Dinosaur Archaeologist’s Journal. Дневник археолога Юрского периода

Dinosaur Archaeologist’s Journal

Have you ever fed a baby Tyrannosaurus from your hand? I don’t mean when it’s chomping down on your wrist while you scream in pain and horror—no, I’m talking about offering it something like sprats or canned meat in tomato sauce. The rough, cat-like tongue gently laps up the remaining meat, and you’re feeling all warm inside, like a puppy.
No? Then maybe you've touched a dinosaur egg? Heard the gentle crack of the shell, only to be met with the deafening scream of a caring prehistoric mother?
Still no? Well then... Have you ever run through a fern-covered forest, leaves whipping past your face if you’re not quick enough with your machete? Felt the ground trembling beneath your frantic footsteps as a scared, frantic triceratops mother searches for a hiding place… Your cotton shirt soaked through with sweat, tears of exhaustion streaming down your face, and heavy, humid air choking your lungs? Familiar?
No again? Well, then I won’t even mention flying on a pterosaur, camping in a Brachiosaurus nest, taming a Velociraptor, fishing on the back of a Plesiosaur—things that are as complicated and confusing to you as solving trigonometric equations with logarithms and integrals. Impossible, unintelligible, like Einstein’s theory of relativity—absurd and at times downright silly.
But I guarantee—at some point—you suddenly understood it all for yourself. I bet a fresh notebook on that. I’ve got five pages filled, and I’ve yet to see the world beyond the mountains…
What if I lose? I won’t. I’m ready to bet on the ichthyosaur’s tooth he pulled from his own thigh, confident I’ll come out on top!
You, my modern friends, do you realize that despite the danger and giant reptiles the size of multi-story buildings, you’d give anything to spend an hour in the prehistoric world? And the funniest part? You’d only use those dinosaurs to light fires—and, well, you know how tricky fern leaves can be to handle.

And—and—you’re incredibly lucky to meet me! I have the honor of introducing myself. My name is Jonathan O’Neill, the sole holder of the time spiral, with which...

Nadya grew before his desk—a little devil from a cigar box—and Misha Onisimov’s attempt to cover her notebook with tales of the brave explorer and archaeologist Jonathan O’Neill using his elbows failed miserably.
"What are you doing again, Onisimov? Writing nonsense? Again, prehistoric nonsense?" someone snorted from behind Misha, and giggles rippled through the classroom. "Put your notebook away! " Nadya aka Nadezhda Ivanovna, commanded sharply, extending her dry hand with red nail polish.

"Let’s see if your stories impress your parents when I call them in for a chat. "
Misha wanted to retort that they wouldn’t like it, but he hesitated, handing over the notebook labeled "Chronicles of the Time Spiral."
A working title—nothing better had come to mind yet.
He watched helplessly like a mouse facing a velociraptor as Nadya disdainfully flipped through the pages. It became thinner, stuffy, and cold all at once—just like the forests of Third Hill, the main setting of the first part of the trilogy.

"And don't your parents feel sorry for the money they spend on tutors while you're screwing around in algebra?" Nadezhda Ivanovna asked, hiding the notebook under her arm.
Misha thought: Now she’ll only give it to my parents.
He could approach her after class, plead, whimper, beg not to call his folks—but if Jonathan O’Neill had pleaded with the ichthyosaur not to eat him instead of fighting, the story would’ve ended by chapter ten.

"Am I talking to a wall? Onisimov, will you answer? "
"S-sorry, Nadezhda Ivanovna, " Misha blurted out, hating himself even more for his stutter.
"Please, just give me back the notebook... "

If she hand it to my parents, I could forget about Jonathan. Besides, Jonathan had just found a partner—a female triceratops named Sasha, whose egg he saved during a volcanic eruption.

Mother would sigh and shake her head, urging him to grow up—after all, tenth grade loomed ahead, with final exams, university applications, and points he still needed to gather.
Father, meanwhile, would examine every line carefully, puffing on his cigarette until he finished. Then he’d toss the notebook into the fireplace, saying that someday Misha would thank him.
Come on, kid—your real notebook is right here! You’ll make copies plenty of times!

"What was the assignment, Onisimov? Remember, or have you already forgotten while scribbling in your notebook? "

Misha felt twenty pairs of eyes fixed on him, saw their silly faces breaking into smiles, felt the teasing giggles bubbling up in his chest.
"It was... it was an assignment... "
Why can’t he be like Jonathan? He’d never babble like this.
He wouldn’t even be in this class if he weren’t majoring in physics and mathematics!
"We had to solve three equations…"

"Since you dared to catch dinosaurs in class, " Nadya interrupted the whispering with a smirk, " then you’ve already decided everything and can tell everyone about it. Come to the board. "
"Just don’t spoil the ending of “The Land Before Time,” came a sharp remark behind him as Misha stood up.

He hadn’t decided anything—his classroom notebook was empty, and Nadezhda Ivanovna knew it well. That’s why she called him. But in his mind, Jonathan O’Neill was speaking again—archaeologist unafraid of giants and volcanic eruptions.
Misha suddenly blurted.
"I’m not ready. I didn’t solve a single equation because I was writing. You can give me a F. "
"Impertinence’s the second happiness, "the teacher murmured, opening the grade book. "A deserved F, right, class? "

Once again, someone’s giggle hit him. His face burned to the roots of his hair. Paralyzed, he sat back down, only hearing the pounding of his own heart. Why did I answer like that? I could’ve waited till the bell, scribbled a simple equation, and she’d give me a passing grade. If I whined a bit after class, maybe I’d get back my adventure story of Jonathan.

But what did O’Neill do when a storm broke his first shelter? Built a new one, in a better spot—better than the last!

There was still time before the bell, and Misha decided he’d do at least one exercise. But he got distracted watching the half-naked branches of the maple tree outside dance in the October wind.
Algebra—up to tenth grade—was hard enough, but now it had turned into Latin, filled with cosines and cotangents. All thanks to his father, who studied physics and math at university and had a cushy engineering job at a factory…

That sad maple looked just like him. The gloomy sky wept a light rain, dropping the last yellow leaves into gray puddles. Misha felt like crying too.

When something touched his elbow, he almost jumped out of his seat, so lost in thought he was. He turned away from the window and saw Kostya, his desk-mate, sliding a notebook toward him. A plain one, with a toy on the cover, forty-six pages lined. Misha could fill it in a week.

Kostya glanced quickly at Nadya, who was buried in her computer, filling out electronic diaries. He whispered.
"You promised me an hour in exchange for the notebook. You don’t have it now, but this is good enough, isn’t it? "
"You peeked?! " Misha didn’t know whether to be angry or surprised. That simple fact nearly knocked him out.
"Well, you’re copying my algebra" with that blank face, Kostya replied calmly.
"I thought you writer types were all about, like, being read. So, will you bring a new part on Monday? "

Дневник археолога Юрского периода

«Вы когда-нибудь кормили с руки детёныша тираннозавра? Я не имею в виду, когда он пережёвывает вашу кисть, а вы вопите от боли и ужаса, нет! Я говорю о том, чтобы покормить его, скажем, шпротами или тушёнкой в томате. Шершавый, как у кошки, язык слизывает остатки мяса, а вы умиляетесь, как от щеночка?

Нет? Тогда, может, вы прикасались к яйцу динозавра? Или слышали нежный треск скорлупы, а за ним разрывающий барабанные перепонки визг заботливой доисторической мамочки?

Тоже нет? Э, ну ладно, тогда... Бежали ли через заросший папоротниками лес, ну, знаете, листья хлещут по лицу, если вы не успеваете срезать их острым мачете? Земля, покрытая мхом, дрожит от топота испуганных беспокойной мамашей трицератопсов, а глаза в панике ищут место, где бы спрятаться... Ваша хлопковая рубашка вымокла насквозь, пот катится градом по лицу, влажный воздух так тяжело входит в лёгкие, ну, знакомо?

Снова мимо? Что ж, тогда о полёте на птеродактиле, ночёвке в гнезде брахиозавра, приручении велоцираптора, рыбалке на спине плезиозавра и говорить не стоит. Для вас это так же сложно и запутано, как решение тригонометрических уравнений с логарифмами и интегралами. Невозможно-непонятно, как закон относительности Эйнштейна, нереально и местами глупо. Но я точно знаю, что вы вдруг для себя поняли. Готов поспорить на новенький блокнот. В моём осталось уже пять страниц, а я ещё не видел мира по ту сторону гор...

Что? Если проиграю? Я не проиграю, и готов поставить зуб ихтиозавра, который вытащил из своего бедра, что победа будет за мной! Вы поняли, друзья мои современные, что, несмотря на опасность и ящеров размером с многоэтажный дом, за один час в доисторическом мире вы отдали бы любые деньги. А самое смешное то, что здесь они пригодятся вам лишь для розжига и... Ну, кхм, сами понимаете, папоротником не всегда удобно.

И-и-и, вам страшно повезло встретиться со мной! Честь имею рекомендовать себя! Меня зовут Джонатан О'Нил, единственный обладатель спирали времени, с помощью которой...»

Надюха выросла перед его партой, точно чёрт из табакерки, и попытка Мишки Онисимова закрыть локтями тетрадь рассказами о приключениях храброго исследователя и археолога Джонатана О'Нила не увенчалась успехом. Онисимов, чем ты снова занят на уроке? Опять пишешь ерунду? Доисторическую ерунду, прыснул кто-то за спиной Мишки, и смешки покатились по классу.

Тетрадь сюда живо, скомандовала Надюха, она же Надежда Ивановна, протягивая сухую руку с красным маникюром.

Посмотрим, понравятся ли твои истории родителям, когда я вызову их на беседу.

Не понравятся, хотел было огрызнуться Мишка, но передумал и отдал тетрадь, которую подписал как «Хроники спирали времени». Рабочее название, но пока ничего лучше на ум не пришло. С беспомощностью мышонка перед мордой велоцираптора он следил, с каким пренебрежением просматривает Надюха страницы. Стало тоншо, душно и холодно одновременно. Совсем как в лесах на Третихолмье основной локации первой части трилогии.

И не жалко родителям денег, которые они тратят на репетиторов, пока ты на алгебре валяешь дурака? осведомилась Надежда Ивановна, пряча тетрадь под подмышку.

Ну всё, подумал Мишка, отдаст теперь только родителям. Можно, конечно, после уроков подойти к ней и начать канючить, унижаться в просьбах не вызывать родителей, но если бы Джонатан О'Нил вместо борьбы просил ихтиозавра не есть его, то история закончилась бы на десятой главе.

— Я разговариваю со стенкой? Онисимов, ты будешь отвечать?

— И-извините, На-а-адежда Ивановна, б-больше не повторится, — выпалил Мишка и за своё дурацкое заикание возненавидел себя ещё больше. — П-п-пожалуйста, о-отдайте т-т-тетрадь...

Если отдаст родителям, можно забыть о Джонатане. А ведь он только нашёл себе спутника - самку трицератопса Сашу, яйцо которой спас во время извержения вулкана...

Мать будет вздыхать и качать головой, прося, чтобы он взялся уже за ум, всё-таки десятый класс, на следующий год итоговые экзамены, поступление в вуз, для которого ещё нужно насобирать баллы.

А отец внимательно ознакомится с каждой строчкой, затягиваясь сигаретой одной за одной, пока не дочитает до конца. А затем выбросит тетрадь в камин со словами, что потом Мишка ему спасибо скажет.

«Да брось, голова — вот твоя главная тетрадь! Копии ты ещё наделаешь!»

— Какое было задание, Онисимов? Ты ещё помнишь, или уже всё позабыл, пока исписывал тетрадь?

Мишка почувствовал, как на него уставились двадцать пар глаз, услышал, как расплываются их глупые физиономии в улыбках, как назревают в груди смешки.

— Б-было... Б-было за-адание.... — Почему он не может быть, как Джонатан, который никогда бы так не мямлил? Да он вообще не оказался бы в классе с физико-математическим направлением! — Нужно б-было решить т-т-три у-упра...

— Раз ты позволил себе ловить динозавров на уроке, — перебила его Надюха под аккомпонемент смешков одноклассников, — значит, уже всё решил и сможешь рассказать всему классу. К доске.

— Только не перессказывай сюжет «Земли до начала времён», — прилетел в спину едкий комментарий, пока Мишка поднимался из-за парты.

Он ничего не решил, классная тетрадь была пуста, и Надежда Ивановна это знала. Потому и вызывала. Но в его голове снова заговорил Джонатан О'Нил, археолог, не боявшийся огромных ящеров и извержений вулканов. Мишка вдруг сказал:

— Я не готов. Я не решил ни одного уравнения, потому что писал. Можете поставить мне два.

— Наглость — второе счастье, — хмыкнула учительница и села за стол, раскрывая журнал. - Заслуженная двойка, верно, класс?

В Мишку снова врезалось чьё-то хихиканье. Лицо до самых корней волос залила краска. Как парализованный, он сел на место, слыша только стук собственного сердца. Зачем ответил так? Мог бы и потерпеть до звонка, корябая мелом уравнение и сносное решение, за которое она поставила бы тройку. А если бы он поканючил ещё немного после урока, то может и получил бы назад историю приключений Джонатана.

Но что сделал О'Нил, когда буря сломала его первое убежище? Построил новое в более удобном месте, ещё лучше прежнего!

До звонка ещё было время, и Мишка решил, что сделает хотя бы одно упражнение, но засмотрелся, как качает полуголыми ветвями на октябрьском ветру клён за окном. Алгебра и до десятого класса давалась ему с трудом, а теперь превратилась из математики в латинский язык, заполненный косинусами и котангесами. А всё это из-за отца с его физико-математическим вузом и пригретой вакансией инженера на заводе...

Печальный клён так был похож на него. Хмурое небо плакало мелким дождём, сбрасывала последние жёлтые листья, купая их в серых лужах. Мишке тоже хотелось плакать.

Когда его локтя что-то коснулось, он чуть не подпрыгнул на месте, настолько задумался. Отвернулся от окна и увидел, как Костя, его сосед по парте, пододвинул к нему тетрадь. Невзрачная, с машинкой на обложке в сорок шесть страниц в клеточку. Такую Мишка мог исписать за неделю.

На его вопросительный взгляд Костя быстро глянул на Надюху. Та уткнулась в компьютер, заполняя электронные дневники. Он зашептал:

- Ты же, типа, обещал один час в обмен на блокнот. Его у меня нет, но и это, тип, сойдёт, да?

- Ты что, подглядывал?! Мишка не знал, возмущался он или удивлялся. Такой простой факт чуть не выбил из него дух.

- Ну ты же списываешь у меня алгебру, с невозмутимой физиономией ответил Костя.

- Я думал, вам, писакам, важно, чтобы вас, типа, читали. Так что, принесёшь в понедельник новую часть?