День первой сделки

Двоюродный брат подарил мне свою коллекцию вкладышей и календариков. Какой гордый я ходил, ведь теперь у меня была самая большая коллекция вкладышей от жвачки Turbo с автомобилями. А какого мальчишку не интересуют спортивные тачки?! Особенно когда вокруг одни «Жигули» и «Москвичи», ведь на дворе начало 90‑х.

Кстати, братец всего на пару лет старше меня, но он как‑то перерос увлечение именно «бумажками», жвачками, даже календарики свои подарил, а там тоже была целая коллекция классных машин. Мы таких даже в кино не видели, не то что на улицах родного Борисоглебска.

«Мерины» и «Бумеры» у братвы уже начали появляться, да и другие тачки везли из Европы и Японии, но спортивные в наш небольшой городок как‑то не добирались.

Какое‑то время я действительно гордился, любовался этой коллекцией и дразнил друзей и одноклассников, но потом интерес подпритух, появились новые увлечения. А этот набор: ну лежит он и лежит, – «хлеба не просит», как говорится. Вдруг пригодится для чего‑то.

Однажды настал этот день: он пригодился!

«День первой сделки!»

– Сань, а у тебя ещё остались эти вкладыши с машинками?

– Да, Паш, остались. Куда они денутся?!

Я прекрасно помню, какими горящими глазами Пашка смотрел на эти самые вкладыши. Мне они были не особо нужны, как‑то перегорел уже на тот момент, но ведь это подарок брата… И довольно «ликвидная валюта» во взаимоотношениях школьников, ведь мы ими и менялись, если попадались дубли, и на что‑то более полезное меняли, только что не продавали. И тут…

– Сань, а давай меняться!

– Давай! А на что?

– Ну… А что ты хочешь за них?

– Хм… Надо подумать… О! Вот часы твои хочу!

На тот момент у Пашки на руке была Montana – его краса и гордость, с орлом, выгравированным на задней крышке корпуса, металлическим браслетом… Почти такие же, как у моего бати – «Электроника» у него была – только в «Монтане» ещё мелодии были. Нажимаешь две кнопки и слушаешь. Часы были электронные, недешёвые, мечта всех пацанов, в то время. А у меня были механические со львёнком из мультика, чтобы в школу не опаздывал.

Конечно, я не рассчитывал, что Пашка согласиться. И, тем более, что эту «сделку века» одобрят его родители, все‑таки «бумажки» из жвачки менять на настоящие часы – это было за пределами понимания нормального советского ребёнка, ещё не прочувствовавшего «звериный оскал капитализма» на собственной шкуре.

– А давай, без проблем!

– Ты серьёзно?!

– Почему бы и нет! Хочу твою коллекцию фантиков с авто, а часы мне родители ещё купят.

Для меня это был настоящий «разрыв шаблона». Как же так, взять и просто поменять дорогостоящую вещь на фантики. И, тем не менее, через пару дней «сделка века» состоялась.

Конечно, моя бабушка была в шоке, да и родители крайне удивились, для них это был непонятный, невозможный размен. По крайней мере, на тот момент. А вот родители Пашки отреагировали, на удивление, спокойно. Даже составили «договор обмена», в котором явно прописали что и на что меняется, кем, когда и в присутствии кого. Это всё потому, что моя бабушка, когда‑то работавшая в милиции, настояла на составлении договора, а то мало ли что…

И все равно, несмотря на то, что часы оказались у меня на руке в тот же день, казалось, что «сделка нечестная», ведь стоимость фантиков не может равняться часам. Фантики в то время никто не продавал, интересны они были только детям, покупавшим жвачки по мере выделения на это денег, либо собиравшим их, как на улице, так и спрашивающим у взрослых, нужны ли им фантики…

На этом история не закончилась. И мне, и родителям было как‑то не по себе. Мы даже хотели поменять часы на вкладыши обратно, т.к. считали, что обмен катастрофически неравноценный. Но Пашка «стоял насмерть», да и его родители не проявляли особого сожаления поведением сына, решив дать ему самостоятельно принимать решение в этом вопросе. Хочет вкладыши от жвачки вместо часов – это его выбор!

В конце концов я решил «усилить сделку» в одностороннем порядке. Собрал все календарики с машинами, которые у меня были, включая коллекцию брата, другие вкладыши от жвачки, ещё что‑то из «этой оперы», после чего отдал ему. Честно говоря, было жалко пару серий календариков, я такие не встречал в продаже и у других ребят, но чувство справедливости говорило о том, что так нужно сделать.

– Сань, зачем ты так?

– Паш, так нужно! Тебе же это интересно. А я всё равно уже не коллекционирую ни вкладыши, ни календарики с автомобилями.

– Спасибо, друг!

Долгое время, практически до нашего переезда из города, мы с Пашкой сидели за одной партой и дружили. Эта история не оказала какого‑то особенного влияния на наши отношения как в школе, так и за её пределами, но она была, необычная и поучительная одновременно.

Фактически, это была моя первая сделка, совершенная вполне осознанно, по крайней мере, с моей стороны. Конечно, коллекцию было жаль, особенно календариков, которую отдали «вдовесок» к фантикам (вкладышам) от жвачки. Но, с другой стороны, у меня появились неплохие электронные часы Montana, с которыми проходил несколько лет, гордый и довольный. В то время это был оптимальный выбор не только для ребёнка, но и для взрослого, многие ходили с такими часами на правом или левом запястье. А браслет, по мере необходимости, вполне мог сойти за «кастет» в серьёзной драке. Хотя я в такие «замесы» старался не ввязываться…