Детективное агентство "Анна и её духи". Ядовитый отпуск.

— Яша, мои родители сошли с ума! — растерянно проговорила Аня, входя в кабинет. В руке у неё было распечатанное письмо.

Штольман, который занимался подсчётом финансов и заполнением бухгалтерской книги — сентябрь подходил к концу, нужно всё привести в порядок, отвлёкся и поглядел на неё. Как и всегда при виде своей жены, внутри всё согрелось, и улыбка сама собой осветила его лицо.

Только посмотрите на неё! Волосы кучерявятся и пушатся на висках, немного пополневшие щёки горят розоватым румянцем, глаза просто неземной голубизны! Лёгкое шёлковое платье с чуть завышенной талией зелёной рябью струится до самого пола, немного натягиваясь на выступающем животике. Если не знать, что она в положении, то заметить это практически невозможно. Но Штольман точно знал, что она беременна. Что там, внутри, вот уже четвёртый месяц живёт и с каждым днём становится больше их с Аней ребёнок.

Осталось всего пять месяцев — и он сможет познакомиться с ним лично. Посмотреть на его личико и увидеть… Что увидеть? Себя? Аню? Смысл мироздания? Связь с прошлым и шаг в будущее? Штольман не знал, как это произойдёт, но знал, что это изменит его жизнь — в один миг и бесповоротно! Сейчас же — в ожидании конца февраля или начала марта — им с Аней оставалось разговаривать с малышом, гладя его через тонкую стеночку маминого живота.

— Что ты имеешь в виду? — не переставая улыбаться, спросил Штольман.

— Они купили виноградник! — помахав письмом, ответила его жена.

— Что они сделали? — недоуменно спросил Яков.

Оказалось, что Виктор Иванович и Мария Тимофеевна, которые уже целый месяц наслаждались городами Италии, познакомились с местными виноделами, приобщились основ винокурения и полностью переосмыслили свою жизнь.

— Папа оставил практику, они выставили дом на продажу и купили в Бордо целое поместье с небольшим виноградником! — бушевала Аня, ходя по ковру туда-сюда.

Виктор Иванович, который в своё время этим озаботился, имел возможность практиковать со своим дипломом и в Европе, потому как имел степень по международному праву тоже. Теперь они обоснуются в этом поместье, Анин отец продолжит оказывать юридические услуги и вместе с этим заниматься производством вина. Пару лет назад эпидемия мучнистой росы почти выкосила французский виноград, но сейчас снова всё идёт на лад. В данный момент Мироновы ждали завершения оформления документов. Это должно было занять ещё около месяца, и Анины родители начнут обживать свой новый дом во французской провинции Бордо.

Штольман, немного поразмыслив, был рад подобному стечению обстоятельств. Виктор Иванович и Мария Тимофеевна не молодели, и мысль о том, что жить они будут если не близко, то уже не так далеко от них, придавала уверенности. После отъезда Ани, им было, скорее всего, одиноко в старом доме, вот они и решили всё кардинально поменять. Ну и отлично! Новое дело и место жительства не дадут им заскучать! К тому же, всё то, что происходило сейчас в России, очень тревожило Якова — брожение в народе, если его не направить в нужное русло, однажды приведёт к взрыву. Хорошо бы, чтобы этим взрывом не задело близких ему людей!

Обсудив всё это с женой, Штольман увидел, что она немного успокоилась и повеселела. Родители будут неподалёку, найдут новое дело, можно будет ездить друг к другу в гости! Ни и ладно тогда — она пойдёт писать им ответное письмо. Аня поцеловала мужа и пошла к двери. Потом подумала немного, вернулась обратно и поцеловала его ещё раз — ну коль уж он был такой довольный и галстука по случаю воскресного дня на нём не было. Поцелуй вышел дольше, чем она планировала, и когда он закончился, уходить уже никуда не хотелось. Немного повздыхав по поводу того, что скоро обед и их будут ждать за столом, женщина поднялась с колен Штольмана — как она вообще там оказалась? — и отправилась писать ответ. Штольман, тоже вздохнув, вернулся к бухгалтерии.

За обедом пришлось сделать внушение Гастону. Преодолев так тяжко давшийся ему начальный этап чтения, мальчик скакнул в противоположную крайность и теперь поглощал все книги, которые попадались ему под руку, не взирая на жанр, толщину или сложность. Мир его разросся, он осознал, что не знает не просто многое, а почти всё о свете, на котором живёт. Он пришёл к Штольману и, зная, что до определённого возраста он управляет его финансами, попросил подписать его на целый ряд научных журналов. Яков обрадовался этому желанию и наотрез отказался использовать для этого деньги мальчика. «Ты живёшь в моём доме, я твой опекун. Твоё образование — моя забота!» — твёрдо сказал мужчина. И вот теперь каждый месяц Гастон будет пополнять свои знания в области географии, биологии и механики, получая свежий номер издания.

За обедом он тоже пытался читать, положив с одной стороны «Зверобоя» Фенимора Купера, а с другой журнал об устройстве револьверов. Было очень интересно, но Штольман остался непреклонен — за столом следует общаться с близкими и не отвлекаться от приёма пищи. От сорока минут без чтения с ним ничего не случится, а вот они с Аней его не видели уже несколько часов — будь уж любезен, расскажи о том, чем занимался!

Ну, чем он занимался? После завтрака он дочитал «Последнего из могикан». Был впечатлён и расстроен одновременно, поэтому сразу принялся за новый том. Неправильно всё-таки с индейцами поступили! Несправедливо! Потом целый час занимался во дворе. Кстати, гантели он поднимает уже на пять раз больше! И ножик в мишень втыкается всё ближе к центру, да! Потом принимал донесения от агентов. Два подозрительных случая отметил, написал записку в участок и отправил её туда с одним из мальчишек.

Агентурную сеть, кстати, Гастон оплачивал из своего кармана. Тут он уже сам упёрся рогом так, что Штольман в итоге сдался! Это его сеть? Его! Помогает ребятам с улицы? Помогает! Так пусть деньги его беспутного папаши послужат доброму делу! Яков был вынужден уступить. Он видел, что мальчику важно, чтобы состояние, доставшееся ему от Грегуара Потье, не лежало на его счетах мёртвым грузом, а шло на какое-нибудь благое предприятие. Штольман понимал это стремление и ребёнку не препятствовал. В конце концов, из семилетних мальчиков вырастают двадцатилетние мужчины — пусть учится принимать решения!

Закончив обед, Гастон сказал спасибо и, открыв книгу, ушёл в комнату читать дальше. Мистигрис и Жаклин отправились за ним - составлять компанию. Аня и Яков переглянулись — дай-то Бог! Вроде он успокоился немного и обрёл равновесие. Штольман предложил немного пройтись по саду. Анна захватила лёгкий палантин, и они вышли во двор. Как же хорошо, что они в Париже — вокруг ещё цвели канны, чуть поредевшие, но всё же! Зато флоксы и анемоны были в самом соку и радовали глаз белыми, синими и красными переливами.

Обозрев свой садик, Аня и Штольман обошли дом по левому краю и, дойдя до боковой калитки, внимательно осмотрели блестящую медную табличку с закруглёнными краями. На ней зеленоватыми буквами было написано «Анна и её духи. Сыскное агентство».

— Нет, Яша, тут она смотреться не будет! — скептически отметила Аня.

— Почему? Очень даже будет! Наоборот, она её только дополнит! — наклонив голову и смотря на ограду, ответил Штольман.

Две недели назад Анна на отлично сдала все экзамены и получила новый и хрустящий диплом врача и лицензию с правом практиковать в Париже. По этому поводу было устроено грандиозное пиршество, на котором присутствовал и Пётр Иванович. Сразу после этого Миронов-младший укатил в Италию помогать брату и его жене в оформлении каких-то документов. Доктор Милц прислал многостраничное письмо с поздравлениями и напутствиями. Он очень гордился этой замечательной и наконец-то счастливой женщиной.

И вот эти две недели они пытались определиться, что делать дальше. Сошлись на том, что два дня в неделю Анна несколько часов в день будет принимать больных. «Причём абсолютно бесплатно!» — тут же заявила женщина, упрямо глядя на мужа. Яков был совершенно согласен. У них были свои сбережения, а их агентство приносило столько, что в дополнительном доходе они не нуждались. Не состояние Гастона Потье — но всё же!

Теперь стоял вопрос, куда повесить табличку о докторском кабинете. Яков говорил, что рядом с их прежней вывеской — тем более, что приёмная будет около самого агенства. Анна говорила, что две надписи рядом отвлекают внимание друг от друга. Так они и ходили сюда почти каждый день, не в силах принять решение.

— Яша, — вдруг сказала Аня и, повернувшись к мужу, обняла его за плечи и посмотрела в глаза. — Ты ведь закончил дело с маркизой де Бреби?

— Да, — ответил Штольман, который вчера вернул клиентке её похищенное ожерелье.

Глаза жены лучились светом и манили неимоверно.

— А я, наконец, закончила все свои учебные дела. Гастон в порядке. Дядюшка и родители в Италии. Они еще не скоро вернутся.

Аня остановилась и улыбнулась.

— Та-а-ак, и к чему ты ведешь? — ответив на улыбку, спросил Штольман.

— Поехали и мы куда-нибудь? На юг, к морю! Я никогда не видела настоящего моря! У нас с тобой и свадебного путешествия не было. Мне оно и не надо было, ты не думай! Но раз уж мы так удачно всё устроили, то почему бы не взять маленький отпуск и не поехать отдохнуть на пару недель?

Две недели на солнечном Лазурном берегу? Только с Аней вдвоём? Он, она и солнце? Звучит заманчиво! Нужно ехать обязательно!