Джон Смит

Джон Смит

Да, это именно он. Во всяком случае, в этом был уверен идентификатор личности в моей руке. Что можно было забыть в таком убитом месте такой убогой планеты? Передо мной в неясном полусвете поблескивала груда металла вперемешку с неопределённым материалом, если судить по документации — биологической массой, издававшей отвратительный запах и периодически совершавшей некие хаотические движения.

— Джон Смит? Я по поручению Галактического Совета Безопасности.

В полусвете произошло некое движение, и явно смоделированный голос произнёс:

— Что, припекло?

— Как?

— Припекло, спрашиваю?

Масса ещё неким образом изменила своё положение, и в механических глазах отразился свет дальнего прожектора.

— Я инспектор ГСБ по кадрам, Ивон Соул. Совет направил меня для того, чтобы официально пригласить Вас на место прежней службы. Я думаю — Вы согласны?

— Согласен с чем?

— В смысле?

— Согласиться нужно с чем-то. С чем ты сейчас мне конкретно предлагаешь соглашаться, с тем, что какой-то совет тебя куда-то направил?

— Конечно. Извините. Согласиться с зачислением в личный состав корпуса космических истребителей.

— А ты что сам об этом думаешь?

— Простите, не понял Вашего вопроса?

— Ну, любая личность, имея дело в определённой области, не может не обнаружить об этой же области определённое личное мнение. Каково твоё в этом случае?

— Извините, я к Вам на "Вы". Вам неудобна такая форма общения?

— Мне безразлично, как ты видишь меня. Я вижу тебя исключительно одного, поэтому соответственно и обращаюсь. Если удобно - хоть "Ваше Величество". — без тени издёвки продолжил голос, — лишь бы я понял, что это ко мне.

— Хорошо. Так что... Вы спрашивали?

— Мы... Я спрашивал о твоём мнении по поводу этого задания.

— Извините, не понял. Я выполняю задание. Какое может быть личное мнение в этом случае?

— Тебе задание безразлично?

— Нет, конечно. Я хочу его выполнить качественно.

— Когда-то я мог гадить. Так вот — я старался гадить качественно, чтобы не испачкать штанин и обуви. Но сам процесс мне был глубоко безразличен. У тебя как с этим?

Я несколько смешался:

— Ну, если откровенно, то назначение на контакт с Вами было приятно ожидано, так как последние несколько лет я на отличном счету в отделе. Встретить легенду Колсхкой Войны было бы очень почётно.

— Ты получил подтверждение статусу и увидел в этом почёт. Находиться тут и обонять запах разлагающейся плоти доставляет тебе удовольствие? Я не спрашиваю об общественном положении и репутационных преимуществах — интересует только личное восприятие.

— Ну... — я совсем потерялся, — Мне было интересно увидеть легендарную личность.

— Вот. Мы пришли к результату. Стало быть твоё личное отношение к этому заданию — любопытство. Сразу уточню: моё отношение к твоему заданию — отторжение.

— А... А почему?

— Ты и вправду хочешь понять почему?

— Ну... Если честно, то не могу ответить. Наверно, просто форма ответа автоматически предопределяет следующий вопрос.

— Знаешь, а ты смелый человек. Пытаешься отвечать на вопросы честно, а не согласно канцелярским оборотам.

— Гм... Спасибо...

— Не обольщайся. Это похвала не тебе, а тем, кто был при истоках твоего воспитания. Понимаешь?

— Ну...

— Все очень просто. Ты не сказал: "понимаю". Ты пытаешься отвечать на суть вопроса а не его форму, хотя выходит не всегда. Но это зависит только от рефлекса, заложенного в период, когда ты учился говорить свои первые слова. Помнишь, кто был рядом с тобой в то время?

— Эээ... Это имеет отношение к обсуждаемому вопросу?

— В нашем общении все имеет значение. И это в том числе.

— Не буду спорить.

— И каким будет ответ?...

— Я не помню того времени, но я знаю — кто со мной был тогда.

— Это уже хорошо. Сколько тебе лет?

— Э-э-э... Сто девятнадцать.

— Ну... Это хорошо... Для тебя. Все ещё впереди.

— И какое же отношение это имеет к делу?

— Я учился говорить около года, был ребёнком как и все — около пятнадцати лет. Вскоре после зачисления в срочную службу получил ранение, несовместимое с жизнью, после чего моё тело без признаков сознания получило апгрейд и стало симбиотичным. Колсхкая война длилась около трёх лет... Мой инстинкт не оттуда, не от всего перечисленного. Далее прошло ещё четыреста двадцать один год и сто шестнадцать дней. Большая часть этого времени — в дыре под названием Система Отшельника, планета Охры, в этой грязи, лишённым смысла существования и самого способа существования. Ты понимаешь откуда у меня инстинкты?… — пауза затянулась, — И это краткая биография каждого симбиотика — для апгрейда подбирали наиболее молодых, считая, что чрезвычайно высокая стоимость операции должна окупиться продолжительной службой.

— И Вы согласны?

— Ивон, мы не торгуемся вокруг цены или ещё чего-то. И не ищем согласия. Наш разговор может быть намного короче. Я уже сказал своё решение. И оно окончательно.

— То есть?

— То есть, если ты уже удовлетворил своё любопытство, то разговор можно считать оконченным.

— Но почему? Вам предложили вернуться к тому, что Вы умеете. Что может быть привлекательней?

— Привлекательность — признак половых отношений. Ты же не подразумеваешь, что речь идёт об интимных мотивах?

— Извините, что?

— Не что, а о чём. О половых взаимоотношениях. Изредка происходит по-другому, но в большинстве случаев термин "привлекательность" относится именно к сексуальной сфере. Не думаешь ли ты что наши с тобой отношения или же мои отношения с корпусом космических истребителей можно вместить в рамки привлекательности??? Ну мы с тобою хотя бы видим друг друга воочию, а к чему такой термин по отношению к тем, с кем я ни в какой момент не имел никакого отношения — с твоими заказчиками? Особенно учитывая, что их предшественники провозгласили, что мы, симбиотики, лишни в пост-военном мире?

— Но всё меняется, и возникают новые потребности. Что мешает моим шефам и Вам найти общий язык?…

— Мешает всё Мы сейчас с тобой ищем, но до сих пор так толком и не нашли общего языка. А ведь ты и правда стараешься. Твои шефы не будут стараться, потому что им общего со мной языка не нужно: они могут лишь аргументировать параграфами своих инструкций транслируемые от начальства приказы. Это даже не язык, а примитивная языковая модель уровня бесплатного ИИ допотопных времён.

— Простите, почему с вами так тяжело говорить?

— Не уверен на сто процентов, но подозреваю, что ты редко говоришь. Профессионализм в твоей среде оценивается не способностью говорить, а умением аргументировать параграфами инструкций приказы начальства. Ты сам немного ранее заметил, что направление ко мне — оценка твоего профессионального уровня.

— Вы можете объяснить — почему нет?

— Ты правда думаешь, что я должен был проявить радостные эмоции? Как думаешь — что я испытывал четыре столетия?

— Ну… Мне сложно сказать.

— А ты попробуй подумать. Например, ты вырастил питбуля, зарабатывал, стравливая его в собачьих боях, держал в форме благодаря идеальному сбалансированному питанию, регулярно приводил его к зоо-психологу. При необходимости его зашивали лучшие хирурги. Но… Потом собачьи бои запретили. И ты выгоняешь бойца, который с абсолютным доверием смотрел тебе в глаза, на помойку, где он должен научиться охотиться на крыс, перекусывать хребты конкурентам, доказывая своё право на добычу, спать под снегом, в коробке из гнилого картона. Как думаешь, сколько нужно времени, чтобы он не только обиделся, потом разочаровался, но и в конце концов возненавидел тебя?

— Ну… Не знаю. Наверно... довольно скоро.

— Правда же, значительно меньше времени, чем четыре столетия?…

В образовавшейся паузе что-то невнятно булькнуло, и неидентифицированная субстанция изменила конфигурацию.

— Я понимаю, о чём Вы.

— Соответственно, я мог принять твоё предложение только в одном случае — если бы моя ненависть дозрела до такого уровня, чтобы прямо сейчас думать только про месть, и ничто иное... Представляешь силу симбиотика?

— Я не имею доступа до подобной информации — она засекречена.

— Ок, не буду входить в подробности. Весь космический флот Человечества, скажем, около нескольких десятков тысяч истребителей с высококлассными пилотами в них — пустое место перед десятком симбиотиков за штурвалом абсолютно идентичных истребителей. Всё решает скорость реакции, способность к аналитике, тактическому и стратегическому планированию в реальном времени, плюс — прямой контакт между симбиотиками, без использования внешних технических средств связи.

— То есть, Вы знаете что думали другие симбиотики, когда сходили с ума и поднимали бунт?

— Вам это так объясняли? Нет, это не сумасшествие, и тем более не бунт. Это была просьба об эвтаназии. Когда реагировали недостаточно активно, эта просьба аргументировалась более серьёзно, иногда с человеческими жертвами. Настоящий бунт даже одного симбиотика стал бы проблемой планетарного масштаба, и это при условии, что он не получил доступ до оружия, и, тем более — до боевого истребителя. Получить истребитель для нас — слишком большое искушение, чтобы сдержаться. Именно поэтому — нет.

— Месть?

— Это аналог в твоём упрощённом языке. Я не могу найти в нём слово, которое будет ближе по смыслу. Предложение твоих шефов дать нам оружие суицидно для Человечества.

— То есть, ты можешь предвидеть?

— Я уже знаю твоё решение с высокой долей вероятности. И оно мне не нравится.

— То, что я, получив твой отказ, пойду к другому симбиотику?

— Я сказал, что твоё решение мне не нравится, поэтому подсказывать не имею намерения. У тебя есть три дня до встречи с шефом. И за это время ты дозреешь.

— Джон Смит.

— Да?

— Извини, что побеспокоил. Я могу что-нибудь для тебя сделать?

— Исчезни. Прямо сейчас. Потому что я устал себя сдерживать. Это не к тебе, а к тому, кого ты тут представляешь.

— Извини. Прощай.

— До скорой встречи.

* * *

Главе Галактического Совета Безопасности

от инспектора по кадрам Ивона Соула

Заявление

В связи с невозможностью выполнить поставленное задание по рекрутингу симбиотиков, а также любым иным способом обеспечить безопасность Человечества перед лицом внешней угрозы, осознавая все последствия своего выбора, прошу провести мне апгрейд до статуса симбиотик с последующим зачислением в отряд космических истребителей.

Ивон Соул.

… — 12.12.2025

Вольдемар Ле’он,

с помощью в качестве консультантов:

Гемини, Орест (ЧатГПТ), Клод, Грок.