... Надо как-нибудь на спарринг их развести, посмотреть в деле.

Закончилась кассета в магнитоле и вспомнилось: Юрик неожиданно удивил настойчивостью. Вить, ты тут как-то небрежно спел, давай ещё! Снова не то - перепой! Юра, я 22-го вернусь в Москву, у меня уже билеты на руках - сядем на студии, всё сделаем по высшему разряду! Но нет же! Можешь ещё перепеть? Мне потом с партиями работать, то-сё... А мне с ними не работать? Ты чё, Юра? Ну, чем лучше демо-запись, тем мне проще, то-сё, пятое-десятое... И чтобы непременно голос на отдельный канал. И - "не просто бренчи на гитаре, а настройся, как в студии будешь потом". Но голос всё же на отдельный канал, ну, просто чтобы... Чтобы - что, Юрик? Да так, ничего.

По итогу, альбом почти готов. Все риффы, мелодические ходы - продуманы. На студии останется Игорю басом прокачать, как он умел ещё в "Джунглях" у себя. Драм-машину Каспер и без Густава прекрасно забьёт. В конце-концов, Густав у нас больше не за ударные, а за моду отвечает. В общем, будет модно. Будет не хуже "Группы крови"...

Не хуже.

А хотелось бы, чтобы лучше. "Звезду..." эту несчастную на атомы разобрали - вроде, и хвалят, но почти все упрекают в самоповторе. Мол, та же "Группа...", только кровь стала пожиже. Майк и Свин вообще говорили, что исписался ты, Витя. И все припоминают, как свеж был "45", как хорош был "Начальник Камчатки"... Так это когда было! Как застряли в своём 1984 году - и ничего нового не способны принять. От "The Cure" все дружно воротят нос, но втихаря перепевают - тот же Кот на "Шестом лесничем" слизал "Театр теней" с "Kyoto song". Боб чуть не просто внаглую переводит на русский песни "Говорящих голов"! И ничего! Им - можно! А у меня партия баса в "Маме...", которую даже не я придумал, а Густав мне приволок, чуть схожа - всё! Слизал! "Перемен" - так это же "The Smiths", кричат! А там всего-то похожий ход и приём гитарный... Ну, может, гармония ещё - но это просто совпало! И текст - совсем о другом!

Насколько проще японцам в этом отношении! Апрельская поездка с Джоанной подарила массу впечатлений. Они там у себя, на островах слушают всё подряд - и британцев, и американцев, и европейцев. И от всех заимствуют. Это сейчас модно? Будем играть так. И это? И так тоже! И не парятся. Парень этот из "S.A.S." помимо шикарной гитары ещё записи свои дал. И ведь ничего особенного - а они там прямо звёзды! Как я здесь...

Кассета перемоталась в начало, и Виктор снова нажал на "play". Японцы играли и пели ничем не хуже тех же "Duran Duran". Того же "Кино"... И при этом искренне восхищались и первыми, и вторыми.

- Это хорошо, что твоя ЦРУшница тебя в Японию свозила, - радовался Айзеншпиц. ЦРУшницей он за глаза звал Джоанну. - Там такой рынок - непаханное поле! Туда и "битлы" ехали, и "цепеллины" с "пёрплами" - и у всех там был успех. И у нас будет! Раскроем самураям глаза на русский рок! А от японского рынка и до корейского - рукой подать! А там ты вообще за своего будешь! А там и Китай... Мечта! Миллиард таких, как ты и твой Брюс Ли! И все хором: "Я сяджаю альюминневие огьюрци а-а!". Кстати, я слышал, у тебя там песня новая - про атамана? Покажешь?..

С "Атаманом" ещё Шпиц прилип, как банный лист. И откуда пронюхал? Вроде и показывал её только Коту - очень уж на то, что он там у себя в "Алисе" делает, похоже... Кот похвалил, но было ощущение, что слушал в полуха - и сразу забыл. Даже Юрику, хоть он и настаивал, решил пока не показывать - допишу, отшлифую... Шпиц-то как про неё узнал? От Кинчева? Вряд ли. У Наташи на кассете записана чисто под гитару - но не она же про новую песню Шмильевичу доложила? И когда успела? А тот прямо загорелся! Про Шуфутинского, говорит, слышал? Наш человек в Штатах! У него альбомы: "Атаман", "Атаман 2", "Атаман 3"... Давай ему твоего "Атамана" продадим! Представь, наш человек в Америке поёт песню Цоя! А что бы мне самому её не спеть? Витя, ну, кто в Америке ты, а кто - Шуфутинский! А кто я в Америке? Ну, ты, Витя - просто один из подопечных вашей любвиобильной ЦРУшницы, у которой кличка в честь малого танка. А Миша - тот величина, глыба, настоящий иммигрант! Продадим ему твоего "Атамана"?

И улыбается при этом так...

И ведь потихоньку завирается Шмильевич. Мы с ним сотрудничаем только с начала этого года, а он уже на каждом углу наплёл, что лично продюссировал запись "Звезды по имени Солнце", хотя его даже в поле зрения ещё не было. А ему верят - как же, солидный человек, столько лет за валюту отсидел! А он уже и к лаврам от "Группы крови" соседится - мол, не без его строгого надзора писалось. Он врёт - а ему верят. Кто такой пэтэушник Цой рядом с фарцовщиком, спекулянтом и валютчиком Юрием Шмильевичем Айзеншписом? Юрий Шмильевич лабал ваш рок, когда Цоя даже в проекте не было! Ещё немного - и авторство песен начнёт себе приписывать и продавать их всяким шуфутинским. Кстати, может через Джоанну на этого Шуфутинского выйти? Пусть поищет контакты. Потому как "Атаман" - не очень в духе "Кино".

Да, пора расставаться с Айзеншписом. Концерты и без него можно организовать - от предложений отбою нет. Юра Белишкин как-то раньше справлялся, да и брал себе меньше. У Марьяны опять же опыт есть, хотя в свете грядущего развода, обращаться к ней нежелательно. Пусть занимается и дальше своим Рикошетом и его "Странными играми". Там ребята хорошие, грамотные музыканты. Женька Фёдоров на басу не хуже Игоря или Тита качает...

А развод Марьяна просто так, без боя не даст. Сейчас, когда альбомы на вершине, когда кино, гастроли, концерты, ажиотаж, перспективы выйти не на западный рынок (кому мы там нужны!), но на Японию, Корею, Китай... А там и Запад подхватит. Джоанна говорит, им там нужен кто-то местный, кого можно поднять, как знамя...

Может, она и впрямь ЦРУшница? Крутила головы Бобу, мне, Курёхину, Коту... Но Гребень был женат, у меня - Марьяна была, потом Наташа. Кот - тот натурщик по натуре, он себя любит. Курёхин? Ну, наверное, слишком странный даже для неё. В итоге расписалась с Каспером, но было чувство, что ей всё равно с кем, лишь бы вписаться в тусовку, стать своей. Сестра её младшая за Васю Шумова вышла из "Центра". Одна семья, две семьи, три семьи... Гитарист "Центра" болтал, что Джоанна и его "окучивала"... Майк шутит, у них на прогнивающем Западе есть такая специальность у девиц - группиз. Так, говорит, в трудовой книжке и записано. А норма выработки - которая с большим числом рок-музыкантов переспит... Зато аппаратуры нам навезла, нас вытащила - в Штаты, в Японию... Но что толку от нас ЦРУ? У них там своих рокеров как грязи. Разве только для галочки - типа, с Моррисоном мне уже не переспать, но есть, например, Дима Ревякин в далёкой советской Сибири - он ничуть не хуже и ещё живой.

Впереди, словно из ниоткуда, вырос автобус. "Икарус". Почему-то он показался необыкновенно огромным, словно в полнеба...

Правое колесо "москвича" цепануло обочину. От неожиданности Виктор вдавил педаль, что называется, "в пол". Газ? Тормоз? Машина не слушалась - такое уже случалось, когда только ехали сюда в июле. Тогда столкновение было незначительное, всё решили на месте... Машину словно что-то бросило на встречку. Этот огромный "Икарус" удалось едва задеть, по касательной...

Следом за автобусом ехал такой же, как у Виктора, "москвич". И столкновения с ним уже избежать не удалось. Похоже, нога вдавила педаль газа - чисто автоматически. Какая была скорость?..

Стрелка спидометра, он успел заметить, плясала в районе сотни.

***

На обочине столбом торчал высокий парень азиатской внешности. В дурацких красных резиновых сапогах.

- Это кто? - спросила Эрика Казимировна.

- Цой, - ответил гаишник.

- Чё? - переспросила следователь.

Янис Петерсонс молча протянул ей свёрнутый в трубку плакат.

- Это из багажника того, - кивнул гаишник, - второго "Москвича".

На плакате столбом торчал тот же самый узкоглазый высокий парень. "В.Цой и группа "Кино". Гала-концерт "Звуковой дорожки" в спорткомплексе "Олимпийский"...

- Интересное кино нас ждёт, - вздохнула Эрика Казимировна. - Где здесь ближайший телефон?

- Да вон, дом через дорогу, - как-то даже радостно засуетился Янис. - А зачем?

- Начальство вызвать надо. Дело, похоже, будет резонансное.

Мотор машины Цоя от удара вылетел на обочину через переднюю пассажирскую дверь, чудом не задев водителя. "Парень в рубашке родился", - подумала Эрика Казимировна. Двигатель второго "москвича" "вошёл" прямо в салон, мгновенно превратив и водителя, и пассажиров в кровавый фарш.

Перешла дорогу, направилась к дому в поисках телефона. На секунду остановилась возле торчащего на обочине, какого-то насквозь чёрного Цоя.

- Лучше бы ты там погиб!..

Парень вскинул голову, выпятил подбородок... И тут же - словно угас. Словно пропустил удар в этот самый подбородок - даже голова дёрнулась.

Эрика Казимировна, тихо ругаясь про себя, направилась к дому. Предстояло объяснить ситуацию начальнику - и постараться скинуть расследование потенциально скандального дела ему. Гунар Цирулис разберётся - и опыта в делах о ДТП у него больше, и вообще, он начальник, ему виднее.

Эрика обернулась.

Этот... Цой всё так же торчал на обочине, слепо пялясь на исковерканные машины. И снова выпячивал свой чёртов подбородок! Словно провоцируя новый удар. Бейте! Добейте...

Начальник следственного отдела Гунар Цирулис прибыл через три часа - как положено, с фотоаппаратом, с экспертом. Фотографии вышли высшего качества.

***

- Признать Цоя Виктора Робертовича, 21.06.1962 года рождения виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 213 Уголовного кодекса Латвийской ССР, и приговорить к трём годам лишения свободы...

***

- Йа-хха! Где Цой?

Шутку Анатолий Соколков не оценил и гостя не признал - просто мотнул головой в сторону котельной, где с обречённостью механизма работал лопатой высокий, худощавый, короткостриженый мужчина с азиатскими чертами лица.

Гость - стройный, манерный, в плаще в пол, с модной стрижкой, хитро обмотанный широким шарфом, задержался.

- Анатолий Иваныч, ты меня что, не признал?

- Нанимался я - помнить вас всех? - огрызнулся недовольно "начальник Камчатки". - Этот вон пришёл полгода как - дядь Толь, возьмёшь? Какой я тебе дядя? Ты кто, вообще? Я, говорит, Цой - и справку об освобождении в рыло мне тычет. Пожалел я его. Сейчас-то, как ваш гей-клуб разогнали...

- Рок-клуб, дядь Толь, - тихо поправил гость.

- Один хрен! За тунеядство сейчас втрое против прежнего гоняют - и правильно! На гитарах все могут, а на лопате - только Цой и дядя Толя! Очкарик этот уфимский полсмены чай пьёт да ноет, как тяжело, а он поэт! Задерий Славка - такой же. Остальные просто числятся, да номер отбывают! А ты кто таков будешь, мил человек? Лицо твоё мне больно знакомое!

- Так я ж Кот... Костя Панфилов... Ну, Кинчев, то есть...

- Ты сам сперва определись, кто ты и что ты, а потом это самое!

Гость извлёк из-под плаща две бутылки водки.

- А вот это другое дело! Только этот, - кивок в сторону машущего лопатой Цоя. - Не пьёт вообще! Ни капли!

- Ну, ты-то, дядь Толь...

- Ну, я-то да!

Оставив "начальника Камчатки" наедине с гостинцем, гость прошёл вглубь, туда, где Цой работал лопатой. Уголь - в топку, шлак - в специальные баки, которые, как и в далёком 1986 году, выносил по два за раз, когда прочие кочегары с трудом поднимали один.

- Привет, Витёк! А я помню, песня у тебя была: "хочу быть кочегаром, работать сутки через трое...". Сбылось у тебя, да? Ты нас тогда с той аварией всех, знаешь, как подвёл? Ты ж звезда был - как Джон Леннон, не меньше. Если б ты там погиб, был бы сейчас легендой... Красивой такой - суровый, весь в чёрном. Я бы на концертах в память пару твоих песен бы пел. "Спокойная ночь", там - любил я её. Видел, что ты её под впечатлением от моего "Блока Ада" сочинил - я её прямо как свою ощущал... Был бы ты сейчас в Клубе 27, как Моррисон, Хендрикс, Джонс, Джоплин... СашБаш... Или тебе уже 28 тогда было? Ну, значит, не попал бы. А ты выжил. А эти - нет. А за нас потом взялись, мама, не горюй! Ни вздохнуть, ни пёрнуть... Боб, тот за океан утёк. Вася Шумов - в Париж. Остальные - остались. Дядь Толь говорит, Юрка-очкарик из Уфы до сих пор здесь? Вот ведь как... Майк умер через год - странное было дело, может, и убили. Хотя, его-то за что, Майка-то? Ты когда разбился, я программу готовил - "Шабаш" называлась. Я эти песни с 1988-го, когда СашБаш того... Я их на квартирниках показывал, думал, посвящение будет Сашке, а тут ты со своей аварией... И я подумал: а может, говно мои песни? И сам я - не лучше? Зиговать там на концертах, ментов дрочить, публику эту бритоголовую заводить - оно мне надо? Может, я и не поэт никакой? Если даже Цой вон такое учудил... Может, и Башлачёв был никакой не поэт - просто алкаш? Понаписал фигни, а когда буквы кончились, по пьяной лавочке в окошко-то и сиганул в обнимку с белочкой, да с горячкой? Боб со своей вечной заумью... Короче, разочаровался я. Похерил "Шабаш", позвонил Задерию: ухожу, мол, из "Алисы", хочешь - забирай обратно... Не захотел. Он ведь тоже сейчас здесь? А как вы с Шевчуком уживаетесь, у вас же вроде тёрки были? Хотя, сутки через трое - вы, наверное, и не видетесь. Я думал тогда в кино податься, Рашиду звонил - очень мне ваша "Игла" зашла. Но он, с подачи Марьянны, Рикошета тогда снимал - шлак какой-то, вышел только на кассетах. Говорили, там вроде как сценарий твой, но об этом все упоминания убрали. И Соловьёв потом из "Ассы" концовку, где ты появляешься и про перемены поёшь, вырезал... Ты же в курсе, что Марьянна твоя с Рикошетом теперь? Тропило и Вишня на каждом углу несут, что Сашка твой, на самом деле, не твой, а Рикошета. Вот такие они, звукорежиссёры - всю жизнь тебя писали, бабло рубили, кассеты распространяя, а теперь вот и жизнь твою переписывают. Сама Марьянна вроде как молчит, но вроде как и не спорит... Но я-то не верю! Сашка - вылитый ты! Хотя Вишня с Тропилой так всем мозги своими сплетнями засрали, что нет-нет, да и подумаешь - похож Сашка чем-то на Рикошета... Короче, не поймёшь! А Марьянна молчит... Я, короче, снова в натурщики подался. А что? В Париж смотался, меня там такие люди лепили и писали! В кино попал. Всё больше в эпизодах, но вот роль обещают в фильме про август 1991 года. Я ж там был, на баррикадах! Ты, там у себя в колонии, в курсе вообще, что произошло? Американцы попробовали людей на улицы вытащить. Союз же почти распался, Меченный на Фарос сбежал, Ельцын у Назарбаева в Казахстане что-то мутил. А эти, из посольства, людей - на улицы. Свобода! Демократия! Заграница вам поможет! И - цветочки, флажки-триколлоры. И водка канистрами, и печеньки с дурью какой-то... И все завелись. Силовики танки к Москве стянули, внутренние войска. Ещё чуть-чуть и... А потом янки сваляли дурака - решили музыку включить, чтоб поддержать протест. Знаешь, что они врубили? "Перемен!" твою. И люди вроде как трезветь начали - мол, каких перемен? Чтобы такие, как этот (это они про тебя), людей машинами давили? Нужны нам такие перемены? А я там же, на баррикадах - и чувствую, как меня попускает, несмотря на водку и печеньки с дурью. Янки думали твою песню сделать гимном протеста, гимном нового времени - и не учли, что ты для всех уже не Цой по имени Солнце, а уголовник обычный. Там провокаторы ещё пробовали работать, но их комитетчики быстро отстрелили от толпы, а толпа скоро расползлась сама - чувство, как с тяжёлого похмелья. Я с пареньком говорил - Комарь, кажется, Димка. Тот рассказал, когда народ уже стал рассасываться, его кто-то попытался под проезжавший БТР толкнуть - ну, типа сакральная жертва, чтобы кровь, чтобы снова всех завести. Димке повезло, а кто его толкал - нет, пинали их по всей площади до самого американского посольства - они оттуда оказались. В общем, комитет по чрезвычайному положению сработал, всех глав республик свезли в Москву вместе с Мишкой Меченным, половину посадили, остальных расстреляли. Союзный договор переподписали... А потом за нас взялись: музыкантов, художников, прочих тунеядцев... У вас там, в колонии, небось, и не знали, что такое в стране творилось? А я, значит, в Париж... Песни твои слышал, прикинь? Какой-то Михаил Шуфутинский с программой "Атаман 4". А я слышу - знакомое что-то. И "Красно-жёлтые дни", и "Нам с тобой", и "Атаман" этот твой дурацкий. Во, думаю, дела! Вспомнил, решил вот тебя найти. Пересёкся случайно во Франции с Густавом - он сейчас там модный художник. Предлагал мне устроить инсталляцию - прибить себя за мошонку к мостовой... Ну, там сначала специальное кольцо вставляешь, чтобы не наживую яйца себе гвоздить... Я подумал - и отказался, не дорос ещё до такого перфоманса. В общем, Густав сказал, что ты вышел, что снова здесь. Как с самого начала, да? Песни пишешь новые?

Цой продолжал работать лопатой.

Дядя Толя Соколков приговорил вторую из презентованных бутылок водки и ушёл в себя.

Кот ещё какое-то время рассматривал опустевшую котельную - со стен исчезли знакомые по прежним годам плакаты, большинство из которых были написаны как раз Цоем, пропали гитары, на которых играли тот же Цой, СашБаш, сам Кот, Шевчук. Уголь, шлак, инструменты. И Цой - молчаливый, худой и прямой, как лопата.

- Наталья твоя... Ну, с которой ты тогда встречался. Она ещё пыталась как-то тебя оправдать. Журналист этот, ну, за которого она замуж вышла потом, Додолев Евгений - он типа ряд расследований провёл. Версии у него были - одна другой круче. Что тебя Айзеншпис заказал, чтобы заработать сразу по-большому - некогда ему было ждать, срочно надо было большим людям большие деньги отдать. И типа он убедил Юрика Каспаряна, чтобы ты новые песни напел, а сам потом послал своих амбалов устроить тебе ДТП со смертельным исходом. Ты бы сразу стал легендой, он бы организовал выпуск альбома с "чудом сохранившимися записями голоса Виктора"... Под твоё имя планировал нарушить монополию "Мелодии" на выпуск грампластинок. Кредит заранее огромный взял. Там такие перспективы были - а ты взял, и не погиб. Даже хуже. Ещё была версия с подставой от КГБ - мол, слишком большое влияние ты оказывал на подрастающее поколение, и влияние это было исключительно антисоветское, негативное и деструктивное. И тут же встречная версия - что тебя хотели устранить ЦРУ, якобы чтобы свалить на КГБ... Там целый цикл статей был "Виктор ли был за рулём?.." Мы ещё смеялись тогда в рок-клубе - рок-клуб ещё был, ещё не разогнали, - что в аварию попал не Виктор Цой, а Виктор Ли... А ты просто молча отсидел - и теперь вот здесь. Даёшь стране угля...

- Уголь нам привозят, - подал голос из своего угла дядя Толя. - Мы даём людям тепло.

Цой продолжал с механическим остервенением работать лопатой.

Кот, не прощаясь, вышел.

***

Вечером 22 августа 1990 года в 21 час 45 минут по первой программе центрального телевидения показали фрагменты МузЭко-90 - музыкального фестиваля памяти Джона Леннона, прошедшего с 1 по 3 июля 1990 года в г.Донецк. В конце двухчасовой программы планировалось показать часть - всего две песни - выступления группы "Кино": "Звезда по имени Солнце" и "Группа крови". В связи с поступившими из Латвии новостями о смертельном ДТП, в последний момент их вырезали, в эфир запись шла вообще без Цоя. Даже не упомянули, как участника.

Я в тот вечер смотрел двухчасовой компот из "На-на", Талькова, "Арии", "Машины времени", каких-то заводных грузинов в костюмах и прическах a'la "The Beatles" и прочих только потому, что - "памяти Джона Леннона". Если бы не события в Латвии, я бы впервые услышал и увидел Цоя, но...

Виктор Цой не погиб 15 августа 1990 года.

Он не стал легендой.

Я никогда не писал этот рассказ.

А Цой - жив. До сих пор работает в угольной котельной "Камчатка" по ул.Блохина, 15 в Ленинграде. Говорят, всё время молчит. Даёт людям тепло. Ну, насколько хватает сил.