Дела портовых городов

1

Дневное время Лорцег по обыкновению проводил в таверне на Площади Велора. Посетители подтягивались ближе к вечеру, и он мог спокойно посидеть наедине со своими мыслями, потягивая красное мецелийское вино. Но даже сейчас, когда зал был почти пуст, ему пришлось занять стол в самом дальнем углу, чтоб ненароком не поймать ни единое чувство или намерение трактирщика, занятого своими делами у стойки. Хоть Лорцег и научился закрывать канал Разума от случайных просачиваний, пока что это требовало от него немалой концентрации и сосредоточения. Расслабиться не получалось.

Дверь резко распахнулась. Лорцег недовольно поднял взгляд. В таверну вошли четверо. Трое — явно охрана. Лёгкие жилеты из дорогого сукна, одинаковые широкополые шляпы, короткие мечи на поясах. По качеству оружия и посадке ножен Лорцег сразу понял: не простые наёмники.

Четвёртый — явно дворянин. И явно не из местных. Богатый синий камзол с белоснежным воротником, короткая аккуратная стрижка, ухоженная бородка с проседью. На вид далеко не молод, но и не стар. В движениях этого человека ощущалось естественное врождённое превосходство.

Он коротко осмотрел зал и взглядом указал на столик у окна всего в нескольких шагах от Лорцега. Один из телохранителей тут же бросился вперёд, раздвигая стулья на пути дворянина. Лорцег внутренне усмехнулся. Он терпеть не мог подобострастия в любом виде.

Корчмарь оторвался от своих дел и тоже довольно резво оказался возле дворянина. Тот уже сидел за столом, а трое охранников встали вокруг. Трактирщик поинтересовался у важного посетителя, чего тот желает. Дворянин что-то ответил. До менталики Лорцега донеслось чужое нетерпение и недовольство.

Лорцег вновь опустил взгляд в кружку. Чувства дворянина продолжали щекотать разум. Он недовольно поморщился. Снова придётся взывать к Дару. Привычно сосредоточившись на канале Раузма, он попытался перекрыть поток чужих эмоций, который представлялся ему тонкой красной ниточкой, лезущей в голову сквозь игольное ушко. Получилось только на второй раз. Инородное нетерпение покинуло разум Лорцега. Однако на его место пришло уже настоящее раздражение. Посидел в наедине с собой, называется.

— Эй ты там! — пока Лорцег занимался отсечением чужих эмоций, его заметил один из людей дворянина. — Да-да, к тебе обращаюсь.

Он направился прямиком к Лорцегу.

— Кто таков будешь? — грубо поинтересовался боец, остановившись в паре шагов от Лорцега.

Тот спокойно отпил вина и нейтрально ответил:

— Постоянный посетитель.

— Понятно. У господина Варенцо здесь назначена деловая встреча. Таверна закрывается. Иди проветрись.

Лорцег поднял брови. Дворяне и их цепные псы, конечно, часто оказываются наглыми выкидышами, но чтоб вот так, сходу… Он слегка приоткрыл канал Разума и тут же ощутил — этот человек жаждет драки. Лорцегу же совсем не хотелось вступать в какие бы то ни было конфликты, но и тотчас кидаться выполнять чужие приказы — тем более озвученные таким тоном — было против его природы. Он пожалел, что оставил меч в комнате наверху. Если дойдёт до потасовки, придётся довольствоваться лишь дуэльным кинжалом, который висел на поясе. Впрочем, в своей способности дать отпор этим бойцам он не сомневался: все трое двигались как мешки с землёй. Да и дар мелхаря в таких делах весьма полезен. Но устраивать драку средь бела дня, в самом центре Лоньекера, да ещё и против телохранителей неизвестного аристократа… Да по всем законам Венцвардта за такое можно легко угодить под суд, а потом и в темницу. И никакое происхождение не спасёт.

Всё это пронеслось у него в голове за секунду.

— Да, вот только вино допью, — как можно более спокойно и дружелюбно сказал Лорцег, — и поднимусь к себе в комнату.

В ответ по его сознанию скользнула вспышка чужой ярости.

— Ты плохо меня расслышал, уважаемый? — повышая голос, рявкнул боец. — Оставляй своё пойло и на выход.

Лорцег холодно скользнул взглядом по лицу дворянского прихвостня. Среднего возраста, с морщинами вокруг глаз, кожа слегка смуглая, нос с горбинкой. Похож на мецелийца. Привык командовать теми, кто ниже по статусу, и подчиняться тем, кто выше. Такой всегда будет рад выместить злость за своё положение в случайной стычке. И, судя по его намерениям, который лезли в сознание Лорцега, именно этого он сейчас жаждал больше всего на свете.

— Я допью, — упрямо повторил Лорцег.

Телохранитель открыл было рот, но его перебили.

— Сударь Лорцег, вы уж послушайтесь, — торопливо вмешался трактирщик, оказавшись рядом. — Стало быть, гости из Бронно, по государственным делам. Уважьте уж меня.

Трактирщик Лорцегу нравился, да и комнату сдавал недорого. Но и спускать поведение дворянского прихвостня нельзя. А то вовсе уважать себя перестанешь.

— Так и быть, Хольц, — Лорцег отодвинул кружку и начал подниматься из-за стола. — А ты, друг мой, будь повежливее.

— Да как ты смеешь указывать мне, щенок!

Чужое намерение атаковать вспыхнуло мгновенно. Лорцег ощутил его раньше, чем встал. Он сам не заметил, как кинжал оказался в его руке. Со стороны движение выглядело слишком быстрым для обычного человека. Ещё мгновение назад Лорцег был безоружен, и вот уже стоит в защитной стойке, отступив на полшага назад. Противник тоже потянул меч из ножен. Двое других бросились ему на помощь. Краем глаза Лорцег заметил как дворянин с интересом наблюдает за происходящим.

— Да что же такое делается! — жалобным голосом промямлил Хольц, отступая назад. — Прошу вас, судари, уберите оружие!

Но для Лорцега сейчас существовали только враги. Трое телохранителей дворянина с мечами против него одного, вооружённого лишь коротким кинжалом. Канал Разума полностью раскрылся. Теперь он читал всё: как его собираются прижать к стене, возможные углы атак, движения каждого… и явное намерение первого — ранить, пустить кровь.

Тело само по себе стало наполняться силой, сознание прояснилось, в движениях появилась нечеловеческая скорость и точность. Чародей Ильвар когда-то объяснил ему — это чистая энергия самой Первоткани. И Лорцегу доступно лишь ограниченное её использование. Не говоря уже о плате, которая придёт после. Его дар не рассчитан на долгие поединки.

Долгим он и не будет.

Мецелийцы уже окружили его с трёх сторон, как вдруг из-за их спин донёсся властный голос дворянина:

— Прекратить! Оружие убрать!

Телохранители синхронно сделали шаг назад и нехотя убрали клинки в ножны. Трактирщик облегчённо выдохнул.

— И вы, молодой человек, тоже спрячьте кинжал, — дворянин подошёл ближе, встав за спинами своих бойцов. — Боюсь, вышло небольшое недопонимание. Приношу извинения.

Лорцег удивлённо взглянул на него. Тот внимательно смотрел прямо ему в глаза. Обычно проявлять вежливость и уважение к тем, кого они считали ниже себя, у знати не принято. Лорцег медленно вернул кинжал за пояс и с любопытством потянулся к намерениям дворянина.

Сдержанное торжество, предвкушение и… тоска? Более сложные чувства всегда тяжелее прочесть, но Лорцег явно ощущал в дворянине глубоко запрятанную печаль.

— И вам приношу извинения за беспокойство, — осторожно сказал он. — Моё имя Лорцег, ваше сиятельство.

— Рад знакомству, Лорцег, — с улыбкой ответил тот. — Меня зовут Тевериан Варенцо. Только никакое я не “сиятельство”. Дворянской крови во мне нет. А на моей родине общаются проще, без этих ваших вардийских церемоний.

Он сделал шаг вперёд и протянул Лорцегу руку. Телохранители по бокам заметно напряглись.

— Взаимно, Тевериан, — ответил Лорцег, пожимая руку.

Сила Первоткани медленно покидала тело. Возвращалось обычное состояние.

— Пересядем ко мне, есть небольшой разговор, — Тевериан пригласительно повёл рукой в торону своего стола. — А вы принесите мне и господину мелхарю лучшего вина и чего-нибудь мясного. Умираю с голоду.