Деревенский чернокнижник - Путевые заметки

Первая часть: https://author.today/work/120079

Вторая часть: https://author.today/work/193054

- Ну надо же что здесь творится! Я-то думал, в этой глухой деревне сплошная тоска, а тут, оказывается, вон какие виды!

Внезапный крик возницы заставил Шечеруна оторваться от разбора багажа. Отойдя от повозки на пару шагов и переведя взгляд в ту сторону, куда смотрели кучер и остальные пассажиры почтовой кареты, чародей восхищённо присвистнул. Зрелище действительно стоило того, чтобы оставить свои дела и внимательно его изучить.

Небеса над Тролльей напастью заполонили иллюзорные демонические фигуры. Обнажённые мускулистые рогатые красавцы и красавицы сливались друг с другом в сладострастных позах, тем самым вызывая у зрителей множество эмоций, начиная от крайней неловкости, выражавшейся в смущении и попытках спрятать глаза, и заканчивая невероятным возбуждением, которое заставляло смотрящих тяжело дышать и нервно сжимать кулаки.

Что касается Шечеруна, ему хватило всего нескольких секунд заинтересованного наблюдения, после чего он с невозмутимым лицом вернулся к своим вещам. Чернокнижника больше беспокоило то, что поклажа других пассажиров оказалась свалена поверх его сумок, и теперь, чтобы добраться до своего багажа, ему требовалось время и дополнительные усилия.

- Смотрю, ты даже не удивлён, - раздался вдруг голос старосты. Услышав его, чародей был вынужден вновь оставить сортировку вещей, поэтому к главе деревне повернулся с крайне недовольным видом.

- С чего мне удивляться, если это моё заклинание? - спокойным тоном ответил Шечерун. – Мы с друзьями придумали его ещё в академии, чтобы срывать занятия. Ну а учитывая, что доступ к моим записям имеется сейчас лишь у одного человека, мне даже не стоит гадать, чья эта шалость. И давно Масхурпал так развлекается?

- С тех самых пор, как ты уехал, пообещав, что на неделю, а пропал на целых три месяца, - заворчал Рум Жмых. – Не проходит и дня, чтобы твой ученик ни придумал очередной способ свести всю деревню с ума. За последнюю неделю я даже стал близок к тому, чтобы обратиться к тёмным богам и прочим демонам, чтобы они забрали Масхурпала куда-нибудь подальше.

- Поскольку Троллья напасть всё ещё стоит на своём месте, могу предположить, что твои слова всё-таки изрядно преувеличены, - возразил чернокнижник, тяжело вздохнув. – И прежде чем разбираться с Масхурпалом, мне сначала надо решить собственные проблемы. Поэтому раз уж ты здесь, помоги вытащить мой багаж, а потом давай посидим в «Радужном коте». Эта карета ехала без остановки от самой Алхуры, и у меня, если честно, уже желудок прилип к спине из-за голода.

- Еда - это святое, благо что святой по-прежнему творит на кухне, - согласился староста. – Но что же всё-таки делать с этим видением в небе? Я уже устал выслушивать возмущения женщин, которым надоело гонять своих засмотревшихся мужей и закрывать глаза детям. Оно ведь там уже целых полчаса висит.

- Ну, если ты правильно засёк время, то данный мираж рассеется через пару минут. А пока подержи вот эту штуку. Будь с ней осторожнее и не урони, потому что в Алхуре эта конструкция обошлась мне в круглую сумму, - и с этими словами Шечерун вручил старосте здоровенную клетку с сидевшей внутри огромной совой.

- С каких пор ты стал любить животных? - с недоумением пробормотал глава деревни, принимая груз. – Надеюсь, ты объяснишь, зачем тебе эта птичка?

- Непременно, но после того, как угостишь меня ужином. Кстати, разврат в небесах уже исчез, как я и говорил.

- Вижу, - согласился Жмых и вяло ухмыльнулся, услышав возмущённые реплики и возгласы пассажиров кареты и возницы, недовольных скоротечностью зрелища.

- Обещаю, что непременно надеру Масхурпалу уши, чтобы больше не смел лазить по моим личным записям, - заявил Шечерун. - Парень-то он, как оказывается, весьма одарённый, я же свой дневник заклинанием запечатал, а он, получается, его взломал.

- Ещё какой одарённый, - продолжал ворчать старый Жмых. – Я про его фокусы много чего могу рассказать.

- Расскажешь лучше за ужином.

– Да не волнуйся ты так насчёт ужина. Твоё долгожданное возвращение настолько меня обрадовало, что я готов заказать для тебя самые дорогие блюда от нашего святого трактирщика.

- То, что святой Корнивес не сбежал в первые две недели после своего разоблачения, это хороший знак для меня и невероятная удача для деревни. Нечисть он изгоняет, конечно, профессионально, но даже это его умение не сравнится с тем, как мастерски он готовит жаркое, - произнёс чернокнижник, наконец достав все свои сумки из багажного отсека, и быстрым шагом направился к трактиру, благо что карета остановилась почти у самых его дверей.

- Согласен, - пропыхтел староста и, пытаясь удержать в руках клетку с совой, побежал вслед за Шечеруном. – Кстати, сразу после твоего отъезда Корнивес с головой ушёл в восстановление сгоревшего храма и почти перестал появляться в трактире. В результате качество еды очень сильно упало, и нам пришлось убедить его вновь взяться за готовку, а ремонтом храма заняться самим. И после возращения Корнивеса на кухню, блюда сразу же приобрели свой прежний великолепный вкус.

- После твоего рассказа в моём пустом желудке начался настоящий концерт. Идём быстрее, а то я на грани того, чтобы призвать Бурликума. Этот демон способен накормить призвавшего его любым блюдом, каким только пожелаешь,но в качестве платы требует не менее полусотни душ. Ты ведь понимаешь, что из-за моего голода твоя деревня находится в опасности?

- Понимаю, - усмехнулся староста, поспешив распахнуть свободной рукой дверь трактира. – Но ты уж потерпи немного. Сам прекрасно знаешь, что из «Радужного кота» никто не уходит голодным.

***

- Божественное место, просто божественное, - бормотал под нос Шечерун, с невероятной скоростью поглощая уже третью тарелку мясной похлёбки. – Как же я раньше не догадался о том, что нашему трактирщику покровительствуют боги? Он заведует кухней так, что, едва ощутив вкус его блюд, я в прямом смысле оказываюсь в раю.

- Зато сейчас о покровителях хозяина этого заведения знают абсолютно все, - добавил Рум Жмых, недовольно поморщился и кивнул головой на здоровенное полотно, висевшее на стене трактира. Картина была написана довольно неплохо и изображала святого Корнивеса, сидевшего верхом на драконе и повергающего потоком света некую сущность, окутанную потоками молний. На заднем плане этого действа извергались вулканы и происходили ещё какие-то катаклизмы, но все они терялись на фоне основного сюжета.

- Как я понимаю, это уже ставшая легендарной битва с Гарамоклом? – поинтересовался чернокнижник, который продолжал активно жевать и бросал реплики в промежутках между работой ложкой. – Смотрю, жизнь в деревне и без меня не стояла на месте, раз тут появилось подобное произведение искусства. Кстати, откуда взялся данный холст и насколько он соответствует реальности? Чудовище, окутанное молниями это, как я понимаю, Гарамокл в моём теле? Внушает, я даже проникся. А ты, случайно, не знаешь, что остальные участники сражения думают по поводу этого полотна?

- Об этом знает вся деревня, потому что Корнивес, а также Трулизем, которого на картине святой как раз и оседлал, очень подробно высказали живописцу свои мнения о данной его работе. Тут царила настоящая феерия эмоций, и мне даже жалко, что ты этого не видел.

- Ого, и что же они говорили?

- Многое, – ответил староста, позволив себе слегка ухмыльнуться. – Видишь ли, едва слухи о битве с Гарамоклом достигли столицы, сюда прислали художника чуть ли ни от двора самого императора. Мастер приехал, опросил всех свидетелей боя, после чего набросал данный, по его словам, эскиз и принялся заверять всех, что именно так всё и происходило, согласно показаниям очевидцев. Ну, а поскольку большинство участников боя уже покинуло деревню, то возражать и спорить с художником пришлось тем немногим, кто остался. Так, Трулизем очень обиделся на то, что его изобразили не как непосредственного участника сражения, а лишь как средство передвижения, позволившее святому добраться до восставшего чернокнижника. Ты, конечно, этого не видел, но дракон приложил немалые усилия, чтобы сдержать Гарамокла, а на картине его роль оказалась очень приуменьшена.

- Мог бы порадоваться, что его не запечатлели безжизненной тушей, какой он стал в конце боя, – отмахнулся Шечерун. – Данный эпизод я как раз помню, как и то, что Корнивес потом приводил нашего дракона в чувства.

- Мы тоже говорили ему, что на картину попал не самый плохой вариант, но ты же знаешь Трулизема, если ему что-то взбредёт в голову, его не переубедишь. Впрочем, недовольным остался и святой Корнивес. Вот только ему, наоборот, не понравилось, что сражение изобразили чересчур масштабно. Он просто плешь проел художнику, доказывая, что битва прошла не настолько пафосно и эпически, что одолеть Гарамокла удалось за считанные секунды и что там не было никаких вулканов и божественных ликов в небесах. Наверное, не меньше трёх недель Корнивес преследовал художника с подобными претензиями, пока тот ни сбежал, оставив на прощание своё творение вместе с запиской, что это всего лишь предварительный эскиз, а над конечной версией он лучше поработает у себя дома, и она будет висеть в личной галерее императора.

- Странно, что после всех этих споров трактирщик всё-таки повесил полотно у себя.

- А это уже была моя идея. Корнивес собирался отдать её любому желающему и временно оставил на видном месте. Но я заметил, что прибывающие паломники первым делом принялись бросаться к этой картине, поскольку, как сам видишь, именно она в первую очередь привлекает внимание. Паломники стали падать перед картиной на колени и возносить молитвы нашему трактирщику, однако после исполнения всех этих бесконечных ритуалов на живое общение с ним у них уже почти не оставалось сил. И в итоге я убедил Корнивеса, что уж лучше пусть его почитатели бьют поклоны перед нарисованным святым, чем лишний раз достают настоящего.

- Разумно, - одобрил Шечерун, набрасываясь на очередное блюдо. - Вдобавок ещё одной достопримечательностью в деревне стало больше. Глядишь, чтобы увидеть изображение святого, сюда даже знать не побрезгует заглядывать.

- Да уже заглядывает, - подтвердил Жмых. – Среди гостей хватает самого разного народа, включая и титулованных особ. Тебе ещё повезло, что сегодня тихо. Обычно тут стоит столпотворение, и к картине даже не пробиться.

- Ну, раз паломники сюда так зачастили, то одним изображением вряд ли отделаешься, - усмехнулся чернокнижник. - Такими темпами трактирщик всё-таки отсюда сбежит.

- По его словам, он уже смирился с подобным вниманием, - вяло улыбнулся староста и заинтересованно добавил. – Давай лучше поговорим о тебе. Объясни наконец, где ты пропадал. Заверял, что уедешь всего на неделю, а в итоге вернулся почти через три месяца. Мы в деревне, если честно, уже о всяком нехорошем начали думать.

- Ну, вы не так уж и далеки от истины, - проворчал Шечерун, продолжая бросать косые взгляды на картину. – После того, как паладины закончили разбирательство в деревне по поводу второго восстания Гарамокла, они попросили меня съездить к ним в Южный форт. Мол, простая формальность, им нужны показания ключевого свидетеля. Вот только по прибытии туда меня сразу заковали в кандалы и бросили в темницу. Как оказалось, многие следователи посчитали, что я специально выпустил на свободу могущественного тёмного мага, чтобы самому обрести господство и величие. Ох, как же мне это надоело это предубеждение! Ну почему, если ты чернокнижник, то обязательно должен стремиться к власти? Мне вот, может, гораздо интереснее создавать зомби быков, обладающих повышенной силой тяги по сравнению с живой формой!

- Значит, тебя хотели обвинить в возрождении Гарамокла? – шокированно пробормотал Жмых.

- Поправочка, меня обвинили в его возрождении и, если бы не наша рыжая бестия, сожгли бы, прямо не выводя из камеры. К счастью, Энейлу к тому моменту восстановили в правах, и она смогла собрать доказательства моей невиновности, а также найти среди руководства ордена тех, кто согласился её поддержать. Когда меня оправдали и уже собирались выпускать на свободу, она вообще потребовала, чтобы мне финансово компенсировали ошибочное тюремное заключение и вручили награду за неоценимую помощь в борьбе со злом, но тут даже верные единомышленники, включая Ринуальда, покрутили пальцем у виска. В общем, я провёл незабываемое время в темницах ордена и с радостью их покинул, чтобы вернуться в нашу милую и уютную деревню. Правда, судя по недавним видениям в небесах, проблем тут тоже хватает. Пока меня не было, Масхурпал совсем от рук отбился, так?

- Ты мог бы хоть весточку передать! - рявкнул староста, проигнорировав последний вопрос чародея, и с возмущением ударил кулаком по столу. – Мы бы всей деревней приехали, чтобы оправдать тебя!

- Успокойся, я же сказал, что у меня были защитники. Вдобавок, в столице у меня остались связи. Хуже всего мне пришлось в первые два-три дня, а потом я намекнул паладинам, кто мой отец, и с меня сразу сняли цепи и организовали нормальную кормёжку. А теперь, как и обещал, расскажи про моего ученика да и про то, что тут вообще без меня творилось.

- Если тебя интересует повседневная деревенская жизнь, нам, в общем-то, удалось нормально справляться со всеми бытовыми делами и без тебя, - произнёс Жмых, стараясь успокоиться после вспышки гнева. – Так, Корнивес сразу взял на себя исцеление людей и животных, и замечу, что в этой работе он достиг гораздо больших успехов, нежели ты.

- Это его стезя, - отмахнулся Шечерун. – Я даже не сомневался, что именно он займётся лечением.

- А разобравшись с данным вопросом, за остальные житейские дела мы даже не волновались. Целитель появился, поля защищены, у каждого жителя имеется не меньше дюжины всяких амулетов, способных решить множество проблем, от вторжения саранчи до потери сапог. Ты же отлично всё предусмотрел за эти годы. Ну, по крайней мере, мы так думали, пока за дело ни взялся твой ученик.

- Стал показывать развратные оргии в небесах?

- Этим он балуется только в течение последней недели, пытается произвести впечатление на очередную «любовь всей жизни». А вот сразу после того, как ты уехал, у Масхурпала явно взыграло самомнение, и он решил взяться за твои обязанности.Впрочем, ему в похвалу, работать он пытался честно и упорно. Началось всё с того, что спустя три дня после твоего отъезда в Северном лесу завелись волки, причём в немалых количествах. А ты же помнишь, что к этому лесу примыкает большинство пастбищ как нашей деревни, так и соседних.

- Помню, - кивнул Шечерун. – Но я же вроде поставил в тех местах защитные кристаллы. Волки там должны на цыпочках передвигаться, чтобы не пробудить «Стражей полей».

- Не знаю, как они должны были передвигаться, но все пастухи в один голос заявляли, что волки с лёгкостью пробегали мимо установленных артефактов. Если честно, мы собирались разбираться с хищниками по старинке, без магии, но тут как раз и вылез Масхурпал, заявив, что защитным кристаллам требуется зарядка.

- Выпорю паршивца! - прорычал чернокнижник. – Каким местом он меня слушал?! Не надо там ничего заряжать! Просто стоящее на кристаллах поисковое заклинание из-за обилия разной живности постепенно перестало видеть угрозу, и его нужно было всего лишь перезапустить, дело-то на две минуты.

- Масхурпал провозился часа три. Понятия не имею, что он там делал, но результат оказался прямо противоположным, и в итоге из леса попёрли волки. Десятки и даже сотни хищников бросились прямо на наши стада.

- Вот тут я в недоумении, - с изумлением проговорил Шечерун и даже отставил в сторону тарелку с остатками жаркого. – Что надо было сделать с отпугивающими чарами, чтобы они превратились в приманивающие? А, судя по твоему описанию, именно это и произошло. Кроме того, на самих полях ещё стояла активная защита, «Пылающие Солнечные Зайцы». Неужели они не сработали?

- Сработали, вот только с запозданием, - ответил староста и тяжело вздохнул, явно с неохотой вспоминая произошедшее. - Когда мы уже устали отгонять стаи серых разбойников от наших коров и коз, внезапно появились эти горящие зайцы и набросились на волков. Из-за огня хищники обезумели и побежали обратно в лес, а зайцы погнались за ними.

- Как погнались?! – выпалил чернокнижник, ошеломлённо поглядев на собеседника. – Они же были привязаны к границам полей и не могли удалиться от них! Что этот гениальный дебил Масхурпал с ними сделал?!

- Откуда мне знать, я же не чародей, - пожал плечами Жмых. – Сам сходи и изучи, что именно там нагородил твой ученик. Между прочим, это ещё не конец истории. Из-за того, что весна выдалась сухой и жаркой, трава и деревья сильно высохли, поэтому огненные зайцы, прежде чем исчезнуть, воспламенили все окрестности. Полыхало очень сильно, не меньше трети леса выгорело. Впрочем, волки сразу исчезли, всё же огонь оказался для них чрезмерным испытанием.

- Ну, хоть закончилось всё хорошо. Завтра с утра я обязательно займусь заклинаниями на пастбищах, посмотрю, что малец натворил, и постараюсь всё исправить, - пробормотал Шечерун, возвращаясь к еде. – Но чую, что случай с волками - это только начало череды проделок Масхурпала?

- Ты прав, - согласился староста. – Через пару дней он снова предложил нам свою помощь. Я уже говорил, что весна была засушливой, и водные элементали, которые ты расставил на полях, перестали справляться с орошением. Вот мы и спросили у Масхурпала, можно ли как-то призвать хотя бы небольшую тучку, чтобы полить посевы.

- Нашли к кому обратиться с такой просьбой, - грустно усмехнулся чародей, покачав головой. – Абсолютно не моя специализация. Даже после многочисленных тренировок вызов дождя у меня стал получаться в лучшем случае один раз из пяти. А Масхурпалу я об этом заклинании даже не рассказывал.

- Он заверил нас, что сумеет вызвать дождь, - сказал Жмых, вновь тяжело вздохнув. – А мы же привыкли, что под твоим руководством он всё делает правильно, были уверены, что ты его и этим чарам обучил, и даже не подумали сомневаться.

- Повторяю, я его этому не учил, - простонал чернокнижник. – Неужели он разобрался сам? Но как? Подожди-ка… - Шечерун резко замолк и недовольно нахмурился. – У Масхурпала же есть доступ в мою библиотеку, где он легко мог найти описание соответствующих чар. Но он ведь знает лишь общие основы построения заклинаний, а в магии погоды имеется ещё куча тонкостей, в которых я сам до конца не разобрался. Там же нужно состыковать сразу несколько стихий, как он смог в одиночку всё это понять?.. Ну, и что же в итоге у него получилось?

- Небывалая буря, - ответил староста и с грустью посмотрел на потолок, явно погружаясь в воспоминания. – Даже старожилы Тролльей напасти не могли припомнить, чтобы в здешних краях бушевал ураган с таким сильным ветром и мощным ливнем. У многих домов серьёзно потрепало крыши, так что ремонтировали потом целую неделю, немало добра потоками воды снесло в реку, а сама Туана ниже по течению разлилась так, что затопила с полдюжины деревень. И слава всем богам, что наши соседи не узнали, кто именно стал причиной буйства стихии. Одно хорошо, что лесной пожар, который вызвали твои защитные «зайцы», окончательно потух.

- Надо же, - искренне удивился чародей. – А мой предел - пара небольших тучек. Судя по разрушениям, которые вызвал Масхурпал, его можно смело отдавать на службу в армию. Будет врагов потопами сокрушать.

- После случая с ураганом нам стало понятно, что без твоего руководства колдовство Масхурпала для нас бесполезно и даже опасно. Мы начали было зарекаться иметь с ним дело, но внезапно Ларвалу Сингорону срочно понадобился маг, способный зачаровать его изделия на дополнительную прочность. Он получил важный и срочный заказ на партию гвоздей, но ему совсем не понравилось то, что у него получилось, а времени для переделки не было, вот и побежал в твою башню.

- Странно, кузнец всегда казался мне самым благоразумным из всех местных жителей. Хотя, с другой стороны, чары-то ему потребовались очень простые, так что его можно понять. Но раз ты об этом рассказываешь, подозреваю, что после работы Масхурпала гвозди, наоборот, стали рассыпаться в прах от одного прикосновения?

- Если бы! По словам твоего ученика, он применил какое-то особое заклинание, которое лично разработал на досуге, и в итоге гвозди стали адамантиевыми.

- Никогда не слышал про подобное волшебство, - с недоумением выдал чернокнижник. – Впрочем, я мало занимался трансфигурацией материи, разве что алхимикам помогал. А проблема-то в чём, раз гвозди получили желаемую прочность?

- Поначалу никаких проблем не было, - продолжил Жмых, задумчиво почесав бороду. – Ларвал даже не понял, что именно случилось, убедился, что изделия перестали гнуться от малейшего усилия, и спокойно отдал их заказавшему купцу. А вот когда гвозди привезли в Алхуру, там нашёлся какой-то башковитый эксперт, сумевший определить материал, из которого они сделаны. А ты знаешь, сколько стоит адамантий?

- Знаю. Если подумать, за один такой гвоздик можно купить замок средних размеров. И что, купца тут же ограбили?

- Нет, история вышла гораздо более весёлой. Сам торговец тоже не знал, что ему досталось, смешал адамантиевые гвозди с обычными и за пару дней распродал местным плотникам и столярам. Ну а где-то через неделю тот самый знаток обнаружил ценный гвоздь в стуле, на котором сидел, видимо, задницей почуял, и вместо того, чтобы промолчать и потихоньку использовать для собственной выгоды, раструбил о своей находке на весь город. Народ стал проверять свежекупленную мебель, и сразу появились новые счастливчики с удачными находками, после чего Алхуру охватило безумие. Стулья, табуретки, лавки и прочая утварь сейчас скупаются в невиданных масштабах, поскольку все хотят найти подобный ценный гвоздь. Учитывая, что часть товаров разошлась и по соседним городам, представляешь, насколько разросся масштаб этой «адамантиевой лихорадки»? Дворяне, купцы и авантюристы всех мастей пытаются законными и незаконными путями урвать хотя бы один гвоздик из адамантия в надежде, что он обогатит их.

- Вот почему, когда я проезжал через Алхуру, её жители показались мне такими взбудораженными. А то я всё думал, зачем они таскаются повсюду со стульями и устраивают из-за них мордобои. Теперь ясно, в чём дело, - понимающе кивнул Шечерун. – Но неужели никто так и не связал появление этих ценных гвоздей с нашей деревней?

- К счастью, пока нет, - продолжил староста. – Купцы говорят, что разносятся слухи об очередном кладе, в котором якобы были обнаружены эти гвозди. Кое-кто, кстати, вспоминает ту самую гробницу Гарамокла, что ты разграбил, и пытается провести параллели.

- Между прочим, мы вместе с тобой её грабили, - заметил чернокнижник и забарабанил пальцами по столу. – Честно говоря, я удивлён тем, что Масхурпал натворил здесь в моё отсутствие. Как я понимаю, после преобразования гвоздей вы окончательно перестали давать ему поручения, и он целиком погрузился в самообразование, раз стали появляться такие миражи в небе?

- Магических дел ему действительно больше не поручали, - произнёс Жмых и смущённо хмыкнул. – Но однажды Грыл Шморсал позвал его помочь выкопать яму для нового сортира.

- А мельнику больше некого было позвать на помощь для такого дела? Например, местных бездельников во главе с Атимом.

- Так они же в то время устраняли последствия наводнения, вызванного бурей, – пояснил староста. – А твоего ученика все лишний раз боялись трогать после его подвигов, он со скучающим видом бродил по окрестностям, ну и наткнулся на мельника. Грыл как раз искал рабочие руки, и изнывавший от безделья Масхурпал с радостью согласился его выручить. Вот только, как выяснилось потом, парень собирался работать вовсе не руками, а захотел опробовать новое заклинание, никому об этом не сообщив.

- Дом мельника хоть устоял? – поинтересовался Шечерун, задумчиво посмотрев на содержимое тарелки.

- К счастью, в тот раз Масхурпал ничего не разрушил, - усмехнулся староста. – Зато с самим сортиром возникли проблемы. Своими чарами парень создал яму не обычную, а заполненную каким-то голубоватым сиянием, в которой мелькают молнии и слышатся чьи-то крики. Разумеется, Грыл решил проверить яму, однако его всё устроило. Он бросил в это сияние несколько камней и пару поленьев и, убедившись, что они исчезли без остатка, поспешил поставить над ямой сортир, которым до сих пор спокойно пользуется. Но вот его соседи, да и немалая часть местных обитателей боятся, что рано или поздно оттуда вылезет что-нибудь ужасное и сожрёт всю нашу деревню. И я не преувеличиваю страхи, после твоего представления в небесах во время восстания Гарамокла многие жители Тролльей напасти поняли, что с магией шутки плохи.

- «Ланпедос», - задумчиво пробормотал чернокнижник.

- Что? – с недоумением переспросил Жмых.

- «Ланпедос» - это название заклинание. Односторонний портал в «инферно». Можешь всех успокоить, никто оттуда не вылезет. В академии нас учили создавать его как раз для безопасного исследования мира демонов. Но вот о том, что туда можно сбрасывать нечистоты, никто из известных мне магов даже не задумывался. Мне даже интересно, к чему приведёт такой эксперимент.

- Главное, чтобы из этого портала точно никто не выбрался и не предъявил нам претензию из-за загрязнения, - проворчал староста. – Ну, а после этого происшествия все окончательно перестали просить у твоего ученика любую помощь, как магическую, так и физическую. Хотя нет, вру, был же ещё купец из Алхуры.

- И что Масхурпал сделал с купцом?

- Тому в срочном порядке потребовались грузчики, чтобы разгрузить телегу с товаром, а Атим и все его друзья, как я уже упомянул, разгребали последствия наводнения. Ну а Масхурпал как раз проходил мимо телеги и был рад помочь даже первому встречному, тем более тот предложил неплохую плату. И как назло, поблизости не было никого, кто бы успел предупредить этого первого встречного о последствиях подобной помощи.

- Моей фантазии уже не хватает, чтобы представить эти последствия, - проворчал Шечерун и вновь приступил к еде, с интересом поглядывая на старосту.

- Парень вновь использовал магию, чтобы лишить мешки веса, и с лёгкостью дотолкал их до склада. Правда, помимо груза, без веса остались также и телега с лошадью, но, к сожалению, мы узнали об этом слишком поздно, когда поднявшийся ветер унёс их в сторону Восточного леса. И нам очень повезло, что в то время там как раз прогуливался Трулизем, который, увидев парящую в небесах запряжённую лошадь, поспешил вернуть её на землю.

- И чем же всё завершилось?

- Телегу с лошадью отдали хозяину и извинились перед ним. К счастью, заклятие спало через пару часов, так что вес вернулся и к повозке, и к животному, и к мешкам. А вот от Масхурпала с тех пор все местные жители стали шарахаться, как единорог от распутницы. Он обиделся, засел в башне и с головой ушёл в сумасбродные эксперименты, вроде того, что ты увидел сразу по возвращении.

- С ним бывает сложно, - задумчиво заметил чернокнижник. – Масхурпал просто невероятно талантлив, но имеет два серьёзных недостатка. Он либо с энтузиазмом берётся за работу, в которой понимает лишь малую толику, и в итоге создаёт разрушения невероятных масштабов. Либо, напротив, пускает дела на самотёк, когда отвлекается на первую попавшуюся юбку, что тоже заканчивается плохо. Вдобавок, у него весьма своеобразная логика: ты можешь его ругать, а он воспринимает это как похвалу.

- Хорошо, что ты вернулся, только ты сумеешь приструнить своего ученика, - с надеждой в голосе произнёс Жмых.

- Вот если бы у меня было побольше терпения и учительского опыта для его воспитания, - вздохнул чародей. – Нет, поначалу я был уверен, что сделаю из Масхурпала неплохого помощника, но сейчас понимаю, что не справляюсь с этим. У меня слишком много рабочих обязанностей, и я просто не успеваю всесторонне обучать это молодое дарование, особенно учитывая его таланты. Будь у меня возможность, я бы вообще спровадил его в столичную академию. Вот там точно знают, как наставлять на путь истинный подобных гениев.

- Ну так напряги свои связи и пристрой его туда! – выпалил Жмых, возбуждённо вскочив с места. – И от этой ходячей беды нас избавишь и, возможно, в итоге нормального помощника приобретёшь! После завершения обучения, понятное дело.

- Если бы всё было так просто, - сквозь зубы процедил Шечерун, бросив на собеседника скептический взгляд. – Имперская столичная академия волшебства - это такое место, для поступления в которое недостаточно быть талантом со связями. Ещё надо уметь упорно биться головой обо все стены, веря, что рано или поздно они рухнут и тебя всё-таки примут в число студентов. Мой отец два года пытался протолкнуть меня туда, прежде чем к нему наконец прислушались, и это при том, что у него в гостях побывала вся знать столицы. А ты хочешь, чтобы я просил людей, у которых нет ни желания, ни сил, ни времени этим заниматься. Без человека, заинтересованного в данном деле, искренне желающего продвинуть нашего юного гения, у нас ничего не выйдет. Если я пошлю ученика в столицу и дам ему письма для своих друзей с просьбой о помощи, думаю, они из вежливости немного потыкаются в двери академии, после чего отправят Масхурпала обратно с извинениями, что ничего не получилось. Если бы я сам сейчас находился в столице и лично занялся его поступлением, возможно, дело оказалось бы более успешным, но, сам понимаешь, обязанности не дают мне вновь уехать отсюда. За месяцы моего отсутствия в Тролльей напасти накопилось слишком много работы. Нет, я бы, конечно, хотел съездить в столицу, чтобы повидаться с семьёй, побродить по улочкам, на которых играл в детстве, и рассказать некоторым знакомым, считавшим, что я закончу свои дни на каторге, о том, какую карьеру мне удалось сделать в провинции. Но ты же сам понимаешь, работа прежде всего.

- Ты эту накопившуюся работу сделаешь дня за три, а потом будешь, как обычно, сутками напролёт сидеть в трактире, пугая приезжих своей мрачной рожей, - проворчал староста, недовольно качая головой.

- Господин Шечерун, - неожиданный строгий голос трактирщика заставил чернокнижника резко подпрыгнуть на месте. – Я смотрю, Вы почти не притронулись к жаркому. Мне стоит наказать повара за то, что он испортил хорошее блюдо?

- Корнивес, не надо пугать меня так! – рявкнул ошарашенный чародей. – И откуда взялась эта официальность, мы же вроде друзья? Ты же даже бил мне морду, изгоняя этого зазнайку Гарамкола из моего тела!

- Пока Вы находитесь у меня в гостях, Вы являетесь моим клиентом, с которым я должен вести себя соответственно. А вот за пределами таверны, думаю, мы сможем перейти к менее официальной форме общения.

- Не обращай внимания на его церемонность, - поспешил успокоить друга Жмых. – После того, как его раскрыли, бедняге приходится иметь дело с кучей народа самого разного толка. Паломники, приезжающие за благословением, жрецы, надеющиеся затащить его обратно в столичный храм, всевозможные бродячие мудрецы, желающие получить мудрый совет. Корнивес уже настолько привык к официозу, что это стало для него нормой, – и, повернувшись к трактирщику, добавил. – Всё очень вкусно, и придраться нам не к чему, просто мы немного отвлеклись от еды, поскольку решаем одну важную проблему.

- Кстати, насчёт важных проблем, - добавил Корнивес, внезапно ударив себя ладонью по лбу. – Чуть не забыл, неделю назад Вам пришло письмо, просили передать сразу, как только вернётесь.

Святой трактирщик одним прыжком переместился к стойке, из-за которой вытащил толстый конверт, запечатанный множеством печатей.

- Интересно, - пробормотал Шечерун, принимая послание. – Надо же, прямо из столицы.

- Только не говори, что назначено новое судилище по делу о восстании Гарамокла, и тебе надлежит срочно явиться в качестве свидетеля. Или вообще обвиняемого, - с опаской в голосе произнёс Жмых.

- Отчасти ты прав, - ответил чернокнижник после того, как сорвал печати и приступил к чтению письма. - Смешно, но меня действительно вызывают в столицу. Даже отдохнуть после дороги не дали, сразу в новую поездку отправляют. Хотя, с другой стороны, повода для расстройства тут нет.

- Снова разбирательства насчёт Гарамокла?

- На этот раз нет, - возразил Шечерун, откинулся на спинку стула и задумчиво покачал головой. – Что тебе известно об иерархии магов?

- Ну, знаю, что есть маги, а есть архимаги, - с осторожностью ответил Жмых. – Я просто никогда не вникал в этот вопрос.

- В общем-то, в магической иерархии нет ничего сложного. В самом низу находятся ученики, подобные моему Масхурпалу, которые должны послушно смотреть в рот своим наставникам и выполнять все их прихоти. Далее идут ступени. Чародей третьей ступени может самостоятельно работать, но только под руководством старших товарищей. На второй ступени маг обретает самостоятельность, но не имеет права занимать руководящие посты и брать учеников. Это позволяет уже первая ступень. Выше располагаются архимаги, которые обычно возглавляют магические школы или гильдии, ну и крейстмаги, входящие в руководящий состав нашего магического ордена. Я довольно быстро достиг первой ступени, но из-за ссылки так на ней и остался. А после назначения меня на должность верховного чародея графства возникла небольшая коллизия. Как правило, подобные посты даются архимагам, и хотя исключений, вроде меня, тоже хватает, среди жителей нашего графства полно тех, кто недоволен подобным несоответствием и периодически пишет жалобы в магический совет. Так вот, чтобы успокоить общественность, я сразу же после нового назначения подал в академию несколько заявок на проведение экзамена на присвоение мне звания архимага. И из этого письма я узнал, что мои заявления удовлетворили и установили место и примерные сроки экзамена. В общем, у меня, кажется, появился весомый предлог всё-таки забросить здешнюю работу. Мне нужно выдвигаться в столицу, если я хочу получить долгожданное повышение. Так что извини, если я не успею решить все деревенские проблемы до нового отъезда. Сам понимаешь, эта поездка для меня сейчас более приоритетна, чем забота о здешних полях.

- Значит, бросаешь нашу скромную Троллью напасть? – Жмых откровенно усмехался.

- Славный город Инлосс уже заждался меня!

– Сразу видно городского! Столько лет тут прожил и всем вроде был доволен, а стоило лишь поманить тебя огнями большого города, как сразу глаза загорелись.

- Моё сердце принадлежит столице, но душа навечно остаётся здесь, в «Радужном коте», - с пафосом в голосе ответил чародей. – Так что, надеюсь, уже осенью вернусь сюда в новом статусе. Хотя, честно говоря, неприятно опять покидать деревню и оставлять здесь всё на самотёк. Впрочем, ты сам сказал, что вы и без меня справляетесь, мои амулеты функционируют, а новый целитель работает ещё лучше меня. А если произойдёт что-то непредвиденное, можете позвать на помощь моих знакомых магов, живущих в Алхуре. Они обязаны мне по гроб жизни и не посмеют вам отказать, соответствующие письма я обязательно оставлю. Эти ребята, конечно, те ещё раздолбаи, но в отличие от моего ученика, дело своё знают.

- Не волнуйся ты так, разберёмся как-нибудь и без тебя. Зато как раз сможешь забрать с собой Масхурпала и лично похлопотать насчёт его поступления в академию, - предложил староста.

- С ним, конечно, придётся повозиться, хотя… - Шечерун резко вскочил со своего места. – А ведь это действительно может стать решением всех наших проблем! Если я получу звание архимага, буду вправе официально выдвигать своих ставленников на обучение в имперской академии! Никаких унижений и лизоблюдства! Просто ударил кулаком по столу или магическим посохом по наглой роже - и проблема решена! Хотя нет, тут даже бить никого не придётся, а лишь написать пару бумажек, поставить личную печать - и вот наш Масхурпал уже принят. Так что теперь надо найти транспорт, и будем выдвигаться.

- Транспорт, говоришь? – переспросил Жмых, задумчиво почёсывая бороду. – Когда именно тебе необходимо выезжать?

- Точных сроков в письме не указано, просто предписывается явиться для сдачи экзамена в ближайшие полгода. Но ты сам понимаешь, что я хочу побыстрее разобраться с этим делом. Вдобавок, если поторопимся, сможем даже успеть до начала учебного года, что значительно упростит зачисление Масхурпала в академию.

- Тогда задержись на два-три дня, и я постараюсь решить вопрос с транспортом. Надеюсь, мне не откажут. Тем более ты сам говорил, что ещё хочешь успеть исправить то, что наворотил без тебя твой ученик.

- Отлично.

Шечерун с довольным видом притянул тарелку обратно к себе и вновь приступил к поглощению еды. Трактирщик, стоявший за стойкой, облегчённо вздохнул и вернулся к своим обязанностям, а Жмых с задумчивым видом посмотрел в окно. Он явно был рад помочь своему другу, но что-то его, похоже, тревожило…

***

- Ты обещал управиться за три дня, - ворчал Шечерун, сидевший на лавке возле трактира. – Уже заканчивается пятый день, и я пока не вижу ничего, что может послужить мне транспортом.

- Потерпи ещё немного, - простонал Жмых. – Не спорю, я ошибся в сроках, но дело точно должно выгореть. Я тебя когда-нибудь подводил?

- Дай-ка подумать, – буркнул чернокнижник, подняв взгляд к небу. – Помнится, ты подвёл меня с запасными мантиями, когда твои поставщики умудрились так не вовремя разориться. Хорошо подставил с продажей поисковых амулетов, когда ни один из пяти купцов, с которыми ты меня свёл, не заинтересовался моими изделиями. Да вспомни хотя бы случай с кровью девственниц, произошедший в первый год моего проживания здесь. Ты лично обошёл половину деревни в поисках крови, а всё, что собрал, оказалось негодным для моих опытов.

- Это было давно, когда я тебя плохо знал и не очень-то хотел напрягаться из-за чужака, - парировал Жмых. – Сейчас я, напротив, готов ради тебя в лепёшку разбиться. И прежде чем снова начнёшь ругаться, лучше ответь на мой вопрос. Хотел задать его, едва только ты приехал, но сначала мы принялись обсуждать другие темы, а потом я всё никак не мог с тобой встретиться из-за кучи дел, свалившихся на нас обоих. А тут ты принёс её с собой, и мне сразу стало интересно. Так вот, что это за птица? Никогда раньше не замечал за тобой склонности к заботе о домашних питомцах.

- Птица? – удивлённо переспросил Шечерун и посмотрел на сидевшую на краю стола сову. – А я разве до сих пор так и не рассказал про неё? Точнее, про него.

- Нет.

- Ну хорошо, сейчас исправлюсь. Помнишь ту историю с экзаменами, организованными Энейлой для её молодёжи?

- Ещё бы не помнить. Именно тогда ты разнёс всю деревню.

- Во-первых, не я, а Гарамокл, а во-вторых, пострадал только пустырь и пара домов, - поправил чернокнижник и тут же начал объяснять. – Так вот, чтобы помочь нашей рыжей красотке, я призвал демона Хирьюнила. Это очень занятное существо, способное превратить любой экзамен в незабываемое и полное непредсказуемости действие. Но, как ты знаешь, из-за последующих событий экзамен был прерван, а потом и вовсе отменён, и в этой суете, вызванной расследованием, я совсем забыл про демона.

- Я после того происшествия три дня вспоминал, как меня зовут, - проворчал староста. – Поэтому не удивляюсь, что демон тоже вылетел у тебя из головы, особенно учитывая, сколько всего тогда на тебя навалилось.

- Когда Хирьюнил устал ждать экзаменуемых, то решил вернуться ко мне, - продолжил Шечерун. – А я в это время как раз находился на дознании в Южном форте. Сам понимаешь, в каком я тогда пребывал положении: заточённый в каземате, да ещё и с перспективой скорой казни. Не удивительно, что состояние у меня было яростное и отчаянное, поэтому, когда демон начал предъявлять претензии, я сам обрушился на него с обвинениями и ткнул мордой в нарушение договора. Всё-таки он должен был оставаться в лесу, а не сбегать на поиски своего призывателя. Замечу, про демонов ходит много нехороших слухов, но договор они чтут беспрекословно, поэтому Хирьюнил признал свою оплошность и в качестве компенсации предложил мне свою годовую службу. Я с радостью принял это предложение, потому что, честно говоря, собирался с его помощью устроить себе побег. А поскольку содержание демона в его исходном обличии, во-первых, привлекает излишнее внимание, а во-вторых, забирает много сил у призывателя, я решил повторить тот же трюк, что и с мантикором Энейлы. То есть поместить сущность Хирьюнила в живое существо, создав демонхоста. Выбор стоял между совой и летучей мышью. Первые постоянно летали по ночам мимо тюрьмы, а вторые жили прямо под окнами моей темницы. Но летучие мыши показались мне противными, поэтому я предпочёл благородную сову.

- Получается, это не совсем животное? – проронил Жмых, бросив на птицу удивлённый взгляд.

- Животное, - поспешил успокоить его чародей. – Но с довольно интересными способностями. Может быть, как-нибудь продемонстрирую их тебе. Правда, я пока так и не придумал, как именно следует его использовать, но, учитывая предстоящую поездку, думаю, там обязательно найдётся работа и для демона. Кстати, я слышу шум. Уж не Масхурпал ли нас зовёт?

- Он самый, - подтвердил староста, приложив ладонь ко лбу и всмотревшись вдаль. – Бежит сюда, а вслед за ним ещё и Трулизем плетётся.

- Дракон-то что тут позабыл? – проворчал Шечерун, недовольно поморщившись. – Что ему в своей пещере не сидится?

- Едет! – заверещал Масхурпал, налетев как вихрь и принявшись прыгать вокруг старосты. – Как Вы и говорили, едет фургон с зелёной крышей! Я побежал его встречать!

Юный маг исчез так же быстро, как и появился, заставив присутствующих с недоумением посмотреть ему вслед.

- Отлично, - наконец буркнул Жмых. – А то я уже волноваться начал.

- Значит, прибыл обещанный возница, - сказал чернокнижник, поднимаясь с места и пересаживая сову на плечо. – А он точно согласится везти нас до столицы? Это же как минимум месяц пути.

- Согласится, - загадочным тоном ответил староста. – Этот должен согласиться. А если что-то пойдёт не так и он откажет, я лично встану на колени и буду его уговаривать до победного.

- Вижу, официальное руководство деревни уже в сборе, - подошедший дракон с ходу ввязался в разговор. – Это хорошо. А то я собирался попросить об одной услуге.

- Всегда готов тебя выслушать, - вежливо улыбнулся Жмых. – Но результат будет зависеть от предела моих возможностей.

- Да ничего сложного, - произнёс Трулизем, присаживаясь на лавочку рядом со старостой. – Я тут узнал, что наш славный чернокнижник собирается ехать в столицу, и мне хочется попросить его взять меня с собой в качестве спутника.

- Ты же дракон! – искренне удивился Жмых. – Зачем тебе странствовать на фургоне целый месяц, если ты можешь долететь всего за день?

- А Вы разве не знаете, что, согласно уговору между нашими кланами и Инлоссом, нам запрещено передвигаться по воздуху над землями империи без надлежащего разрешения? – с недоумением произнёс дракон и, немного подумав, принялся объяснять. – Это разрешение я, конечно же, получил, вот только оно осталось в родовом особняке в моих землях. А если я туда сейчас вернусь, боюсь, меня сразу заставят вспомнить все обязанности главы клана, и я застряну там на пару месяцев. Поэтому я лучше тихонечко поеду с вами, не меняя облика, так окажется быстрее.

- Не имею ничего против ещё одного спутника, - согласился Шечерун, пожав плечами. – Возможно, в твоей компании дорога даже покажется мне веселее. А зачем тебе вообще понадобилось в столицу?

- Секрет, - загадочно улыбнулся Трулизем. – Одно могу сказать точно, я не планирую ничего противозаконного и аморального.

- Ну и держи свои секреты при себе, - проворчал чернокнижник, вглядываясь вдаль. – Ага, вижу этот фургон. Выглядит вроде нормально, достаточно надёжный и добротный, хотя, если честно, я бы предпочёл путешествовать в чём-то более комфортном.

- Поверь мне, ты не будешь разочарован, - загадочно улыбнулся Жмых. – Я никогда не предложу тебе ничего плохого.

Компания встречающих зашагала навстречу подъезжающей повозке. Чародей был изрядно заинтригован, поскольку не мог припомнить, чтобы староста когда-либо демонстрировал подобную таинственность. Оставалось надеяться на то, что предложенный им вариант окажется идеальным для предстоящей поездки.

***

Вблизи фургон внушал доверие и создавал хорошее впечатление. Да, он был явно потрёпан длительными поездками, но тент, прикрывавший крышу, выглядел надёжно и не имел дырок, борта сияли свежей краской цвета весенней листвы, а на колёса не пожалели смазки, по крайней мере, скрипа от них не слышалось. Пара добротных рабочих лошадок гнедой масти завершали благостную картину. Шечерун довольно поцокал языком, изучив транспорт, после чего посмотрел на возницу и тут же с изумлением приподнял бровь.

На козлах сидела молодая женщина в яркой, расшитой узорами рубахе и строгих рабочих штанах, бросавшая на чернокнижника весёлые взгляды из-под полей широкополой соломенной шляпы. Две длинные, небрежно заплетённые светлые косы падали девушке на грудь.

- Ты опоздала, Канта, - укоризненно заявил Жмых. – Я ждал тебя два дня назад.

- Ну папа, - раздражённым тоном ответила возница. – Я же столько раз рассказывала тебе, какие заторы бывают на Гуланском перевале в это время года. Мог бы и сделать поправку на данную небольшую проблему, ты же знал, каким путём я еду.

- При иных обстоятельствах я бы так к тебе не придирался, - староста тут же сменил тон на спокойный. – Но в этот раз от нашей помощи зависит судьба одного хорошего человека.

- Папа?! – выпалил чародей, в изумлении уставившись на главу деревни. – Ты не говорил мне, что возницей будет твоя дочь! Хочется в очередной раз уточнить, сколько же у тебя детей и куда ты их всех распихал, раз они периодически всплывают в самых разных амплуа?

- Всех точно не упомню, с какого-то момента я даже сбился со счёта, - задумчиво произнёс Жмых, почесав затылок, и бросился объяснять девушке. - Это тот самый Шечерун Ужасный, про которого я тебе так много рассказывал.

- Но при этом не знакомил, - недовольно проворчал чернокнижник. – Получается очень несправедливо: ей, выходит, давно про меня известно, а я лишь сейчас узнаю о её существовании.

- Извини, - принялся оправдываться староста. – Моя Канта обычно бывает в Тролльей напасти набегами, и как-то так сложилось, что вы ещё ни разу не пересекались. Что ж, позволь представить её тебе по всей форме. Кантаналина Странница, по крайней мере, именно этим прозвищем она любит себя величать.

- Я не случайно получила это прозвище, - добавила возница. – Дело в том, что я с двенадцати лет катаюсь по этому миру и уже побывала во многих его уголках, поэтому теперь не представляю своей жизни без дороги.

- Кстати, насчёт уголков мира, – Жмых внезапно закашлялся, косо посмотрел на присутствующих, и обратился к дочери. – Ты привезла то, что я просил?

- Обижаешь, папа! – возмутилась девушка и вытащила из-за пазухи рубахи небольшой мешочек. – Вот, забирай свою долю.

- Как интересно, - подал голос до этого молчавший Трулизем. – Я чую запах, который ни с чем невозможно перепутать. Неужели это самоцветы Изумрудного леса?

- Ого, ты можешь почуять подобное? А кто ты вообще такой, я раньше не встречала тебя в Тролльей напасти? – спросила Канта, с изумлением уставившись на дракона.

- Господин Трулизем не совсем человек, - поспешил уточнить староста. – Его историю я, пожалуй, расскажу тебе попозже. А сейчас насчёт самоцветов…

- Это же контрабанда, – перебил Шечерун. – В столице я многое слышал про подобные дела. Знать просто бесится из-за того, что Владыка Шэнэллиона лично отбирает драгоценные камни для внешней торговли, предпочитая такие, стоимость которых выходит за все разумные пределы и доступна только обладателям очень больших кошельков.

- Ну да, - согласилась Канта. – Самоцветы, не отличающиеся особой красотой, являются, по мнению Владыки, оскорблением для его королевства и не должны покидать его владений. Однако эльфы-рудокопы считают иначе и не прочь подзаработать на стороне.

- Кажется, я начинаю понимать, откуда в казне Тролльей напасти берутся столь значительные суммы, - усмехнулся чернокнижник, бросив очередной косой взгляд на старосту. – Всё-таки ярмарки здесь проводятся не так уж часто.

- Ты прав. Сейчас я отправлю письмо ювелирам в Алхуру, чтобы они прислали своих людей для покупки этих камней, и продадим мы их, разумеется, по весьма выгодной для нас цене. К счастью, наши партнёры умеют держать язык за зубами. Надеюсь, и ты понимаешь, что об этой схеме лучше молчать? - отчеканил Жмых.

- Всё я понимаю, - Шечерун поспешил успокоить главу деревни. – И даже никого не осуждаю. Просто одной загадкой стало меньше.

- А он забавный, - обратилась к отцу Канта. – Кстати, объясни наконец, для чего я тебе так сильно понадобилась? Говоришь, надо помочь некоему хорошему человеку? Это кто-то из нашей родни? Обычно с такой срочностью ты вызываешь меня, когда никто больше не хочет заниматься организацией очередного семейного праздника. Правда, насколько я помню, в ближайшее время не ожидается ни одного торжества. Даже столетний юбилей прадедушки Госка будет лишь через полгода.

- Видишь ли, - слегка извиняющимся тоном начал Жмых. – Помощь требуется нашему чернокнижнику. Ты должна отвезти Шечеруна и его спутников в Инлосс.

- Это как минимум месяц пути, - задумчиво ответила возница. – А ведь я собиралась в Кинтеласт, туда как раз должны прийти корабли из южных земель с шёлковыми тканями. Ты представляешь, сколько можно заработать на шёлке, если успеть к распродаже в числе первых покупателей? Помнится, ты сам учил меня, что торговец должен преследовать исключительно собственные интересы.

- Ты всё правильно говоришь, но сейчас я прошу тебя не как глава деревни, а как твой отец. Этому человеку я обязан по гроб жизни и умоляю тебя помочь мне хоть частично погасить этот долг.

- Значит, он ещё интереснее, чем мне показалось поначалу, - проговорила Канта, вновь бросив на Шечеруна заинтересованный взгляд. – Если честно, после твоих рассказов, папа, я представляла его совсем другим.

- И каким же? – ухмыльнулся чародей. – Хотя можно я сам предположу? Если учитывать то, как обычно воспринимает чернокнижников большинство населения, это либо исполненный ненавистью чудовищный великан, рассылающий демонов и живых мертвецов во все концы света; либо противный горбатый карлик, злобно хохочущий над котлом с очередным коварным зельем. Я прав?

- Не совсем, - возразила девушка, слегка наклонив голову. – Отец постоянно в подробностях расписывает, как много всего ты делаешь для нашей деревни, и после его описаний я стала представлять тебя как обычного фермера, который носится туда-сюда, пытаясь взвалить на свои плечи груз, куда больший, чем может поднять. Такой портрет тебя устроит?

- Наверное, да, - шокированно пробормотал Шечерун. – Но сейчас, надеюсь, ты поняла, что ошибалась?

- Чтобы изменить своё мнение, я должна узнать тебя поближе. Не исключено, что этому поспособствует наше совместное путешествие, если я на него, конечно, подпишусь, - Канта ехидно подмигнула чародею и вновь обратилась к отцу. – Твоя просьба кажется мне довольно интересной, но можно я над ней немного подумаю, хотя бы ради приличия?

- Я тебя, разумеется, не заставляю, - спокойно ответил Жмых и тут же демонстративно нахмурился. – Но если подведёшь моего друга, больше не рассчитывай на бесплатные обеды в «Радужном коте»!

- Какая страшная угроза, я просто вся аж затряслась! Кстати, если уж речь пошла о «Коте», правда ли, что наш трактирщик оказался легендарным святым подвижником? И повлияло ли это на качество его блюд, а то в течение последних пары недель я просто грезила по кухне «Радужного кота».

- Всё - правда, - усмехнулся Жмых. – Блюда отменные и явно отмечены благодатью богов. А если хочешь сама убедиться, предлагаю прямо сейчас сходить и проверить. Заодно обсудим за едой предстоящую поездку, и я объясню, что именно тебе предстоит, если, разумеется, всё-таки на неё согласишься.

***

Шечерун тщательно сверялся с лично составленным списком. После обсуждения всех условий Канта потребовала выехать прямо на следующий день, и чернокнижнику пришлось ломать голову по поводу срочного сбора багажа. В дороге требовалось предусмотреть многое, поэтому чародей заранее позаботился о том, чтобы подготовить опись вещей, которые стоило взять с собой в столицу. Расположившись в библиотеке башни, он перенёс туда всё, что могло понадобиться ему в путешествии. Масхурпал старательно помогал наставнику, перебирая завалы на полках, но, судя по кислому лицу юноши, был очень не доволен перспективой дальних странствий.

- Ну что ты нос-то повесил? – проворчал чернокнижник. - Я тебя не на казнь везу и не собираюсь отдавать на съедение демонам. Академия – это место, куда стремятся попасть многие, а шанс, пусть даже и небольшой, выпадает лишь единицам, таким, как ты.

- Да я так надолго из деревни никогда не уезжал, - грустно проронил ученик. – В Алхуре был пару раз, и там всё совсем по-другому, чем у нас. А про столицу мне даже думать страшно.

- Ничего, привыкнешь, - отмахнулся Шечерун. – Я же к вашим реалиям привык. Думаю, со временем тебе в Инлоссе даже понравится. Много возможностей, искушений – короче, самое подходящее место для юного и талантливого чародея.

- Если я такой талантливый, зачем тащить меня туда? – продолжал ныть Масхурпал. – Обучили бы меня сами, и дело с концом. Тем более я уже и так многое знаю.

- Я смог обучить тебя лишь основам, - возразил чернокнижник, сняв с полки пару небольших бутылок с зельями и упаковав их в специальный мешочек. – По факту, ты сейчас напоминаешь дрессированную цирковую собачку: можешь лишь повторять то, на что тебя натаскали, а при твоих попытках выйти за пределы полученных умений начинается раздрай и хаос. В академии тебя научат магической дисциплине и правилам составления чар, ты поймёшь весь процесс работы заклинания, сможешь контролировать его на любом этапе и в идеале даже изменять. Так что, по крайней мере, если будешь вызывать дождь, то и получишь дождь, а не бьющие с небес потоки огня и серы.

- Но огонь и сера с небес - это же весело!

- В каких-то обстоятельствах, возможно, и весело, но в нашей деревне за такое бьют по загривку коромыслом, - буркнул Шечерун, перебирая ящик с артефактами. – И раз уж ты считаешь меня учителем, слушай и мотай на ус всё, что я тебе говорю. В нашем деле важно не только бездумное создание заклинаний, но и умение применять их в нужных целях. Этому в академии учат в первую очередь. Есть даже своеобразный кодекс чародея, на который нужно оглядываться каждый раз, когда тебе захочется поколдовать.

- А про него Вы ещё ни разу не упоминали, учитель, - навострил уши Масхурпал. – Это что-то новое. Говорите, что он важен? И что же в него входит?

- Правила для волшебника, как жить в этом не самом приятном мире, не раздражая окружающих и не вступая с ними в конфликты, а так же как зарабатывать безукоризненную профессиональную репутацию, - объяснил Шечерун, наконец собрав одну из сумок и перетащив её поближе к выходу. – Когда выучишь все эти правила, а так же наловчишься применять на практике, сразу станешь уважаемым членом магического сообщества.

- Так расскажите про них поподробнее! – воскликнул ученик, возбуждённо подскочив на месте. - Если я их выучу, то сразу стану полноценным волшебником?!

- Какой хитрый! Думаешь, я вывалю тебе всё разом? Нас в академии знакомили с одним правилом в месяц, и за этот период мы должны были всесторонне его изучить. Поэтому поступлю аналогично, буду давать тебе по одному постулату, чтобы ты хорошенько его обдумал, опробовал на практике, а потом отчитался мне, что именно ты усвоил и как применил. Дорога нам предстоит долгая, и времени на размышления у тебя будет достаточно, хотя ты парень умный, и, думаю, тебе хватит три-четыре дня на каждый пункт. А по итогам проделанной тобой работы я уже буду решать, стоит ли приступать к следующему правилу или лучше продолжить разбираться с этим.

- Хорошо. А давайте начнём прямо сейчас?

- Ладно, - согласился Шечерун, задумался на несколько секунд и выдал. – Главное предназначение чародея заключается в том, дабы осознать, что сила ему дана свыше для служения обществу и поддержки его по мере своих возможностей. И если нуждаются люди или прочие твари разумные в помощи чародея, то должен он немедленно оказать её. Понял мои слова?

- Всё понял, учитель, - закивал головой Масхурпал. – У нас есть сила, и с её помощью мы должны помогать другим людям.

- В целом, да. Кстати, рекомендую тебе завести личный дневник, куда будешь записывать все свои размышления после моих уроков. Благодаря этому, тебе не придётся постоянно держать все умозаключения в голове, и мне будет проще оценить твоё понимание, просто прочитав твои записи. Вдобавок сможешь ещё заносить туда все впечатления, которые будешь получать в предстоящем путешествии. Я даже поделюсь с тобой тетрадью для такого дневника, как раз захватил несколько штук для работы, вот держи, - сказал чернокнижник, достав искомое из сумки, и протянул ученику. – Положи к себе в мешок. Кстати, а где твои вещи? Я же на всякий случай велел тебе собрать их ещё пять дней назад.

- А я их у старого Жмыха оставил, он пообещал за ними присмотреть.

- Ну так скорее беги за своим мешком и неси его к «Радужному коту», где нас уже ждёт наша извозчица.

- Канта-то? Здорово. Давно мечтал с ней куда-нибудь съездить. Но только недалеко, например, до Чёрной низины. Говорят, там вкусно кормят, и есть развалины проклятого моста. А ещё Канта весёлая, любит рассказывать байки про дальние страны, - задумчиво проговорил ученик, склонив голову, но уже через пару секунд с невероятной скоростью покинул помещение библиотеки.

- Все-то про неё знают, а почему я за семь лет с ней ни разу не столкнулся? - проворчал Шечерун, закрывая последнюю сумку.

Убедившись, что все его вещи собраны, маг достал свой жезл и произнёс заклинания, активировав двух небольших големов, стоявших в углу. Ходячие статуи, повинуясь приказу, послушно взяли багаж и направились к выходу. Чернокнижник, подхватив клетку с совой, пошёл за ними, короткими приказами корректируя направление движения. В такой манере они покинули башню и довольно быстро добрались до трактира, где уже находились староста и дракон. Жмых, увидев способ перемещения вещей, недовольно покачал головой.

- Опять твоя магия? Мог бы попросить меня, - проворчал староста обиженным тоном. – Я бы велел сыновьям донести твои сумки.

- Мои големы, в отличие от твоих сыновей, делают свою работу молча, не мучая меня бесконечными деревенскими байками, - в тон ему ответил Шечерун. – А где же твоя Странница? Мы же договаривались встретиться у трактира в полдень.

- Я здесь, - отозвалась появившаяся из-за угла «Радужного кота» Канта, которая что-то жевала на ходу. – Просто решила немного перекусить перед выездом, путь-то нас ожидает неблизкий. Так, тебя вижу, деда Трулизема тоже, а где этот шустрый паренёк, который мой троюродный кузен, и которому ещё заморочили голову всей это магией?

- Масхурпал – тоже твой родственник? – удивился чародей, с недоумением уставившись на старосту.

- Я тебе за последний год это уже раз двадцать говорил, а ты не слушал, - буркнул Жмых, косо посмотрев на волшебника. – В нашей деревне все семьи родственными узами так повязаны, что в кого ни плюнь, обязательно окажется твоей дальней роднёй.

- Видимо, тогда информация не показалась мне нужной и интересной, - ошарашенно пробормотал чернокнижник и перевёл взгляд на Канту. – Кстати, этот паренёк отправился забирать свой багаж, и, пока мы его ждём, хотелось бы услышать историю, каким же образом тебя занесло в фургонщики. А то вчера за проработкой маршрута я как-то забыл поинтересоваться, хотя данный факт меня весьма удивил. Просто представительницы прекрасного пола редко занимаются подобной работой, поскольку многие из них не готовы сорваться с места и начать колесить по миру.

- Если так интересно, охотно всё объясню, – начала свой рассказ возница. – Уже лет в двенадцать мне наскучила Троллья напасть и её окрестности, и я сбежала отсюда со знакомыми торговцами. Вопреки всем страшилкам, которыми меня любили потчевать родственники, меня не продали в рабство, не принесли в жертву богу торговли и не отдали в качестве откупа первым встречным разбойникам. Я работала на купцов прислугой, постигала азы торговли и узнавала, насколько наш мир большой и необъятный. Через три года я доросла до помощницы купца, а ещё через пару лет накопила денег, приобрела собственный фургон и уже самостоятельно занялась продажами. Как видишь, в моей истории нет ничего необычного. Ладно, хватит время зря тратить, я сбегаю за фургоном, а вы пока тут посидите.

- А ведь ей повезло, - задумчиво проговорил Трулизем вслед убегающей девушке. – Когда мы с братьями решили посмотреть большой мир, сразу же наткнулись на пиратов, которые захотели скормить нас морским чудищам, посчитав, что это принесёт им удачу. Хорошо, что морской монстр оказался нашим дальним родственником, разбил корабль, а нас вынес на берег. А ещё потом мы полгода бегали по пустыне, спасаясь от работорговцев.

- Работорговцы против драконов? – рассмеялся Шечерун. – Хотел бы я на это посмотреть!

- Поверь мне, это было жалкое зрелище, - тяжело вздохнул Трулизем. – Мы с братьями ещё не вошли в силу, а те работорговцы оказались большими специалистами по ловле и укрощению разных могучих существ. Сейчас даже вспоминать не хочу, через что нам пришлось пройти. Ах да, извините, что я влез со своими воспоминаниями. Просто захотелось немного выговориться, иногда мне этого так не хватает.

- Ничего страшного. А, учитывая, сколь долгая вас ожидает дорога, думаю, сможешь наговориться вволю, - усмехнулся Жмых. – У вас наверняка найдётся немало общих тем для бесед. Кстати, исходя из моего опыта, ничто так не сближает, как совместная дорога.

- Ну не всегда, - возразил чернокнижник. – В молодости я несколько раз отправлялся в дальние поездки в большой компании, и каждый раз мы возвращались назад, переругавшись друг с другом. Надеюсь, мне просто не везло с попутчиками, и хочется верить, что в этот раз всё пройдёт спокойно.

- Я могу пообещать, что в поездке точно не буду доставлять проблем, а вот насчёт Масхурпала не уверен, - отозвался дракон. – Меня очень удивило нынешнее выражение его лица. Учитывая его натуру, я боюсь, как бы он ни затеял нечто опасное. Юноша выглядит, словно последователь какой-нибудь религии, на которого внезапно снизошло божественное откровение.

- Да-да, мне тоже кажется, что с ним что-то не так, - согласился Жмых. – Я встретил Масхурпала, когда он бежал ко мне за вещами, и выглядел парень довольно странно, чрезмерно погружённым в свои мысли. Я поинтересовался у Масхурпала, не нужна ли ему какая-нибудь помощь, а он лишь пробормотал нечто вроде, что он сам должен помогать всем страждущим, и сразу умчался.

- Не волнуйтесь, всё с ним в порядке, и он не затеял ничего плохого, - поспешил успокоить собеседников Шечерун и тут же разразился громким смехом. – Это всего лишь моя шутка. Наслушавшись историй о выходках Масхурпала, я захотел его приструнить и вспомнил свою молодость. В нашей академии преподавал мэтр Зурмек, бывший жрец, очень любивший просвещать студентов, что каждый чародей - это избранный, на которого возложена великая миссия. В чём именно она заключается, он толком объяснить не мог и каждый раз разражался потоком словоблудия. Но в один прекрасный день он всё же разработал нечто, напоминающее Кодекс волшебника, в который входило двенадцать правил. Мэтр Зурмек заставил нас выучить их наизусть и рассказывать на каждом его занятии. Тогда это казалось нам лютой чушью, но сейчас, внимательно поглядев на Масхурпала, я подумал, что этот Кодекс вполне можно использовать, чтобы держать мальца в узде. Мне показалось, если я заставлю ученика следовать данным постулатам, пока мы будем путешествовать, возможно, он будет вести послушно, и поездка пройдёт без особых трудностей. В итоге я заморочил Масхурпалу голову одним из правил, и он им заинтересовался и погрузился в размышления на этот счёт.

- Кстати, вон он бежит к нам, - заметил дракон. – И судя по тому, что его преследуют возмущённые женщины, юноша явно опять по-своему интерпретировал твои слова. Ну или просто захотел в очередной раз что-нибудь отчебучить.

- Эй, да что там происходит?!

Шечерун обернулся на шум и с удивлением приподнял бровь. Его ученик со всех ног нёсся по улице, пыхтя под тяжестью вещевого мешка, а вслед за ним, крича и потрясая кулаками и коромыслами, мчались не меньше десяти взбешённых деревенских женщин. Но самое интересное, что вокруг них были вёдра. Самые обычные деревянные вёдра, предназначенные для переноса воды, вот только бежавшие на внезапно выросшихчеловеческих ногах. Судя по тому, что тётки с пронзительными визгами периодически отпрыгивали от этих вёдер в разные стороны, сбиваясь с ритма погони, именно присутствие бадей с конечностями позволяло Масхурпалу сохранять отрыв.

- Вот оно, ходячее бедствие деревни, как всегда в своём репертуаре, - тяжело вздохнул Жмых. – Как я и говорил. Кстати, в толпе преследовательниц моя жена и ещё пара кузин, живущих по соседству, так что на этот раз я даже готов посочувствовать паршивцу, потому как он разозлил трёх первых фурий Троллей напасти.

- Это заклятие для создания голема, - заворожённо пробормотал Шечерун. – Но обычно для его воплощения используют глину, и я впервые вижу, чтобы оно было успешно применено на дереве. Даже в академии нас учили не использовать данное заклинание на материи, в которой ещё могут оставаться частицы жизни, кости, остатки животных, дерево… Впрочем, это не беда, сейчас я отменю чары Масхурпала.

- Нет, не трать на это своё время, я сам во всём разберусь, - внезапно заявил староста, встав между чернокнижником и погоней. – Если понадобится, лично разломаю топором эти вёдра и сожгу. А ты забирай своего ученика и поскорее увози его как можно дальше. Дай нам хоть немного отдышаться без него. И бегите быстрее, пока его не покалечили или вообще не убили!

- Транспорт уже здесь! – подала голос Канта, остановив фургон рядом с путешественниками. – Слышу, что мой кузен опять что-то натворил? Я пока не поняла, что именно, но мой жизненный опыт подсказывает, что нужно как можно скорее отсюда драпать.

- Я согласен, - сказал Трулизем и, несмотря на свой старческий облик, одним прыжком запрыгнул в фургон.

Шечерун на ходу забросил свои вещи внутрь и последовал примеру дракона. Оставался лишь Масхурпал, который мчался со всех ног, старательно уворачиваясь от летевших в него подручных предметов. Разъярённые женщины уже почти настигли юношу, но в этот момент дорогу им преградил староста. Ученик чародея, воспользовавшись моментом, тоже заскочил в фургон, и в ту же секунду транспорт начал наращивать скорость, оставив за спиной Жмыха в окружении возмущённых селянок и бегающих между ними вёдер.

- Мне, конечно, любопытно, что на этот раз учудил Масхурпал, но лучше я выясню всё попозже, - пробормотал Шечерун, перебираясь из фургона на козлы к Канте. – Сейчас мне хочется почувствовать дух предстоящего путешествия. О, боги, я уже семь лет не был в столице, интересно, как же там всё изменилось?

- Если всё пройдёт без проблем, скоро узнаешь, - усмехнулась возница, бросив на чародея загадочный взгляд. – Честно говоря, давненько мне не приходилось убегать откуда-нибудь со всех ног. Думаю, это добрый знак, и поездка окажется довольно весёлой и полной приключений.

- Не надо приключений, - раздался недовольный голос Трулизема. – Я бы предпочёл тихую и спокойную дорогу.

- Ладно, что будет, то будет, - подытожила Канта и свистом подбодрила лошадей, заставляя их свернуть на Северный тракт. А Шечерун расслабленно откинулся на спинку сидения. Долгожданное возвращение в Инлосс, о котором он мог только мечтать, наконец началось.

Выдержки из дневника Масхурпала Камирга, так же известного под прозвищем Деревенское бедствие

Учитель повёз меня в столицу. Говорит, что там будет весело. Я пока в этом сомневаюсь, но учитель обычно не лжёт. Наверное, там действительно будет весело. Ещё он говорит, что там меня научат колдовать. Я уже умею колдовать, могу призвать демона или вызвать грозу, но учитель недоволен моими умениями. Учитель – могучий волшебник, так что ему виднее, но я пока не понимаю, что делаю не так. Также учитель говорит, что в столице живут ещё более сильные волшебники, чем он, которые точно смогут обучить меня всему, что нужно.

Вдобавок учитель начал учить меня правилам волшебника. Рассказал важное правило, что волшебник должен помогать людям. Я долго думал, кому и как могу помочь, а потом возле колодца встретил Лабурзею, жену нашего старосты, и её соседок Лупу и Тарину. Ещё рядом стояли тётки из Водяновки, но их я знаю плохо. С тех пор, как учитель починил мост, ведущий туда, они к нам зачастили. Лабурзея жаловалась соседкам, что у неё болят спина и руки, а муж не помогает ей носить воду домой. Соседки жаловались на то же самое, и тогда я вспомнил слова учителя. Никогда раньше я не создавал големов из дерева, но решил попробовать. Я оживил вёдра, они запрыгнули в колодец и выскочили полные воды, но Лабурзея и её подруги почему-то обиделись на это.

Я приказал вёдрам идти по домам, но они не стали меня слушать. Тогда я вспомнил, как учитель говорил мне, что големы из дерева получаются очень капризными, поэтому маги не любят с ним работать. Я хотел объяснить это тёткам, но тут вёдра стали бегать вокруг и обливать их водой. Мне стало весело глядеть на это, и я засмеялся, но подруги Лабурзеи вдруг захотели побить меня коромыслами, и тогда я сбежал.

Мне повезло, что староста остановил свою жену и её подруг, и я успел запрыгнуть в фургон, едущий в столицу. Странно, конечно, что женщины захотели меня побить, ведь я сделал всё, как сказал мне учитель. Но, видимо, он прав, мне действительно нужно в Инлосс, чтобы узнать от мастеров, как правильно должен вести себя настоящий волшебник. А пока я буду продолжать слушаться учителя и делать так, как он говорит…