Девушка фотограф для айдола.

Ася неслась по улицам Петербурга, едва успевая перепрыгивать через лужи. В зубах — бутерброд с малиновым вареньем, в голове — паническое: «Господи, только не опоздать!». Родители и так не верили в её успех, постоянно ставя в пример младшего брата, который хоть и бездельничал за компьютером, но «проблем не создавал». Эта работа фотографом в агентстве питерских айдолов была её единственным шансом доказать, что она чего-то стоит.

Влетев в студию, Ася едва успела перевести дух. Голубые кроссовки слегка испачкались, а каштановые волосы растрепались от бешеного бега.

— Ася, наконец-то! — Анжела Викторовна строго кивнула на камеру. — Бери аппарат, съёмка для обложек уже началась.

Первым в объективе появился он. Артём. Он стоял у гримёрной, лениво перелистывая сценарий. Тёмная чёлка падала на ярко-зелёные глаза, а на лице читалось абсолютное спокойствие, граничащее с высокомерием. В жизни он выглядел ещё эффектнее, чем на фото: квадратная челюсть, резкие скулы и эта чёрная кофта поверх белой футболки, которая сидела на нём идеально.

— Тёма, нужно выдать максимум стиля. Тема клипа провокационная, — наставлял его режиссёр Юрий Павлович.

Когда настала очередь одиночных кадров, Асе стало не по себе. Режиссёр требовал «горячих», дерзких поз. Ася чувствовала, как краснеют её щеки, когда она наводила фокус на Артёма. Он двигался уверенно, профессионально, но его взгляд… он казался чужим и странным.

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

После завершения сета Артём подошёл к монитору. Он молча пролистал снимки, ткнул пальцем в последний — самый удачный и дерзкий — и, мельком взглянув на Асю своими невозможными зелёными глазами, просто ушёл на зов режиссёра. Ни слова, ни улыбки. Ася осталась собирать оборудование, глядя на экран. Ей предстояло работать с десятком других парней, но этот взгляд «мрачного принца» никак не выходил у неё из головы.

— Камера, мотор! Начали! — Юрий Павлович махнул рукой, и студийные краны пришли в движение.

На середину площадки вышли трое: Макс, Артём и Артур. Настоящий взрыв харизмы. Макс, лидер команды, выделялся золотистыми волосами и ярко-голубыми глазами. Рядом с ним Артур — длинноволосый брюнет с глубоким взглядом. Все были одеты в стиле Артёма — кожа, металл, дерзость, — и только Макс выделялся в простой толстовке, создавая крутой контраст.

Зазвучали первые аккорды «Your Idol». Ребята двигались синхронно, превращая сцену в поле боя. Ася быстро меняла объективы, успевая записывать короткое сторис:

— Как видите, дорогие зрители, сегодня у меня на прицеле настоящие звезды…

Когда наступило время рэп-партии, Артём буквально взорвал пространство. Он сорвался с места, прыгнул и приземлился на корточки в центре кадра. Его голос, низкий и уверенный, чеканил корейские строки:

— Uh, 빛이 나는 fame, 계속 외쳐, "I'm your idol"...

Он идеально копировал манеру персонажа из мультфильма — ту же опасную полуулыбку и кошачью грацию. Но идеальный кадр дался нелегко.

— Стоп! Переснимаем! — в седьмой раз прокричал режиссер.

Парни были в ярости. Тяжелое дыхание, пот, сбитые колени. Только Артём оставался пугающе спокойным, пока остальные со злостью вытирали шеи полотенцами.

— Потрясающе, Артём! — Галина Эдуардовна подошла к нему. — Но добавь еще больше дерзости!

После передышки начались съемки «Monster Love». Сложный коктейль из корейского и английского, быстрый флоу. Снова семь дублей. К концу смены ребята расходились по машинам выжатые как лимоны. Ася вышла из студии в тот момент, когда черный Suzuki Артёма взревел мотором. Парень надел шлем и скрылся в темноте, оставив после себя лишь запах адреналина.

Дома Асю ждал «сюрприз». Мама носилась по квартире с тряпкой, а младший брат Олег, не снимая наушников, долбил по клавишам в «танчиках».

— Что, Олежа опять в свои игры рубится? — вздохнула Ася, снимая обувь.

— Не лезь к сыну, пусть отдыхает! — проворчала мать.

Ася включила телевизор. Там как раз показывали клипы, которые они снимали сегодня.

— Лучше бы они на завод пошли работать, — Мария презрительно поджала губы. — Прыгают, рты под фанеру открывают... Тьфу.

Ася промолчала. Она знала, что они пели вживую и какой это труд. Но родителям не докажешь.

Из комнаты вышел заспанный Олег.

— Мам, есть че пожрать?

— Конечно, сыночка! Котлетки с пюрешкой, садись скорее.

— Вообще-то, это был мой ланч на завтра, — тихо заметила Ася.

— Ой, посмотрите на неё, для брата еды жалко! — Мария встала на защиту «кормильца». — Рот закрой, неблагодарная. Кушай, сынок.

Олег довольно ухмыльнулся. В этот момент Асе захотелось оказаться где угодно — на байке Артёма или в душной студии, — но только не здесь.