Детективы (от) для нечисти

Честно говоря, когда до Нового года остается совсем ничего, то брать новые заказы, совсем не хочется. А хочется, наоборот, готовиться к празднику, варить холодец, украшать елку... Вот с этой самой елки все и началось.

— Мы же хотели искусственную наряжать? — напомнила я Тоне.

— Ну, маленькую! Для настроения. Ты же знаешь, что эти дни особые...

Я смирилась. Тоня в нашей команде отвечает за хозчасть. Где что достать, кого найти из спецов — это к ней. Идеи, гипотезы, версии — ко мне.

На елочном базаре пахло хвоей, смолой и да, праздником. Внутри небольшой оградки, где высились елки разных размеров и кустистости, прохаживался носатый толстяк в расстегнутой куртке, а за ним бежала хрупкая девушка и что-то кричала. Мы с Тоней переглянулись. Вообще-то скандалы наш хлеб.

— Но ведь он точно был здесь! — причитала девушка со слезой в голосе. — Он же мне фотку прислал.

— Отстань, а? — лениво отмахивался от нее продавец елок. — Не было тут никого, ничего не видел, ничего не знаю.

С этими словами мужчина взял девушку за рукав пальто и принялся толкать к выходу.

— Так-так, — сказала я. — Что это у вас тут происходит?

— Игорь... жених мой пропал, а этот вот не говорит куда.

Девушка, почувствовав нашу поддержку, вырвалась из захвата продавца и показала снимок на экране телефона. Молодой мужчина в синем пуховике и шапке с ушами снял себя на фоне елочного изобилия.

— Он точно тут был, точно! А сразу после этого его телефон пропал из сети.

— Да не мой это ёлка! — В голосе продавца явно прорезался акцент. — Мой ёлка другой совсем.

— Позволите? — Я протянула руку и взяла телефон у девушки. Поизучала несколько минут. Вернула устройство хозяйке. Прошлась вдоль елок. Земля под ногами была полностью усыпана иглами.

— Интересно, а налоговая знает, сколько елок вы продаете на самом деле? — Лицо продавца потемнело, он явно был разгневан. Прежде чем он открыл рот с предложением убраться отсюда, я продолжила: — А ваша жена в курсе, что вы ей изменяете?

— Что за ерунду несете? А ну пошли отсюда!

— Вовсе не ерунда. У вас на пальце имеется след, а самого кольца нет. Вы встречались с другой женщиной и сняли. — Продавец вспыхнул и машинально сунул руку в карман. — Ну, а с налоговой еще проще...

— Ай! — Продавец быстро оглянулся и пробормотал: — Ладно, ладно... был он тут, был. Просто, если я скажу, мне голову оторвут.

Я молчала, зная, что лучше не торопить. Клиент должен созреть.

— Короче, выбирал он тут ёлку, выбирал. А потом его позвали, и он уехал...

— С девушкой? В белой шубе?

Продавец вытаращился на меня.

— Откуда знаешь? Вах, красивая она. Шубка белый, шапка белый, сапожок...

— А кто же вам угрожал? Неужели эта красотка?

Продавец зыркнул глазами по сторонам.

— Водитель ее. Мелкий, нос крючком, глазки злые. "Не говори никому, — говорит, — а то у тебя новый год не наступит". И зубы оскалил. А там клыки... как у хищника, волка там или тигра. Вот. Что мне делать было?

— Машина тоже белая? С оленем на капоте?

Продавец закивал. Мы переглянулись. Девушка смотрела на нас, явно не врубаясь в происходящее. Тоня подмигнула мне и вытащила визитки. Одну сунула девушке, вторую, чуть помедлив продавцу. Брови у девушки поползли вверх.

— Вы правда частные сыщики?

— Увы, да. В смысле, да, конечно.

— Это дорого, наверное? — она вздохнула. — Но что ж мне делать? Куда увезли Игоря, зачем, кто?

— Покажите, еще раз снимок, который жених вам прислал.

Девушка показала.

Как я и думала. Старая история. Но надо же с ней когда-нибудь покончить.

В это время ее смартфон в моей руке звякнул, оповещая о новом сообщении. Пока всплывающее окно не погасло, я успела прочитать текст. Девушка вырвала свой телефон, тоже прочитала сообщение, побледнела и отшатнулась от нас, как от прокаженных.

***

От запаха смолы слезились глаза. Этот неверный муж (продавец с рынка) подсунул нам самую пахучую елку в мире. Чтобы перебить хвойный дух, я сварила себе кофе, двойную порцию, и плеснула туда алтайского бальзамчика. Тоня недовольно вздыхала, а потом не выдержала:

— Вот чего ты девицу эту не дожала, Лиз?

Конечно, я знала, что она спросит. Для Тони каждый упущенный клиент, как штырь в сердце, ну, или в кошелек. Объясняться с напарницей не хотелось. За окном падал снег, из колонок негромко лилась музыка, и даже запах хвои приелся и перестал раздражать.

— Нам скоро за квартиру платить, — как бы невзначай напомнила Тоня.

И снова я промолчала. Зачем говорить, если скоро все само разъясниться? Ну, вот — тихо звякнул телефон. Тоня прочитала сообщение и вытаращила глаза.

— Она хочет встретиться. Та, с елочного базара, чей жених пропал...

Я кивнула. Девушка сообразила даже быстрее, чем я думала. Хорошо.

Тоня положила локти на стол и подперла кулаками голову.

— Давай уже! Рассказывай! Она скоро придет.

Кофе был выпит, я потянулась, хрустнув шейным позвонком.

— Девушке пришло сообщение, от мужа, и я успела его прочитать. Там было написано: "Зайчонок, со мной все в порядке. Никому не говори, что я уехал. Иначе может случиться ужасное. Вернусь, все объясню".

— А! Поэтому она от нас, как от чумных убежала? А почему же сейчас готова встретиться?

— А вот мы и узнаем.

***

Девушку звали Мирослава, или Мира, как она попросила себя называть.

— Я не сразу поняла, что это писал не Игорь, — всхлипывала она, глотая чай и запивая его коньяком.

— Нет, это именно ваш жених и написал, — поправила я. — И специально написал так, чтобы вы подумали, что писал не он. — Мирослава на миг зависла. — Он никогда не называл вас зайчонком, так ведь?

Мирослава кивнула.

— Да, мы с ним сразу договорились, что никаких котиков, зайчиков, малышей и прочих сюси-пусиков. А тут вот... Что с ним? Вы возьметесь его найти? Я не хочу идти в полицию — они не поверят, что его похитили, скажут, загулял, сам вернется. Зачем его похитили? Он не богат, не владеет никакими секретами...

— Вы что-нибудь слышали о Ч’нараке?

В этот момент Тоня, чинно болтавшая в крохотной чашечке ложечкой, изо всех сил, изображая светскую даму, разжала пальцы. Ложечка упала в чашку, брызги полетели во се стороны.

Мирослава вытерла кофейные капли со щеки и посмотрела на меня такими глазами, что будь я менее подготовлена, то вызвала бы сама себе психиатрическую помощь.

— Но ведь это... — она понизила голос, — слухи... не более?

Тоня закусила губу и набычилась. Видно было, что ее распирает, но она сдерживается.

— Если это слухи, тогда идите домой и ждите вашего Игоря. Нагуляется — придет.

— Нет! — Мирослава встала. — Я навела справки. Мне сказали, что агентство Елизаветы Бронской одно из лучших в городе, если дело касается всякого-такого... — Она покрутила в воздухе рукой.

— Одно?.. Одно из лучших? — Мы с Тоней дружно фыркнули.

— Простите, если задела ваше самолюбие, — устало опустила голову Мирослава. — Но, умоляю, найдите Игоря.

— Не обещаю, но попробую. Если вы согласитесь на одно не очень приятное, но необходимое условие.

— Все, что угодно! — горячо воскликнула Мирослава.

— Отлично, — я подмигнула Тоне, и она тут же достала из ящика стола металлический ящик и открыла, явив нам его содержимое.

В глазах Мирославы мелькнул страх, но она осталась сидеть на месте. Храбрая девочка.