Дневник оборотня

Никто из унаследовавших ликантропию по рождению, не знает, когда именно проявится его “дар”. Те, кого укусили, могут смело рассчитывать на ближайшее полнолуние, а вот у чистокровных оборотней всё происходит совсем иначе. Луна мало влияет на меня, я не испытываю какой-либо зависимости от её фаз, более того, сейчас я могу оборачиваться в любой момент, когда мне это нужно, но вот мой первый раз произошёл, когда мне исполнилось семнадцать. Мы были в школьном походе. Наш класс с палатками, котелками и прочим походным снаряжением разбил лагерь где-то в Тульской области. Честно признаться, я тогда считал сказками всё, что мне рассказывал отец. Сам при мне он никогда не обращался, но всегда твердил: “вот придёт время, и ты сам всё увидишь”. Я как-то спросил его: “почему он не хочет показать мне себя, если всё это правда?”, на что он ответил, что если я увижу его обращение, это может спровоцировать моё собственное раньше времени, а это недопустимо потому, что я могу не вернуться обратно и остаться зверем навсегда.

Я уже не помню сколько дней мы находились в лесу, вроде бы день на пятый у меня сильно разболелся зуб. Я подошёл к нашему физруку и рассказал ему о проблеме, на что, получив полный ненависти взгляд, отправился в палатку с обещанием завтра отвезти меня в стоматологическую клинику в ближайший город. Но, как вы уже догадались в моём случае, клиника не понадобилась.

Ночью, как ни странно, боль прошла. Я проснулся от ощущения невозможной вони в палатке. Палатки у нас были пятиместные, и помимо меня в ней спало ещё четыре человека. Я сначала не понял, чем может так вонять. Было такое ощущение, что пока мы спали, в палатку заполз ёж и сдох. Только потом я понял, что так пахнут мои соседи по палатке, но почему они так воняют для меня тогда было невдомёк. Оказывается, в момент обострившегося обоняния у оборотня — это является нормальным человечьим запахом. Это вам кажется, что человек ничем не пахнет, ну или пахнет потом, а для меня в тот момент все окружающие меня люди источали невыносимый смрад.

Я решил выйти подышать свежим воздухом, и как оказалось не зря. Стоило мне отойти метров на сто в лес, как вдруг всё моё тело охватила такая боль, что вся зубная боль вместе взятая показалась бы вам щекоткой. Зубы, кстати, тоже болели и все разом. Я тогда потерял сознание от болевого шока, а очнувшись обнаружил себя лежащим посреди леса в изорванной одежде в луже застывшей крови. Я ничего не помнил, но даже тогда я отказывался верить, что бредни, рассказанные отцом, оказались правдой. Мой мозг, чтобы не сойти с ума тут же придумал версию с нападением на меня медведя, тем более что из всего произошедшего, память услужливо подсовывала мне размытый образ мохнатых и когтистых лап.

Кровь, как оказалось потом была медвежья, неподалёку я нашёл его освежёванную тушу.