Дикая Магия: Ночной Народ

1

– Кайя, я не могу, я не должен...

– Заткнись.

Она пнула дверь подсобки ногой, сжимая лацканы пиджака Тодда обеими руками.

«Лучший друг детства – вполне подходит».

Несмотря на то, что она жила в доме Таненбергов уже пятый год и была замужем за их сыном три года, он до сих пор ни разу не прикоснулся к ней. Когда они поднялись вместе в спальню на втором этаже, и она, вся в белом и испуганная до чёртиков, легла на кровать в ожидании, Брент просто трансгрессировал. Тогда она даже обрадовалась, но потом, видя, как он холоден к ней день ото дня год за годом, Кайя поняла, что хочет его тепла, внимания, любви... Близости в конце концов! Одним словом, она желала всего того, чего он отчаянно избегал, отталкивая её раз за разом. Но Эллин стала последней каплей. Брент завёл любовницу и даже не посчитал нужным скрыть это. Эта девка... Что в ней было такого чего не было в ней? Эллин была плоская, как доска, иссушенная, как труп и чёрно-белая. Она походила на куклу из магазина дешёвых товаров к Хэллуину – мертвенно белая кожа, чёрное каре, такие же тёмные глаза и бледные тонкие губы. В ней не было ни жизни, ни огня.

Тодд застонал – не от удовольствия, а, от боли, когда она толкнула его на грязные картонные коробки.

– Он мне как брат...

– Тем лучше.

Подняв зелёное – в цвет глаз, платье, Кайя сняла белые кружевные трусы и отшвырнула их в сторону. Смутно осознавая, что это её первый раз, добровольный, по крайней мере, Кайя села сверху на лучшего друга своего мужа и повернула его лицо к себе, когда он отвернулся.

Парень смотрел на неё широко раскрытыми глазами в которых читался ужас.

– Неужели я тебе так не нравлюсь? – с усмешкой спросила у него Кайя.

– Это неправильно.

– Изменять своей жене – вот, что неправильно.

Он хотел что-то сказать, но она накрыла его губы своими, поцелуй оказался горьким – с привкусом табака и кофе.

– Скинь меня, если ты такой верный друг, – она потянула его за волосы и он тихо охнул.

– Я сейчас...

Подобрав полы платья, Кайя отпрыгнула в сторону. Вжавшись в стену подсобки она с интересом и лёгкой брезгливостью смотрела, как человек, столь часто бывавший у них дома, кончил, вытерся какой-то тряпкой, быстро подтянул штаны и выскочил в коридор.

Сев на коробки, Кайя запустила руку между ног, закрыла глаза и представила своего холодного мужа. Когда напряжение почти разрядилось в её голове возник образ Брента трахающего свою невзрачную коллегу. Злая и неудовлетворённая, Кайя вытерла руку влажной салфеткой, автоматически засунула её в сумку и вышла из подсобки. Компания студентов бегло посмотрела на неё и ускорила шаг. Они её боялись. Ну, разумеется. Её все боялись. Иногда Кайю это раздражало, но большую часть времени ей это нравилось.

Подвеска из гоблинского серебра, подрагивала на её шее и все в университете знали, что это крестраж. Подобные «украшения» носили местные авроры, чтобы после очередного убийства, осколки их души не разлетались во все стороны и не попадали в коллег, бегущую мимо собаку, мёртвое тело или мусорный бак.

Кайя давно перестала считать скольких людей и нелюдей она убила. Это вошло у неё в привычку. Может она и не могла избавиться от Томаса Реддла, как и он от неё, но проредить ряды его сторонников она считала своим долгом.

– Тебя просто надо хорошенько оттрахать, чтобы ты наконец успокоилась, – пошутил как-то Тодд в присутствии Брента. Это был очевидный и жирный намёк на отсутствие в их маленькой семье интимной жизни и Брент отлично это понял, как и Кайя.

Подойдя к Тодду она наклонилась к нему и громко сказала:

– Ну, так трахни. Чего ты ждёшь?

Она надеялась разозлить этим своего мужа, но не вышло. Лениво потянувшись, словно её это совсем не задело, Кайя сказала:

– Всё это просто пустые слова...

Она ушла из гостиной в которой был накрыт стол для празднования её дня рождения, поднялась к себе и прорыдала весь вечер. Брент так и не поднялся к ней. Только дементор – её первый крестраж, парил на балконе, глядя на неё через стекло.

Это было год назад и с тех пор ничего не изменилось. Разве что Тодд наконец ответил за свои слова. Правда «хорошенько» у него так и не получилось.

Прежде чем провести занятие у первого курса, Кайя зашла в туалет, умылась, оттряхнула платье от пыли, выкинула грязную салфетку. Она не была в этом отношении исключительной: ученики последнего курса часто проводили занятия у первого, считалось, что это способствует лучшему усвоению материала перед защитой диплома и финальным экзаменом.

Уже перед входом в аудиторию она поняла, что пахнет потом и разочаровывающим сексом. Достав из сумочки флакон духов с запахом моря, она щедро опрыскала ими свои волосы, шею, запястья. Не помогло. Теперь от неё несло ещё и водорослями. Ну и плевать.

Открыв двери широким жестом, Кайя направилась к кафедре на ходу говоря:

– Сегодня я замещаю вашего преподавателя. Меня зовут Кайя Таненберг. Вы можете обращаться ко мне фрау Таненберг. Пока я говорю – вы молчите. Все вопросы только после окончания лекции. Любителям срывать занятия скажу сразу – сначала вы получите круцио, потом неуд, а, после я выкину вас из аудитории. Всем всё понятно? – окинув притихшую аудитория взглядом, Кайя добавила: – Ну?

– Да, фрау Таненберг, – хором ответили ей студенты.

Удовлетворенно кивнув, Кайя произнесла:

– Учебники закрыли, тетради открыли. Записываем: забудьте всё чему вас успели научить преподаватели: вам это не понадобится, – студенты переглянулись, но записали сказанное. – В реальной битве у вас не будет времени вспоминать какое заклинание нужно применить против какого противника. Бейте сразу универсальными. Их список вы можете увидеть на доске.

Она взмахнула рукой и на доске появился длинный список известных ей универсальных боевых проклятий. Дождавшись пока все спишут их названия, Кайя продолжила:

– Многие из этих заклинаний запрещены в некоторых странах, но сейчас вас это не должно беспокоить, да и потом тоже, говоря откровенно. Запомните: если на вас идёт противник в разы превышающий вас числом или магической силой используйте убивающие проклятья – не ждите пока противник сделает это за вас.

Какая-то девушка, чем-то напомнившая Кайе её школьную подругу Гермиону Грейнджер, подняла руку.

– Я же сказала – все вопросы после лекции, – мельком заглянув в мысли девушки, Кайя добавила: – Возможно многих из вас волнует вопрос, что будет с вашей душой если вы будете убивать. Ответ – ничего, если вы будете носить специальный медальон, он называется «Ловцом». Осколки вашей души будут попадать в него и ваша магическая сила останется при вас.

Девушка вытянула руку ещё выше, чуть ли не подпрыгивая на месте.

– Ладно, спрашивайте, но ещё один вопрос посреди лекции и я попрошу вас из аудитории.

– А, как же наша человечность? – спросила девушка, наконец-то получившая голос.

– Вы её потеряете, – спокойно ответила ей Кайя. – Если вы хотите сохранить эту черту – переводитесь на другую специальность пока не поздно.

Студенты зашептались и Кайя выпустила в воздух сноп красных искр.

– Предупреждение первое. Итак, с боевыми заклятиями мы закончили. Вы разучите их в процессе обучения, но знать, что вам предстоит лучше заранее. Теперь приступим к защитным чарам, – Кайя снова взмахнула рукой и названия универсальных боевых заклинаний исчезли, теперь на доске красовался куда более длинный список чар. Не дожидаясь пока студенты всё запишут, девушка продолжила лекцию: – После того, как вы пополните ряды авроров вам придётся работать бок о бок с дементорами. Некоторые из вас с ними сталкивались – я вижу это по вашим лицам, но дементор – это лучший друг аврора, запомните это. Он не только деморализует противника, но и может уничтожить его на месте, и вы должны научиться обходиться с этими существами. Не защищаться от них с помощью патронуса, хотя именно этому вас и будут учить в дальнейшем, а, принимать вашего партнёра так же, как вы принимаете неизбежность собственной смерти. Понимаю, что это непросто, не многим это удаётся, но если вы хотите прожить как можно дольше, вам стоит смириться с этой перспективой и перестать бояться. Один аврор принимающий неизбежность страданий стоит целого отряда. Дементор не сможет питаться им, ведь в действительности эти существа не вытягивают радость из человека, а, лишь напоминают ему о неизбежном. Именно поэтому ваши патронусы всегда принимают форму животных, не ведающих о смерти. Об этом вам не скажет ни один преподаватель, потому что лишь немногие знают истинную природу дементора. Если вы не верите моим словам, откройте «Песнь Берсерка», там всё написано. Именно берсерками вам и предстоит стать, как бы ваша должность не называлась. Вы можете носить выглаженный костюм и зачёсывать волосы на идеальный пробор или наносить аккуратный макияж каждое утро, но все из вас – и мужчины и женщины, должны стать бесстрашными воинами. Может быть валькирии и не заберут вас в Вальхаллу после смерти, но вы сможете дожить до пенсии если усвоите эту простую истину. А, теперь приступим к практике.

Оставшуюся часть занятия Кайя провела поправляя первокурсников в их неловких попытках творить боевые заклинания и на вопросы у них уже не осталось времени. Когда она уже выходила из аудитории её догнали трое студентов в числе которых была и девушка, спросившая Кайю про человечность.

– Мы хотели поблагодарить вас фрау Таненберг.

– За что?

– За вашу честность. Никто не говорил нам, что всё будет так.

– Я, наверное, не смогу стать берсерком, – смотря себе под ноги неловко сказал хрупкий юноша.

– А, я не хочу потерять свою человечность, – произнесла девушка, которую Кайя назвала про себя Гермионой.

– Вы хотите перевестись?

– Да.

– Наверное.

Кайя мягко улыбнулась.

– Не стоило вас так запугивать. Подумайте ещё, хорошо? У вас впереди ещё четыре года обучения. К тому же после окончания учёбы никто не будет заставлять вас работать по специальности, а, навыки самозащиты вам пригодятся всегда.

– А, что если начнётся война? – спросила «Гермиона». – Нас призовут на фронт, даже если мы сменим профессию?

– Боюсь, что да.

– Именно поэтому нам и не рассказывают обо всем, верно? – прищурившись, спросил юноша.

Кайя кивнула.

– Спасибо ещё раз фрау Таненберг!

Ребята откланялись и побежали на следующую пару, о чём-то возбуждённо переговариваясь. Провожая их взглядом, Кайя подумала о том, что только что её факультет потерял нескольких студентов. Оно и к лучшему. Они должны были знать на что идут. Не каждый маг был создан для этой профессии и уж точно не каждый был способен получать от неё удовольствие.

Кайя любила убивать, особенно тех кто этого заслуживал, а, заслуживали, по её мнению, многие. Себя и только себя она считала мерилом ценности человеческой жизни, но в отличие от многих подобных ей людей, свою жизнь она так же ни во что не ставила.

«Прах к праху, пепел к пеплу».

Человек – это всего лишь мгновение в вечности. И, она не была исключением.

2

– Тодд мне всё рассказал, – Брент стучал ложкой по серебряной тарелке, его лицо ничего не выражало.

– О, том, что он скорострел тоже? – накрутив на вилку спаггети спросила у мужа Кайя.

– Ты позоришь меня.

– А, ты меня нет?

По губам Брента пробежала еле заметная издевательская улыбка.

– Как можно опозорить ту, о, которой говорят лишь одно слово – убийца?

– Лучше быть убийцей, чем предателем, – парировала Кайя. – Зачем ты вообще женился на мне, раз не планировал меня касаться? Из-за пророчества?

Не прекращая трапезу Брент спокойно ответил:

– Из жалости.

Вилка выпала из руки Кайи, ударилась о тарелку и упала на белую скатерть.

– Что ты имеешь ввиду? – стараясь не показывать своих истинных чувств, спросила она.

– «Лишь поцелуй смерти, принятый первой дочерью Хаоса добровольно, остановит слияние миров». Помнишь такую строчку? Ты либо принимаешь свою судьбу, либо умираешь.

Сделав свой голос как можно более ровным, Кайя произнесла:

– Ты кое-что забыл дорогой: моя судьба была не в том, чтобы выйти за тебя замуж, а, в том, чтобы родить от тебя трёх дочерей. Если тебе так сильно меня жаль, ты можешь оставить свой материал в чашке, а, дальше я справлюсь сама.

На лице Брента появилось брезгливое выражение.

– Этого я и пытаюсь избежать. Я не хочу рождения этих детей. Сначала я думал, что это хорошая идея – пробудить древних богов, но потом я прочитал летописи и понял, что их появление вызовет Рагнарёк. Я не хочу стать причиной гибели мира.

Кайя фыркнула.

– Ты и не станешь. Твоё участие в деторождении начинается и заканчивается дрочкой в чашку, раз уж ты не хочешь со мной спать. Прости если я оскорбила твой изысканный слух.

На лице Брента не дрогнул ни единый мускул, взгляд оставался спокойным и холодным.

– И, всё же без моего участия тебе не зачать всадниц апокалипсиса даже если ты перетрахаешь всех мужчин в мире.

– Что ж, пожалуй этим я и займусь! – зло сказала Кайя, поднявшись из-за стола.

– Ты всё ещё моя жена.

– Завтра я подам на развод!

Кайя бросилась наверх в свою спальню и рухнула на постель, свернувшись на ней калачиком. Ей хотелось плакать, но слёз не было, только злость. Её взгляд блуждал по идеально чистой комнате, стерильным бежевым стенам, изысканной резной мебели: идеальный дом для идеальной семьи, в которой ей не было места.

Поднявшись с постели, Кайя сняла с себя светлый брючный костюм, который она надела к ужину, накинула на голое тело домашний шелковый халат, достала свою метлу из шкафа. Сколько она уже не летела? Год, два, три?

Подведя глаза толстыми жирными линиями, она распустила волосы, встрепала их и распахнула окно. Она ведьма, а, не мудрая жена начинающего политика, вынужденная терпеть его измены и презрение.

Оседлав метлу, Кайя вылетела в окно. Нежный майский ветер распахнул её халат, коснулся голых грудей, прохладных ног. Подогнав метлу, она направила её вверх, в стремительно темнеющее небо. Танцевать со стихией было её предназначением, а, не сидеть дома в четырёх стенах в ожидании человека, который обычно приходил только заполночь. Но сперва...

Она направила метлу к центру города. Вечерние прохожие, спешащие домой после рабочего дня или прогуливающиеся без особой цели, поднимали головы, указывали на Кайю пальцами, пытались сфотографировать её, лавирующую между вершин деревьев и столбов. Она едва не задевала пятками ЛЭП, нарочно то спускаясь, то поднимаясь вверх. Скоро за ней отправят отряд авроров, но ей это было безразлично. Она была голой, свободной и наконец-то видимой.

Спрыгнув с метлы возле входа в ресторан при отеле «Бальдфьял» в котором Брент так часто проводил «важные деловые встречи», она попыталась зайти внутрь, но швейцар её не пустил.

– Мэм, вы не можете войти внутрь в таком виде.

– Я Кайя Фриггсдоттир, ты вообще знаешь кто мой муж? – она сказала это не чтобы надавить на мальчишку-швейцара авторитетом, а, для того, чтобы тот точно запомнил чью жену он повстречал этим вечером.

«Брент ещё даже не подозревает что такое настоящий позор».

– Мэм, я не могу пропустить вас.

Порывшись в прикреплённой к метле сумке, Кайя протянула ему пару купюр, подумав, она забрала одну из них, черкнула на ней свой номер и мягко похлопав парнишку по щеке, зашла в ресторан. Музыка стихла, оборвавшись на пронзительной скрипичной ноте. Все присутствующие обернулась в сторону Кайи. Она сделала вид, что не замечает воцарившейся в зале тишины, не чувствует осуждающих взглядов напомаженных гостей.

Сев на барную стойку, она наклонилась вперёд, забрала стакан у сидящего за стойкой гостя, ошарашенно смотревшего на неё и воскликнула:

– Оркестр – «Фортуну» Орфа!

Музыканты не шелохнулись. Тогда Кайя махнула рукой и они заиграли словно по команде.

– Веселее, веселее! – Кайя швырнула стакан об пол и снова оседлала метлу.

Она носилась под потолком ресторана, хохоча и переворачивая столы лёгким движением руки, откупоривая бочки с вином, срывая с крюков тяжёлые хрустальные люстры.

Двери ресторана распахнулись и в него ворвался отряд авроров в сопровождении дементоров.

– Фас, мои маленькие, друзья! Фас! – закричала Кайя и плывшие стройным клином, дементоры, поднялись в воздух и принялись преследовать визжащих гостей.

Краем глаза девушка заметила невозмутимых, как и всегда, журналистов. Подлетев к одному из них, она попыталась отнять у него камеру, но мужчина намертво вцепился в неё. Тогда она использовала дикую магию и журналист оказался прямо на люстре.

Игравшие всё громче и яростнее музыканты, сбились с ритма и Кайя увидела, что у скрипача порвались струны.

– А капелла! – воскликнула она и несчастный скрипач запел. Голос у него был низким, с расщеплением, и кажется готов был вот-вот сорваться.

– Кайя!

Расслышав своё имя в гуле голосов, Кайя обернулась на зов.

В центре зала стояла молодая девушка с длинными белыми волосами, заплетёнными в толстые косы.

– Валькирия, ты наконец-то прилетела за мной? – приземлившись рядом с ней, спросила у неё Кайя.

– Что ты здесь устроила? – зашипела на неё девушка. – Прекрати это немедленно!

– Не могу. Хаос уже захватил это место. Это магия, моя душа.

Девушка врезала Кайе по лицу и у неё из носа хлынула кровь.

– Блядь, Сигрюн, мне же больно! – воскликнула Кайя, размазывая кровь по лицу.

– Отпусти музыкантов, отзови дементоров и хватайся за меня пока тебя не арестовали!

На груди у Сигрюн поблескивал портал замаскированный под часы на цепочке.

– Ладно, – Кайя нехотя, взмахнула рукой и всё прекратилось. Измождённые музыканты выпустили из рук измученные инструменты, скрипач исполнявший свою партия а капелла, раскашлялся и упал на пол, дементоры вернулись в строй, а, испуганные гости стали выглядывать из-под столов.

Воспользовавшись замешательством авроров, Кайя обняла Сигрюн за плечи и уже через секунду они упали на пышный пыльный ковёр в смутно знакомой ей гостиной.

– Где это мы? – спросила Кайя.

Вместо ответа, Сигрюн подошла к ней и отвесила ей смачную пощёчину.

– Ты тупая сука! – закричала она на невестку. – Зачем ты это сделала?!

– Брент послал тебя? – потирая щеку спросила у неё Кайя.

– Нет! Я увидела тебя по телевизору! Все новостные издания гудят о тебе, Кайя, какого хера?!

– Никакого, – вытерев вновь выступившую из носа кровь, с усмешкой ответила она.

– Ты ещё смеешь шутить?!

– Ещё раз, Сигрюн, где мы?

– В Берлине. В старом доме отца. Переждём здесь всё это.

– Хоть кому-то на меня в этой семье не плевать, – пробормотала Кайя.

– Конечно, мне не плевать! Ты опозорила нас на весь магический мир!

– Ах, вот в чём дело... Ты вся в брата. Не беспокойся, моя душа, скоро мы перестанем быть семьёй и я больше не буду вашим позором.

– О, чём это ты? – сев рядом с Кайей на ковёр, спросила невестку Сигрюн.

– Мы с Брентом разводимся.

– Почему?

– Я больше не хочу жить в фиктивном браке. Лучше быть одной, чем жить с чужим мне человеком.

– Мне жаль.

Сигрюн обняла Кайю за плечи и они просидели так несколько минут.

– Иди помойся и ложись спать. Я пока позвоню родителям. Мы всё уладим, может не с твоим браком, но с этой выходкой точно.

– Спасибо.

– Возьми пока мою старую одежду. Она в шкафу в моей спальне. Не стоит ходить голой.

– Хорошо.

Поднявшись на второй этаж, Кайя быстро ополоснулась, оделась в найденную в шкафу Сигрюн одежду, рухнула на кровать и мгновенно уснула.