Есть тишина, которая громче слов. Есть одиночество, которое становится единственно возможной формой разговора с миром. А есть День всех влюбленных — так назвали в обществе обычный февральский день, четырнадцатое число.

Еще в школе нас приучали писать анонимные валентинки тем, кто нравится, и опускать их в общий ящик. Сколько радости было получить заветное яркое сердечко со словом «Люблю»! Я бережно прятала валентинку в пенал, а после украдкой искала среди одноклассников те самые глаза — заинтересованные, следящие, чуть виноватые. И так уж вышло, что это чувство радости — нет, не от картонного сердечка, а от собственной нужности, что ли? — закрепилось в сознании как самый долгожданный день в году. День, когда февральские морозы и бесконечные снега вдруг отступают перед простой мыслью: тебя любят. Любят не на словах, а в смелости признаться так явно. В громком поступке, в преодоленном стыде, в том самом мгновении, когда дрожащая рука опускает в ящик признание.

Время шло скоротечно, как и положено времени. Валентинки перерастали в подарки, подарки — в серьезные поступки, поступки — в попытку создать семью. Но вместе с этим взрослением уходило и настоящее, искреннее чувство. Отношения становились чем-то должным, привычным, а порой и вовсе превращались в пустые слова, которые за спиной не несли ни тепла, ни волшебства.

Когда суета большого города, чужие голоса и навязанные смыслы перестают что-либо значить, остается только реальность. И наедине с ней — ты.

Я приехала сюда не за покоем. Я приехала за собой. И, как оказалось, День всех влюбленных не исчез из моего восприятия — он просто переменил свою суть.

***

Южный ветер первой оттепели резкими порывами пробивал ткань спортивных брюк, залетал под зимний пуховик и пробегался мурашками по коже, словно пытаясь расщекотать мое хмурое выражение лица до смеха. Казалось, он так и просил меня обернуться.

Я остановилась на мгновенье, бросила расчищать неподъемный, мокрый снег и, воткнув огромную лопату в сугроб, посмотрела назад. Перед глазами был лес. Лес и ряд деревенских домов вдоль улицы. Из печных труб вился серый дымок, заполняя пространство ароматом тепла и уюта.

Никого…

Там не было никого. Пустая дорога, одинокий разрушающийся дом, доставшийся мне в наследство. Так я простояла десяток минут, словно боясь моргнуть и пропустить что-то важное. Мой покой нарушило пришедшее понимание: там никого нет. И не было. Взяв лопату, я продолжила чистить снег.

К капели присоединился мелкий первый дождь. Он делал снег более вязким, но покорным — лопата с легкостью врезалась в надломленную корку наста, превращая её в плотную россыпь. На фоне звука падающих с крыш капель, в преддверии весны, звонко пели воробьи.

Добравшись до теплицы, я расчистила площадку. Позади меня зиял прорытый тоннель в снежном городе. Мысли вновь устремились в аналитическое путешествие, огибая взглядом весь этот труд, который проделала хрупкая и маленькая женщина. Я.

Нет, в моих мыслях не было того богатого парня, что месяц стремится достучаться до меня в личку с предложением начать отношения с отеля и бокала Prosecco. Не было и коллеги из офиса, питающего ко мне смутные чувства и считающего, что любовь возникает после минуты пристального взгляда глаза в глаза не моргая. И даже бывшего мужа не было, с которым мы когда-то начинали строить здесь наше будущее.

Я ждала другого. Впрочем, нет, я не ждала, что в этой дали, в которую я каждый раз всматриваюсь, вдруг появится тот, кто мог бы меня просто беречь. Просто любить. Вглядываясь в свою пустоту, осознавая всю тяжесть своего труда от безысходности и одиночества, я ждала — снег. Да, именно снег. Меня совершенно не тревожили его количество и вес в формировании снежного замка, но я знала одно: он спрячет и укроет меня от всего, что делает больно. От тех, кто не придет.

Облокотив лопату на забор и погружаясь по колено в сугробы, я вышла к полю.
Плюхнувшись в мягкое снежное одеяло, я закрыла глаза. Мне казалось, что снежный покров отдаёт мне всё свое тепло, чтобы я не замёрзла.

Вечерний закат красно-оранжевыми полосами осветил нижнюю часть неба. Я неподвижно лежала и ждала. Ждала чего-то важного.

На мои ресницы упала снежинка. Я открыла глаза и посмотрела на небо.

— Я люблю тебя, снег…

Загрузка...