День Онцоклодэша

Поутру Онцоклодэш открывает радостные глазки, а они не открываются. Даже не понять, что они радостные – все залепливает ночной воск.

Отняв от глазок воск, Онцоклодэш наконец может разулыбаться новому деньку.

Воск не пропадет. Онцоклодэш открывает в столе выдвижную полку с воском и сбрасывает туда новый воск. Полка уже полна разноцветного воска. Сегодняшний – буро-рыжий. Понятно, почему.

– Воск! – кричит Онцоклодэш воску в полке. – Воск! – голос его упруг.

Когда-нибудь он сделает из глазного воска свечку или статуэтку, или свечку в виде статуэтки.

Увидь кто Онцоклодэша в эту минуту, решил бы, что парень в восторге от своего воска. Но это только сегодня. Обычно он зол на воск.

Онцоклодэш принимает упругий душ. Струя синего разлетается о его спину.

– Упругость! – кричит Онцоклодэш под душем, чувствуя упругость. – Упругость!

Сегодня день упругости. Будет чудесно.

На выходе из дома Онцоклодэш толкает пружинистую дверь. Та подается его массе, затем пружинисто становится на место.

– Пружинистость! – кричит Онцоклодэш своему домику.

– Пружинистость! – кричит домик своему Онцоклодэшу.

Онцоклодэш вспоминает, что забыл дома портфель с докладами. Обычный день это бы испортило. Возвращаться в домик после утреннего крика нельзя. В это время у домика свой глазной воск и свой упругодуш.

Но сегодня забыча докладов не способна изменить настрой. О как тот силен. Сегодняшний разум Онцоклодэша распух. Все доклады там.

Массивно Онцоклодэш идет по улице. Последовательно, одну за другой, переставляет он ступни ног.

– Последовательность! – его новый крик.

Последовательность завораживает.

– Последовательность!

Улица пёстро живет собой. О как много здесь красоты. Сплошное и неизбывное поскрёбывание новых и прежних обитателей о всевозможность нерастворимого.

Онцоклодэш, в обычные дни раздражительный, сегодня рад и посрёбыванию, и обитателям.

По дороге на работу он источает неоднократность криков. Последним оканчивает своё прибытие в главное здание обитания:

– Окончание прибытия! Окончание прибытия!

В здании уже возогнана температура для. Онцоклодэш сегодня своевременен.

Он одолевает предхолл, в котором работники пожиже. Одолевает холл, в котором работники. Попадает в постхолл, в котором отличные налитые работники, каждый размером с Онцоклодэша минус немного.

Путь его приводит его в цэка. В цэка работники полностью соответствуют. Цэка накрыто куполом пузыря. В цэка все сегодня с портфелями и массивны.

Онцоклодэш просто массивен. Непосредственная начальница Онцоклодэша замечает и делает ему непосредственные глаза. Даже это неспособно породить в Онцоклодэше ничего, кроме предвосхищения. Имя непосредственной начальницы Струн-Рулена.

Онцоклодэш размещается и ждёт своей очереди.

Первой с докладом выступает кафедра. Её доклад посвящен проблеме выступления: кафедре выступать не за чем. После кафедры все выступают за кафедрой, критикуя надуманность первого выступления: кафедре выступать незачем.

Приходит черёд Онцоклодэша. Онцоклодэш восходит на помост и становится за кафедру. Он готов начать свое выступление. О как он готов.

– Воск! – кричит Онцоклодэш доклад из пухлого сегодня мозга. – Упругость!

В цэка замолкают голоса, все смотрят теперь только на докладчика.

– Пружинистость! – кричит Онцоклодэш во весь пухлый мозг. – Последовательность!

Чтобы поставить точку упругого воска в последовательности, Онцоклодэш пружинисто кричит:

– Окончание прибытия!

Зал олицетворен. В олицетворении работники цэка всецелы: доклад Онцоклодэша произвел. Теперь каждый хочет.

Онцоклодэш принимает олицетворение из зала. Олицетворенно кланяется.

– Непосредственность! – кричит Онцоклодэш непосредственной начальнице Струн-Рулене, спускаясь с помоста.

– Непосредственность! – кричит непосредственная начальница Струн-Рулена Онцоклодэшу, приближаясь к помосту.

Сегодня тот самый День непосредственности. Долгожданный День непосредственности. И ничто не способно испортить способность.

Объятия Онцоклодэша и непосредственной начальницы Струн-Рулены начинаются, включаются и заключаются чем-то большим.

– Секрет раскрыт! – звучит начальница Струн-Рулена непосредственно из своего раскрытого секрета.

Онцоклодэш уже весь там. Теперь он может расслабить свой пухлый мозг: доклад увенчался.

В цэка тем временем творится. Творимое то время в цэка замерло для воспроизведения себя самое.

Полностью соответствующие работники цэка – массивные работники – массируют массивных работниц. Купол пузыря раздувается упруго, чтобы растянуть простор для воспроизведения.

Портфели заброшены. Все хотят последовательной пружинистости. Пружинистость хочет всех последовательно. Достается даже кафедре – в нее вводят упругий воск.

– Воск! – кричит кафедра. На ней выступает воск. – Воск!

Это основательное и полноразмерное прибытие, на которое способны только работники цэка. Только в День непосредственности. Это полное соответствие. Это вершина воспроизведения, порождающая новых работников. От жидких и хилых – через приемлемых и удовлетворительных – к отличным и налитым. Некоторые из которых немногие.

Немногие. Они отправляются в цэка. Они пишут доклады. Они накапливаются и сверхналиваются сверхжизнью. Но вот все массивны, приходит День непосредственности.

Кто-то запускает его каждый раз.

В этот День непосредственности главный доклад сделал Онцоклодэш. Его день. Его доклад. Его воск. Его пружинистость, упругость, последовательность: его: окончательное: прибытие:

– Окончание прибытия! – кричат новые налитые работники, появляясь из секретов непосредственных начальниц. – Окончание прибытия!

Купол пузыря цэка расслабляется и опадает.