Добро всегда побеждает...

ДОБРО ВСЕГДА ПОБЕЖДАЕТ…

У стола стоял высокий, под два метра, при этом стройный брюнет. С аккуратно уложенными, самую малось длиннее обычного волос. Он скорее походил на аристократа, нежели на повара. Идеальный чёрный, даже скорее антрацитовый фрак. Подпоясанный бархатным бардовым поясом — то ли признаком статуса, а возможно просто эстетическим выбором человека. Высокий воротник белоснежной рубахи из тончайшего шелка, подстать костюму, обрамляла чёрная же бабочка. Схожий по чёрноте жилет дополнял композицию.

Однако, глупцы опрометчиво решившие указать человеку, что в его одежде лишь три цвета, вызвали бы его неудовольствие своей слепотой. Он знал несколько десятков оттенков чёрного и все три предмета этого спектра, для его глаза довольно заметно отличались в цвете.

И горе тому невежде, кто сказал бы человеку, что это одно и тоже.

Он что-то помешивал в… чёрной кастрюле. Периодически поворачиваясь к дубовой разделочной доске, оценивая лежащие там ингредиенты. Вот он опустил правой, здоровой рукой небольшую ложку в кажущуюся почти прозрачной воду, чуть поводил ей и элегантно достал, уже наполненную.

Поднеся к носу он несколько раз медленно вдохнул воздух над ложкой. После, чуть лизнул кончиком языка содержимое, на неуловимое мгновение став похож на змею.

Но этот миг ушел так же неуловимо, как и мелькнул, оставив впечатление обманчивости.

Слегка вытянутое лицо человека на несколько секунд замерло в задумчивости. Челюсть немного опустилась, он явно оценивал ощущения во рту от варева. От чего обычно ровные тонкие усы аристократа слегка опустили свои кончики.

— Господин, я достал его! — прервал размышления странного повара, вбежавший слуга. Карлик немного выше метра, одетый в красный, даже скорее алый костюм, слегка запыхался. Его могучая грудь вздымалась от бега. Мощные кисти, сжимающие длинный сверток, вполне подошедшие бы и какому-нибудь кузнецу повыше, нервно сжимались. Впрочем, может невысоким карлик казался из-за горба.

— Кого? — спросил Тёмный Владыка, не отрываясь от работы. Лишь почти незаметный прищур, на миг выдал его недовольство разрушенной атмосферой.

— Меч Света! Тот самый, которым можно Вас убить.

— А, этот… Ну, положи там, на полочку. — явно отчасти продолжающий мыслями быть с приготовляемым блюдом, негромко указал Владыка.

Слуга сунул принесенный сверток на полку и пристроился чуть в стороне от стола своего повелителя. Даже ему не стоило нарушать определенные границы.

— Послезавтра ночь Великого Противостояния, — как бы невзначай заметил слуга.

— Ну и что? — равнодушно пожал плечами Тёмный.

— Жертва, Господин, — напомнил карлик. — Её еще найти надо.

— Не надо никого искать, — отмахнулся аристократ, отложив в сторону очищенную картофелину, показавшуюся ему недостаточно качественной.

— Но ритуал…

— Не будет никакого ритуала! — строго нахмурил брови Владыка. — Пора бы тебе уже привыкнуть.

Карлик насупился. И чуть повысил голос, добавив экспрессии. Мало кому хозяин такое позволял, но самому верному слуге прощалось и не такое.

— Господин мой! Мы живём в этой глуши уже три года! Вы разводите гусей и выращиваете капусту с картошкой! В то время, как могли бы повелевать этим миром по праву сильного! Где Ваши Легионы Смерти? Где толпы преданных слуг? Дворцы, подземелья, ряды виселиц и стены из кольев с насажанными врагами на них, еще живыми — где это? Великие завоевания, чудовищные деяния — всё пошло прахом. Взгляните, Добро и Свет торжествуют повсюду, даже дети не боятся уже ночью гулять по улицам. Как Вы можете терпеть такое, Господин?

— Я же тебе уже объяснял, — отозвался Тёмный Владыка. — Добро всегда побеждает, а Зло — проигрывает. Нет никакого смысла затевать безнадежное дело, тратить силы и средства, если нет ни малейшего шанса на выигрыш. А я, знаешь ли, люблю выигрывать. И только так!

Аристократ рефлекторно покосился на левую кисть, где у четырёх пальцев отсутствовали крайние фаланги. Напоминание о последнем провале, когда один из героев ухитрился подобраться вплотную к нему.

— Но каким образом, Господин мой? Пока Вы здесь прозябаете в безвестности, Свет набирает силу…

— Вот именно! — поднял палец Тёмный Владыка. — Набирает силу. А что он с этой силой будет делать? К чему приложит?

Он взял новую картофелину и стал не торопясь срезать шкурку.

— Чем займётся Добро, когда обнаружит, что драться ему не с кем? Я же вот он, сижу, больше не рыпаюсь, ничем себя не проявляю. Я для мира мёртв. А остальные — так, мелюзга одна, любому светлому герою на один зуб. А что потом? Чудища кончатся, а зубы-то останутся. И не один, а целых тридцать два. Кого прикажете грызть тогда?

Очищенная картофелина шлепнулась в кастрюлю, Владыка взял луковицу и принялся мелко её строгать.

— Еще два-три года, и Добро начнет беситься от безделья. Светлые рыцари вернутся в свои земельные угодья и начнут ими управлять. А это далеко не у всех хорошо получается. Они вообще, знаешь ли, кроме резанья глоток мало в чем умельцы.

Будут и территориальные споры, и грызня, и междоусобица, и завышенные налоги. Жрецы снова вспомнят о своих монастырях, забыв о Едином, станут собираться на диспуты, спорить до хрипоты и мордобоя, пока не разделятся на различные школы и направления, так бывало уже не раз. О магах я уже и не говорю. Эльфы, люди и гномы припомнят старые расовые предрассудки, разворошат былые обиды и учинят множество новых.

Бойцы же, привычные только сражаться, очень скоро уйдут поголовно в грабители. Воры… ну они и так всегда были личностями без стыда и совести. Просто теперь их станет больше, ведь жить то вокруг до поры станут богаче. А борьба за власть? Ты полюбуйся, какая уже сейчас идет грызня вокруг трона! И всё это, заметь, безо всякого моего вмешательства! Исключительно в силу особенностей человеческой природы… Ты не помнишь, я суп солил или нет?

— При мне — нет, — недоуменно хмыкнул карлик, косясь на варево.

Тёмный Владыка посолил суп, попробовал и посолил ещё.

— Умение управлять и умение пробиваться наверх — это два совершенно разных таланта. И они очень редко сочетаются вместе. Значит, скорее всего, к власти придёт в конце концов какой-нибудь очень цепкий и пронырливый тип. Он сможет, где подкупом, где шантажом, а где и прямыми угрозами удержать всех остальных в подчинении. И озабочен будет прежде всего собственным благополучием — иной бы просто не забрался так высоко. Если только не перескочит сразу несколько ступеней власти. Но разве у такого есть шансы? Нет, его никто не пропустит наверх. Вот тогда…

Владыка замолчал и чему-то мечтательно улыбнулся, не переставая помешивать суп.

— Что тогда? — не выдержал карлик.

— Да ничего. Тогда я подожду еще лет пять, пока не наступит полная разруха и народ не взвоет. А потом возьму Меч Света, оседлаю нашего вороного, если он не помрет к тому времени, и поеду по стране, верша подвиги направо и налево. До победного конца.

— Но как же…? — на вытесанном будто из дуба лице карлика проступило потрясение.

— Потому что, — Владыка позволил себе короткую злорадную улыбочку, — добро всегда побеждает…