Девиз Рыцаря том 1 Юное сердце

— Мой король! Мы нашли! Вы должны это увидеть! — взволнованно прокричал граф, вбежавший в шатёр.

— Что случилось? О чём ты Тьери? — оторвавшись от тяжёлых мыслей встрепенулся Людовик 7.

— Гробница, мессир! Мы нашли её! — понизил тон Тьерри Эльзасский и загадочно улыбнулся.

С глухим скрежетом тяжёлые двери отворились, впуская горячий полуденный воздух в прохладную тьму подземелий. Чистые, аккуратные своды каменной усыпальницы озарились пламенем факелов. В центре просторного зала возвышался на пьедестале массивный саркофаг. Крестоносцы обступили его по периметру освещая дорогу для короля. Людовик в сопровождении Тьери Эльзасского вошёл в зал усыпальницы. Гулко по каменном полу разносились тяжёлые шаги короля. Рыцарские шпоры высекали искры из плит, звенели кольчужные шоссы. Король приблизился к саркофагу и замер. Затаили дыхание крестоносцы и лишь взволнованный граф Фландрии, не мог унять своё возбуждёние.

— Это он! Мой король! Это Соломон! — громким шёпотом, задыхаясь от волнения произнёс он.

— Это точно? — хмуро спросил Людовик.

— Я уверен. Смотрите сами! — Тьери поднёс факел к стене и его пламя осветило огромную фреску.

— Царь Соломон, правитель царства Иерусалимского, — произнёс король Людовик шёпотом.

— Мы нашли его! — глаза Тьери светились не то от счастья, не то отражая свет факелов!

— Откройте его! — приказал Людовик властно указав на каменную крышку саркофага.

Засуетились солдаты, упираясь в тяжёлую плиту. С трудом удалось им отворить гроб царя Иудеи. Со скрежетом съехала каменная крышка и грохнулась на пол, взметая вверх пыль многих веков. Мощи Соломона под ней цепко сжимали в истлевших костях рук массивную чёрную книгу, состоящую из глиняных табличек, скреплённых между собой.

— Это она. Книга магии царя Соломона, — вымолвил Людовик.

Тьери отстранил крестоносца, что замер в оцепенении, уставившись на скелет.

— Как хорошо она сохранилась! — потянулся к книге граф.

Пальцы Тьери Эльзасского коснулись книги и пламя факелов на мгновение вдруг потускнело. Граф ухватился сначала одной рукой, затем вцепился другой и с силой потянул на себя. Хрустнули хрупкие кости, рассыпаясь в труху. Свет снова померк и по стенам тут же заплясали уродливые длинные тени. Ветер подул из ниоткуда, проникая под кожу своим холодным дыханием. Крестоносцы в недоумении попятились от саркофага. В их глазах промелькнул древний страх. Но Тьери был неотступен. Он рванул тяжёлую книгу и вот она освободилась от смертельных объятий упокоенного царя Иерусалимского.

— Что происходит? — успел только вымолвить король, озираясь на тени что сгущались вокруг, как вдруг мощной волной ворвавшийся ветер погасил все огни факелов. Воцарилась вокруг темнота. Страх поселился в душе и застучал кровью в висках. Дальше все было словно в кошмарном сне: крики ужаса и стоны от боли, свист острых клинков и треск рассекаемой плоти. Всё это осталось внутри, за тяжёлой каменной дверью. Из леденящей тьмы подземелий на жаркий песок Палестины вышли лишь двое. Людовик сделал последний шаг и рухнул без сил на колени. За спиной его стоял с безумной гримасой Тьери и сжимал мёртвой хваткой на груди манускрипт. Их одежды были в крови, а в глазах читался лишь ужас. Воины, что стерегли вход в гробницу, не сразу поняли, что случилось. Придя в себя, они тотчас бросились к королю. Но он лишь оттолкнул их и с дрожью в голосе приказал: «Заприте гробницу! Заприте, засыпьте и больше никогда не открывайте её!»

Тьерри Эльзасский медленно опустился рядом с королём на песок и положил перед ним черную книгу.

— А что делать с этим? — с трудом выдавил он, не решаясь даже открыть древнюю тайну, написанную на забытом давно языке.

— Я возьму это на себя. Больше никто не должен знать об этом. Мы осветим эти тексты, а затем прочитаем и узнаем все тайны. Зло будет не властно. Больше не пострадает никто.

— Как прикажете мой король! — прошептал граф.

— Я искуплю свой тяжкий грех перед людьми и перед Богом.

— А что мы скажем Епископу? Ведь он узнает! — заволновался Тьери заглядывая в глаза короля.

— Никто ничего не узнает. Это только мой грех, и я отвечу за всё.

Горячий ветер Святой земли заметал колючим песком следы, величественно уходящего в мутное жаркое марево, каравана под знамёнами с багровым крестом. Король Людовик XII возвращался домой.