Дай сердцу волю...

Уже второй день «Противник ветров» стоял вблизи берегов Гарвальда – его накрыл полнейший штиль. Яркое южное солнце нещадно палило с безоблачного неба, паруса бессильно повисли, а море блестело, словно огромное полированное зеркало из серебра, слепя глаза и отражая лучи в бескрайнее бледно-голубое небо.

Матросы, томясь от жары и безделья, развалились на палубе, подставив голые спины лучам солнца, или играли в кости в скудной тени.

Капитан и два пассажира сидели в душной каюте, потягивая кислое алмостское вино и лениво перекидываясь в кости. Игра шла с самого утра с переменным успехом, хотя одному игроку – тучному купцу из Литнеса – не везло больше остальных. Ставки были не очень большими, но он проиграл уже приличную сумму и начал нервничать. Резко бросал кости, долго гремел ими в стаканчике и сердито сопел, когда сумма выпавших очков оказывалась меньше, чем у партнёров.

Выложив на стол очередную серебряную монету, которая тут же перешла в руки капитана, он грубо выругался и в сердцах произнёс:

- Будь проклята эта ветреная девка!

- О ком это вы, уважаемый? – добродушно усмехнулся капитан.

- О богине удачи! Сегодня она явно показывает мне зад… Ладно, рискну ещё раз! Господа, денег у меня осталось маловато, но зато есть качественный товар… Ставлю на кон одну из пяти рабынь, которых везу в Алдею. Если проиграю и сейчас – значит, не фарт, и я выхожу из игры.

- Это большая ставка, - ответил капитан. – Я не согласен столько ставить за один раз.

- Не могу же я проигрывать рабыню по частям, - буркнул купец. – Предлагаю поставить сумму, которую проиграл. Она, по большей части, находится у господина Алхантера. – Он посмотрел на третьего партнёра – высокого мускулистого человека лет сорока, в простого кроя, но из дорогого материала одежде, которая не скрывала сильное тренированное тело воина. Смуглая кожа и чёрные волосы говорили, что он родом из Алмоста, но пронзительные синие глаза подсказывали, что в его жилах есть толика ассветской крови.

- Как вам нравится такое предложение? – посмотрел капитан на Алхантера.

- Совсем не нравится, - холодно ответил тот. – Если я выиграю – получу обузу. Зачем мне рабыня? Я еду в Алданию, а там рабство отменено. Если она сбежит – я потеряю деньги… А если выиграете вы, капитан, то получите девушку и сумму, выигранную мной у Алмоха.

- Я не собираюсь увеличивать ставку, - отрезал капитан. – А рабыня мне тоже ни к чему.

Купец сердито засопел, затем предложил:

- Ладно, тогда я делю стоимость рабыни на пять частей. А проигрыш выплачу в Алдее, после продажи.

- Я не собираюсь торчать в Алдее, пока вы не распродадитесь, сударь, - категорически возразил капитан.

- Да я её сбуду за пять минут, тут же, в порту, какому-нибудь перекупщику, - возразил купец. – Для этого мне даже не придётся спускаться с корабля.

- Ну что ж, - буркнул капитан, - тогда я согласен.

- Я тоже, - кивнул Алхантер.

- Только попрошу сменить кости.

- Не хотите ли вы сказать, уважаемый, что мы жульничаем? – с угрозой произнёс Алхантер.

- Да, поглоти вас морской змей! – поддержал его капитан.

- Конечно, нет, - поспешно ответил купец. – Просто таким способом я надеюсь обмануть богиню удачи.

- Ладно, - согласился капитан, и достал из сундука новый набор костей.

Игра вновь возобновилась. Вначале купцу везло, и он радовался, как ребёнок, но затем фортуна вновь повернулась к нему спиной, и он несколько раз проиграл. Весь выигрыш перешёл к Алхантеру. Таким образом, он полностью выиграл стоимость рабыни и немалую сумму у капитана. Тот в сердцах бросил кости на стол и сердито воскликнул:

- Всё, на сегодня хватит! А то я проиграю свой корабль, как господин Алмох рабыню.

У купца было такое выражение лица, словно он проглотил живую муху, и она жужжит у него в животе.

- Я бы хотел взглянуть на свой выигрыш, - улыбнулся Алхантер.

- Разве вы не возьмёте деньгами?

- Нет. Я передумал. Я сам могу продать девушку и взять за неё немного больше, чем должны мне вы. Разве не так?

- Я думал, что вы охотник, а не купец… - съязвил Алмох.

- Я не купец, но и не глупец, - улыбнулся Алхантер.

Капитан рассмеялся:

- Хорошо сказано! Вы ещё и поэт!

- Я могу привести девушку сюда, - с кислой миной предложил купец.

- Разве не я должен выбирать? – приподнял брови Алхантер. – Вы ведь сказали «одну из пяти». Значит, я могу взять любую.

- Да, это так… - ещё больше сник купец. – Конечно, вы можете выбрать, если хотите…

- Можно прямо сейчас?

- Почему бы и нет? – пожал плечами купец и поднялся.

- Вы позволите пройти с вами? – взглянул капитан на Алмоха. – Я тоже хочу посмотреть на то, что мог выиграть, если бы фортуна была ко мне благосклонней.

- Пожалуйста, - великодушно разрешил Алхантер.

Все трое отправились на нос корабля, где располагались пассажирские каюты. В одной из них Алмох держал рабынь.

В небольшом помещении находились пять невольниц. Две лежали на толстом ковре, покрывавшем пол, парочка сидела в углу, о чем-то шепчась и тихонько хихикая, а одна стояла у окна и глядела сквозь прутья решётки на бескрайнее море, сливающееся с небом.

- Выбирайте, - взмахнул рукой купец. – Весь товар качественный и высшего сорта… Эй, красавицы, а ну, подойдите сюда! Этот господин выберет одну из вас.

Девушки удивлённо загалдели, но послушно встали и приблизились. Только та, что стояла у окна, даже не оглянулась.

- Девушка, подойди ко мне! – смешно коверкая слова, произнёс купец по-ассветски.

Рабыня повернулась и окинула всех присутствующих непроницаемым взглядом тёмных глаз. Алхантер обратил внимание, что её руки скованы цепью, а на шее красуется великолепный золотой ошейник. Она, не спеша, приблизилась и стала в общий ряд. Походка у девушки была неторопливой и плавной, словно у ленивой кошки, но намётанный взгляд различил в скупых движениях, в высокой, стройной, гибкой фигуре, скрытую силу и стремительность. Она напоминала разморенного жарой и сытной едой гиззарда, дремлющего на ветке дерева. Но, если понадобится, в мгновение ока этот, вроде бы ленивый и расслабленный хищник, может превратиться в молниеносную, беспощадную и сокрушительную смерть.

Алхантер окинул взглядом четырёх девушек и вернулся к той, что в золотом ошейнике. Первые четыре рабыни – алмостки: великолепные красавицы с большими округлыми грудями, узкими талиями и крутыми бёдрами, с ногами прекрасной формы. У Алхантера, дома, уже были такие наложницы. Пятая же казалась экзотической чужеземкой: загорелая, с недлинными блестящими тёмными волосами, открывавшими нежное овальное лицо с высокими изогнутыми бровями, миндалевидными чёрными глазами, наружные уголки которых вздёрнуты к вискам; ровным небольшим носиком и чудесной формы губами, словно созданными для поцелуя. Фигура девушки, в отличие от её товарок, не блистала красотой и совершенством: подтянутое тело, гибкое и мускулистое, с небольшой грудью, узкими бёдрами и длинными стройными ногами. Одета необычно: волосы стягивал жемчужный гребень; бледно-розовый удлинённый жакет застёгивался на резные костяные пуговицы, ноги прикрывали узкие дымчатые шёлковые шаровары, схваченные на лодыжках золотыми пряжками. Ступни спрятаны в короткие мягкие ботинки на толстой подошве из кожи водяного быка. Но самое приметное украшение находилось на шее: широкий золотой ошейник, расцвеченный мелкими драгоценными камнями, с выбитым ассветским знаком «принадлежать» или «собственность». Но во всём мире его воспринимали как слово «раб, рабыня». Обычно после него шло имя владельца, но здесь его не было.

- Кто эта девушка и почему она закована? - полюбопытствовал Алхантер.

- О, это лучший экземпляр моей коллекции, - с гордостью произнёс купец. – Это чистокровная виолка с Оллина. Она из высокопоставленной семьи, была приближённой самой королевы, но в чём-то провинилась, и, по местным законам, её осудили на изгнание и рабство. Девица очень гордая и строптивая, и я не рискнул снять с неё цепи.

- Значит, эта девушка из знатного рода?

- Ну, да.

- Почему же родные не выкупили её?

- Возможно, побоялись гнева королевы, - пожал плечами купец. – Кто поймёт этих варваров!

- Как тебя зовут? – обратился Алхантер к рабыне.

- Элиот, - ответила девушка низким грудным голосом.

- Почему родители не спасли тебя от позорной участи?

- Я совершила проступок и должна понести наказание, - безучастно ответила девушка.

- Что же такого ужасного ты совершила, что тебя так жестоко наказали?

- Я убила сестру.

Мужчины удивлённо переглянулись.

- Да, это тяжёлое преступление… - согласился Алхантер. – Будешь ли ты служить мне, если я выберу тебя?

- Я буду служить любому, мне всё равно… Я теперь не распоряжаюсь своей судьбой, - равнодушно ответила девушка.

Рабыня говорила тихим ровным голосом, но в глубине тёмных мрачных глаз мужчина заметил такую безысходную тоску, что его сердце невольно вздрогнуло от жалости. Ведь она была ещё такой юной: лет семнадцать, не больше. Оторванная от дома, от семьи, с унизительным украшением на нежной шее, предмет купли-продажи, больше не человек – раб, вещь.

- Я возьму её, - обратился Алхантер к купцу. – Она мне нравится.

- Воля ваша, - как бы равнодушно пожал плечами Алмох, хотя в голосе проскользнули нотки сожаления.

- А я взял бы вон ту пышку, - кивнул капитан на одну из девушек.

- Триста золотых – и она ваша, - оживился купец. – Это совсем не дорого, почти даром…

Капитан засмеялся, но глаза его с жадностью пожирали фигуру понравившейся рабыни.

Алхантер взял Элиот за руку и вывел из каюты. Приведя в свою – маленькую и тесную – предложил присесть на койку. Сам опустился на единственный табурет напротив и несколько минут рассматривал приобретение. Затем неожиданно произнёс:

- Я выиграл тебя в кости.

Девушка не проявила эмоций, и он продолжил:

- Мне не нужна рабыня и, возможно, я тебя продам… А чего хочешь ты?

На губах виолки появилась слабая улыбка, хотя глаза оставались мрачными и холодными.

- Я хочу свободы. Но это невозможно. Замок ошейника сломан, и я обречена носить его до самой смерти. Так повелела королева. Продадите вы меня или оставите себе – не всё ли равно? Я могла желать, когда была свободной, а теперь я должна повиноваться.

Несмотря на юный возраст, девушка рассуждала почти по-взрослому. И, чем дольше Алхантер смотрел на неё, тем больше она ему нравилась.

***

К вечеру поднялся сильный ветер, и корабль, распустив паруса, быстро заскользил вперёд.

После ужина в каюте капитана хозяин судна и Алхантер вышли на палубу подышать свежим воздухом. Заливавший горе проигрыша купец Алмох, налегавший весь ужин на крепкое вино, отправился спать.

Стоя на корме и глядя на разбегающиеся волны кильватерной струи, мужчины разговорились.

- Что думаете делать с рабыней? – поинтересовался капитан.

Алхантер пожал плечами.

- Вы же направляетесь в Алданию? – продолжил капитан. - А тамошние законы строги к рабовладельцам. В стране давно запрещено рабство, а с иностранцев, ввозящих своих невольников, берётся огромная пошлина. Напрасно вы не приняли предложение господина Алмоха взять деньгами.

- Вы хотите выкупить её? – удивился Алхантер.

- Нет! Зачем мне рабыня? Да ещё виолка. Но, я мог бы дать вам дельный совет… За небольшую мзду, конечно.

- Вы считаете, что ваш совет настолько ценен, что за него нужно платить? – насмешливо прищурился мужчина.

- Выслушайте и решайте сами.

Алхантер минуту задумчиво разглядывал кильватер, а потом буркнул:

- Ладно… Говорите.

- Когда мы войдём в Мелкоморье – его ещё называют Демонским Лабиринтом из-за тысяч островов, скал и рифов – я могу сделать крюк и отправиться к одному из островов. Пока не буду называть какому… На нём живёт эксцентричный отшельник, некий лорд, большой любитель всякой экзотики и диковин. Он скупает различные редкости почти не торгуясь. Думаю, рабыня-виолка пришлась бы ему по вкусу.

Алхантер потеребил прядь, свисавшую с виска.

- Далеко ли до Мелкоморья?

- Если ветер не переменится, завтра к вечеру пройдём Зубы Дракона. Это своего рода «врата» в Лабиринт.

- Я подумаю над вашим предложением… – пообещал Алхантер.

Вернувшись в каюту, мужчина растянулся на койке, из-за чего рабыне пришлось переместиться на табурет.

- Ты собираешься там сидеть всю ночь? – усмехнулся Алхантер.

- Если прикажете.

- А если не прикажу?

- Лягу спать на пол, когда вы уснёте.

- Может, вернёшься в каюту рабынь?

- Как пожелаете.

Мужчину начала раздражать эта равнодушная покорность.

- Не скучала, пока меня не было? В компании всё же веселей.

- Нет… Я устала от этих болтливых сорок. Хоть отдохнула в тишине.

- Тогда, возможно, присоединишься ко мне?

- Нет, – твёрдо произнесла рабыня.

- Ты отказываешь господину? – удивился Алхантер. – Разве я не твой хозяин и не могу поступать с тобой так, как хочу?

- Давайте объяснимся сразу, чтобы в будущем у нас не возникало разногласий… – нахмурилась девушка. – Вы мой господин – я ваша рабыня. Вы можете продать, подарить, проиграть или даже убить меня… Вы можете приказывать мне что угодно, поручить любую работу или поставить на любую службу – я безропотно подчинюсь, сетуя на судьбу, но не на вас. Но вы не имеете власти над моим телом. Я не стану вашей наложницей и не лягу с вами против своей воли… Если вы взяли меня, рассчитывая на любовные утехи, то ошиблись – я рождена не для этого.

- А для чего же?

- Я – виолка, - горделиво вздёрнула носик девушка.

- Ну и что? А я алмостец.

- Вы не знаете, кто такие виолки?

- Бабы, решившие, что у них есть член, - съязвил Алхантер.

- Пусть так… – в голосе девушки послышался сдержанный гнев. - Сейчас лишь скажу, что виолки сами выбирают мужчин. Взять виолку силой – значит нанести ей смертельное оскорбление. Такое оскорбление не прощается даже господину.

- И что ты сделаешь, если я поступлю с тобой так? – с вызовом произнёс Алхантер.

- Убью, - голос прозвучал спокойно, даже равнодушно.

Мужчина нахмурился.

- Ты угрожаешь мне, девка?!

- Нет, предупреждаю… Вы можете убить меня – и я покорно приму смерть из ваших рук. Но не пытайтесь овладеть моим телом – я буду защищаться до последнего вздоха.

Алхантер помолчал, а затем проворчал:

- Наверное, я ошибся, взяв тебя… Нужно было выбрать более покладистую девушку.

- Возможно… - пожала плечами виолка. – А может, вам несказанно повезло.

- Тогда лучше продать тебя, пока не поздно.

- Воля ваша.

- Ладно… Пошла вон. Спи, где хочешь, но чтоб утром была в каюте!

Элиот молча повернулась и вышла.