Дочь волков

1.

Ералы и его внук Арман возвращались с охоты. Они ехали вдвоем на одном скакуне. К седлу были привязаны четыре толстеньких тушки сусликов и три тушки зайцев. Рядом бежал довольный собой красный тазы Жай. Он отработал свое мясо на охоте. Ералы решил вернуться домой по другому пути, чтобы показать Арману красоту степных просторов.

- Ата! Ата! Смотри, одинокая юрта вон там, смотри, - мальчишка показал рукой направо, - И мужчина вон, посмотри. Он один там. Давай подъедем и спросим, как у него дела? Давай!

Ералы узнал этого одинокого мужчину. Мерген не стал ничего отвечать внуку, а продолжил путь домой, внимательно наблюдая за далекой человеческой фигурой.

- Ата! Почему мы не свернули к юрте, - в голосе Армана звучало возмущение, - Почему!?

- Балам. Нам туда нельзя.

- Почему, ата!

- Потому, что там живет призрак степи. Его прокляла женщина. Не будет ему покоя тысячу лет. Ни дома, ни любви.

- Расскажи о нем, ата. Расскажи!

2.

В юрте раздался тихий плачь ребенка. Он был слабым и менее, чем через минуту замолк. Вместо него грянул мужской вой. Плотные стены юрты скрыли от жителей аула о трагедии Умут и Мурата.

Через несколько дней супруги обратились к шаману: «Что нам делать? Наши дети умирают, не успев родиться». Ответ шамана был таков: «Умут, возьми кусочек мяса с жиром и отнеси к Темному лесу, что находится у широкой реки. К тебе выйдет волчица – она прародительница людей. Не пугайся ее. Если волчица возьмет мясо, то через девять месяцев ты родишь здорового ребенка. Если нет – то, ничего не поделаешь. Быть родителями вам не суждено».

Умут и Мурат послушали наказ шамана и вдвоем прибыли к лесу. Муж остался стоять на отдалении. Он с напряжением наблюдал за тем, как фигура Умут становилась все меньше и меньше на фоне больших деревьев. Умут же шла, не оборачиваясь на Мурата. Сердце ее билось и казалось, что его стук разносился по всей округе. Так и было в действительности. Сердцебиение женщины уже услышали в лесу. В трясущихся руках Умут держала ткань, в ней было завёрнуто мясо с жиром. Впереди был лес. Темный, опасный. Ветер гулял в плотных кронах высоких сосен и казалось зловеще шептал «Уходи, уходи».

Умут подошла к кромке леса и стала ждать. Спустя время, когда она уже отчаялась, из леса вышла серая волчица. Она спокойно приближалась к гостье. Умут нервничала. Она опасалась оставаться один на один со зверем. Но, успокоилась, вспомнив слова шамана: «волчица – она прародительница людей». Умут развернула ткань и аккуратно, не сводя взгляда с волчицы, положила на камень мясо, поклонилась хозяйке леса и сделала шаг назад. Волчица постояла немного. Внимательно посмотрела своими карими глазами на Умут и, взяв мясо, тихо скрылась между сосен.

Через девять месяцев в юрте Умут и Мурата раздался громкий детский плачь. Девочку назвали Гульбаршын. Чтобы защитить долгожданную дочку от злых духов, родители дали ей это древнее, благородное имя. Оно произошло от слова «гул», что означает «цветок» и «баршын» - «волчица». Гульбаршын росла здоровым и счастливыми ребёнком. В ней была недетская духовная сила, которую чувствовали все жители аула. Внимательный взгляд карих глаз, уверенная походка, жесты и непогодам осознанная речь. Умут и Мурат обманули степную нечисть, но обмануть злых людей они не смогли.

Мирная жизнь аула оборвалась в одно мгновение. Ночью на поселение напали неизвестные всадники. Они появились из темноты, с криками окружили спящий аул и стали вырезать людей. Не щадили никого. Ни малых детей, ни стариков. Вырваться из ада удалось только Умут и Гульбаршын. Мать, не думая, оседлала коня, прижала к себе маленькую дочь и в полной неразберихе, где свой - где чужой, выскочила из смертельного котла. Она гнала скакуна прочь от предсмертных воплей и звуков сабель, рассекающих человеческую плоть и кости. Вслед за ними устремились трое всадников.

Одной рукой Умут отчаянно прижимала Гульбаршын к груди, второй – крепко держала поводья. Гульбаршын слушала сердце мамы, ее дыхание и ощущала страх, что дрожью пробегал по всему телу Умут. Молодой скакун несся по ночной степи и казалось, что он не касался земли. Вскоре беглянки оторвались от преследователей. Но впереди показалась широкая река, которую было не переплыть. Конь резко встал на дыбы, заржал на всю ночную степь. Он был все еще в пылу галопа. Умут быстро осмотрела берег. Обернулась и увидела, что трое убийц стремительно приближались к ним. Нужно было принимать решение. Умут вместе с дочкой спустилась с коня и поспешила к камышам, что плотно росли по всему берегу.

- Гульбаршын, доченька моя! Слушай внимательно! – голос матери дрожал, - Если будут звать тебя, не выходи. Даже если буду звать я, не выходи. Не выходи, чтобы не случилось. Сиди здесь в камышах, тихо-тихо, и не шуми. Чтобы плохие люди тебя не нашли. Утром уходи сначала в лес! В наш аул не возвращайся! Найди другое поселение и расскажи им все, что случилось ночью. Поняла? – голос Умут продолжал дрожать, но глаза были сухими от напряжения.

- Да, мама, - малышка кивнула. Никакого страха в ее взгляде не было, - Я все поняла, мама. А где папа?

Сдерживая слезы, Умут поцеловала дочь в лоб. Крепко обняла, снова поцеловала. Еще раз посмотрела на ангельское лицо, навсегда запоминая тонкие черты Гульбаршын, и быстро вернулась к скакуну. Через мгновение она пронеслась прочь вдоль русла реки, увлекая за собой троих всадников. Умут скакала прочь от Гульбаршын. Слезы хлынули из глаз матери, они душили ее и застилали взор. Грудь разрывало от боли.

- Спаси дочь мою, Тенгри, спаси! Молю! – мать повторяла и повторяла мольбу, пока трое всадников не настигли ее.

Гульбаршын просидела всю ночь в камышах и на утро осторожно вышла. Степь вот только-только успокоилась после ночного ада. Девочка осмотрелась и пошла вверх по реке. Она шла и шла, пока к ночи не дошла до плотной стены Темного леса.

В степи оставаться небезопасно. Нужно найти ночлег в лесу.

Маленькая Гульбаршын шла по ночному лесу. Она аккуратно ступала по хвое, мху, смело перепрыгивала через поваленные деревья, ручьи. Казалось, что малышка незаметно плывет между высоких сосен. Но это было не так. Хозяин леса стал вести девочку, как только она приблизилась к его владениям. Сорок глаз пристально следили за Гульбаршын, сорок ушей улавливали мельчайший шорох из-под ее сапожек, восемьдесят лап бесшумно сопровождали гостью ночного леса. Малышка смело шла вперед.

Вдруг девочка услышала шорох и остановилась. Лес ожил. Со всех сторон шел звук приближавшихся аккуратных шагов. Дыхание десятка существ. Девочка стояла спокойно. Она водила взглядом между соснами и ждала. В одно мгновение со всех сторон появились волки. Они окружили малышку. Сердце билось. Они чувствуют мой страх. Вперед вышел большой волк-вожак. Он подошел к Гульбаршын и внимательно посмотрел в ее глаза вверху вниз. Минуту они стояли, и волк не отводил взгляда от маленькой гостьи. Ровное дыхание обоих, ни одного движения ресницами.

- Откуда ты, дитя? – наконец мысленно спросил Вожак.

- Из аула. На нас ночью напали всадники, - также без единого звука ответила Гульбаршын. Волк не стал спрашивать про родителей девочки. Ему было понятно, где они сейчас.

- Как зовут тебя, дитя?

- Гульбаршын.

- Ты будешь мой дочерью. Гульбаршын - дочь волков, - улыбка осветила детское личико, - С возвращением, дитя.

Вожак кивнул смелой малышке, развернулся и не спеша пошел в глубину леса. За ним последовала и Гульбаршын. Остальные волки плотно сомкнулись вокруг нее, окутав теплом и спокойствием. В этот момент высокие сосны зашумели, приветствуя нового члена волчьей стаи.

3.

В ауле жили два брата, Буркут и Асмет. Первый был отменным стрелком и наездником. Непокорным и упрямым джигитом. Второй, младший, владел искусством стиха и кобыза. Был верным и надежным человеком.

Однажды Буркут и Асмет вдвоем поехали на охоту и забрели на неизвестные ранее территории. Это был Темный лес. К ним вышла красивая статная девушка. Это была Гульбаршын. Ее сопровождал молодой волк. Охотники тут же скинули ружья, но девушка жестом показала, чтобы они даже не думали стрелять в ее собрата. В глазах Гульбаршын была сила. Она прямо смотрела на охотников. Когда Буркут и Асмет успокоились, они приветствовали молодую хозяйку леса, она кивнула им в ответ, но не более. Следующим движением головы Гульбаршын попросила, чтобы джигиты уезжали прочь от Темного леса.

- Что она хочет? – Буркут спросил у Асмета.

- Она просит нас покинуть это место.

Девушка внимательно смотрела на поэта, и у него было такое ощущение, что она читает его душу. Они встретились взглядами и повисла пауза. Это заметил стрелок.

- Асмет, с тобой все в порядке? Буркут толкнул Асмета в плечо.

- Хозяйка леса, мы с братом заплутали на неизвестной нам территории. Куда нам ехать, чтобы успеть в наш аул до темна? В степи много опасностей. Помоги нам с братом, пожалуйста.

Гульбаршын перевела взгляд на молодого волка, что сидел у ее ног. Зверь тут же вскочил и побежал вперед. Девушка улыбнулась охотникам и грациозно исчезла в лесу. Братья только успели благодарственно кивнуть Гульбаршын и поспешили за волком-поводырем.

- Кто она? С кем живет? – спросил Буркут.

- Я не знаю, брат. Не знаю.

Незнакомка из леса приглянулась и Буркуту и Асмету. Когда они отъехали, поэт не смог удержаться и оглянулся в надежде еще раз увидеть красавицу. Это заметил стрелок.

Через несколько дней стрелок приехал к Темному лесу. Он ждал на том же месте, где к ним с братом вышла незнакомка, но никто в этот раз так и не появился. На следующий день к лесу подъехал поэт. Гульбаршын уже стояла и ожидала Асмета. Он сошел с коня и подошел к незнакомке. Она была прекрасна. Вдруг из леса вышла стая волков. Они окружили Гульбаршын и гостя. Вперед вышел большой вожак. Волк заговорил с Асметом: «Я отдам тебе мою дочь замуж с одним условием. Из твоего ружья никогда не должен погибнуть волк. Гульбаршын – дочь волков и всегда ей останется. Если из твоего ружья погибнет волк, моя дочь вернется сюда навсегда». Поэт согласился с условием волка-вожака и вернулся в родной аул с невестой. Стрелок увидел это и был в гневе.

На следующий день в ауле был праздник. Провели ритуал огнем, когда старшая женщина в ауле нагрела ладони над открытым огнем и умыла теплом лицо невесты. Теперь Гульбаршын вошла в семью Асмета. У них родилось два сына. Дочь волков в ауле любили и уважали за ум, тактичность, уважение к старшим и необыкновенную красоту. Асмет же помнил наказ Вожака и никому не рассказывал, кроме брата, самого близкого человека после жены.

Однажды Буркут позвал Асмета на охоту. Они долго ехали и решили сделать привал. Поэт заснул, а стрелок взял ружье брата и тайком ушел к Темному лесу. Когда Буркут увидел волка, что вышел навстречу незнакомцу, он выстрелил и ранил животное. Стрелок догнал волка, что пытался спастись в лесу, и выстрелил еще раз, только теперь в голову. Буркут вернулся к Асмету и ничего не сказал брату. Позже они вдвоем возвратились в аул с богатой добычей, а юрта поэта была пуста. Гульбаршын и оба их сына исчезли. Асмет понял, что нарушено слово, что он давал вожаку и отец-волк забрал дочь к себе. Поэт в ярости бросился на Буркута, а тот с улыбкой рассказал ему, что сам все это время тайно любил Гульбаршын. Ему было больно смотреть, как брат и его супруга были счастливы, и он сделал так, чтобы супруги никогда не были больше вместе.

Асмет поскакал к лесу. У края леса к нему вышел волчонок, следом второй и появилась их мать. Волчица шла грациозно и не сводила внимательного взгляда с поэта.

- Жена, вернись! Гульбаршын, вернись! – кричал Асмет, но не смел подойти ближе. Волчица, не сказав ни слова, скрылась в лесу и только волчата еще постояли несколько секунд, жалобно поскулили на отца и поспешили за матерью.

Асмет приходил к лесу многие месяцы. Покорно ждал свою Гульбаршын. Однажды к нему вышел Вожак и сказал, что его дочь теперь навсегда останется волчицей, как их с поэтом сыновья. Но, так как Асмет не сам убил волка, для него Вожак сделает исключение. В полночь на ветреной горе Гульбаршын будет являться к супругу в человеческом обличии.

Асмет был счастлив. Это заметил и Буркут. Он выследил брата и увидел, как в полночь на вершину горы к нему подходит волчица, которая превращается в Гульбаршын. Супруги долго стоят в обнимку. Ненависть вновь охватила Буркута. Он помчался к воссоединившимся на время супругам, снял ружье и стал стрелять на полном скаку. Пули свистели в ночи. Асмет увидел приближавшегося брата, закрыл собой Гульбаршын и получил пулю в сердце. Поэт упал на землю замертво, а Гульбаршын бросилась к мужу и стала читать заклинание. К этому моменту Буркут успел примчаться на вершину горы.

- Замолчи! Теперь ты моя! Замолчи! - стрелок схватил Гульбаршын за руку и стал оттаскивать от мертвого Асмета.

Женщина вырвалась из сильных рук Буркута и дочитала заклинание над мужем. После она молча поднялась и уверено подошла к стрелку. Буркут в страхе наставил ружье на нее, но это никоем образом не смутило женщину. Она подошла вплотную и уткнула дуло себе в грудь.

- Тысячу лет скитаться тебе призраком по степи. Ни покоя, ни дома, ни любви.

Буркут окоченел от голоса и взгляда Гульбаршын. Ее звериные глаза испепеляли его душу и возбуждали страх внутри мужчины. Женщина сделала шаг назад от Буркута и тут же обратилась в волчицу. А рядом с ней уже стоял большой волк. Это был Асмет. Он взглянул на брата карими глазами и через мгновение в лунном свете два волка побежали к Темному лесу.

Буркут стоял один на горе и впереди его ждала тысяча лет одиночества.

Конец.