Дело № 28

Протекают серые будни,

Я живу в холодном тумане.

Все бегут, не видя друг друга,

А куда и зачем - не знают...

(Алиса Старицкая, отрывок из стихотворения "Серый туман")

***

Квартал заканчивался, а дело номер 28 все так же висело мертвым грузом и снова – никаких улик. Скоро нужно будет отчетность нести, и что Андрей Бобров скажет начальству? Так и так, шеф, трупы стандартно появляются раз в неделю, улики – нет.

Прощай, повышение.

А ведь он так старался! И все так хорошо шло, и дел особо громких не было, и раскрываемость хорошая, но вот, конец октября, и все пошло по одному месту, когда в Сокольниках обнаружили тело с укусом на шее.

Собака какая, сначала решили следователи, и дело закрыли. Через день на другом конце Москвы нашли еще одного с таким же укусом. Дело пришлось открывать: два тела с таким же набором “симптомов” вряд ли можно назвать совпадением. Подозрения подтвердились еще через день, когда нашли следующих жертв.

Предполагаемого убийцу прозвали “вампиром”, по соответствующему набору ранений. Какой-то псих очередной, перечитавший фантастики. Был у них похожий случай пару лет назад: химик, вдохновившись Гарри Поттером, начал травить людей и оставлять на местах преступления записки “авада кедавра”. Увы, чудес не бывает, и его поймали довольно быстро.

Жертвы “вампира” на первый взгляд, не имели между собой никакой связи. Студентка, дед-пенсионер, работница супермаркета, программист, еще один программист…

– Сегодня ночью обнаружили еще одно тело, – с порога начала Светка, стоило Андрею войти в кабинет. – Стас Грибнев, школьник, семнадцать лет. Засиделся у друга, и возвращаясь домой, решил сократить дорогу через гаражи. Тут-то парня и нашел наш “вампир”.

Светка появилась в их отделе всего ничего, и была самой молоденькой среди них всех. На серьезные задания ее не пускали: старший следователь Николай объективно считал, что девочкам не место в суровой работе, а потому Светка занималась бумажками. Все новые дела приходили через нее.

– Какие-то дополнительные ранения, свидетели? – спросил Андрей, снимая куртку.

– Ничего. Снова мимо камер. И как он находит все эти места? – вслух спросила Светка.

– Понятно. Что говорят судмедэксперты?

– Еще не осмотрели, вот где-то через час может результаты будут.

Андрей посмотрел в окно: серые тучи заполонили небо, ветер выл в стекло. Ночью лил дождь, вероятно, если были какие-то следы, то их всех смело.

Судмедэксперт связался через два часа. И новости эти были весьма странные.

***

– В смысле пропал? – в который раз переспросил Андрей. – Уважаемый, трупы, что, ходить умеют?

– Умеют не умеют, а факт фактом: тела нет, – отрезал парень. Как пить дать, молодой еще, непуганый. Смотрит в глаза таким прямым взглядом и словно бы препарирует.

– Где были, когда тело пропало?

– Да тут был, его соседа разбирал. У нас, товарищ следователь, каждый день прибывает. Лежат себе, и еще ни разу никто не исчезал!

– По порядку давайте, – перебил его Андрей. – Когда начали препарировать, тело Стаса Грибнева лежало здесь?

– Лежало, точно лежало, я еще подумал: молодой какой, жалко пацана. Брата моего напомнил.

– Дальше давайте, – снова поторопил его Андрей.

– Да я ж рассказываю. Пошел, значит, рассматривать, что с телом молочника, а там такое интересное заболевание обнаружилось, если б не инсульт, от почек бы через какое-то время помер. Так вот, как занес все это в наши электронные системы, часа два прошло. Ну я еще сходил в туалет между делом. А прихожу, а тела-то и нет!

Ну не могло же бездыханное тело само взять и уйти. Кто-то утащил. Причем тихо, незаметно это сделал. И кому только потребовался труп пацана?

– Да убийце по-любому! – ответила Светка, едва узнала о произошедшем. – Ну кому ж еще? Видимо, улики какие на теле остались.

Камеры Андрей все перепроверил. И только на одной, что транслировала черный вход, зафиксировалось, что в 10 утра из здания выбежала фигура, обмотанная в белую простыню, и скрылась за забором.

Сбежавший оглянулся, и на экране отобразилось лицо убитого школьника Стаса Грибнева.

– Чур меня, – пробормотал Андрей.

Дело принимало весьма неожиданный оборот.

Впрочем, странности в делах всегда встречались, этого в работе полиции не отнять. Взять, например, дело о призраке: несколько лет назад полиция расследовала дело о полтергейсте, громившего московскую квартиру. В результате что? В результате оказалось, что в квартиру по балкону пробирался соседский кот.

Так что голь на выдумки хитра, и Андрею пока не встречались ситуации, в котором были бы замешаны, скажем так, нечистые силы. Уж полиция, наверное, с чем только не сталкивалась, и всегда – всегда – какими бы абсурдными не были обстоятельства, причины чаще всего были банальны и объяснялись просто.

***

– Итак, что мы имеем, – Андрей вышагивал по кабинету, вымеривая расстояние от двери до окна. – Стаса убили в районе полуночи. Тело пролежало до раннего утра, пока его не обнаружил дворник. По словам свидетеля: лужа крови, прокус на шее, скорая подтвердила смерть. Тело опознали тетя и дядя Стаса, с которыми проживал школьник. После этого его увезли на экспертизу, откуда, в промежутке от 9 до 10 часов тело бесследно пропало. На камере видно, как человек, похожий на Стаса Грибнева, убегает прочь.

– Может и правда, он вампиром стал? – протянула Светка.

– Светлана Павловна, будьте посерьезнее, – укорил Светку старший следователь Николай. – Ну какие вампиры, право слово? Дело ясное, как день: кто-то, извиняюсь за выражение, “косит” под вампира, убивая по жертве раз в несколько дней. Видимо, на теле Стаса остались какие-то улики, и наш убийца проник в помещение и украл труп, поле чего надел на лицо маску и специально показался на камеру. Из чего следует вывод…

Старший следователь Николай обвел команду восторженным взглядом. Светка, недавно перешедшая в их отдел, хлопала своими длинными ресницами аки бабочка, и было ясно, что у нее в голове одна сплошная пустота. Андрей, прошедший пять лет службы на посту, вид имел куда более серьезный и приподнятые брови – о чем-то думал. Как всегда. Светка подмечала, что из-за этого на лбу у Андрея расположилась горизонтальная складка. На прошлый праздник она даже вручила ему крем от морщин.

– Вывод следует, что убийца – сотрудник морга.

– Я проверил всех, кто работал в этот день. Никто не покидал свой пост, – отрапортовал Андрей.

– Родственники, бывшие сотрудники, неработающие в эту смену – приходили?

– Нет, только “труповозка” утром и собственно я.

– Дела… – погладил бороду старший следователь Николай. – Давайте еще раз проверим камеры. Светлана Павловна, займитесь этим. Андрей Викторович, узнайте, кто работает на машине, может кто не вышел на смену? А я обзвоню родственников погибшего, надо узнать, были ли у него какие-то, извиняюсь за выражение, “контры”. Работаем, товарищи!

Много кто не знает, что работать следователем – это не всегда приключения, охота на бандитов и все, что показывают в сериалах. Нет, по большей части: бумажная работа, нудная и временами весьма раздражающая. Пока все формуляры заполнишь, пока занесешь все показания в компьютер… К счастью, в последнее время с этим удавалось расправляться быстрее - бумажная работа все чаще доставалась новенькой.

– Андрей Викторович… – негромко позвала Светка. – Извините, что отвлекаю, но… Можете мне показать, во сколько именно был замечен Грибнев? Я что-то найти не могу.

Кто вообще берет блондинок на работу в участок? Андрей бы не взял. Со вздохом он поднялся со своего места и подошел к коллеге, после чего покрутил мышкой.

– Да вот же… – осекся, с удивлением наблюдая, что никакого Грибнева на камере нет. Напротив, это был худощавый парень в белом мед халате с сигаретой. И лицо четко в камеру отобразилось. Андрей видел его в морге – то был санитар.

– Вы, наверное, перепутали.. – добавила Светка. – Но никакого Грибнева здесь нет, я три раза уже все просмотрела.

Как он мог перепутать? Уж в себе Андрей не сомневался. Глаз у него был зоркий, наметанный. Тренированный запоминать важную информацию с первого раза.

И Андрей четко помнил Грибнева.

– Позвоню-ка я охране морга, – сказал он сам себе. Ведь охранник тоже видел Грибнева, подтвердит.

Однако...

– Какой такой Грибнев? – переспросил голос охранника из телефона. – Помню, санитара видели. Наш Вован. Вы еще, товарищ следователь, так рванули, что я и спросить не успел, что случилось.

Андрей выключил телефон.

Неужели он обознался?

– Поспать бы вам. Андрей Викторович, – сочувствующе сказала Светка. – Второй день на ногах, вот и мерещится всякое.

– Да не померещилось мне! – рявкнул Андрей, окончательно разозлившись. – Надо охранника проверить, может он мне фальшивую копию дал.

– За пару минут дип фейк сделал? – усомнилась Светка.

Андрей махнул рукой, и принялся одеваться. До морга недалеко, успеет добежать. Преступник где-то там, это Андрею чуйка говорит. А чуйке Андрей доверял.

***

Серый, плотный туман стелился по улицам Москвы. Белые высотки скрылись за серебристой дымкой. Андрей шел вдоль руки Яузы, оглушенный рокотом проезжающих мимо автомобилей – те выезжали словно бы из ниоткуда и растворялись в пепельном ничто.

– Ну и мгла, – пробормотал Андрей и вытянул руку. Покрытую складками и двумя старыми шрамами ладонь будто бы накрыли полупрозрачной шалью.

Навстречу Андрею из тумана вышла высокая фигура в желтом дождевике.

– Вы Андрей Бобров? – спросил незнакомец.

– А вы кто? – переспросил Андрей с подозрением, остановившись. Этого мужчину он не знал – а память на лица у следователя Боброва была почти фотографическая. Есть такие люди, которые легко запоминают имена, лица, события. Андрей был одним из них.

– Не ищите исчезнувшего школьника, – сказал незнакомец.

– Вы что-то знаете о Стасе Грибневе?

– Знаю. И лучше бы вам забыть о нем, – почему-то голос мужчины стал громким: он перекрывал грохот машин и шум светофоров, у Андрея закружилась голова. Он попытался сосредоточиться: ощущения были похожи на отравление газом, в бытность стажировки будущим защитникам закона показывали, что это такое. Первое правило в таких ситуациях: немедленно покинуть опасную зону.

– Все в порядке. Вы шли на работу, – голос звучал уже словно бы в голове Андрея. – Забудьте про школьника Стаса Грибнева.

Забудьте… Забудьте… Забудьте…

Где-то вдали прозвучали колокола. “Церковь”, – отстраненно подумалось Андрею. – “Надо в воскресенье отвезти маму в церковь”.

Потом Андрей вспомнил, что мама у него умерла как год назад. Он сам был при захоронении и клал на могилу ее любимые цветы: красные розы…

Андрей очнулся, сидя за столом в своем кабинете. Напротив него сидела Светка и что-то тыкала в телефоне: наверняка снова в своем инстаграме. Головная боль ушла, оставив за собой только приятную пустоту.

За оконным стеклом сияло яркое осеннее солнце.

Весь вечер Андрей был рассеян и несколько раз путал бумаги, за что заслужил проповедь от старшего следователя Николая. Еще Андрей не мог вспомнить, чем они занимались, но тут выручила Светка: она достала из ящика папку с надписью “29” и тут же Андрей вспомнил: точно, как он мог забыть? Они ловили банду воров.

Что-то странное с ним творилось: Андрею все время казалось, что он что-то забыл, а вот что именно – вспомнить не удавалось. Такое, вероятно, у всех бывало, вот только что помнишь, а потом хоп! и забыл. Так себе ощущение, неприятное, особенно, когда зудит под кожей, не переставая. И как вспомнить то, что забыл? По всей видимости, никак – до тех пор, пока не наткнешься на это что-то.

Неделю еще всем отделом Андрей занимался сбором информации, а вечером в пятницу было решено выезжать и ловить преступников на месте. Банда воров должна была тусоваться в районе Кутузовской в погоне за очередными модными сумочками. В бой отправился Николай: вооружившись прелестной сумочкой от Гуччи, тот принялся "ненавязчиво" ходить неподалеку.

Андрею досталось наблюдательное место в машине: он внимательно следил за бодрым мужичком, то и дело мелькающим тут и там. Как пить дать, их жертва.

Зазвонил телефон. Незнакомый номер.

– Слушаю, – механическим голосом сказал Андрей, не отводя взгляда.

– Отдел полиции на Лубянке. Мы поймали человека, называющего себя Стасом Грибневым.

Из лобового стекла открылась увлекательная картина: вор выхватил у Николая сумку и побежал прямо к машине. Старший следователь что-то кричал, кажется: “Андрей, лови его!” Но сам Андрей лишь сидел и смотрел, как мимо пробегает мужичок, за которым они охотились всем отделом целую неделю. Слово “Стас Грибнев” повергло Андрея сначала в ступор, затем ему начали приходить воспоминания.

Вот вор поравнялся с автомобилем. Андрей вспоминает сцену в морге. Следом камеру. А потом таинственного незнакомца. Когда вор исчезает за потрепанным шевроле, Андрей выскакивает из автомобиля – но уже поздно.

Мышь сбежала из мышеловки, оставив старшего следователя Николая без сумки Гуччи, с незапамятных времен хранившейся в закромах полиции.

– Ты что ворон ловишь?! – старший следователь был вне себя. – Кто его должен был поймать, я спрашиваю?! Мы договорились, я работаю "на живца", а ты на подстраховке!

– Извините, Николай Николаевич. Мне только что позвонили из полиции на Лубянке по поводу Стаса Грибнева.

Старший следователь Николай побагровел.

– Мы на операции! Я тебе дам – отвлекаться во время дела! Ишь какой! От Светки я бы и не удивился, но от тебя... вот от кого-кого, а от тебя такого я не ждал. Ты меня разочаровал, Андрей, – Николай выдохнул. – И раз уж на то пошло, кто это такой, этот твой Стас Грибнев?

– Ну как же… – растерялся Андрей. – Стас Грибнев, жертва маньяка-”вампира”, помните?

– Так мы ж закрыли то дело, и никаких Грибневых там не было, — проворчал старший следователь. – Вы мне, следователь Бобров, извиняюсь за выражение, лапшу на уши вешаете.

– Да какую лапшу! – возмутился Андрей. – Это вы ничего не помните!

Но увы, факты были не на его стороне. Вернувшись в полицейский часток, он первым делом пошел искать папку забытого дела, а, открыв папку, обнаружил, что никаких упоминаний о Стасе Грибневе и вовсе нет. Хотя он сам его туда вносил!

Чертовщина какая-то, одним словом!

– Вы это, возьмите на завтра отпуск за свой счет, – посоветовала Светка. – Отдохнете, голову прочистите.

– Да это вам надо головы прочистить! – в сердцах воскликнул Андрей и хлопнул дверью, выходя из кабинета.

Все словно дружно забыли о существовании Стаса Грибнева. И никто не помнил ни о сбежавшем трупе, ни о фальшивых записях на камерах. И сколько бы Андрей не напоминал – не вспоминали.

Зато он, Андрей Бобров, все помнит. И не поздоровится шутнику-гипнотизеру, который с ним играется. Уж Андрей его раскроет, будьте уверены.