Дед в режиме хранителя. Том 5

Луч утреннего солнца неохотно пробивался между шторами и падал на подушку, под которой скрывалась голова девицы, сопящей рядом с Павлом.

Я приподнял подушку и испытал, наверное, всё же облегчение…

На кровати лежала не Жанна, а напоминающая её девица с остатками вчерашнего макияжа, из-за чего она была похожа на женский вариант Джокера.

— Дедушка, — прорезался напряжённый голос Вячеслава, буравящего меня острым взглядом. — Алексей и вправду мёртв?

— Очень на это надеюсь, — произнёс я и похлопал девицу по щекам.

Та недовольно поморщилась и вяло попыталась отмахнуться, а затем всё же открыла сонные глазёнки.

— Пора, красавица, проснись. У нас тут намечается серьёзный семейный разговор, а ты будешь мешать. На той стороне коридора есть спальня с ванной. Можешь там привести себя в порядок, а кто-нибудь из слуг вызовет для тебя такси, — проговорил я, глядя, как проясняется взгляд девушки.

Она судорожно закивала и быстро встала с кровати, прихватив с собой одеяло. Закуталась в него, шустро собрала свои разбросанные вещи и выпорхнула из спальни, бросив взгляд на мрачного Вячеслава.

— Игнатий Николаевич, — назвал он меня по имени-отчеству, как делал всегда, когда злился. — Мне не нравятся ваши шутки.

— А я ещё и не шутил. Алексей мёртв. Почему? Павел рассказывал тебе, что он предал наш род, переметнулся к Вороновым и сошёл с ума? А минувшей ночью Алексей и вовсе собирался убить целую прорву людей, — отчеканил я, распахнул шторы и настежь открыл окно.

В комнату вместе с голосами рабочих ворвался прохладный ветерок. Он начал трепать трусы, свисающие с люстры, и налетел на Павла. Тот поёжился, снова разлепив веки.

— М-м-м, — простонал младший внучок, обвёл мутным взглядом спальню и наткнулся на недоверчиво щурящегося Вячеслава.

— Доброе утро, — буркнул тот.

— Брат! — обрадованно прохрипел пухляш и тут же закашлялся, мучительно схватившись за голову. — Как болит… Словно внутри камнедробилка работает.

— Павел, что с Алексеем? — хмуро бросил атлет, уставившись на брата требовательным взором.

— Мёртв, — просипел тот, опустив взгляд. — Но… но он стал чудовищем. Мы… мы должны были сделать это…

О как! Павел приятно удивил меня тем, что не хныкал, не ныл, а рассуждал вполне здраво, отбросив эмоции.

— Расскажи мне, всё расскажи! — хрипло выпалил Вячеслав и буквально упал в кресло.

Под его задом зашелестели презервативы, но он не обратил на это никакого внимания.

— Деда, может, лучше ты? — посмотрел на меня Павел, потирая виски. — Я… я сейчас плохо соображаю.

— Тебе скоро станет лучше, так что не заставляй брата ждать. А я пока сделаю коктейль «похмельный».

Пухляш страдальчески нахмурился, наблюдая за тем, как я принялся сливать в стакан алкоголь, оставшийся в бутылках, разбросанных по спальне.

— Ладно. С чего бы начать? — задумался внучок и тяжело вздохнул. — Наверное, всё полетело под откос, когда мы чуть не похоронили живьём дедушку. Хотя на самом деле всё началось ещё тогда, когда Алексей показал нам с тобой, Слава, поддельную дарственную, по которой ему отходил наш родовой особняк…

Павел сделал паузу и продолжил говорить, печально глядя на брата. А тот с каждым мгновением мрачнел всё больше и больше. Его брови сдвинулись над переносицей, а пальцы вцепились в подлокотники так сильно, что аж побелели.

Вячеслав под конец рассказа тяжело задышал, играя желваками. Казалось, он не мог допустить даже мысли, что его старший брат был подлецом, мерзавцем и убийцей.

Наконец, когда пухляш замолчал, Слава полузадушено прохрипел:

— Доказательства… мне нужны доказательства вины Алексея.

Твою мать, какой недоверчивый! А ежели мы не убедим его, то явно получим очередного близкородственного врага.

— Павел, у тебя осталась та запись, которую я сделал у нотариуса Берга, когда он рассказывал о поддельной дарственной? — спросил я, вылив остатки мартини в бокал, где уже плескался абсент, пиво и водка.

— Угу, — подтвердил он, поспешно вскочил с кровати и вытащил телефон из штанов, валяющихся на полу.

Внучок включил запись и с непроизвольным вожделением посмотрел на бокал у меня в руках.

— Твоё здоровье, — отсалютовал я ему и присосался к адскому напитку.

Тот обжёг горло, да ещё как! Наверное, даже некоторые виды керосина пьются легче. Зато мозги окончательно прочистились.

— Эй! — возмущённо выдохнул Павел. — Я думал, это ты мне налил!

— Жизнь полна разочарований, — пожал я плечами, а потом, сжалившись, всё же передал внуку наполовину опустевший бокал.

Тот схватил его трясущимися руками и сделал глоток.

— Кха-кха! — закашлялся Павел, выпучив заслезившиеся глаза.

Он задышал как дракон, пока Вячеслав с похоронной физиономией слушал голос Берга.

— Тяжело… тяжело поверить в это, — простонал Вячеслав и вдруг зло выпалил, глянув на брата, снова приложившегося к коктейлю: — Павел, имей уважение, не хлебай так громко!

Тот чуть не поперхнулся и от греха подальше поставил бокал на стол.

— Слава, — мягко обратился я к внуку. — Тебе надо побыть одному, всё обдумать. Не стоит срываться на брата. А что до Алексея, ты просто не видел того, что он творил в последние дни. В тебе говорят тёплые воспоминания, которые остались о нём. Но на самом деле смерть Алексея украсила всё живое, ведь за несколько дней до кончины он превратился в натуральное чудовище.

Вячеслав вздохнул так тяжело, что чуть не сдул компьютер со стола, а затем уставился в пол немигающим взглядом, опустив плечи.

Павел покосился на него и принялся робко одеваться. И только сейчас он заметил надпись на моей толстовке.

Внучок удивлённо округлил зенки и прошептал:

— Ого. Откуда у тебя такая примечательная одёжка?

— Владлена Велимировна дала, вроде как у неё больше ничего не было. Но мы-то знаем, что она просто издевается, стерва. Хорошо хоть не попыталась сожрать меня, как самка богомола.

Вячеслав издал какой-то странный звук, будто подавился костью, и косо посмотрел на меня, как человек уже разучившийся удивляться.

— Ты ещё и с той самой Владленой Велимировной из института встречаешься? — устало и как-то обречённо проговорил внук. — Как, дедушка, как?! Она же чуть ли не первая красавица столицы. Ежели б не её поганый характер, то к ней бы выстроилась очередь из графов и баронов, готовых жениться на ней, невзирая на её возраст.

— Сам не знаю, как у неё получилось окрутить меня, — сокрушённо пожал я плечами. — Но мы не в отношениях, так, балуемся.

Слава хмыкнул и потёр глаза.

Павел же словно решил добить его, с придыханием сказав:

— А дедушка-то наш спецагент тайной канцелярии.

— О-о-о! — выдохнул внук и поспешно встал. — Пожалуй, достаточно. Мне нужно переварить уже полученную информацию, иначе я сойду с ума.

— Если что-нибудь понадобится, зови слуг! — бросил я в спину выходящему из спальни внуку, а потом осуждающе посмотрел на Павла. — Не мог подождать со своим спецагентом? Хочешь, чтобы и второй брат… ку-ку стал? Ей-богу, Каину, убившему своего брата Авеля, было бы чему поучиться у тебя.

— Да я чего… Хотел уж сразу всё сказать.

— Ладно, приглядывай за Вячеславом, но думай, что говоришь. А мне нужно подготовиться к походу в Лабиринт.

— В Лабиринт? А может, я с тобой пойду? Мне бы не помешало развеяться.

— Мал ты пока для таких походов со мной. У тебя и уровень ещё низкий, да и как воин ты слабоват. Помнишь, как ты стрелял и швырялся магией? Чуть ли не постоянно мазал. Монстры были от тебя в восторге.

— Ты сгущаешь краски, — обиженно запыхтел Павел.

— Ничуть. Лучше попроси Вячеслава тебя потренировать. Заодно и сблизитесь, — посоветовал я и вышел из комнаты.

Мимо промчался рабочий с карандашом в зубах и рулоном новых обоев в руках. Я благосклонно глянул на него, после чего вошёл в свою спальню и с наслаждением снял толстовку. Дальше отправился в лабораторию и там сварил комплект зелий для похода в Лабиринт.

Благо все полки и шкафы ломились от ингредиентов, купленных впрок. Оказывается, снова быть богатым — это очень хорошо. Советую всем попробовать.

Оставив зелья в лаборатории, я вернулся в спальню и завалился спать.

А что? Поспать мне довелось всего ничего, а поработать пришлось ого-го сколько! Посему я без всякого стыда отправился в царство сновидений. И пробыл в нём чуть не до самого вечера.

Когда разлепил веки, на улице уже смеркалось, а рабочие покинули мой особняк. Непривычная тишина блуждала по комнатам. И я, подражая ей, тихо собрался и отыскал Екатерину.

Она любовно полировала «мерседес» в гараже, хотя автомобиль и так отражал свет лампы лучше всякого зеркала.

— …Всё для тебя — рассветы и туманы, — хрипло подпевала Екатерина мужскому голосу, летящему в сопровождении музыки из салона автомобиля. — Для тебя — моря и океаны. Для тебя — цветочные поляны…

Меня она не замечала, потому пришлось громко кашлянуть в кулак.

Женщина вздрогнула и резко повернулась, сжав пудовые кулаки, но увидев меня, расслабилась.

Правда, тут же нахмурилась, пробежавшись взглядом по моему камуфляжному костюму и спортивной сумке, переброшенной через плечо.

— Едем в посёлок Стрельня, да побыстрее. Кажется, я уже опаздываю и ежели не успею, то империя, скорее всего, умоется кровью. Неудобно получится, — с ухмылкой выдал я и плюхнулся на заднее сиденье. — Но сперва заедем за Владленой Велимировной и полковником Барсовым.

— Как прикажете, господин, — прогудела Екатерина, быстро вытерла пальцы тряпкой и уселась за руль.

«Мерседес» вылетел из полуподвального гаража и понёсся по укрытым сумраком улицам Северной Пальмиры.

Музыка же сменилась криминальными новостями.

— Из родового поместья князя Боголюбского был украден розовый бриллиант, носящий название «Камень любви»! — сразу же заявил ведущий заполошным голосом, будто у него-то бриллиант и умыкнули.

— Да ну, нет… — еле слышно просипел я, чувствуя, как вдоль спины забегал холодок.

— Размеры камня сопоставимы с голубиным яйцом, — продолжил подтверждать мою страшную догадку ведущий. — Кража произошла вчера! Действовал профессионал! Он не оставил никаких следов, кроме отпечатка кошачьей лапки. Видимо, это его воровская подпись. За это преступника уже прозвали Котом. Полиция уже ищет его. Всех, кто имеет какие-то сведения о воре и пропавшем бриллианте просьба обратиться в полицию. Его светлость князь Боголюбский пообещал крупное вознаграждение за ценную информацию!

— Офигеть, — удивлённо пробормотала Екатерина. — Как кто-то мог выкрасть бриллиант из родового поместья? Там же охраны больше, чем блох у бродячего пса. Мне даже интересного посмотреть на этого Кота…

— Да чего на него смотреть? Усы, лапы, хвост, — в точности описал я преступника.

Женщина загоготала, а вот мне было не до смеха.

Ну, удружил Черныш, вот так удружил! Принёс мне в качестве благодарности камешек, украденный у князя, будто больше красть не у кого. Можно же было где-нибудь и за границей порезвиться!

И что мне теперь делать? Как поступить с бриллиантом? Ежели кто-то прознает, что он в моём сейфе, то меня ждут огромные неприятности!

Сразу же захотелось развернуть машину, примчаться домой и как минимум на время спрятать камень где-нибудь в лесу, подальше от моего особняка. Может, позвонить Павлу? Нет, ему лучше не доверять такие задачи.

И только я подумал о внуке, как его номер высветился на запиликавшем телефоне.

— Деда, ты новости слышал? — ввинтился в ухо его взбудораженный голос.

— Ага, — с нажимом выдал я. — Дома поговорим, когда вернусь. У меня важное дело. Больше не беспокой меня: ни звонками, ни сообщениями.

— Хо… хорошо, — пролепетал он и отключился.

Фух, внучок не сболтнул лишнего, а то ведь мой аппарат, возможно, прослушивается ещё более тайной канцелярией, чем та, в которой я нынче работаю.

Вернув телефон в карман, глянул на особняк Владлены Велимировны. Мы только что подъехали к нему. И я первым делом скользнул взглядом по улице, практически сразу заметив давешнего таксиста, усердно красящего столб зубной щёткой.

Екатерина тоже увидела его и дёрнула головой.

— Очередной сумасшедший. Сколько же их? Скоро они совсем столицу заполонят, — пробормотала она и следом посмотрела в сторону особняка декана.

Из него в сопровождении слуги вышла Владлена Велимировна, затянутая в чёрный камуфляжный костюм. Слуга сунул её спортивную сумку в багажник машины, а сама магичка уселась рядом со мной, поправив тугую косу, собранную на затылке в шишечку.

— Чудесно выглядишь, хоть сейчас на бал к князю Тьмы, — сделал я комплимент.

— Благодарю. А ты чего снял толстовку? Неужто не понравилась? — насмешливо сверкнула она зелёными глазищами.

— Я совершил доброе дело. Пожертвовал её бездомной собаке, а то ей спать не на чем было.

Владлена усмехнулась и снова поправила волосы. Её пальцы слегка дрожали, а дыхание было немного прерывистым. Она явно волновалась, прекрасно понимая, что стоит на кону. Тут либо пан, либо пропал. Император не простит нам провала.

Я принялся разговорами отвлекать Велимировну от тяжёлых мыслей.

"Мерседес" же тем временем поехал в сторону Петропавловской крепости, где нас ожидал полковник Барсов.

Вскоре и он оказался в машине, усевшись на переднее сиденье, после чего автомобиль рванул по направлению к Стрельне.

Полковник, в отличие от Владлены, не выказывал признаков тревоги, но хмурил лоб, осознавая, что мы едем не к тёще на блины.

Более того, Артур Петрович, кажется, даже выспался. Он выглядел посвежевшим и помолодевшим, потому довольно бойко поддержал разговор ни о чём, царящий в салоне.

Впрочем, уже перед Стрельней все замолчали, погрузившись в свои мысли. Екатерина тоже молчала. Она лишь пожелал нам удачи, когда автомобиль остановился возле башенки, в которой находился проход, ведущий в локацию «Небесный замок».

Мы втроём выбрались из машины, взяли наши сумки и в свете уличных фонарей двинулись к входной двери. Возле неё курил какой-то простолюдин, и он с угодливой улыбкой открыл дверь перед Владленой.

Она с видом царицы вошла внутрь, а мы проникли следом за ней, очутившись в круглом белом зале с прямоугольными лампами на потолке. Свет падал на троицу бойцов, стоящих возле двери, ведущей вглубь башенки. Та вдруг открылась, и из неё вышли два хмурых аристократа и… барон Крылов!

Он яростно топорщил пышные кавалерийские усы, потрясая гривой седых волос. Высокомерные зенки досадливо сверкали, а красный нос с прожилками шумно втягивал воздух.

— Ого, а я думал, он уже умер, — пробормотал я, глядя на чём-то разочарованного барона. — По крайней мере, надеялся на это.

— Господин Зверев! — неприятно удивился Крылов, сразу узнав меня, несмотря на то что я помолодел и сменил причёску.

Его глаза стали ещё более злыми, а во взгляде появилась плохо скрываемая ненависть. Ещё бы… у нас, мягко скажем, отвратительные взаимоотношения.

— Барон, — приветственно кивнул я подошедшему аристократу и его спутникам, похожим на более юную версию Крылова.

Владлена Велимировна и полковник Барсов тоже поздоровались с ними.

Крылов кивнул на сопровождающих его мужчин и сказал:

— Мои сыновья. Мы только что вернулись из локации.

— Да вы что? Какая неожиданность! А я бы так сразу и не догадался, — иронично выдал я, покрутив головой.

Барон скрежетнул зубами и надменно фыркнул, сложив руки на оплывшей груди:

— Гляжу, вы тоже собрались в локацию. Надеетесь отыскать цветок Эфира?

— Нет, мы туда по грибы идём, — улыбнулся я, заметив, как сыновья барона недружелюбно изучают меня взглядами.

— Ага, как же, по грибы, — оскалил жёлтые зубы Крылов. — За цветком, за цветком. Будто вы не знаете, что сегодня единственный день в году, когда его можно отыскать в этой локации. Но уверяю вас — вы зря потратите время.

— Почему же? Думаете, если вы вышли из локации несолоно хлебавши, то и я потерплю поражение?

Крылов лишь хмыкнул, но так, что всем стало ясно: он уверен, что в локации я найду максимум дерьмо этого цветка, а то и просто запах дерьма.

— Может, тогда заключим пари? — предложил я, почувствовав азарт.

Надо пользоваться моментом. Барон на взводе.

— Зверев, — тихо прошипела Владлена и украдкой ткнула меня локтем в рёбра, — какое, на хрен, пари? Ты забыл, зачем мы здесь?

— Давайте! — жарко полыхнул зенками Крылов, обдав меня неприятным запахом изо рта.

— А вы, барон, любите танцевать на граблях. Вероятно, вы уже забыли, чем закончилось наше предыдущее пари, — усмехнулся я, проигнорировав Велимировну.

— То поражение… оно… оно было случайностью, — прохрипел аристократ, покраснев от стыда.

Он явно вспомнил, как перед телекамерами вывалил плоды дерева Тик-тик вместо голов виверн, кои обещал показать. Тогда хохотала вся столица и близлежащие посёлки.

— Что поставите? — вскинул я бровь. — Мне бы не помешал новый загородный дом. Я слышал, у вас есть такой.

— Дом?! — ахнул один из его сыновей и тревожно облизал губы.

Второй тоже занервничал и хотел что-то сказать отцу, но тот резко взмахнул рукой, приказывая ему заткнуться, а затем сощурился и яростно бросил:

— Хорошо! Я поставлю загородный дом. Но вы тогда поставите свой родовой особняк. До меня тоже дошли кое-какие слухи, будто вы делаете там ремонт. Посему я совсем не против заиметь отремонтированный дом вместо той старой развалюхи, которой он был прежде.

Барон насмешливо окрысился, а я лишь усмехнулся, пропустив мимо ушей слово «развалюха». Как говорится, цыплят по осени считают. Веселиться будет тот, кто победит в пари.

— Хорошо, договорились, — холодно сказал я и протянул руку.

Тот торопливо пожал её и сразу же ехидно выдал:

— Ох, Зверев! Вы так сильно сглупили! Ведь вы, наверное, не слышали, что два цветка уже найдены, остался всего один, последний. А его на такой огромной территории вы точно не найдёте. Проще отыскать иголку в сотне стогов сена, чем этот цветок. Ха-ха! Знаете, что я сделаю первым делом в своём новом доме, где жили поколения ваших предков? Устрою грандиозную пьянку!

Ядовитая улыбка разрезала его красное лицо, а изо рта понёсся злорадный хрип, означающий смех.

Я тоже изобразил смех, чем удивил всех, кто находился в башенке. Ещё бы… они-то не знали, что в локации «Небесный замок» как минимум пять цветков Эфира.

Осталось взять один и попутно допросить демона.

А-а, и ещё бы не попасться на глаза Ирису, ежели он заявится в локацию, а то я сильно осложню реализацию своего главного плана, включающего поимку девяносто девятой души, устранение предполагаемого отца и защиту родного мира от демонов.