Дети трущоб

В тёмном безлюдном переулке слетела с петель старая дверь. Громкий звук эхом разнёсся по пустынному пространству, отскакивая от деревянных стен и заколоченных окон близстоящих домов. Щепки медленно осели, кружившая в танце пыль исчезла, и всё в округе замерло, будто ничего и не было — лишь старый фонарь поскрипывал на ветру. Из-за угла показался человек. Чёрные, как смоль, одежды растворяли его в полумраке улицы, делая незримой тенью. Он двигался медленно, словно призрак, парящий над землёй. Острый, как шпиль, взгляд блуждал по пространству. Наконец, человек остановился и посмотрел на ту самую слетевшую с петель дверь. Вернее, на то, что от неё осталось. Он что-то пробормотал себе под нос и ухмыльнулся.

— Скоро всё изменится, — прозвучал мужской голос. — Этот город принадлежит нам, так же как и остальным гражданам.

Маленький паучок с механическими лапками проскользнул между ботинок незнакомца. Тот наклонился, поднял членистоногое за округлое туловище, с любопытством рассматривая находку. Паучок задёргался в нервных конвульсиях, словно почувствовал скорую кончину. Лицо человека исказилось, однако довольно трудно было понять, что он испытывал: отвращение, либо неподдельный интерес. Подул сильный ветер, фонарь замигал, будто передавая тайное послание — того и гляди лопнет плафон, оставив невзрачный закоулок совсем в темноте. Человек оглянулся, опустил паучка обратно на землю и зашагал по улице, исчезая в предрассветном мареве.