Детектив будущего. Экзамен

— Интересное место, — Фил осматривался по сторонам, рассматривая запыленные скелеты, переплеты книг на полках и свитки пергаментов.

— Заброшенный музей сотворения мира, — кивнул профессор Ардинан, — Когда-то давно, еще до тех пор, когда технологии стали основой нашей жизни, такие музеи были повсюду. Это потом уже их стали сносить. Сейчас таких мест осталось совсем мало и большинство из них уже заброшены.

— Выглядит все гораздо круче, чем на нейроэкранах, — признался юноша, — А зачем вы меня сюда привели? — спросил он, хотя и так знал ответ. Сам не понял, зачем выпалил этот вопрос. Наверное, от волнения вырвалось.

— Экзаменовать. Или не ты вызывался проходить тестирование по экспериментальной дедукции?

— Я? Да, так точно! Вызывался! — Фил вытянулся по стойке смирно, — А что нужно будет делать?

— Отыскать кое-что. Итак, Филлиан, слушай внимательно условие задачи…

Филлиан Форест никак не мог поверить, что находится здесь. Точнее в то, что пришла его очередь сдавать экзамен. Высокий брюнет мечтал стать детективом, сколько себя помнил. Он до сих мандражировал, стоя в стенах старого музея и оглядываясь. Хотя находился в этом состоянии куда больше: когда они садились вместе с преподавателем в спидер и летели через весь Дубхеполис куда-то на окраину города; когда он рассматривал в окно, пытаясь успокоиться, высотки, другие спидеры, пытающиеся обогнать друг друга на воздушной трассе, звездолеты, совершившие посадку и вылеты. Еще тогда начался этот мандраж.

Попасть в Академию роста и конкретно на курс к профессору Адринану, мужчине с гладковыбритой головой, суровым взором, который, возможно, казался таковым из-за одного искусственного глаза и шрама через его правое веко, было невероятно сложно. Но куда труднее было — оттуда выпуститься. Из десяти студентов учебу на его потоке заканчивали от силы всего один-два. Остальным приходилось переводиться и экстренно завершать курсы по смежным специальностям.

О прошлом профессора Адринана почти никто не знал, но ходили слухи, что он имел большой опыт в детективном деле. Причем, расследовал только самые необычные и запутанные истории. А еще посещал города без технологий и помогал жителей там. И не очень любил использование технологий и искусственного интеллекта в детективном деле.

Он и сам уже точно не знал, что такое метод дедукции. Данные о нем давно истерлись и были не полны — после сбоев в системах хранения общемирового уровня. Около ста лет назад. Хотя и до этого дедукцию уже почти и не использовали, роботы и искусственный интеллект помогал в работе органам правопорядка и детективам. А какие методы использовали они — никто и не интересовался.

— Да, профессор, слушаю вас внимательно, — кивнул Филлиан.

— Это музей сотворения мира, он хранит множество секретов. — начал Адринан, а затем достал из кармана своего широкого старомодного пальто ветхий, желтый лист бумаги. Тот для сохранности был заламинирован, но при этом не покрыт нейропластиком. — Эта бумага принадлежит последнему директору музея. Незадолго до его закрытия, он написал записку, в которой сообщил о том, что пропал один из его экспонатов. — профессор протянул лист бумаги студенту. Фил взял его в руки и стал читать.

Распознавать рукописный почерк было непривычно, как и держать в руках что-то столь ветхое. Но к почеркам Филлиан немного привык, поскольку профессор заставлял всех учеников вести бумажные тетради.

“Все пропало, все пропало! Исчез … ценный экземпляр нашего музея! Если рог обилия и камень ковчега на месте, то ка… …на куда-то делась! Никто не знает, где она… По …мерам ничего не видно, никто ее не крал…”

— И в чем же заключается условие задачи, профессор? — уточнил парень.

— Это оно и есть.

— Что? Но, учитель… здесь же ничего не сказано. Как я должен искать, если неизвестно практически ничего?

— Практически не значит, что нет ничего. У тебя уже есть данные, просто надо подумать, что с ними делать.

— Есть ли у меня временное ограничение? Это ведь экзамен.

— Конечно. Три дня. Возможна отсрочка еще на день, если ты выйдешь на след и будешь уверен в своем результате. Помни — я экзаменую не только результат, но и процесс. На время экзамена можешь забыть о моем существовании, но я все равно буду наблюдать за тобой. Еще вопросы?

Профессор говорил четко, сосредоточенно, почти безэмоционально. Но все же во взгляде его читался явный интерес, удастся ли ученику разгадать эту тайну. До этого он приводил в музей еще двоих выпускников, самых успешных на курсе и талантливых, но их постигла неудача в этом деле. Адринан давно хотел разгадать эту тайну, но еще больше желал, чтобы появился тот, кто сумеет сделать это за него. Кто-то находчивый, умный и молодой.

Филлиан еще раз прочел письмо, но так и не сообразил, что еще можно спросить. И отрицательно покачал головой.

— Что ж. В таком случае Филлиан Форест, — профессор достал из-под пальто очень редкостную вещицу — часы на цепочке, — Сейчас 15:03. Начиная с этого времени, ваш экзамен начался. Вы можете покидать пределы музея для расследования, а также делать перерывы для того, чтобы поесть и отдохнуть. Но предварительный ответ вы должны дать мне в этой же комнате не позднее двух дней спустя. Тогда решится вопрос об отсрочке. Удачи!

С этими словами мужчина покинул комнату, оставив студента одного в компании старого письма и экспонатов небольшого зала. Которые Фил теперь мог рассмотреть тщательнее. Надо же было с чего-то начинать. В этом небольшом зале, напоминавшем больше кабинет, молодой человек заметил много мелких артефактов: костей, хрящей и даже огромную голову динозавра. Он не особо вчитывался в названия, больше запоминая объекты внешне. Даже вооружился старинным инструментом под названием “лупа”. Удивительно, что он не встретил его среди экспонатов музея.

“Хотя, возможно, он есть в одном из других залов”, — подумал Фил, продолжая осмотр.

Среди всех объектов больше всего заинтересовала большая изогнутая кость, похожая на позвоночник. Но она не была похожа на человеческий или животный. Помимо необычной формы, поверхность тоже отличалась: была серой и покрытой то ли трещинками, то ли царапинами. Форест даже взглянул на название, чтобы запомнить или записать. “Кость времени” — так именовался экспонат. Возможно, из-за своей причудливой формы его сравнивали с самим временем, отсюда и такое название.

У Филлиана кружилась голова, он за время изучения залов полуразрушенного музея увидел столько интересного, необычного и для себя нового. И сферу мира, похожую на глобус, но полупрозрачную, и пепел первого огня — сосуд, в котором хранились остатки деревьев после первого вспыхнувшего в мире пожара. Парень задавался вопросом: как и кто сумел его сохранить? Но ответ знал лишь только сам экспонат, но хранил эту тайну безмолвно. В следующем зале Фил ознакомился с сохранившимися древними орудиями труда и рукописями на “мертвом” языке, увидел чашу неназванных вод, про которую ходила легенда, что, не имея дна, она всегда была полна воды. Сосуд сейчас же был сух и покрыт паутиной, однако же действительно был бездонным. Он был выполнен из глины, материала, встречающегося сейчас крайне редко, да еще и с узорами по всей поверхности.

Студент не переставал использовать лупу, а также периодически записывал интересные названия в тетрадь, чтобы потом поискать про экспонаты больше информации. Он совсем забыл и про условие задачи, и вообще про экзамен, увлекшись изучением древних предметов и артефактов. Он ушел домой затемно, а попав в свою комнату, практически сразу же рухнул на кровать и заснул.

***

Адринан не мог не отметить живого любопытства, присущего юноше. Такое он встречал не очень часто среди своих учеников. Но вот помогало ли это качество в сдаче экзамена – вопрос. Ведь почти весь первый его день Филлиан истратил в пустую. Хотя, может быть, и нет.

“Ладно. Продолжим завтра”, – решил педагог, тоже отправляясь на отдых.

Когда профессор вернулся в музей на следующий день, то сразу заметил своего студента. Форест пришел раньше, причем намного раньше своего преподавателя. Так показывали экраны видеонаблюдения, которые специально установили для экзамена, чтобы Адринан мог следить за действиями студента. Мужчина не мог отрицать, что порой технологии были необходимы, несмотря на скептическое к большинству из них отношение.

Вел Филлиан себя необычно воодушевленно. Ходил из стороны в сторону, из зала в зал, иногда даже перебегал: коротко осматривал экспонаты и возвращался обратно, или следовал дальше. Адринан с интересом наблюдал за ним, жалея, что мысли экзаменуемого ему неизвестны — машину, способную на такое, еще не изобрели. Хотя, наверное, и не стоило. Сколько бы она принесла бед…

Профессор продолжал следить за своим учеником и его прыткими действиями. Фил то и дело вновь заглядывал в свою тетрадь, затем что-то сверял с блокнотом и вновь переходил из зала в зал. Пока не дошел до центральной комнаты на втором этаже. Двигаться в ней, весьма просторной, нужно было осторожно. В полах зияли трещины и дыры, а вместо потолка открывался прекрасный вид на небо. Помимо этого, там висели и каменные глыбы, которые невероятным образом еще не свалились вниз. Но готовы были сделать это в любую секунду. Адринан наблюдал, как Филлиан остановился и замер, осматривая помещение — точнее, то, что от него осталось. Парень не был уверен, но, кажется, он нашел разгадку этому делу. Оставалось только найти… Форест прищурился и увидел вдали за большой дырой в полу и грудой обвалившихся деревяшек и камней еле заметный узор на стене.

Фил осторожно двинулся в нужную сторону, лавируя между глыбами, досками и дырами в полу. Адринан решил подняться в этот зал и пронаблюдать все воочию. Он чувствовал, что в этот раз все кончится куда быстрее, но это не было не самым главным. Важнее было то, что сегодня экзамен мог завершиться успехом. Впервые за все время. Ведь преподаватель уже приводил сюда своих студентов, самых одаренных по его мнению. Он давал им полную свободу действий, но они не справлялись. Адринан вдруг почувствовал, как волнуется. Словно экзамен сейчас сдавал он, а не его подопечный.

Филлиан же чуть не упал несколько раз, но уже приблизился к горе от обвала потолка. Осталось миновать только ее. Он ухватился одной ладонью за выступ, второй рукой за торчащую доску и стал перелезать руины слева. Действовать старался быстро, поэтому через две-три минуты уже стоял на твердой поверхности. Он очутился у стены, которая ни разу не выдавала, что является часть полуразрушенного старого здания. Разве что выцветший узор мог на это указать. В остальном же: стена целая, без трещин, темно-синяя краска не облупилась и не осыпалась.

— Удивительно, — пробубнил Форест, доставая из рюкзака лупу и тетрадь, — Так, Фил, что же дальше? Думай…

Адринан последовал за парнем, действуя точно так же: причем, делая это куда ловчее. В его движениях чувствовался большой опыт и отличная физическая подготовка.

— О, профессор… — удивился студент, — Но почему вы здесь? Неужели я…

— Это ты мне скажи, как продвигается у тебя? — ни один мускул не дрогнул на лице преподавателя, хотя он уже сам понял, что спалился перед учеником, что тот близок к своей цели.

— Думаю, я близок… — тряхнул головой юноша. А затем стал рассматривать узоры или же письма на неизвестном наречии на стене.

Филлиан размышлял о том, что неплохо бы было бы иметь с собой нейросканер. Такими пользовались стражи порядка, чтобы просветить насквозь любую стену или запертую поверхность и увидеть, что сокрыто от их глаз. “Это значительно бы упростило дело”, — подумал Фил, ощупывая прохладную поверхность стены. Адринан внимательно наблюдал за его действиями.

Осмотрев несколько раз узор и исследовав поверхность стены, Форест обнаружил некое углубление, причем, судя по всему, рисунок сходился в исходной точке в этом же месте. Что-то вроде закономерности, которую он не мог разобрать. Парень неуверенно надавил на это место. В стене что-то щелкнуло. А затем все затряслось. На несколько десятков секунд Адринану и Филлиану пришлось пытаться сохранить равновесие, толчки были довольно сильными. Удивительно, что ничего не обвалилось в зале второго этажа.

Когда все смолкло, на стыке с соседней стеной обнаружилось углубление — что-то похожее на открывшийся ящик. Фил посмотрел на учителя, Адринан одобрительно кивнул. Кажется, загадка музея была разгадана. Или же нет?

Форест подошел ближе и заглянул в каменный ящик. Внутри лежало только две вещи. Две бумаги. Одна — по-видимому, очень старая, даже, возможно, древняя, в виде свертка. Филлиан, взяв его в руки, понял, что впервые трогал подобного рода материал. Вторая же была в виде конверта. Тоже довольно старого, но уже из привычной Филу бумаги.

Адринан подошел ближе. Форест посмотрел на него и протянул обе находки.

— Ты должен сам, — сказал учитель, — Давай.

И Филлиан развернул свиток. Осторожно, словно тот был из хрусталя. Но ветхий на первый взгляд материал оказался куда крепче. Внутри была карта. По виду островов и материков не было ничего понятно, а надписи на неизвестном языке только добавляли вопросов. Парень передал карту учителю и раскрыл конверт. Он удивленно захлопал глазами, обнаружив, что письмо написано знакомым почерком. Фил сразу же достал письмо с заданием и сравнил: оба послания точно написал директор музея.

“Священная карта Эдена — самый ценный экспонат нашего музея. Сейчас, когда большинство экспонатов переводятся в цифровой формат или подвергаются разным нейропроцедурам ради “их же сохранения”, я не могу рисковать. Карта Эдена — карта, которую изобразил неизвестный художник, сумевший узреть рай. Он умер практически сразу после этого, и единственное подтверждение, которое он оставил — эта карта. Я не могу допустить, чтобы с ней поступили, как и с другими экспонатами, которые я не сумел или не сумею спасти… Мне пришлось поставить на кон все и подстроить, как будто карту похитили. В музее много тайных ходов и мест хранения, я надежно спрятал карту. Надеюсь, ее не смогут найти. И все же… Я пишу это письмо на этот случай.

Я не знаю, кто вы, но если вы нашли этот тайник, следуя моим подсказкам — прошу вас, не выдавайте моей тайны, как и не выдавайте карту Эдена. Спрячьте ее назад или сберегите сами. Прошу вас!

Мадоус Сойз”

Филлиан читал письмо вслух, поэтому Адринан все слышал. Как только Форест закончил, повисла пауза. Он не знал, что дальше.

— Поздравляю вас, Филлиан Форест, — нарушил молчание учитель, — Вы успешно сдали экзамен. Расскажите, как вам удалось?

— Угу, — кивнул парень, — Правда, я немного нарушил ваше условие, профессор. Я привлек искусственный интеллект для того, чтобы найти полный список экспонатов музея в прошлом. Но источники разнились. В некоторых источниках выдавалось лишь количество, в других список, но он был не полный. И тогда я решил сам проверить наличие тех или иных предметов из списка. Тем более что часть я изучил в первый день, — Фил вздохнул, Адринан кивнул, — Занимаясь этим, я стал замечать на стенах и столах скрытые шифры. Узоры. Причем, на самых старинных экспонатах. Сначала я проверял их наличие во всех залах, не особо вдаваясь, что они могут значить. Но сейчас, думаю, они означали направление. Направление сюда.

— Что ж. Прекрасно. — снова кивнул Адринан. — Еще раз поздравляю.

— Спасибо, — ответил Форест. Но радости он не чувствовал, а скорее, некоторую горечь. Теперь он понимал своего учителя: технологии не должны заменять все, они должны быть в меру… — Что будем делать с этим? — спросил парень про карту Эдена и послание директора музея.

— Их нашел ты. И только тебе решать, что с ними делать. Я обещаю же сохранить твое решение навсегда в тайне.

Филлиан думал недолго. Он вернул карту и письмо на то самое место, где и обнаружил, и закрыл ящик обратно. Тайна Мадоуса была сохранена.

Адринан даже не видел этого, развернувшись и собираясь уйти, но ученик остановил его неожиданным вопросом.

— Профессор, говорят, вы работали детективом много лет. Но почему же вы ушли?

— Двадцать три года и четыре месяца, если говорить точно, — ответил Адринан, — Я ушел, — он запнулся. На душе стало тяжело, мужчина нахмурился, — Не сумел спасти заказчицу… Не берите в голову это, Филлиан. У каждого свой путь, и вы обязательно отыщите свой, у вас прекрасные данные для этого. До встречи.

И профессор ушел, а Фил еще некоторое время стоял и думал обо всем произошедшем. Тяжелая ждала его в будущем работа.