День, когда мир сошел с ума от счастья

Самая весёлая и радостная сказка про Понедельник, который решил всех развеселить

Вы когда-нибудь задумывались, почему понедельник такой хмурый?

Нет, правда. Все остальные дни недели — нормальные. Вторник — работяга, среда — середнячок, четверг — предвкушающий, пятница — красавица, суббота и воскресенье — вообще любимчики. А понедельник... ну вы знаете. С утра он встаёт не с той ноги, кофе у него вечно холодный, зубная паста падает не на ту щётку, а троллейбусы уезжают из-под носа.

Но так было не всегда.

Однажды утром (и это было именно утро понедельника) случилось невероятное. Понедельник проснулся и... улыбнулся.

— А чего это я всё время злой? — подумал он, потягиваясь в своей туче. — Вон, Солнце каждое утро встаёт и всем улыбается. Даже если дождь — оно всё равно за тучами улыбается. А я? Я просто рычу с утра пораньше, как старый пылесос. Не порядок.

И Понедельник решил: хватит! Сегодня он будет самым весёлым, самым добрым, самым сумасшедшим днём в истории.

Он подпрыгнул на своей туче (туча охнула и выпустила радугу), надел клоунский нос (который стыдливо прятал в кармане лет сто) и отправился в город.

Первым на его пути оказался будильник тёти Зины из квартиры номер семь.

— Дзы-ы-ы-ы-нь! — заверещал будильник, как обычно. — Вставай, Зина, понедельник, на работу!

Понедельник подскочил к нему, щёлкнул по кнопке и сказал:

— А давай-ка сегодня повеселее!

И будильник вместо противного звона заиграл:

«В лесу родилась ёлочка, в лесу она росла...»

Тётя Зина подскочила на кровати, как ужаленная. Потом прислушалась, улыбнулась и начала подпевать. А когда полезла за тапками, тапки оказались не под кроватью, а стояли рядышком, как солдатики на параде, и на каждом было написано: «С добрым утром!».

— Чудеса, — сказала тётя Зина и пошла варить кофе.

Кофе в кофеварке тоже решил не остывать. Вместо обычной коричневой жижи оттуда полился латте с пенкой, на которой был нарисован смайлик.

Тётя Зина пила кофе и хихикала. А это в понедельник утром — уже маленькое чудо.

В это время на улице происходило нечто невообразимое.

Понедельник подлетел к автобусной остановке, где сонные люди ждали транспорт. Они стояли хмурые, кактусы кактусами.

— Эй, народ! — крикнул Понедельник (но его никто не видел, потому что он был сегодня невидимым, но очень активным). — Поднимайте настроение!

И вдруг автобус, который подъехал к остановке, оказался... разноцветным. Он был разрисован огромными улыбающимися рожицами, колёса у него были жёлтые, а вместо привычного номера маршрута на табло горело: «Маршрут Счастье — Улыбка».

Люди опешили. Но дверцы открылись, и оттуда заиграла весёлая музыка. Кондукторша (обычно суровая тётя Рая) сидела в шляпе с цветами и раздавала всем леденцы.

— Проходите, граждане, сегодня проезд бесплатный! За счёт Понедельника! — объявила она.

Все заулыбались и полезли в автобус. А автобус поехал не по маршруту, а стал делать крюки, чтобы подвезти каждого до самой двери.

В это же время в офисе, где работал дядя Коля, происходило светопреставление.

Дядя Коля ненавидел понедельники больше всего на свете. Он всегда опаздывал, терял документы и проливал кофе на галстук. Но сегодня, когда он вошёл в здание, лифт открылся перед ним сам и сказал приятным баритоном:

— Доброе утро, Николай Петрович! Желаю удачного дня! Какой этаж?

— Э-э-э, седьмой, — растерялся дядя Коля.

— Седьмой так седьмой! Поехали с песней!

И лифт, вместо унылого звона, запел «Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам...». Дядя Коля подпевал всю дорогу и вышел на седьмом этаже с улыбкой до ушей.

А в офисе... в офисе всё было вверх дном!

Начальник, обычно суровый и молчаливый, стоял на столе и жонглировал мандаринами.

— Ну что, орлы! — кричал он. — Сегодня пятница! Ой, то есть понедельник! Но какая разница? Все отчёты потом, сегодня — день веселья!

Секретарши танцевали канкан на столах, а бухгалтерша тётя Люба пела частушки про налоги.

Дядя Коля оглянулся, пожал плечами, снял пиджак и пошёл плясать. А что? Начальник велел.

А Понедельник носился по городу, как угорелый.

Он забежал в детский сад, и там вместо скучной зарядки дети начали летать. Ну, не совсем летать, но подпрыгивать так высоко, что доставали до люстры. Воспитательница сначала ахнула, а потом сама подпрыгнула и повисла на шторе.

— Сегодня можно всё! — кричал Понедельник.

Он забежал в поликлинику, где обычно самые грустные люди. И там вместо очередей начались танцы. Больные с градусниками в зубах плясали вальс, медсёстры раздавали не уколы, а воздушные шарики, а главный врач надел колпак клоуна и лечил смехом.

Один дедушка, который пришёл на приём с давлением, посмотрел на всё это, засмеялся, и давление у него нормализовалось само собой.

— Чудеса! — сказал дедушка. — Надо же, понедельник, а не болит ничего.

А на улице происходило и вовсе невероятное.

Дождь пошёл... из сладкого конфетти. Мелкое, разноцветное, оно кружилось в воздухе и падало на головы прохожим. Люди поднимали головы, ловили конфетти ртом и смеялись.

Коты на заборах начали разговаривать. Не по-кошачьи, а нормальным человеческим языком.

— Мурзик, ты чего такой счастливый? — спросил рыжий кот у полосатого.

— А сегодня ж понедельник! Самый лучший день! — ответил Мурзик. — Пойдём на рыбалку?

И они пошли, обнявшись, как старые друзья.

Собаки перестали гоняться за котами. Они сидели вместе на лавочках, пили пиво (ну, ладно, не пиво, а воду из лужи, но с таким видом, будто пиво) и травили байки.

— А помнишь, как ты меня за ногу укусил в прошлом году? — спрашивала такса у соседского ротвейлера.

— Было дело, — вздыхал ротвейлер. — Нервы ни к чёрту были. Понедельники достали. А сегодня... благодать.

И они обнимались лапами.

Солнце на небе тоже офигело от происходящего. Оно привыкло, что понедельник — день хмурый, и уже приготовилось грустить. А тут такое!

— Эй, Понедельник! — крикнуло Солнце. — Ты чего творишь?

— А радую всех! — закричал Понедельник в ответ. — Надоело быть гадом, хочу быть праздником!

Солнце засмеялось и прибавило яркости. Воздух стал тёплым и золотистым, как мёд.

В парке на скамейке сидела бабушка с внучкой. Бабушка читала книжку, а внучка рисовала мелками на асфальте.

— Бабушка, а почему сегодня всё такое... такое? — спросила внучка.

— Какое — такое? — не поняла бабушка.

— Весёлое! Вон дядька вон на дерево залез и орёт песни. А вон тётя с собакой танцует. А дождик из сладких бумажек идёт.

Бабушка подняла голову, посмотрела на дождь из конфетти, на танцующую тётю, на орущего дядю и улыбнулась.

— А это, внученька, понедельник постарался. Видать, решил, что хватит быть букой.

— А он может быть всегда таким? — спросила девочка.

— А ты у него спроси, — засмеялась бабушка.

Девочка подняла голову к небу и крикнула:

— Понедельник! Ты можешь быть всегда таким?

И вдруг откуда-то сверху прилетел ветерок, щекочущий и тёплый, и прошептал на ушко:

— Если вы сами будете такими, то и я подтянусь!

Девочка засмеялась и побежала рисовать радугу. Самую большую, самую яркую, на весь асфальт.

А вечером случилось главное чудо.

Люди, которые весь день смеялись, танцевали, обнимались и радовались, вдруг поняли, что они не устали. Совсем. Обычно после работы они валились с ног, а сегодня — хоть дискотеку открывай.

И они открыли. Прямо на главной площади.

Кто-то принёс колонку, кто-то гитару, кто-то просто хлопал в ладоши. Танцевали все: старики и дети, коты и собаки, начальники и подчинённые. Даже памятник Ленину (ну, насколько вообще может танцевать памятник) пританцовывал.

Понедельник сидел на своей туче, свесив ноги, и смотрел на этот карнавал. На душе у него было так хорошо, как никогда в жизни.

— И зачем я столько лет злился? — думал он. — Вон оно как оказывается. Если сам светишься, то и весь мир вокруг светится.

Он достал из кармана свой старый хмурый плащ, в котором ходил предыдущие сто лет, и выбросил его в космос. Плащ улетел и превратился в маленькое грустное облачко, которое тут же развеял ветер.

Вместо плаща Понедельник надел яркую гавайскую рубашку, шорты и вьетнамки.

— Так-то лучше! — сказал он и спустился вниз, к людям.

Его никто не видел, но все почувствовали: стало ещё теплее, ещё радостнее, ещё веселее.

Он прошёлся по площади, обнял старушку (старушка вздрогнула и засмеялась), погладил кота (кот замурлыкал как трактор), поцеловал в щёчку молодую маму с коляской (мама покраснела и улыбнулась).

— Хороший сегодня день, — сказал кто-то в толпе.

— Лучший! — ответил другой.

— А ведь это понедельник! — удивился третий.

И все засмеялись.

Ночью, когда праздник стих, и люди разошлись по домам, Понедельник лёг на свою тучу и закрыл глаза. Завтра наступит вторник. Трудяга, работяга, серьёзный день.

— Ну, ничего, — подумал Понедельник. — Я вторнику тоже подскажу пару фишек. А там и среда подтянется. А там и вся неделя будет весёлой. А почему бы и нет?

Он зевнул, укрылся облаком и заснул с улыбкой.

А наутро люди проснулись и поняли: что-то изменилось. Навсегда.

Вторник, конечно, был серьёзнее, чем Понедельник, но тоже улыбался. И среда уже не была хмурой. И четверг предвкушал пятницу с удвоенной силой. А пятница... о, пятница теперь была королевой бала.

Но главное — понедельника перестали бояться.

Теперь, когда наступало утро первого дня недели, люди не вздыхали, а улыбались. Потому что кто знает, что сегодня выкинет этот весёлый проказник? Может, опять будет дождь из конфетти? Или автобусы запоют песни? Или коты начнут разговаривать?

А в одном городе, в одной квартире, на одной подушке лежал маленький мальчик и засыпал в воскресенье вечером. Мама подошла поцеловать его перед сном.

— Мам, а завтра что? — спросил мальчик.

— Завтра понедельник, — вздохнула мама по привычке.

— Ура! — закричал мальчик и подпрыгнул на кровати. — Понедельник! Самый весёлый день!

Мама посмотрела на него, улыбнулась и поняла: а ведь правда. Самый весёлый.

И за окном кто-то невидимый рассмеялся и бросил в форточку горсть конфетти. Оно рассыпалось по комнате золотыми искрами.

Спите спокойно, люди. Понедельник теперь добрый.