Данила Силыч Знайкин или Уснуть на два часа.

Глава первая.

Старший научный сотрудник музея вышел из дома и пошел по одной из центральных улиц города на свою работу. День был зимний, но не очень морозный, а наш герой имел, достаточное для сохранения тепла, телосложение, так, что ему и в более серьезный мороз было бы не холодно, а уж этот – совсем пустяки. Потому, шел он с достоинством, не торопясь, улыбаясь внутренним мыслям.

После обеденного перерыва на желудке старшего научного сотрудника, как это водится практически у всех не относящихся к приему пищи с пренебрежением, образовалась приятная тяжесть, а, съеденные в качестве десерта, мармеладки возвели душевное состояние работника музея до уровня превеликого довольства.

Вообще, надо сказать, состояние собственного довольства – это было, по большей части, перманентное состояние нашего героя. Себя он любил, и все, чтобы он не делал, все это было правильно и умно. Пожалуй, мы не станем ставить такую черту характера в вину нашему герою, ведь, как сообщают миру наисовременнейшие исследования психологов – себя надо любить. Да и в самом деле, кто же будет любить нас, кроме нас самих… Однако, мы слегка отвлеклись.

Старший научный сотрудник был личностью незаурядной и энергичной, безусловно, разносторонне развитой. Следуя логике своей профессии, считал своим долгом, следить за жизнью известных людей, за жизнью и за смертью, ну и, разумеется, комментировать и первое и последнее на свой лад на просторах интернета.

Лучше всего старшему научному сотруднику удавались некрологи и всякие там посмертные анализы биографий, что было совершенно естественно, ведь тогда, известная личность становилась уже личностью исторической, а значит, непосредственным предметом изучения старшего научного сотрудника.

«Да!» – воскликните вы, - «Как же все-таки его звали?»

Что ж, пришло время сказать, и я скажу: звали его – Данила Силыч Знайкин.

Фамилия Данилы Силыча была, как вы видите, весьма говорящая и, как нельзя более, ему подходила. Ибо действительно, герой нашей повести обладал обширными знаниями, в некоторых областях просто энциклопедическими, поражавшими окружающих, вызывавшими зависть и восторг. Люди с добрым характером – восторгались, с менее добрым – завидовали. Умные же люди скрывали и первое, и второе.

Благодаря своим знаниям Данила Силыч был весьма знаменит в определенных избранных кругах, а также в кругах местных знатоков и умников всех сортов и мастей, знаменит и любим. Завсегдатай интеллектуальных клубов и «квизового сообщества», популяризатор науки, экскурсовод, лектор. Тут так и хочется продолжить фразой: «Царь Белая и Малая и прочее, и прочее…». Однако, кажется, мы опять увлеклись.

Совсем недавно Даниле Силычу можно сказать повезло – скончалось несколько известных людей, и он укомплектовал свою страницу в соц. сетях постами о них. Не все из умерших Знайкину нравились, но ведь в том-то и прелесть, он писал о них беспристрастно и честно, как только и умел, писал бойко и выразительно, именно то, что думал, ничего не боясь. Да и действительно, бояться было абсолютно нечего, ведь Знайкин не только обладал обширными знаниями, но и применял их на практике, как говориться: «Знания – сила».

Итак, Данила Силыч привычным путем продвигался к своей работе и уже подошел к оживленному перекрестку, от которого до музея оставалась какая-то сотня метров. Остановился на красный сигнал светофора и стал ждать, когда страж движения позволит ему продолжить путь.

Вдруг! Знайкин слегка покачнулся, или неведомая сила покачнула его …. из-под колес, проезжавшего мимо автомобиля, выскочил белый кролик и кинулся в ноги Даниле Силычу. Ни вес, ни чувство собственного достоинства не позволяли старшему научному сотруднику подпрыгнуть и отскочить в сторону, но кролик куда-то исчез, как бы растворившись под ногами Данилы Силыча.

«Вот те раз, - Знайкин был озадачен, - конфуз какой-то, нелепость», - такого с ним никогда не бывало: «Откуда взялся кролик? И куда он делся?». Загорелся зеленый сигнал светофора, стоять и обдумывать было глупо: «Стой не стой, а объяснений нет!» Данила Силыч поглядел по сторонам, убедился, что перекресток пустой, вокруг никого, и …перешел дорогу.

Через три минуты Знайкин уже заходил в родной музей. Все как всегда, все обычно, буднично. Обстановка подействовала на Данилу Силыча весьма благотворно и успокаивающе….

«И все-таки! Что это было? Пусть у Данилы Силыча и очень романтичная натура…, но кролик! Кролик – не белочка, коих довольно много в окрестных парках, кролика никуда не денешь, остался в памяти и все, так сказать «запечатлелся в истории». Вот если бы Даниле Силычу привиделся Александр Невский, или Дмитрий Донской, или Иван Грозный – это бы еще куда ни шло, в этом был бы смысл, было бы даже как-то правильно и справедливо. Но кролик?!»

Размышляя таким образом, Знайкин небрежно кивнул охраннику и хозяйской походкой прошел через вестибюль в сторону своего кабинета. Вошел в него, снял теплую куртку, «разбудил» спящий компьютер и приготовился работать над научной статьей под сложным названием: «Неточности в осознании исторического процесса». Данила Силыч подобные «неточности» не любил и собирался обрушиться на них всей мощью своего интеллекта.

Очень скоро вдохновенье накатило на старшего научного сотрудника, блестящая мысль мелькнула в голове, он ухватился за нее, развил, раскрасил цветасто и ярко в недрах своего воображения, и, поспешая закрепить творенье в памяти компьютера, застучал пальцами по клавиатуре. По экрану побежали строки.

«Строки, строки, черные буковки, как следы от лап кролика…, тфу, опять кролик, не отвлекаться, не отвлекаться, только не сейчас, а то он потеряет свою прекрасную мысль. Погода что ли меняется, вроде с утра был такой бодрый, но на меня же никогда не действуют все эти погодные штуки…магнитные бури…чушь, не отвлекаться». Данила Силыч мысленно показал Кролику фигу (или даже что похуже), не станем уточнять. «Чтобы какой-то там Кролик и смешал планы Данилы Силыча, такого просто не может быть».

Не менее полутора часов Знайкин плодотворно работал, но и его усидчивость и работоспособность были не беспредельны.

«Пожалуй, мне необходимо взбодриться, пройтись - размять ноги. Тем более, что и осталось-то совсем немного – пара финальных предложений – и работа готова, заодно, потом и перепроверю свежим взглядом».

Довольный и улыбающийся, Данила Силыч вышел из кабинета и прошелся по музею. В вестибюле посмотрел в стеклянные двери на улицу: зимний день клонился к вечеру, пошел легкий снежок. «Куда охранник подевался? …. Свет в коридоре тусклый … лампочка перегорела, наверно охранник пошел сказать директору…А вечером буду смотреть футбол…еще мармеладки в коробке остались..опять что-то в сон клонит….но дописать же надо».

Возвратившись по темному коридору к своему кабинету, Данила Силыч заметил, что дверь в него была приоткрыта, хотя он совершенно точно ее закрывал, а из-за двери раздавался странный шорох, словно кто-то ерзал на стуле и какое-то возмущенное попискивание. «Посторонний! В его, Данилы Силыча кабинете и на его собственном стуле! Залез в компьютер! Да что же за день такой…»

В великом негодовании, Знайкин распахнул дверь и грянул в свой кабинет….

Глава вторая.

- Кто Вам позволил… – Данила Силыч не закончил произносить свой гневный вопрос. Его изумленному взору предстала невероятная картина: за компьютером, свесив длинные задние лапы со стула, а передними опершись на стол, сидел белый кролик.

Это был тот самый кролик, что днем выскочил из-под колес автомобиля. Только кролик увеличился в размерах и был почти такого же роста, как и Данила Силыч. Знайкину даже показалось, что Кролик читает неоконченную статью.

На появление старшего научного сотрудника кролик никак не отреагировал. Он продолжил смотреть на экран и двигать лапкой мышь.

Нервы у Данилы Силыча были крепкие, он решительно подошел к столу и очень строго спросил:

- Что ты себе позволяешь, Кролик?! Это мой кабинет, мой компьютер и моя статья, к тому же еще недописанная!

Кролик поднял глаза на Данилу Силыча:

- А ты что себе позволяешь? Я с тобой на брудершафт не пил! Так что, извольте говорить мне – Вы.

От такого отпора Данила Силыч не выдержал и сел на соседний стул. А кролик продолжил:

- Мне не нравится ваша статья.

- Но позвольте, - вновь возмутился Знайкин, - что вы вообще в исторических статьях понимаете?!

- Я много чего понимаю, - парировал Кролик, - я еще и посты ваши читаю, и знаете «что» я могу сказать….

- Что? – почему -то спросил Данила Силыч.

- А то, что, если бы я не был Кроликом, таким белым и пушистым, я бы …швырнул в вас морковь. Мы, кролики, с помидорами обычно дел не имеем. А вот морковь…, - и он действительно откуда-то из-за спины визуализировал морковь, но вместо того, чтобы бросить ею в Данилу Силыча, откусил большой кусок и сладко им захрустел.

Тут же лицо Кролика подобрело, и он спросил:

- А вы морковный мармелад ели?

- Нет, - опять непонятно почему ответил Знайкин, - нет, не ел я такого мармелада.

- И напрасно, - поучительным тоном заметил Кролик, самый лучший мармелад, между прочим.

Состояние Данилы Силыча нельзя было назвать стабильным. Минуту назад он готов был в ярости схватить Кролика за уши и выкинуть вон из своего кабинета, а теперь ему даже как-то интересно – каков он на вкус этот морковный мармелад. Подметив в себе такую скорую перемену в настроении, Знайкин все-таки попробовал с этим побороться и настроиться на прежнюю воинственную волну, но …у него ничего не получилось. А еще через минуту, точно со стороны, Данила Силыч услышал свой собственный голос:

- А где купить морковный мармелад?

- Есть места, - ответил Кролик, и хитро подмигнул старшему научному сотруднику, - хочешь, покажу…следуй за мной.

И Кролик впрыгнул в экран компьютера.

Данила Силыч посмотрел на дверь. Наверно нужно бежать, позвать на помощь, померить температуру, вызвать врача …нет, врача не нужно. Он же не сумасшедший! Но Знайкин чувствовал, как здравомыслие покидает его все больше и больше. Он встал напротив компьютера, наклонился над ним, приблизил свое лицо прямо к светящемуся экрану … сил сопротивляться уже не было совсем, и Данила Силыч перестал ощущать пол под ногами. Его окутал очень яркий слепящий свет и мгновенно втянул внутрь экрана. Старший научный сотрудник полетел через пространство.

- Ох, - выдохнул Данила Силыч. Он больно приземлился на какой-то луг, покрытый плотным ковром сухой слежавшейся травы, пахло осенью и грибами, воздух был наполнен светом от теплого солнца.

- Что ж я, куртку-то забыл, - подумал Данила Силыч, - хорошо, что тут не холодно. Где это я?

Он огляделся по сторонам. Луг как луг, невдалеке лес, а с другой стороны, кажется, овраг или речка…

- Чего расселся, вставай давай, поднимай попу, - услышал позади себя Знайкин и обернулся.

Перед ним был еж, который держал в передних лапках клетчатый черно-белый флажок и махал им, - Вставай, вставай, освобождай посадочную площадку.

- Посадочную площадку? Это что, аэродром что ли? – изумился старший научный сотрудник.

- Это – посадочная площадка. Скоро здесь совершит посадку стая ворон, а потом гусей.

- Каких гусей? – спросил Данила Силыч.

- Перелетных, каких еще, - строго ответил еж, - в Африку летят транзитом, тут пересадка, т.е. перекличка, т.е. перекрячка.

- Перекрячка? – переспросил Данила Силыч, - гуси же гогочут, а не крякают.

- А они не знают, что они гогочут, - ответил еж. – В общем, поторапливайся, поднимай попу, если не хочешь быть поклеванным, пощипанным и обкаканным.

- Что?! – вскричал старший научный сотрудник, энергично вскакивая с травы и поспешно отряхиваясь. Обкаканным Данила Силыч быть совсем не хотел, но его все же интересовало, почему еж размахивает этим флажком.

- А, это, - сказал еж, словно угадав мысли Данилы Силыча, - это я на гоночном треке подрабатываю, он на соседнем лугу, там сейчас зайцы гоняют, - и еж засеменил прочь от Данилы Силыча.

Упоминание о зайцах заставило Знайкина вспомнить о белом кролике и еще о чем-то, смутно возникшем в сознании, но Данила Силыч не смог сообразить, о чем.

- Куда же этот кролик подевался? - спросил сам себя Знайкин и посмотрел в сторону леса, а потом на небо, там уже кружила стая ворон. Памятуя предостережение ежа, Данала Силыч быстро, быстро зашагал прочь от места приземления.

– Укроюсь от ворон в лесу, если что, - думал Знайкин, - а там решу, куда идти дальше.

Несколько запыхавшись, Данила Силыч дошагал до опушки леса. Здесь он увидел большой камень, от которого в глубь леса уходили три дороги. На камне имелась надпись, которая гласила:

«Все дороги ведут в Рим и в замок Белой Королевы. На лево пойдешь – на пять километров длиннее, на право пойдешь – на семь километров длиннее, прямо пойдешь – всего 3 километра». – Странная надпись, - решил Данила Силыч.

- Вовсе не странная, - ответил ему голос, который принадлежал коту, что развалился на плоской вершине дорожного камня. – Разве вы не знаете, что прямая, соединяющая две точки, всегда короче кривой? Геометрия. Евклид, изволю вам заметить.

- Конечно, я знаю Евклида, - возмутился Днила Силыч.

- Ну, мало ли, - продолжил кот, - теперь Евклида не слишком уважают, и некоторые даже считают, что математика не особо пригодиться в жизни.

- А вы что, Чеширский Кот? – спросил Данила Силыч.

- Не что, а кто, - фыркнул кот, - и почему Чеширский, мы же не в Чешире, я кот Смотрительский?

- Смотрительский? – переспросил Знайкин – Это - как?

- Кот из города Смотритель, - важно заявил кот.

- Нет такого города, - запротестовал Данила Силыч.

- Есть, - настаивал кот, - я же в нем живу и за всем смотрю.

- А зачем вы за всем смотрите? – полюбопытствовал Данила Силыч.

- Ну кто-то же должен смотреть. Это мое любимое занятие – лежать и смотреть, - ответил кот.

- Раз вы все время смотрите, - Даниле Силычу пришла в голову мудрая мысль, - может быть вы видели Белого кролика?

- Кролика? Конечно видел, он велел передать вам, чтобы вы шли прямо через лес и как раз успеете к вечернему чаю. – сказал кот.

- Спасибо, - неожиданно для себя поблагодарил Данила Силыч кота.

Кот почувствовал, что собеседник чего-то ждет и нервно задергал хвостом:

- Не стой, не буду я исчезать, я же сказал, я кот из Смотрителя, а не Чеширский.

Данила Силыч покраснел и смутился, что кот так легко его «раскусил».

От слова - раскусил – Знайкин внезапно ощутил себя голодным.

«Как же есть хочется, - подумал старший научный сотрудник, - меня же на чай ждут …», - и он без дальнейшего промедления зашагал по прямой дороге через лес.

Пройдя около километра, Данила Силыч почувствовал некоторое утомление, и некоторую одышку, и какой-то внутренний дискомфорт. Может быть потому, что голод усилился, а может потому, что идти оставалось еще как минимум половину пути. Лес стал гуще и темнее, но дорога была прямой и ровной, Данила Силыч проследил глазами, как она углубляется в сумрак и присел отдохнуть на поваленное дерево.

- На камне было написано: всего 3 км. Я прошел только один километр. Осталось еще два. Как это далеко и долго. Что же это такое в самом деле, никакого транспорта, ни автобуса, ни такси, даже самоката напрокат не возьмешь, - бурчал себе под нос Данила Силыч.

Конечно, в иное время и в ином месте старший научный сотрудник в сторону самоката и не посмотрел бы, но тут его не увидят коллеги и прочие злопыхатели, так что можно и на самокате поехать, пусть даже и не электрическом. Только где его взять?

В эту минуту, Данила Силыч заметил среди деревьев вырубленную поляну, подумал немного и стал пробираться между веток в ее направлении. На поляне, как оказалось стоял замаскированный домик на курьих ножках, на домике весел банэр: «Продается за сорок тысяч рублей».

- Кому нужен этот домик, посреди леса? И кто его продает? – подумал Данила Силыч.

Тут же из домика послышался возмущенный голос:

- Как это кому нужен!

Внезапно домик на курьих ножках встрепенулся и ловко повернувшись, встал к лесу задом, к Даниле Силычу передом, ну или наоборот. Дверь распахнулась и на пороге появилась стройная миниатюрная блондинка.

- Избушку вполне можно переоборудовать под гостиницу или хостел и цена приемлемая, а продаю - я, - сказала красотка.

От изумления, Данила Силыч прямо рот открыл, в душе он был неравнодушен к блондинкам. Знайкин хотел выразить свое восхищение неожиданно возникшей собеседнице, но в слух почему-то сказал:

- Вы, это …, баба Яга?

- Ну, - замялась блондинка, - на грим не обращай внимания, просто сценарий такой. Я – дама Яга. Так что, добрый молодец, дом покупать будешь?

- Нет, - ответил Данила Силыч, - нет у меня таких денег, да и не нужен он мне.

- А чего тебе тогда нужно? – дама Яга подошла к Знайкину и лукаво улыбнулась. По спине у Данилы Силыча побежали мурашки, но он вспомнил, что очень хочет есть.

- Мне нужен транспорт, чтобы быстро пересечь лес и не опоздать на чаепитие, меня кролик ждет, Белый кролик.

- Ах, этоо …, - протянула блондинка, - ну что ж, дам я тебе в аренду свою ступу, недорого возьму по тарифу «яндекс такси», по загородному тарифу.

- Но у меня нет местной валюты, - кошелек Данилы Силыча был у него в кармане брюк, однако он подумал, что не стоит доставать и показывать его содержимое в незнакомом лесу, мало ли что.

- Ничего, - сказала дама Яга с легким ядом, - когда выиграешь, расплатишься и она опять кокетливо улыбнулась Знайкину, отчего тот несколько осмелел и решил спросить:

- Вам, наверно скучно тут одной, в лесу живется?

- Вовсе не скучно, - ответила блондинка, поправляя завитые волосы, - да и не одна я, у меня соседей много: в болоте – водяной, за деревом леший, Кощей еще есть, правда он подальше живет.

«Во как, - подумал Данила Силыч, - хорошо, что я кошелек не достал, лес-то кишмя кишит, разными проходимцами». Но в слух он, из вежливости спросил:

- А почему домик продать решили?

- В Париже жить хочу, - мечтательно ответила дама Яга и спохватившись крикнула, - эй, Миша, Даша, тащите ступу.

Два милых медвежонка выскочили из-за деревьев и выкатили ступу.

- Залезай, - скомандовала блондинка.

Данила Силыч поставил одну ногу в ступу, потом постарался втиснуть другую. Миша и Даша запихивали Знайкина в средство передвижения как могли:

- Не фактурный он, - пискнула Даша.

- Напротив, через чур фактурный, - возразила дама Яга, - заталкивай его, Даша, заталкивай.

- Ему бы карету, - сказал рассудительный Миша.

- Карета – это в другом сценарии, отрезала дама Яга, - там, где вы будите мышами, а я феей.

Втиснутый в ступу Данила Силыч подумал: «Ну ладно, сюда они меня впихнули, а как я вылезать буду?»

- Там есть специальная пружина, она тебя вытолкнет, - сказал какой-то знакомый голос.

Данила Силыч посмотрел вверх и увидел на толстой сосновой ветке Смотрительского кота. Кот опять наблюдал за происходящим.

«Да что ж такое, почему они тут все мои мысли читают», - возмущенно подумал Знайкин, но сказать он уже ничего не успел, ступа рванула вверх как ракета и понеслась над лесом.

Кот благодушно махал лапой вслед улетающему старшему научному сотруднику.

Глава 3.

Как это не странно, но, совершив стремительный полет и в считаные секунды миновав лес, Данила Силыч благополучно приземлился на ровном лугу невдалеке от раскидистого дуба.

При подлете к лугу, ступа технично развернулась, включила другой режим и аккуратно совершила посадку. Данила Силыч услышал роботизированный голос:

- Полет завершен, надеемся, что вы приятно провели время, температура за бортом плюс 22 градуса, не покидайте салон до полной остановки двигателя, не забывайте свои вещи.

- Какая ценная информация, - бурчал Данила Силыч, - не покидайте салон, двигатели …, мне бы хоть вообще отсюда вылезти. Знайкин дергался в ступе, наклонялся через бортик и так и эдак, ничего не получалось.

- Да выпустите же меня отсюда!

Ровный роботизированный голос произнес: «Отстегните ремни»!

- Какие ремни? Нет тут никаких ремней, – вступил Данила Силыч в полемику с роботизированным голосом.

- Сохраняйте спокойствие! - посоветовал голос.

- Я спокоен, - кипятился Знайкин, - я застрял …

- Как ты мне надоел, - сказала ступа совершенно другим ворчливым тоном и в ту же секунду завибрировала. А потом Данила Силыч получил мощный толчок чего-то там в свою пятую точку, и, словно пробка из горлышка бутылки, выстрелил из ступы.

- Приятно провести время, - ступа вновь заговорила своим вежливым роботизированным голосом.

«Лицемерка», - хотел сказать Данила Силыч, но неожиданно подумал, что ступа может ему еще понадобиться, мало ли что. Поэтому он ничего не сказал, поднялся с травы, отряхнулся и зашагал к дубу.

Уже издали Данила Силыч заметил, что возле дуба стоял большой круглый стол, а за ним сидела пестрая компания. Белый кролик тоже был там, он где-то обзавелся красной фетровой шляпой. Завидев Данилу Силыча, кролик замахал ему лапой:

- Ну наконец-то, а то мы все ждем, ждем, - и, обратившись к другим присутствующим, добавил, - вот же он, я же говорил, что он придет, ни за что такое не пропустит.

Все сидящие за столом обернулись в сторону Данилы Силыча.

- Знакомьтесь, знакомьтесь, - повторял кролик, - а, нет, давайте его сначала за стол посадим. Данила Силыч умирает с голоду.

Знайкин сел на свободный стул. На столе и впрямь было полно угощения, а кролик уже ловко наливал Даниле Силычу чашку чая.

- Пива не держим, извините, - совсем не извинялся кролик, - но наш чай чудесен, просто чудесен. И бодрит, и успокаивает, и вдохновляет, знаете ли, - он поставил перед персоной Данилы Силыча изящную чашечку, - Не стесняйтесь, друг мой, ешьте, вам еще долго идти.

«Идти? Куда идти?» - мысленно забеспокоился Данила Силыч.

- Потом, потом, - успокоил его кролик и подтолкнул к Знайкину большое блюдо с пирогами.

- Да, кстати, я обещал вам мармеладки, вот они! Свежее поступление, зайцы сделали для вас прямо сегодня утром.

Съев первый пирог, Данила Силыч наконец огляделся – с кем же он, в конце концов сидит за столом.

- Все свои, все свои, - комментировал кролик. - Вот два Ивана: Иван Третий и Иван Четвертый; Дмитрий Богданович Донской…

«Он же не Богданович» – подумал Данила Силыч.

- А у нас Богданович, - заверил кролик и продолжил, - Иван Шестой – Как бы Умный…

- Нет такого Ивана, - тут уж Данила Силыч не выдержал и запротестовал вслух.

- Как же нет, дорогой мой, - тараторил кролик, - вы его просто забыли. Еще где-то недалеко Владимир Мономах обретается, но вы его не увидите, он всегда прячется, только вопросы задает. Вы же любите вопросы, Данила Силыч?

- Я? Ээээ…

- Еще тут у нас есть друг - филин Всеволод. Мы также зовем его Всеволод Большое гнездо. Очень полезным, иногда, для общего дела бывает, - в этот момент на дубе глухо ухнул крупный филин.

- И вот да, - кролик сделал небольшую паузу и простер в сторону лапу, - Нестор Летописец.

- А этот зачем? - изумился Знайкин. Он только сейчас заметил, сидевшую рядом с дубом, сгорбленную фигуру.

- Как зачем, - вновь затараторил кролик, - записывать, все записывать, а потом переписывать. Пишет, пишет, потом переписывает. Очень знающий человек. Даже знает, когда дуб посадили.

- Вопрос первый! – внезапно заголосил некто, то ли из-за дуба, то ли из-под стола, так, что Данила Силыч чуть не поперхнулся мармеладом.

- О! – воскликнул кролик, - Владимир объявился, - Погодите, Владимир, еще не время, мы пока что чаю не попили, чтобы на вопросы отвечать. Вы же любите, Данила Силыч, на вопросы отвечать? - кролик подмигнул Знайкину.

- Я, эээ… - опять промямлил Знайкин.

- Ну не скромничайте, Данила Силыч, не скромничайте, - подбадривал кролик.

Наконец, из других присутствующих, заговорил Дмитрий Богданович.

- Кстати, о вопросах. Почему вы, Данила, так долго сюда добирались?! – и два Ивана, Третий и Четвертый, разом впились в Данилу Силыча цепким взглядом, один смотрел прямо-таки грозно. Иван же шестой совершенно отстраненно, подперев голову рукой, смотрел на сахарницу.

- Я добрался быстро, - защищался Знайкин, - я даже ступу нанял. Я не мог пробежать бегом три километра.

- А зачем вы хотели пробежать три километра, Данила? - продолжал давить авторитетом Донской.

- Так ведь на камне было написано: прямо три километра, - ответил Данила Силыч.

Богданович Донской недовольно покачал головой:

- Там было написано: Все дороги ведут в замок Белой королевы. Это до него три километра, а до нашей поляны только один километр. Если бы вы, Данила, не думала, что вам идти три километра, то пришли бы гораздо быстрее и без всякой ступы.

- Да уж, - кролик хрустел морковкой, - все в голове, все проблемы…

- Ну я же не знал, - обиделся Данила Силыч, а втайне подумал: «Развели, как ребенка», но вслух спросил, - Так что же, если я буду думать, что я в три шага одолею расстояние, так я его в три шага и одолею?

- Именно, - ответил кролик, - а в прочем, я не знаю, но знатоки говорят – получается.

Иван шестой открыл сахарницу и достал оттуда мышь:

- Алиса, ты опять спишь? – сказал он.

- Оставь ее, - осадил Дмитрий Донской, - там нет сахара, с сахаром стоит вон там. После его слов Иван Шестой снова затолкал мышь в сахарницу.

- Давайте же играть, давайте играть, - застучали кулаками по столу Иван третий и Иван Четвертый, причем последний - очень грозно, - Владимир, ты где? Тоже спишь?

- Я не сплю, я же не мышь, - возмутился невидимый голос.

- Ну что ж, можно играть, - веско изрек Донской. И Данила Силыч понял, что именно Донской тут главный.

- У нас шестого не хватает, - заметил Иван Шестой.

- Как это не хватает? Вы же и есть шестой, - сказал Иван Третий.

- Да не шестого Ивана, - перебил Иван Шестой, - а шестого игрока. Кролик не играет.

- Да, я не играю, - подпрыгнул кролик, - и вообще мне пора, позовите Кощея.

- Кощей не может, он чахнет, - сказал Богданович – Донской, - у него отобрали кнопку. Дама яга к нему заглядывала, по работе, так даже ее видеть не хочет. Ничего, надеюсь, мы его увидим в замке Белой королевы. Он обожает невыносимые места.

- Что ж, - сказал кролик, - все равно мне пора, надо предупредить королеву. А вы тут пока поиграйте.

- Я настаиваю на шестом, - грозно изрек Иван четвертый.

- Тогда давайте в свояк играть. Это я кнопку у Кощея украл, - хихикнул невидимый Мономах.

- Нет, - опять урезонил Донской, - будем играть по классике. Иван, - обратился он к Ивану Шестому, - буди Алису.

Иван Шестой полез в сахарницу и достал мышь, но просыпаться она не хотела. Остальные два Ивана ринулись на подмогу и стали трясти мышь и дергать ее за хвост.

«Какой ужас, - подумал Данила Силыч, - они же ее разорвут!»

А белый кролик опять куда-то исчез.

Глава 4.

Алису, наконец, удалось разбудить. Она проснулась, выскользнула из рук Иванов, спрыгнула на стол, подбежала к сахарнице и уселась на нее, сложив лапку на лапку. Затем мышь сказала:

- А, мальчики, это вы! Опять без меня обойтись не можете!

- Здрасьте, - брякнул Данила Силыч. На самом деле, он просто хотел поздороваться.

Тут внезапно наступила темнота, все притихли, глаза у Всеволода загорелись синим светом, пироги и другие яства со стола пропали, а чайник с забавной крышечкой в виде скачущего жокея завертелся среди блюдец и чашек словно юла. Совершив несколько оборотов, чайник остановился, указав носиком на тарелку с мармеладом.

- Вопрос от зайцев! – провозгласил невидимый Владимир, - Когда наступит весна?

Мышь Алиса возбужденно пискнула и Иван Шестой, выставив руку большим пальцем вверх, произнес:

- Досрочный ответ! Отвечает мышь Алиса.

- Весна наступит, когда можно будет сажать морковь.

- А если морковь уже можно сажать? – уточнил ведущий.

- Значит, весна уже наступила, - ответила Алиса.

- Совершенно верный ответ, - воскликнул невидимый Владимир, - правда, зайцы правильного ответа на свой вопрос не прислали, но я думаю, что мышь ответила верно.

Все, сидящие за столом, и даже Данила Силыч заулыбались и одобрительно закивали, а мышь гордо задрала вверх свой носик. В одном глазу филина Всеволода появилась цифра один, а другой глаз просто продолжал излучать приятный синий свет.

Внезапно приступ вредности обуял Ивана Четвертого. Он вытащил из-под стола посох и застучал им о землю.

- А я хочу знать, почему – кому отвечать – решает Иван Шестой. Аз есьм царь!

- Ну все верно, - ответил ему Иван Шестой, - Вы – царь, а я – капитан. Мы все ждем от вас царских ответов, Иван Васильевич.

Иван Четвертый не то задумался, не то возгордился. Данила Силыч смотрел на него с восхищением, наверно по своей старинной привычке, он обожал этого исторического деятеля.

Чайник завертелся вновь и, остановившись, указал носиком на Ивана Четвертого.

- Вопрос второй, - возвестил закадровый Владимир, - с вами играет Суфикальмар Базаров.

- Он всегда такие сложные вопросы задает, - шепнул Иван Третий Даниле Силычу.

Ведущий продолжил:

- Всем вам известна проблема отцов и детей. Подумайте над этим и через минуту ответьте – что в черном чайнике?

За столом все оживились. Данила Силыч увидел, что напротив него, на другой стороне стола, действительно стоит черный чайник, которого он раньше не замечал.

- Проблема отцов и детей. Какие версии? – Сказал Иван Шестой.

- Может быть в чайнике чай, - неловко вставил Данила Силыч.

- Какой чай?! В мое время - никакого чая не было, - сказал Иван Грозный, - квас там или брага.

- Сбитень медовый, - предложил Иван Третий.

- А причем тут дети? – рулил обсуждением Иван Шестой.

- Что вы мне про детей, - вспыхнул и застучал посохом Иван Четвертый, - я вас всех сейчас, - и он хотел замахнуться, но посох запутался в складках его одежды.

- Все бы вам, Иван Васильевич, посохом махать, - сердито сказал Донской, - вот и сына своего укокошили.

- Я его не убивал, - воинственность Ивана Четвертого сразу поубавилась - Это его Репин убил, а не я. А я подбегаю, смотрю – уже нарисовал. Что ж ты, окаянный, творишь? - кричу. Срочно давай меня дорисовывай туда. Ну, влетаю я в картину…сын ты мой, дорогой…. – и Иван Четвертый воздел глаза к небу.

- Хватит, - цыкнул на него Богданович Донской, - давайте вернемся к обсуждению!

- Да, - сказали нестройно все, отряхивая с воображения душераздирающие картины маслом.

- Ну, - возникла Алиса, - возможно там мобильный телефон.

- Почему, - спросил Иван Шестой.

- Во времена «отцов» не было мобильников.

- Так, еще версии есть? - спросил Иван Шестой, - думайте, думайте.

- Время, - возвестил Владимир, - Кто отвечает?

- Ответит мышь Алиса, - сказал Иван Шестой

- И снова Алиса, - разгонял ситуацию ведущий, - в прошлый раз она принесла вам очко, посмотрим, что будет на этот раз.

- Я думаю, что в чайнике кока-кола или Биг Мак.

- Почему? – опешил Владимир.

- Почему не знаю, - отозвалась мышь, - но вкусно и точка.

- Алиса, - взмолился ведущий, - вы нас запутать решили.

- Да! – вскричал Иван Грозный, - если бы я знал, что в чайнике кока эта самая, я бы его еще утром расколотил! Тлетворное влияние запада! – и глаза Грозного налились кровью. Все вздрогнули.

- Спокойно, спокойно, - повысил голос Владимир, - так какой ответ, Алиса?

- Я передумала, - сказала мышь, - в чайнике мобильный телефон.

Чайник открылся, и Дмитрий Донской достал оттуда мобильник. Данила Силыч понял, что это его телефон, непонятно как оказавшийся в чайнике, на телефоне было четыре пропущенных звонка.

- Вам звонили, - сказал Дмитрий Донской.

- Позвольте, - Данила Силыч принял телефон в свои руки. - Наверно меня уже на работе ищут, - сказал Знайкин, а сам принялся ощупывать карманы, проверяя, на месте ли кошелек.

- Счет два ноль в пользу знатоков, - возвестил ведущий и в глазу Всеволода появилась цифра два вместо единицы. – А пока команда будет отвечать четыре раза – кто звонил Даниле Силычу, он отправляется в замок Белой королевы.

- Как в замок? Ведь ночь, - запротестовал старший научный сотрудник, - куда же я пойду, я с дороги собьюсь.

- Тогда, спите, - сказал, растягивая слова ведущий Владимир, - а завтра продолжим играть.

Данила Силыч закрыл глаза и, кажется, прямо через пару минут открыл их, но поляна под дубом уже встречала рассвет.

Глава 5.

Первые лучи солнца пробивались сквозь утреннюю дымку, когда Данила Силыч открыл глаза и огляделся вокруг. Круглого стола, под дубом, как и нибывало, и никого из вчерашних сидящих за ним, кроме самого Данилы Силыча, а он лежал на траве между мощных корней дерева, как в колыбели. Рядом, все также сгорбившись, дремал Нестор Летописец, да где-то в ветвях наверху негромко ухал филин Всеволод.

Данила Силыч потянулся, перевел себя в сидячее положение и живо припомнил все, что вчера произошло. Нестор вскинул голову, вздохнул глубоко и сразу вперился в свою рукопись. Т.к. разговаривать больше было не с кем, Знайкин обратился к проснувшемуся Летописцу:

- С утром вас, почтенный старец, а вы не скажите мне – как закончилась игра?

- Она еще не закончилась, - ответил старец.

- Как не закончилась? - удивился Данила Силыч.

- А так, - Нестор отмотал назад свой длинный исписанный свиток и стал читать, водя пальцем по пергаменту.

- Вот. В зиму 7223 года, бысть игра занятна, на игру пришел чужеземец, весь из себя дороден и румян.

- «Так ли уж я румян», - подумал Данила Силыч, но спорить не стал, а поторопил хрониста, - А дальше?

- И отвечали игроки на вопросы, и было их числом шесть. Первые два пошли в закрома к знатокам, другие четыре в закрома не пошли.

- А куда они пошли? – вклинялся в повествование Знайкин.

- По домам, - ответил Нестор.

- По каким домам? – Данила Силыч понял, что пояснение тоже пошло куда-то не туда.

- По своим домам пошли игроки, лишь один под дубом великим уснул сном богатырским, а дуб сей был посажен в лето 5390 - ответствовал Летописец.

- Да я не про игроков спрашиваю, - стал слегка раздражаться Данила Силыч, а про вопросы, - а сам еще подумал: «Интересно, от чего они летоисчисление ведут?» Разумеется, это заинтересовало Знайкина, он ведь был старший научный сотрудник.

- Вопросы зело мудры были, - таков лишь был ответ Нестора.

Данила Силыч поднялся со своего ложа.

«Так, ну видно толку от него не добиться, с кем бы мне поразумней поговорить, определенно старик уж совсем на своей писанине помешался».

- Поговори со мной, - услышал Данила Силыч голос из гущи веток и даже, неожиданно для себя обрадовался. Смотрительский кот – а это был он – весьма толковый собеседник. Знайкин живо посмотрел вверх. Действительно, перед ним был кот из Смотрителя, собственной персоной.

- А вы – ранняя пташка – Данила Силыч, - сказал кот и облизнулся, так что у Знайкина возникло подозрение, а не позавтракал ли уже кот какой-нибудь ранней пташкой.

- Я очень хочу знать – как закончилась игра, - сообщил старший научный сотрудник коту.

- А она действительно еще не закончилась, как и сказал Летописец, - ответил кот, - Игра остановлена на перерыв при счете 2:0 в пользу игроков. А вам, Данила Силыч, чтобы вернуться домой, надо в игре победить и ответить правильно на четыре вопроса. Если вы сможете это сделать, то, скорее всего…

- Да? – занервничал Знайкин.

- …скорее всего, - продолжил Кот, немного подумав, - да, вы вернетесь в прежнее измерение. Конечно, вы можете на вопросы не отвечать, в конце концов, здесь ведь тоже совсем не плохо.

На Данилу Силыча накатила легкая волна страха. Перспектива навсегда остаться в этих диковинных местах, хотя и не была такой уж ужасной, но все-таки несколько смущала старшего научного сотрудника.

- Так вот, - кот снова заговорил, - когда вы ответите верно на четыре вопроса, победите в игре и расплатитесь с Дамой Ягой за аренду ступы,…Белая королева возможно отправит вас домой, ….а может быть отрубит голову, если будет не в настроении.

«Беззаконие какое, - подумал Данила Силыч, - зависеть от настроения королевы»

- Но вы же так любите стародавние времена, друг мой, - ласково промурлыкал кот, - а в стародавние времена, так оно и было. Впрочем, - добавил кот уже деловым тоном, - и теперь мало что изменилось.

- Что ж, - Данила Силыч решил приняться за дело своего вызволения из этой странной игры немедленно, - А эта дорога ведет в замок Белой королевы? – и он показал на начинавшуюся прямо от дуба тропинку, которая расширялась и превращалась в хорошо накатанную дорогу, устремляющуюся в сторону холмов.

- Все дороги ведут в замок Белой королевы, - напомнил кот.

- Ясно, - коротко более сам себе нежели коту сказал Данила Силыч, и, не мешкая, зашагал по новой дороге.

Солнце уже довольно высоко поднялось над горизонтом, когда старший научный сотрудник взошел на пригорок, с которого открывался великолепный вид на довольно мрачный и хорошо укрепленный замок, с узкими бойницами и глубоким рвом вокруг, заполненным водой. Главные ворота были наглухо закрыты дверями и спущенной решеткой, перекидной мостик поднят.

-«Кто это тут так хорошо укрепился?», - подумал Данила Силыч, - «Неужели Белая королева?», но долго гадать Знайкину не пришлось.

Послышался молодецкий посвист и рядом с замком пронеслась пара наездников: «Выходи, Кощей, выходи!», - кричали они, - «Отдавай кнопку!»

Два очень уверенных в себе молодца принялись гарцевать на своих горячих конях перед стенами, были ли эти молодцы добры или нет, с первого взгляда определить Даниле Силычу не удалось. Под одним из молодцев был конь буланый, под другим вороной. Время от времени наездники натягивали луки и пускали стрелы в сторону резиденции Кощея:

- Выходи, Кощей! Отдавай копку!

- «Не про ту ли кнопку они говорят, о которой я вчера слышал», - подумал Знайкин и решил подойти к всадникам поближе. Пока Данила Силыч преодолевал разделявшее его и их расстояние, молодцы соскочили с коней и стали совещаться – как им добраться до Кощея.

- Привет вам, богатыри! – Данила Силыч постарался сотворить земной поклон в лучших русских традициях.

Молодцы заметили Данилу Силыча и подпустили к себе:

- И тебе привет, коли не шутишь! Кто ты сам будешь, как величать?

- Я Данила Силыч Знайкин – старший научный сотрудник, - ответствовал по всем правилам этикета Данила Силыч.

- А я - Владислав царевич, - сказал тот молодец, что держал под узцы буланого коня.

- А я – Денис царевич, - сказал владелец коня вороного.

Начало разговора, показалось, Даниле Силычу удачным, и он продолжил:

- Что вы богатыри, силушку свою молодецкую тешите или дело какое серьезное у вас?

- Мы пришли с Кощеем силой мериться и забрать кнопку, - ответили царевичи, - а он не выходит, да еще врет, что кнопки у него нет.

Данила Силыч посмотрел на замок и ему показалось, что кто-то пытается подглядывать в одну из бойниц за происходящим перед стенами.

- А зачем вам эта кнопка? – заинтересовался Данила Силыч.

- Это не простая кнопка, а волшебная, - ответил Владислав царевич.

- Кто ей владеет, тот все свояки выигрывает, - добавил Денис царевич.

- Нет у меня никакой кнопки, - выкрикнули из-за стен замка, - это хамство.

Денис царевич вскинул лук и пустил стрелу в сторону говорящей бойницы.

- Хамское поведение, - прозвучало уже с другой стороны, наверно Кощей быстренько сменил место наблюдения.

Оба царевича повскакали на коней, один достал веревку с крюком на конце, видимо они хотели перекинуть ее через стену и добраться до Кощея.

- Нет у меня кнопки, нет, - вопил Кощей.

- А у кого она? – кричал Денис царевич.

- Да, у кого кнопка, вот вопрос? - гневно требовал ответа Владислав царевич.

И тут Данила Силыч спохватился….Вопрос! ….Может быть это его момент славы!

- Я знаю у кого кнопка! - крикнул Данила Силыч.

Оба царевича разом обернулись в сторону Знайкина. Даже Кощей, кажется, высунулся из-за каменного парапета и прислушался.

- Кнопка у Владимира Мономаха, ну у того, который ведущий, - сказал Данила Силыч, - я точно знаю, я сам вчера слышал, как он хвастался, что кнопку у Кощея украл.

Владислав и Денис царевичи переглянулись:

- Хм, - сказал Денис царевич, - это может быть, Мономах на такое способен.

- Способен, - согласился Владислав Царевич, - что ж, поскакали, спросим.

- Не надо скакать, - я уже здесь, - раздался голос, закадрового Владимира, - Данила Силыч дает верный ответ и счет становится 3:0, в пользу знатоков.

- «Эвоно как, так может я все же вернусь домой …», - подумал Данила Силыч.

- И перестаньте за Кощеем гонятся, довели бедного, и так уж редко куда ходит, - укорил ретивых царевичей Мономах, - буде буйствовать, скоро я вам турнир рыцарский организую, там потешитесь.

Царевичи, нехотя развернули коней и поскакали прочь от замка, а Данила Силыч заметил, что в одном из донжонов, открылась маленькая потайная дверь и фигура, закутанная в темное, выскользнула из замка.

- «А как же ров и вода?», - подумал Знайкин. Но Кощей, а это был именно он оказался не так прост, он взял, лежащую у стены широкую доску, перекинул через ров и быстренько перебежал на другой берег, потом спрятал доску и через пару минут исчез в ближайшей дубовой роще.

За неимением кролика, Данила Силыч решил следовать за Кощеем.

Глава 6.

Закутанная в плащ, темная фигура Кощея быстро проскочила рощицу и спустилась с холма. Тропинка запетляла между больших каменных валунов и колючего кустарника. Она была практически незаметной, видимо по ней редко кто ходил, может быть только сам Кощей. Данила Силыч с трудом уворачивался от острых шипов. Валуны становились все больше и больше, заслоняя собой обзор местности, но старший научный сотрудник все-таки разглядел впереди каменистое плато с большой расщелиной.

Кощей остановился возле входа в расщелину и внимательно огляделся. Данила Силыч только, только успел спрятаться за валуном. Ему уже становилось жутковато, несмотря на то, что полуденное солнце ярко сияло на небе.

- «Зачем я пошел за Кощеем? Он явно замышляет что-то коварное!», - думал Знайкин, - «Но, с другой стороны, может пригодится, вдруг узнаю что-то полезное» - пытливый ум старшего научного сотрудника всегда брал верх над страхом.

Данила Силыч осторожно выглянул из-за своего укрытия, Кощея уже не было видно.

- «Может быть там бессмертный злодей прячет свое золото?», - продолжал рассуждать Данила Силыч, - «Хотя почему бы не держать его в замке, в каком-нибудь подземелье? Дождаться, когда Кощей выйдет или подойти поближе и заглянуть?» - Знайкин решился на второй вариант. Он на цыпочках перебежал ко входу в расщелину. Вблизи расщелина в плато оказалась еще больше, было похоже на то, что там, внутри имелась закрытая высокими стенами площадка.

Данила Силыч прислушался и разобрал голоса:

- Засиделся, заспался ты уже здесь, - упрекал кого-то Кощей, - осмелели совсем эти несносные царевичи, мне прямо у стен моего замка грозят, да на бой вызывают.

- Я тебе нынче не подмога, - ответил ему низкий сипловатый голос, - стар я стал, артрит, подагра, лишний вес. В небо не взлечу. Пламенем тоже давно не балуюсь, даже сухой травы не подпалю. Так лишь, по ночам, на охоту выхожу за мышками, да лягушками.

- Что же мне делать? – плаксиво спросил Кощей.

- Другой змей тебе нужен, - ответил сипящий голос.

- Ну, Горынушка, где же я другого возьму, такого как ты трехголового?! – стенал Кощей

- Это так, - вздохнул змей, - у меня редкая мутация….

Собеседники помолчали. Данила Силыч напряг весь свой слух. Не пропустить бы обратные шаги Кощея.

- А зачем тебе трехголовый? - нарушил молчание Горыныч, - и одной головы хватит борзых царевичей попугать. Вырасти нового змея, у тебя же целый питомник змеенышей.

- Маленькие они, не вырастают, - ответил Кощей, - не больше курицы и мозги куриные. Куда им до тебя, Горынушка.

- Ты мне не льсти, - пропыхтел змей, - это тебе все одно не поможет. Ладно, так и быть, признаюсь я тебе, по старой дружбе. Это я оттого такой большой, что в юности выпил эликсир роста. Прокрался в «библионочь» в «библиобар» и почти всю бутыль – то и выпил. С тех пор спрятали тот эликсир, но говорят, некие магистры знают где достать.

- Точно! – хлопнул себя по лбу Кощей, - Забыл я. Магистры! Ну, конечно. Спасибо тебе Горынушка, не зря я к тебе пришел, совсем у меня с этими царевичами голова замутилась. Но что же я магистрам скажу, зачем мне эликсир надобен?

- Это уж ты сам придумай, - сказал змей и Данила Силыч расслышал шуршание чешуи по камешкам.

- «Уползает!» - смекнул Знайкин, и скорей, скорей поспешил вернуться за тот самый валун, за которым прятался изначально. – «Вот это дааа! Змей Горыныч. Кощей его на подмогу звал, да Змей – то старый, летать не может. Сколько, интересно, такие Змеи живут? И теперь Кощей хочет нового вырастить. А Кощею-то сколько лет? Ох, да он же бессмертный. А мне-то как это все поможет? – рассуждал так сам с собой Данила Силыч, - Хоть бы с котом поговорить, обсудить. Никого нет. Придется снова идти за Кощеем».

И Данила Силыч проследил взглядом за удаляющейся кощеевой фигурой. Когда Знайкин решил, что между ним и его проводником достаточное расстояние, чтобы шагов не было слышно, он стал пробираться следом.

Глава 7.

Не отставая от Кощея, Данила Силыч очень скоро вышел на широкую дорогу. Кощей не пошел обратно к замку, он двигался в совершенно в ином направлении.

- «Это хорошо, - рассуждал старший научный сотрудник, - что бессмертный не пошел обратно. Возле замка я уже был. Он, наверно, идет искать магистров с эликсиром, в тот самый «библиобар». Бар – это прекрасно, очень пить хочется и есть. Полдень уже».

Внезапно с холма открылся новый вид – небольшой, аккуратный городок, с красивыми домиками с черепичными крышами и башенками. У, беспечно распахнутых, городских ворот не было ни торговцев, ни часовых. И, хотя Данила Силыч был склонен к более монументальной архитектуре, все-таки, увиденная картина, ему понравилась, он вступил в городок и принялся разглядывать дома по обе стороны улицы.

Вот кирпичное крылечко, а над ним вывеска: «Имбирный пряник». За большой стеклянной витриной выставлены, для обольщения прохожих, пряники и иные печеные сладости, подарочные коробки конфет и мармелада.

Вот какой-то большой трактир с названием «День и ночь». Надпись под названием гласила: «Будь хоть день, иль будь хоть ночь – не прогоним тебя прочь».

- «Какая мотивирующая реклама, - подумал Данила Силыч, - креативщики».

Тем временем, Кощей ускорил шаг, он видимо добрался до места назначения, еще один перекресток и худые ноги бессмертного взбежали на высокое крыльцо.

Данила Силыч остановился перед большим каменным домом, на фасаде которого имелась лаконичная надпись – «Библиобар». Немного постояв на крыльце, «для конспирации», Знайкин двинулся внутрь.

Во, внушительных размеров, полутемном зале библиобара было весьма уютно. Много столов и столиков, удобные стулья, мягкие кресла и диванчики. В глубине зала имелось что-то вроде высокой барной стойки, за которой стояла симпатичная хозяйка, в колоритном наряде наподобие баварского национального костюма, белая блузка с пышными рукавами «фонариками». А на барной стойке…ну, конечно же, лежал Смотрительский кот.

Лицезрение кота, чрезвычайно обрадовало Данилу Силыча:

- «Это знак! – подумал он, - что все идет по плану. Т.е. продвигается в верном направлении».

Знайкин подошел к барной стойке и облокотился на нее:

- Мне бы пива, большую кружку, - сказал Данила Силыч.

- Пиво? Отлично. Что к пиву? – спросила нового посетителя «библеофрау» и посмотрела на него строгим оценивающим взглядом.

- К пиву подойдет Гашек, - сказал Кот.

- Гашек подойдет, - согласилась «библиофрау».

- Гашек? – изумился Данила Силыч. Ему почему-то показалось, что наряд хозяйки бара не был случайным.

- Да, мы же ждали вас, дорогой Данила Силыч, - непонятно зачем сказал Кот, и добавил, - Ну сами подумайте, своим научным умом, мы ведь в Библио баре! Книга к напитку.

- Книга? – продолжил удивляться Знайкин, хотя наверно это давно было пора перестать делать.

- Ну да, мой дорогой, - продолжил объяснять Кот, - вы заказываете напиток, а к нему – книгу.

- А если я есть хочу? – настаивал Данила Силыч.

- Так и ешьте! Она вполне съедобна, как хлеб, пирог, булочка и все такое прочее, - настаивал Кот.

- Книгу есть? – все еще сомневался Знайкин.

- Именно! Едите, наполняете желудок и голову. Как бы так поэтично выразиться – наполняетесь содержанием. - Кот закончил объяснять и обратился к хозяйке бара, - Виктория, Данила Силыч заказывает Гашека.

- Я его читал, - сообщил Знайкин.

- Что же тогда вы выбираете? - переспросил Кот.

- Эээ…, - Данила Силыч вспомнил, что пришел-то сюда из-за Кощея, - «Где он, кстати? А, вон, в уголке сидит, делает вид, что его здесь нет». Ну…может «фэнтези» какое-нибудь.

- Фэнтези под пиво? Что ж, сойдет, - согласился Смотрительский кот, - Кстати, Виктория крупнейший специалист в литературных новинках и не только.

- Вот ваш заказ, - сказала Виктория Даниле Силычу и поставила перед ним кружку пива и блюдо с фантазийного вида кренделями.

Получив свою кружку пенного и блюдо с фэнтези, Данила Силыч уселся за стол в самом центре зала. Ему был виден и Кощей, и входная дверь, и барная стойка. Откусив кусок кренделя, старший научный сотрудник почувствовал, как в голове возникли разные образы и заговорили персонажи.

- «Сейчас отвлекусь и прозеваю Кощея», - Данила Силыч решил, что будет просто пить пиво.

Зал стал заполняться посетителями, кто-то сразу садился за столики, кто-то подходил к барной стойке. Хозяйка заведения преобразилась она уже не была баварской фрау, а стала Брахмапутрой - шестирукой индийской богиней, ловко выдавала пироги-книги и разливала напитки.

Кощей оживился, так и «зыркал» всякий раз из-под своего капюшона, когда звонил колокольчик и открывалась дверь.

- «Ждет», - констатировал Данила Силыч.

Между столиков засуетились официантки – очень крупные белки, прямо почти такого же роста, как и посетители.

- «Аха, а белочки-то не маленькие, - отметил про себя старший научный сотрудник, - тут точно знают где достать эликсир роста, сдается мне, эти белочки его несомненно когда-то отведали».

Должно быть Кощей думал о том же самом. Прищуренными глазками, он следил за белками. Потом щелкнул пальцами, подозвал одну из них и заказал молоко.

- Кощей не пьет спиртного, - от неожиданности Данила Силыч дернулся и чуть не перевернул кружку с пивом, на соседнем стуле расположился Смотрительский кот.

Входная дверь открылась снова и в бар вошли двое, закутанные точно в такие плащи, как у Кощея и с точно также наброшенными капюшонами. Они заняли один из находящихся в глубине зала столиков. Кощей встал и поспешил их поприветствовать. Его приняли вполне радушно и пригласили присоединиться. Все трое углубились в негромкую беседу.

- Ну что же вы не едите, - спросил Кот, - не нравится книга?

Даниле Силычу было не до кота, он что-то промямлил про изумительный вкус пива, а сам не сводил глаз с вышеупомянутой троицы.

Один из собеседников Кощея, достал небольшую бутыль из складок плаща, Кощей мгновенно схватил ее и спрятал под своим.

- «Так, - решил Данила Силыч, - передача состоялась. Но что-то не так уж и много. Горыныч говорил, что выпил почти всю большую бутыль. Может быть это первый транш, или образец, или контрольная закупка, чтобы проверить, как работает средство? Ох и разведут же Кощея на все его золото! А, впрочем, что это я, это же Кощей, он и сам не промах козни творить».

- Снег пошел, - Смотрительский кот опять оторвал Данилу Силыча от его мыслей.

- Как снег? – Знайкин посмотрел в окно.

Действительно, снег красивыми белыми хлопьями кружил за окном.

- Сколько же мы уже здесь сидим? – воскликнул Данила Силыч.

- В библиобаре время идет незаметно, - промурлыкал кот, - но не беспокойтесь, мой друг, возле Чудного озера так часто бывает. Раз и пойдет снег.

- Чудного? – переспросил Знайкин.

- Да, - ответил Кот, - городок расположен возле Чудного озера. Погода чудно меняется. То снег, то озеро замерзнет.

Какие-то ассоциации промелькнули в голове у Данилы Силыча, но толком разобраться в них он не успел. Дверь библиобара широко распахнулась и статная, словно сошедшая с картины, высокая фигура в кольчуге возникла в дверном проеме.

- Вот и Невский, - как-то безмятежно, нараспев, проговорил Смотрительский кот, - по нему можно погоду определять. Появился Невский, значит - озеро замерзнет.

Александр Невский, а это был именно он, уверенным шагом прошел в центр зала и сразу приковал к себе внимание всех присутствующих.

Глава 8.

- Ну, сейчас начнется, - сказал Кот.

- Что Начнется? - не отрывая глаз от Невского, спросил Данила Силыч.

- Други! – громыхнул Невский, - Грядет страшный час! Соберемся же с силами, поднимем клюшки и зададим перцу этим поганым Тевтонским псам рыцарям!

- Что подымем? – переспросил Данила Силыч.

- Каждый раз так, все в авральном режиме, - ответствовал Смотрительский Кот. - В общем, ввожу в курс дела: на замерзшее озеро приходят играть в хоккей Тевтонские рыцари. Они большие любители зимних видов спорта. Команда из здешнего городка вступает с ними в бой.

- Команда городка? – все более интересовался Знайкин.

- Ну да, так и есть, - безмятежно сообщал Кот, - собираются значит все на озере и бьются что есть сил. Интересно, кого выставят в этом сезоне….

- Кто со мной? – сверкая глазами спросил Невский.

Данила Силыч оглянулся – желающих не было. Невский обводил испытующим взглядом посетителей зала. Все сразу прятали лица. Кощей и двое его собеседников еще больше укрылись капюшонами.

- А что, постоянной сборной нет? – в старшем научном сотруднике проснулся спортивный интерес.

- Нет, - ответил кот, - лавочники, домовладельцы, торговцы не слишком-то любят отрываться от дел. К тому же выручка магазинчиков в день Побоища резко возрастает, все хотят не упустить момент.

- Но если некому будет биться, то и Побоища не будет! – совершенно логично заключил Данила Силыч.

Кот, чуть не бросился обнимать Знайкина:

- Дорогой мой, Данилушка, разумник вы мой! Мы-то с вами это понимаем, а вот другие – нет.

В то самое время, Александр Невский угрожающе расхаживал меж столов и даже чуть не тряс некоторых за шиворот, но все было тщетно. Даниле Силычу просто невыносимо хотелось чем-нибудь помочь своему кумиру.

- Мы должны с вами что-то придумать, - обратился он к Коту, - вы всегда все знаете, что делать, думайте, где достать игроков!

- Ну, - сказал Кот, через недолгое время, - можно, конечно, вставить зайцев. Им все едино, где гонять. Скачут целыми днями то тут, то там. Они и сейчас недалеко от города по лесу носятся …. Только, - Смотрительский Кот сделал паузу.

- Только что? - тревожно спросил Данила Силыч.

- Мелковаты они ростом, - с сомнением в голосе, ответил Кот, - затопчут их рыцари.

- Мелковаты ростом…, - протянул Данила Силыч, - некоторые, пока еще смутные мысли закружили у него в голове, - а ну ка, уважаемый Кот, познакомьте меня с князем.

- С князем? С Невским что ли? Так, он - тренер, - произнес Кот, - а впрочем, вы правы, это – не важно…

Кот в два легких прыжка проскочил в сторону стола с магистрами, к которому уже почти вплотную приблизился А. Невский. Тренер – князь лютовал так сильно, что готов был пинком перевернуть стол, за которым сидели Кощей с собеседниками, но сдержал свой нрав и только с силой стукнул обоими кулаками по столу.

- «Не упустить момент, не упустить момент», - думал Данила Силыч, - «вот бы Невский тряханул Кощея за шиворот, как следует, бутыль бы и выпала, мне б ее подхватить…». Но такому развитию событий не суждено было состояться.

Встревоженные посетители и без того потихоньку покидали Библиобар, а тут совсем ринулись на улицу вон. Это не понравилось хозяйке, она строго погрозила Невскому пальцем из-за стойки бара:

- Я конечно, очень уважаю вас, дорогой Александр Ярославич, но громить мой бар не позволю, - хозяйка заведения уже была в длинном средневековом платье с расширяющимися к низу рукавами и высокой кике, наподобие убора княгини.

Александр Невский посмотрел на княгиню и тяжело опустился на стул, опустил голову и закрыл лицо руками:

- Горе нам, горе, позор. Обсмеют нас рыцари….

- Погодите, погодите кручинится, драгоценный наш Александр Ярославич, - промурлыкал кот, - у нас, с почтенным Данилой Силычем, есть к вам деловое предложение, т.е. зело секретный разговор.

- Кто таков? – спросил Невский, поднимая голову.

- Вот, - ответствовал Кот, подзывая лапой Знайкина, - наш гость, путешественник и совершено старший научный сотрудник.

- Что ж, - сказал Невский, - коли разговор секретный, так и поступим. Заприте двери бара.

Белки резво проскочили к двери и повесели табличку: «Санитарный день», повернули ключ в замке, задвинули засов, а потом еще и опустили жалюзи на всех окнах.

- «Отлично!» - подумал Данила Силыч, хоть эта проблема решена, - «Не уйдет Кощей».

- Дело, - одобрительно сказал Невский, - что ж поговорим.

Внезапно распахнулась внутренняя дверь и пожилой человек в мундире с повязкой на одном глазу вошел в зал и воскликнул:

- Тайный совет – это по моей части! Не отдадим Москву…

Хозяйка бара, выбежала вновь явившемуся на встречу, она опять преобразилась - платье с завышенной талией, муслин, кружева и мудреная прическа с уложенными локонами:

- Михаил Илларионович, - нежнейшим голосом остановила Кутузова библиодама, - вы то куда? Не ваш черед сейчас. Сами разберутся. Идемте, я вас провожу, - и она увела фельдмаршала во внутреннюю дверь.

- Что ж, - сказал Кот, - обсудим положение дел.

Все трое: Невский, Данила Силыч и кот перешли к уединенному столику у окна, что ранее занимал Кощей, когда ждал магистров.

Глава 9.

По разным углам большого зала библиобара сидели две троицы: в первой сосредоточились Смотрительский Кот, Александр Невский и Данила Силыч, во второй напряглись Кощей и пара магистров. Первая троица обсуждала макро стратегические и микро тактические вопросы нападения, вторая – узко корпоративные - бегства.

Наконец один из магистров подошел к стойке бара и вежливо, в пол голоса, обратился к хозяйке:

- Дорогая, леди, мы с друзьями уже все обсудили, мы бы хотели покинуть пределы вашего чудесного заведения.

- Ой, а куда же вы пойдете, - отозвалась библиодама, - такой снег идет, вечер скоро, да и разве на завтрашний матч не хотите посмотреть?

- Мы бы с удовольствием остались, но дела, дела, - расплывчато пояснил магистр.

- Вы пропустите самое интересное, - настаивала библиодама.

- В какую сторону пойдете? - внезапно громко и требовательно спросил А. Невский у, стоящего возле стойки бара, магистра. Тот дернулся, но ответил самым любезным тоном:

- Аааа, в направлении озера, нам надо через него перебраться на другой берег, мы приплыли на лодке.

- Какая лодка…, - усмехнулся Невский, - к озеру пойти можно, я и сам туда собираюсь, а вот перебраться… ледовая переправа…

- Ну и хорошо, что господам нужно идти, - вклинился в разговор Смотрительский Кот, - проверим, насколько лед надежен.

- Эм, - магистру не понравился такой поворот дела. Проверять собственной персоной – насколько надежен лед – у него никакого желания не было. – Что ж, наверно, завтрашний матч будет грандиозным событием, - живо воскликнул он, - думаю, надо остаться и посмотреть, т.е. я хотел сказать - поболеть.

Второй магистр срочно согласился с первым.

- Да, заночуйте в «День и Ночь», - улыбнулась библиодама, - чудесная гостиница, всего в двух шагах от нашего бара.

Магистры принялись благодарить за хороший совет:

- Конечно, мы так и поступим.

- Многоуважаемый Кощей, вы с нами? – обратились магистры к Кощею.

Кощей уже давно хотел избавиться и от магистров, и от всей этой компании, да возвратиться в замок. Он заерзал на стуле, улыбнулся и сказал:

- Да, конечно, непременно присоединюсь к вам в гостинице, я просто еще хотел отведать одного вкуснейшего пирога, редкое издание, знаете ли. А потом сразу пойду в «День и Ночь».

Данила Силыч ликовал, все складывалось безумно удачно. Невский встал с кресла, расправил плечи и пошел к выходу следом за магистрами. После короткого любезного – после вас, нет – после вас – вновь созданная троица вышла из бара.

В зале стало еще темней, белки зажигали свечи, Смотрительский кот куда-то исчез, библиодама едва виднелась из-за стойки бара. Обстановка располагала не то к душевной откровенности, не то к злодейским козням. Данила Силыч принялся немедленно действовать.

Он кинул на Кощея многозначительный взгляд, потом другой, потом третий, потом поднялся от своего столика и деликатно, точно стесняясь, стал приближаться к кощею:

- Я очень хотел у вас спросить, - начал разговор Данила Силыч, - не подумайте плохого, но все-таки, я очень хотел у вас спросить…

- Да?.. – не слишком заинтересованно протянул Кощей.

- Вы хорошо знаете тех двоих? – спросил Знайкин.

- Каких двоих? – Кощей сделал вид, что не понял.

- Ну тех, с которыми вы тут сидели, - ответил Данила Силыч

- Пожалуй, в что? – не то насторожился, не то испугался Кощей.

- Да видите ли уж очень они похожи на парочку мошенников, которые надули меня прошлым летом.

- Надули? – Кощей прищурил глаза, он все еще колебался в оценке своего нового собеседника.

- Да, я хотел сам надуть тыквы, а они надули меня.

- Но каким образом? - воскликнул Бессмертный

- Видите ли, я – каретных дел мастер, - пустился в виртуозное вранье Знайкин, - Мастерить карету – трудное занятие. Но если делать ее из тыквы… В общем, надо взять большую тыкву, чем больше, тем лучше…

- И что? – нетерпеливо бросил Кощей.

- Я подумал, - продолжил Данила Силыч, - а нельзя ли сделать тыквы несколько больше, скажем, полить их эликсиром роста….

Кощей аж дышать перестал.

- И вот, - удовлетворенный эффектом от Своих слов, Данила Силыч испытал новый прилив вдохновения, - встречаю я двоих, значит…, отдаю кругленькую сумму, - Знайкин сделал многозначительный взгляд, от которого Кощей икнул, - поливаю тыквы, и…

- И? – чуть слышно выдохнул Кощей.

- И ничего, ничегошеньки, - старший научный сотрудник сделал горестное лицо.

- Что, нисколько не увеличились? – дрожащим голосом спросил Бессмертный.

- Нет, - Данила Силыч покачал головой, - мне не то, что денег жалко, но я очень волнуюсь, ведь такие ловкие мошенники могут и других обмануть. Тыквы-то что, а если у кого дело есть по важней моего, - и Знайкин посмотрел на Кощея очень понимающим взглядом

- Точно, точно, - прошипел сквозь зубы Кощей, - А вы наверняка знаете, что со мной сидели те самые мошенники?

- Очень похожи, - Данила Силыч сокрушенно покачал головой и, выдержав для приличия паузу, спросил, - А вы, что, тоже купили у них элексир?

Кощей готов был признаться, но все еще не решался. Данила Силыч продолжал аккуратно дожимать Кощея:

- А давайте, чтобы никого зря не обвинять, мы его проверим и если он не работает, то возьмем мошенников тепленькими, прямо в этом «День и Ночь».

- Как проверим, - вскинулся Кощей, - на ком?

- О, не беспокойтесь, есть у меня на примете подопытные кролики, - сказал вслух Данила Силыч, а мысленно добавил: «а точнее – зайцы».

Глава 10.

Уже с восходом солнца жители городка и окрестностей начали собираться на берегу замерзшего озера и устраивать себе трибуны. Ночью прошел слух, что в этом году можно будет рассчитывать на отличное зрелище. Невский собрал отборную команду отчаянных парней, а на ворота поставит какого-то супер залетного легионера. Также особый ажиотаж вызвало сообщение, что спонсором мероприятия выступает сам Кощей, у которого как известно злата не меряно, не видано и не слыхано, а многим хотелось бы и не только послушать и поглядеть, но даже как бы приобщится к золотому запасу.

Подъем патриотических чувств был велик. Особой популярностью пользовались «кричалки»: «Данила – сила!» и «Знайкин – Зайкин». Никто в принципе не вдавался в загадку авторства этих «кричалок», хотя скорей всего, вину следовало возложить на Кота.

Что касаемо Кощея, то он, как можно было заметить, с самого утра сидел в отдалении от всех с совершенно кислым видом. А. Невский подошел к нему и бодро похлопал по плечу.

- Да не куксись ты, Бессмертный. Не бросим мы тебя. Ни я ни зайцы. Разгоним твоих царевичей в раз. Защитим, будь покоен.

Кощей фыркнул и скривил губы:

- А кнопка?- недовольным тоном спросил он.

- Ну что кнопка, кнопка, - Невский потрепал Кощея за другое плечо, - И кнопку отберем – видно было что князь находился в прекрасном расположении духа.

Тут на гребне холма показались тевтонские рыцари. Толпа болельщиков зашумела. А. Невский строго сдвинул брови.

- Хотите ставку сделаем? – Смотрительский Кот, вновь возник из ниоткуда, - Давайте, Кощей Кириллович, скажем счет по шайбам будет 5:4. В нашу пользу, разумеется. Денег выиграем.

- Что мне деньги, - зло шипел Кощей, - у меня своих полно. А элексир роста год настаиваться должен. Черт этого проходимца вашего принес, обманул меня.

- Данила Силыч не проходимец, хотя, конечно, идет в замок Белой Королевы, а старший научный сотрудник. И не черт, а Кролик его …. – кот задумался и подобрал слово – заманил.

Меж тем, рыцари шли клином бодро распевая песню: «В хоккей играют настоящие тевтонцы, трус не играет в хоккей». Дойдя до кромки озера рыцари остановились и принялись стучать клюшками по льду и по латам. В это самое время забили барабаны и из-за деревьев на другой стороне озера выступили супротивники.

Все болельщики повернули головы, чтобы наконец увидеть эту «Дрим тим». Рослые крепкие мускулистые зайцы обещали всем своим видом не оставить тевтонцам не единого шанса. Ворота же выехал защищать Данила Силыч собственной персоной, в кольчуге и обвязанный для безопасности двумя подушками, на голове у старшего научного сотрудника был шлем, подаренный А. Невским.

Команды заняли свои позиции, Смотрительский Кот выпрыгнул на поле и вбросил шайбу, трибуны взревели и началась страшная битва. В воздух вздымались клубы снежной пыли, клюшки трещали и ломались, отколотые льдинки летели в зрителей, трижды сносились ворота, кто-то продырявил подушки безопасности на Даниле Силыче, но несмотря на это он отважно бросался на шайбу, одновременно окутывая себя облаком гусиного пуха. Вратаря же тевтонской команды вообще пришлось вылавливать из полыньи после того, как под ним проломился лед. Силовые приемы никто и не пытался судить, игроки бросали друг друга через бедра, плечи и даже через голову – свою или других. Но в целом игра была честной. Зайцы победили со счетом 5:4, как и предсказывал Смотрительский Кот.

Ликование болельщиков было полным. Качали Невского, качали тевтонцев, кормили морковью зайцев, качали ошалевшего Кощея, схватили Данилу Силыча, и невесть откуда взявшийся Кролик вскричал:

- А ну подкиньте его посильней да повыше! Давайте, отправьте его в полет!

- АААА…. - только и успел крикнуть Знайкин, как его оторвали от земли и несколько десятков рук слаженным усилием придали старшему научному сотруднику великолепное ускорение. Последнее, что мелькнуло перед глазами Данилы Силыча в этой кутерьме – было ухмыляющееся лицо Кощея.

«Неблагодарные!» - думал в полете Данила Силыч. «Я им элексир, я им победу, а они …опять меня швырнули. Все Кролик этот. И что я ему сразу уши не оторвал, еще в кабинете. Провокатор и наглец. Вот куда я опять лечу? И как приземляться буду?

Тут Данила Силыч заметил, что поравнялся в полете со стаей гусей.

«Гуси! Это ж те самые, перелетные! Надо ухватиться за гуся и спланировать в низ на землю». Вот такой великолепный план своего приземления придумал Знайкин. Даниле Силычу удалось захватить гусей врасплох своим внезапным появлением в клине, они не сразу поняли, что он не гусь, а совершенно иной летающий объект. Потому старший научный сотрудник изловчился и схватил за лапы самого крупного гуся. В этот момент они как раз перелетали речку.

Охотники, сидевшие в камышах, даже забыли, что нужно стрелять, так их поразил новый метод охоты на гусей. С берега принялись приветственно махать Даниле Силычу. А кто-то - белый и прыгучий …. «ааа, это ж Кролик»…отчаянно сигнализировал своей красной фетровой шляпой:

- Прыгай, прыгай! Долетел!

- Что? - крикнул Данила Силыч.

- Бросай гуся! Прыгай!

Другие гуси уже начали пощипывать Знайкина за попу.

- «Ох уж этот проклятый кролик», - подумал Данила Силыч. Он зажмурился и отпустил гусиные лапы. Полетев по баллистической траектории, старший научный сотрудник благополучно приземлился на стог сена.

- Молодец, не промазал! – хвалил Кролик Знайкина, отряхивая с него солому. – Видите ли, знать где упасть – соломки подстелить – а мы Вам целый стог подстелили. Ну теперь уж до замка белой королевы рукой подать. Кстати, напрасно Вы, Данила Силыч нас неблагодарными считаете. Вот вам медаль, - кролик протянул золотую на ленточке медаль, «За взятие Перекопа» – свеженькая, только отштампованная, из Кощеева золота.

- Какого еще Перекопа?! – возмутился Данила Силыч.

- А, не та – и кролик вытащил другую медаль, на которой было написано: «Герою Ледового побоища», - Да, эта подойдет. Мы хотели написать: «Лучшему вратарю» или «Укротителю Кощея», но решили, что так Вам больше понравится.

Данила Силыч принял медаль на свою широкую грудь, а Кролик вещать продолжил:

- Кстати, я разговаривал с Владимиром. Ну, с Мономахом. И он решил присудить вам сразу два очка.

- Сразу два? – переспросил Знайкин, - А разве так можно?

- Ну а чего ж нельзя! Ведь дело то какое сделано большое. Одним махом Мономахом, т.е. Мономах одним махом…. В общем, теперь счет, как и в матче, 5:4, в Вашу пользу, Данила Силыч и вам осталось совсем немного, всего одно очко.

Старший научный сотрудник приободрился:

- Мне теперь куда?

- В шахматы играть.

- В шахматы? Но я не могу. А без этого никак?

- Ворота замка не откроются, если не выиграть партию – заверил Кролик.

«Проклятье», - подумал Данила Силыч, - «все-таки надо было тебе, кроляра, уши оторвать», - но вслух он ничего не произнес.

Глава 11.

Как уже привык Данила Силыч, замок Белой Королевы появился внезапно. Просто возник в долине и все. Окруженный огромным парком с лабиринтом газонов и подстриженных кустов. Вокруг парк был обнесен кованой высокой оградой. К воротам парка вела одна единственная дорога, которая заканчивалась ровной площадкой, разбитой на белые и черные квадраты.

- Ну вот, - сказал Кролик, - вот сюда Вам надо попасть.

Вместе с Данилой Силычем они смотрели на долину с вершины холма.

- Нужно пройти по дороге и сыграть партию. Каждый день ровно в 12 часов дня к воротам выходит великий Гросс Мистер Ли и играет с претендентом на вход в шахматы. Гросс Мистера Ли невозможно обыграть, поэтому в замок Белой королевы попасть нельзя никому кроме своих.

- А что, - заинтересовался Знайкин, - свои так хорошо играют в шахматы?

- Нет, - они вообще не играют, - они просто с другого хода заходят.

- А почему мне нельзя также? – обиделся Данила Силыч.

- Ну, сами понимаете, на то они и свои, - как-то туманно пояснил Кролик и бодро поскакал по дороге к замку. Данила Силыч засеменил следом.

- Вообще-то я этот замок более солидным себе представлял, - внезапно разоткровенничался Знайкин. Он остановился рядом с Кроликом у начала шахматной доски.

- Даа? – без особого интереса протянул Кролик, он вертел головой по сторонам, явно кого-то высматривая.

- Точно так, - продолжил Данила Силыч, - что -то более величественное и грандиозное.

- Как Мине Стирет? – заметил Кролик, - белый город, возвращение короля, все дела? Ах, Данила Силыч вы много «фентези» читаете. У нас тут не так помпезно, но зато экологически чистый регион, розы цветут, шиповник, крыжовник. Любите крыжовник, Данила Силыч?

- Да не особо, - Буркнул Знайкин.

- О, вот и он! - воскликнул Кролик, он наконец разглядел в тени деревьев какого-то человека.

Задумчивый рыцарь с лысоватой головой скрестив руки на груди, смотрел на шахматную площадку. Кролик потащил Знайкина к рыцарю:

- Вот кто нам нужен. Что же, сэр рыцарь, снова сегодня играете? – обратился Кролик к грустному рыцарю.

- Да, пытаю счастья, - тяжело, с тоской в голосе, ответил рыцарь, - но мне не победить, я знаю, не победить, - и рыцарь затряс головой и закрыл глаза.

- Ну, не надо так печально, - ободрил Кролик, а то ведь кроме как на вас нам не на кого надеяться.

- Надеяться? – переспросил рыцарь.

- Да, - сказал Кролик, - Данила Силыч, хотел попросить вас провести его под видом пешки к воротам замка….

- Не стану я пешкой в чужой игре, - гордо возмутился старший научный сотрудник.

- Тогда конем, - предложил Кролик.

- Ха, заржать можно, - усмехнулся рыцарь, - он больше на слона похож, в этом шлеме.

- Не на слона, а на офицера, - поправил Данила Силыч и поправил шлем, подаренный Ал. Невским.

- Что ж, - сказал рыцарь, - офицером это можно, только мне все равно не выиграть. Ворота не откроются.

- Примените хитрость, - Смотрительский Кот вышел из-за огромного куста садовых роз, - вам нужно заставить самого Гросс Мистера Ли провести Данилу Силыча в замок. Это единственный шанс.

Кролик, рыцарь и Знайкин посмотрели на Кота с восхищением. Очень довольный кот продолжил:

- Пусть Гросс мистер Ли сыграет с рыцарем первую партию, а потом мы все закричим, что надо поменяться фигурами. Данила Силыч проберется на поле, на место офицера и когда рыцарь снова проиграет, окажется, что Данила Силыч победит. Точнее победит Гросс Мистер Ли, но вместе с Данилой Силычем. Ворота должны его пропустить, - под итожил Кот.

- Какой потрясающий план! - вскликнул Кролик и подбросил вверх свою красную фетровую шляпу, - До такого даже я бы не додумался.

- Да чудесный план, - горько улыбнулся рыцарь, - только я все равно проиграю.

Однако о горестях рыцаря никто не хотел слушать.

Ровно в 12 часов появился важный и серьезный Гросс Мистер Ли и пестрая кампания заговорщиков провернула свой гениальный план. Ворота провернулись в железных петлях, и Данила Силыч гордо прошествовал к дверям замка, по аллее засаженной ароматными розами.

«Путь мой не был устлан розами, - подумал Данила Силыч, - и вот же, однако, розы. Что-то я расчувствовался. Какой-то одуряющий запах. Пьянит.» - он услышал музыку. В замке явно веселились, танцевали и пели. «Живут же люди, - мысленно позавидовал Знайкин, - а я, то с тевтонцами бьюсь, то с гусями летаю».

- Да ладно, - Знайкин узнал голос Мономаха, - ладно рассказывать, вы ведь, Данила Силыч всегда мечтали о жизни героической и огневой, вот и наслаждайтесь. В замке невыносимо. Т.е. невыносимая скукота, развлекаемся как можем.

- А кто это поет? - спросил Данила Силыч.

- Александр Россинин, конечно, кому тут еще петь, - пояснил голос Мономаха.

Знайкин, наконец, вступил в бальную залу замка Белой королевы.

«Где она эта королева, как хоть выглядит-то?» - думал старший научный сотрудник.

- Как выглядит, как…. – зашептал на ухо Смотрительский Кот. На Коте уже красовалась зеленая бархатная бабочка, - величественно, как еще может выглядеть Королева.

Данила Силыч огляделся по сторонам. Тут были все. Все Иваны, мышь Алиса, Дмитрий Донской Богданович, Дама Яга, Кощей и библиодама, магистры в своих длинных балахонах и капюшонах, ретивые царевичи и еще куча какого-то очень знакомого народа. Россинин наконец прекратил петь. Все расступились и Знайкин оказался в центре бальной залы, а на противоположном ее конце, на троне восседала Белая королева. Рядом с ней стояла большая ваза со спелыми ягодами крыжовника.

«Хорошо, что я очень представительно выгляжу, - подумал Данила Силыч, - в этом шлеме и с медалью на груди».

- Так это и есть Знайкин, знаменитый вратарь? – сказала Белая Королева.

- Он знаменитый старший научный сотрудник, - Белый Кролик суетился возле королевского трона.

- Зачем ты пришел в наше Королество? – вновь спросила Королева.

- Я не приходил, - ответил Данила Силыч, - я был втянут, завлечен, я….в общем я упал.

- Ваше величество, он упал, - подтвердил версию Данилы Силыча Кролик, - и что-то зашептал на ухо Белой Королеве.

- Ах, вот как, - сказала она, - упал – пусть валяется, но это положение дел не меняет. Все равно он виновен.

- Это всё так грустно, - сказал Белый Кролик.

- Как это не меняет… - запротестовал Знайкин, - я не хочу валяться, я хочу вернуться домой, точнее в музей, на работу.

- А я дракона хотел, - мстительно начал Кощей.

- Он денег мне за аренду ступы должен, - Дама Яга потрясала в воздухе квитанцией.

- А мне должен очко, - голосил откуда-то с потолка невидимый Владимир Мономах.

- И через ворота нечестно прошел, - поддакнул Гросс Мистер Ли, - он в шахматы не играет.

Все галдели и возмущались. Данила Силыч был красный как рак и тяжело дышал.

- Отрубить ему голову, - твердо произнесла Белая королева. После этого внезапно воцарилась полная тишина. А еще через минту Смотрительский кот кашлянул и деликатно сказал:

- Может быть послушаем мнение магистров….

- Хорошо, - после паузы, нехотя, заключила королева. Магистры скоренько столпились и принялись совещаться.

«Действительно невыносимое место, - думал Знайкин, - и эта королева….кого это она мне напоминает…решительная дамочка….а эта…Яга….тоже хороша, блондиночка, алчная какая, все бабы стервы, хорошо, что я не женат».

Один из магистров выступил вперед и изрек:

- Мы считаем, что за аренду ступы надо заплатить, до того, как голова будет отрублена…

«Вот тебе и магистры, - задохнулся от злости Данила Силыч, - приговорили меня».

- Никаких бумажных денег я не возьму, - кокетливо сообщила Дама Яга, - только золото.

Данила Силыч угрюма и молча снял с шеи золотую медаль и отдал Даме Яге.

- Ну что ж, раз эта проблема решена… – сказала Белая Королева…

И в этот момент мышь Алиса пискнула:

- А мне вот интересно, когда был посажен дуб? Вот вопрос?

Вопрос! Данилу Силыча осенило! Ответить на вопрос! Ну конечно! Только это может спасти.

«Что там сказал тогда у дуба Летописец? Думай, Силыч, думай, жизнь весит на волоске!» (Интересно, а наши читатели запомнили, когда был посажен дуб? Смогли бы они сейчас ответить, если бы жизнь висела на волоске? Это вопрос философский и провокационный). Но Знайкин не даром был старшим научным сотрудником, он напряг всю свою память …иии…вспомнил:

- В лето 5390! – воскликнул во все горло Данила Силыч в центре бальной залы, а затем снял и поцеловал шлем А. Невского.

- Он ответил, - пискнула мышь Алиса, - кстати, я тоже дама, так что….не все бабы - стервы.

- Что ж, - вынужден признать, - возвестил закадровый Владимир, - Это правильный ответ и Данила Силыч зарабатывает победное шестое очко.

Все посмотрели на Королеву, и Белый Кролик вновь что-то зашептал ей на ухо.

- Что ж, - сказала Королева, - монархия держится на справедливости, - Мы можем отправить его в музей?

Все молчали. Магистры вновь принялись совещаться. Наконец один из магистров возвестил.

- Он должен перепрыгнуть через горы, но там его никто ловить не будет.

- Нам-то что, - дернула плечами Королева, - пусть прыгает. Где наш космический батут?

- В чулане, - заметил Кот, - я там недавно мышей искал, так вот, батут там.

- Достаньте! - приказала Королева, - и, как только достанете, пусть прыгает в сторону музея.

- Но его собьет ПВО, - вклинился в королевский план эвакуации Знайкина Кролик, - и Данила Силыч разлетится на тысячу мелких кусочков.

- Что такое ПВО? – спросила Королева. Данила Силыч хотел было ей ответить, но Королева весело воскликнула:

- Пусть разлетится, заодно посмотрим на фейерверк, давно мы на них не смотрели!

Старший научный сотрудник был категорически против того, чтобы превращаться в фейерверк, но вокруг радостно загалдели, обступили Данилу Силыча:

- На батут его, на батут!

- В окошко кидайте!

- Музей вон там, - это сказал свое последнее напутственное слово Смотрительский Кот.

В ушах у Данилы Силыча засвистел ветер, тело очень сильно вибрировало…

- Данила Силыч, - охранник музея тряс его за плечо, - Данила Силыч, с работы уходить будите? Никак не могу вас разбудить.

Знайкин поднял голову. Он сидел в своем кабинете, на стуле, компьютер погас, все было тихо.

Значит он уснул и просто это все приснилось. Невероятная история. Совершенно невероятная, невозможная история.

- Да, конечно, я сейчас иду, - ответил Данила Силыч охраннику. Медленно надел теплую зимнюю куртку, шапку, застегнул молнию:

- А что, вы не видели тут кролика? - зачем-то спросил Знайкин у охранника.

- Кролика? Нет не видел, - тихо ответил охранник, но Данила Силыч заметил, что в глазах собеседника промелькнул какой-то страх….

«Ах, вот как, - подумал Данила Силыч, - не все так просто! Что ж завтра разберемся. Или не завтра. Ясно одно, со всем этим надо жить дальше».