Цыпочка с фермы

Братишка Лис любил приходить на ферму. Утром он лакомился там каким-нибудь кусочком с хозяйского двора. Днём отсыпался под душистым кустом смородины в тени живописной изгороди. Ближе к вечеру начиналось движение. Лис был не заурядным охотником, а экспертом по всякой живности в этих краях. К сожалению, не всегда таланты бывают отмечены по достоинству или даже просто замечены. Ярко-рыжий молодой лис звёзд с неба не хватал, но дело своё знал. Это были его владения, лисёнок вырос, если так можно сказать, на здешних хлебах.

Утром лис решил наведаться на ферму и, подождав, пока курица отойдёт от яйца поклевать зёрнышек, быстро завладел своим сокровищем.

— Оп-ля, вот и моя яичница, — в предвкушении завертел огненным хвостом Братишка Лис.

Кура недолго отсутствовала, а когда вернулась, яйцо исчезло.

— Ничего себе! Где моё яйцо?! — возопила несчастная на всю округу.

«Куд-кудах, куд-кудах», — зазевалась и прощай. Бедная курочка с тоской смотрела в небо, где, едва различимый на фоне серых облаков, парил ястреб. Конечно, он не преминул бы и в этот раз получить свой законный приз. Его обошли на сей раз, но старая наседка не знала, кто похититель. Она только причитала и ругала вороватого быстрокрылого хищника. Ей так было легче смириться с неотвратимостью утраты. И сейчас — с потерей её драгоценного яйца. Курочка умела считать своих цыпляток.

— Цып-цып, мои цыплятки, быстрее все ко мне, под моё крыло, — кудахтала она встревоженно. — Что за напасть!

Все обитатели фермы переполошились, беспорядочно забегали и загомонили каждый на свой лад.

Яйцо между тем спокойно лежало на траве, обратив крапчатый бок к нежным утренним лучам, а ветерок обдувал и золотил его тонкую молочного цвета скорлупу фонтанчиками приносимого речного песка.

Лис лениво покатал яичко мягкими подушечками тёмных лап и подтолкнул его в земляную лунку холодным мокрым носом. Он ещё не успел проголодаться. Довольный собой, он скрутился в клубок и блаженно закрыл глаза, решив немного отдохнуть в теньке.

Яйцо же как раз и не думало дремать, а вдруг хоп — и треснуло, и из него вылупился цыплёнок с пушистым хохолком на голове. Цыплёнок потянулся, отряхнул скорлупу и потопал на тоненьких лапках по извилистой тропинке. И лапки вывели цыплёночка прямо в чистое поле.

Пробудившись и обнаружив пропажу, лис опрометью бросился в погоню, и проворные лапы привели его на скотный двор.

Там огорчённую утренним нападением курочку утешали все его обитатели — куры с петухом, семейство уток, свинья с поросятами, лошадь и коза, два кота и пёс Чуткий Нос.

Они хором и на все лады честили грабителя. Особенно несдержанный на слова Чуткий Нос распалился не на шутку, ругая злодея громче всех!

— Негодник, каналья, мокрица хвостатая! Я тебе все перья повыдергаю, — грозил он невидимому врагу всеми карами.

Коты, Чапа и Паранофикс, тут же попытались внести ясность, как выглядели разбойники, — их было много, и, возможно, они ещё не успели поделить добычу.

— Презренные трусы! — негодовал Чапа.

— Они такие душные, — с выражением невозмутимого сфинкса добавил Паранофикс. — Ужасно!

— Ворюги, мы найдём их и заставим отдать яйцо Андромахе, — сочувственно хлопая крыльями, утки были настроены идти до конца.

Коза также сравнила их с несметной саранчой и стихийным бедствием.

Андромаха была безутешна. Это так невыносимо! Но она не могла верить в худшее и пыталась взять себя в руки.

Петух Жан-Жак, самый крепкий на словцо, пригвоздил налётчиков нелестным эпитетом:

— Мерзкие крысы, я растопчу их, попадись они мне.

Свинья, окружённая розовыми поросятами, только истошно хрюкала и повторяла:

— Ничего-ничего, далеко не уйдут разбойники.

Лошади не терпелось выйти в поход на поиски яйца.

Рыжий лисёнок, нимало не смущаясь, наблюдал за этой картиной из-под заросших ветвей крыжовника обыкновенного с яйцевидными листьями.

Была задета его честь. И он поклялся найти и вернуть злыдням с фермы исчезнувшего цыплёнка.

Однако молодой лис и предположить не мог, как он попал на этот раз.

В то же время новорождённая семенила ножками вдоль кромки заросшего травой поля.

— Ох, ай, — вздрагивала она от любого шороха.

Вдруг тропинку перед цыплёнком перегородил какой-то ползучий гад.

Маленькая курочка сдавленно пискнула:

— Ой, ма…

— Ага, не ожидала?

— Ага, а вы случайно не моя мама?

— Я — уж Прометей! — ужаснулся он её невежеству. — Час от часу не легче.

— Ой, не легче, — закудахтала она, не помня себя от страха.

— Ты знаешь хоть, как тебя зовут, Цыпочка?

— Цыпочка?

— Что же ты, Цыпочка, делаешь тут одна в чистом поле?

— Кажется, я потерялась и не знаю, куда идти.

Цыпочка гипнотически долго смотрела на серого ужика с жёлтыми пятнами на голове, покачиваясь в такт его движениям, пока Прометей не молвил:

— Ладно, ползи за мной.

И они поползли через поле в ближайший заколдованный лес. Цыпочка хотела пить и есть.

Они уползали всё дальше и дальше от родной фермы Цыпочки.

— Куда же мы направляемся? — спросила у Прометея маленькая курочка, она запыхалась и чуть ползла уже.

— В чудесный лес, к моим друзьям друидам. Они живут поболе и знают много обо всём. К ним обращаются обычно за советом.

И вот показались деревья. Внезапно солнечный свет сменился на лунный, как только они подошли к лесу, полному приземистых кряжистых деревьев, будто стелющихся по земле.

— Уходите прочь, пока целы и невредимы, — пугающе прошелестели они, — если не знаете пароль!

Цыпочка не могла сделать и шагу, дрожа как осиновый лист на ветру.

— Может, лучше вернуться, пока целы и невредимы, — нерешительно застыла она. У неё появилось желание снова очутиться в чистом поле.

— Прибавь шагу, ползёшь как черепаха, — зашипел на неё недовольно уж.

— Что за пароль? — удивилась Цыпочка.

— Это такие секретные слова, — замялся уж. — Их знают только свои.

— И я должна их знать?

— Запомнить и не болтать. Помни: слово — ключ к сердцу.

— И какие же это слова?

— Знаешь правило «Всякому овощу своё время»? — Хвост ужа очертил в воздухе цифру 1.

Змей обладал магическим сверхсекретным приёмом избегать опасности. И он открыл глаза Цыпочке, научив прежде, как не попасть в беду.

— Как почувствуешь опасность, — вещал он как древний дух старой лампы, — скорее произнеси: «Укрой, кружи и сослужи. И топ-топ-топ, и раз, два, три!»

Цыпочка замешкалась на опушке тёмного леса, в то время как змей уже нырнул под чёрную корягу и исчез из виду. Поднялся вихрь, похожий на огромную птицу, взмахи крыльев которой всё выше поднимали цыплёнка от земли и увлекали в холодную синеву ночного неба.

Маленькая курочка зажмурила глазки и летела навстречу неизвестному.

Цыпочка очнулась только тогда, когда оказалась на ослепительно солнечной лужайке среди цветов и порхающих бабочек. Она поклевала зёрнышек и попила прозрачной воды из ручья. Ей было очень легко и хорошо, но немного одиноко.

День сменился похожим днём. Она была рада порхать весь день как бабочка и слушать птичьи трели.

Цыпочка встретила на лугу быстроногого и прыгучего зайчика. Он сказал, что его зовут Хэппи. Его коричневая шкурка блестела, как чистое золото, а глаза горели, будто угольки. Он любил всякие истории. И он спросил её, почему она оказалась здесь…

Маленькая курочка ищет своих, и, может, зайчик подскажет, что ей делать.

И тогда Хэппи довольно глубокомысленно речитативом пропел:

— Ты знаешь с момента рожденья,

От зёрнышка к зёрнышку

Путь твой лежит.

И лучика света, и капля росы

Придаст тебе сил,

Легко и отважно шагая,

Родных и друзей своих обрести.

И на прощание он протянул ей колосок ячменя со словами: «Пригодится».

Приободрённая песенкой Цыпочка пошагала дальше, останавливаясь время от времени, чтобы поклевать зёрна дикого злака или спелые ягоды.

Вдруг она увидела перед собой маленького ягнёнка. Тот, подпрыгивая, хотел поймать стрекозу, которая, не обращая на него внимания, перелетала с цветка на цветок. Ягнёнка звали Флора, она очень любила цветы и даже пробовала их все запомнить. Цыпочка и Флора познакомились и весело болтали о том, как здорово жить в окружении цветов. Овцы, которые паслись невдалеке, обеспокоенно заблеяли: «Где Флора? Пора домой!»

Но где же её дом, опять вспомнила Цыпочка и погрустнела. Неожиданно из зарослей высокой травы на них с сердитым лаем выскочил лохматый чёрный пёс и погнал ягнёнка в отару. А Цыпочка, от страха прижимая к себе колосок ячменя, успела сказать:

— Укрой, кружи и сослужи. И топ-топ-топ, и раз, два, три!

После этого она спикировала вниз головой в стог сена, который крестьяне предварительно успели сметать в том самом чистом поле. Заклинание ужа отбросило Цыпочку назад, как будто она сделала неудачный ход в игре «Бродилка».

По счастливой случайности Братишка Лис оказался рядом. Планомерно идя по следу, он как раз оказался в том месте, где должен был оказаться, где и Цыпочка. Обежав вокруг стога сена, он терпеливо стал ждать.

И пока Цыпочка не спеша спускалась со стога, перебирая лапками, подтормаживая, и в конце концов кувыркнувшись вниз, лис заметил, как на цыплёнка стремительно падает в штопоре ястреб.

И тут Братишка Лис в неподражаемом прыжке черепашки-ниндзя своим великолепным огненным хвостом отразил нападение ястреба, который с воплями, кружась, словно волчок, и теряя перья, улетел прочь несолоно хлебавши.

Цыпочка, оправившись от небольшого испуга, поблагодарила спасителя и попросила отвести её к своим:

— Я устала и хочу поскорее к маме. Не мог бы ты проводить меня домой?

Братишка Лис благородно пообещал выполнить её просьбу.

Однако не так быстро, ведь он остался без обеда и надо поймать хоть одну мышку. Мышки, недовольно пискнув, разбежались кто куда, услышав угрозы и какой-то непонятный тарарам.

Наконец, и Братишка Лис обернулся на шум и увидел, как с косогора, растянувшись по всему зелёному ковру, на них набегают с поросячьим визгом, махая крыльями и вырывая клочья земли с дёрном из-под копыт, мирные жители фермы. Передовой отряд уток заходил с фланга, лошадь неслась впереди всех. Чуткий Нос тут же взял след похитителя.

«Похоже, нужно делать ноги», — предпочёл побыстрее ретироваться с места чудесной встречи Братишка Лис.

И он побежал зигзагами, зная прекрасно, что это за компания. Цыпочка же побежала следом, напуганная поднятым шумом, не зная, кто они.

Она выбилась из сил, лапки от усталости не слушались её, сердечко билось так, словно хотело выпрыгнуть из груди. Она закрыла глазки и чуть дыша произнесла: «Укрой, кружи и сослужи. И топ-топ-топ, и раз, два, три!»

Беглянка открыла глаза и оказалась в объятиях взъерошенной рыжей курицы — своей любящей матери, подхватившей её своими мягкими, нежными крыльями, и среди ликующих обитателей родной фермы, выкрикивающих на все голоса:

— Наша Цыпочка нашлась! Какое великое счастье!

И радостно гудящей и танцующей кто как компанией они отправились в обратный путь — домой, на родную ферму.