Дождливая ночь не успокаивает

Зачастую, когда за окном идет дождь, это обычно говорит о хорошем и приятном времяпровождении, если тебе никуда не нужно идти. Наблюдая, как капли воды бьются обо все подряд, ты получаешь некое удовольствие. Стоя и наблюдая за процессом погодных условий, понимаешь, что это то, чего не хватало после тяжелых загрузочных дней. Каждая капелька ударяется о листья деревьев, перепрыгивая друг на друга; создается ручей из воды, позволяющим детям позже соревноваться, чей кораблик приплывет быстрее к сливу, а также завораживающе можно смотреть на стекающие капли воды по окну, где они соединяются и скатываются вниз, образовывая более крупную каплю.

Когда ливни с молниями, то это создает внутри страх. В любой момент произойдет перебои с электричеством; молния может ударить по дереву, и то обвалится, а кого-то даже сможет затопить. В любом случаи всегда приятно наблюдать за происходящим коллапсом, попивая горячий чай. Но не в моем случаи.

Нынешние погодные условия никак не приносят мне удовлетворения. Вот вообще никакими способами. Этот чертов ливень не дает нормальной видимости, обильно покрывая стекла машины литрами воды. Дворники уже не помогают, и кое-как через размытую оболочку пытаешься всмотреться на то, что хоть что-то напоминает дорогу. Фары лишь ухудшают видимость из-за яркости и блеска от воды, но так я хотя бы различаю контуры дороги.

Что хоть как-то поддерживает мое состояние, так это забавная собачка в салоне, чья голова прикреплена к телу с помощью пружины. Она покачивается из стороны в сторону, болтая своим языком, и просто забавно это делает. Вроде и спокойно, но настроение не поднимает.

Я просто не понимаю, сколько осталось времени ехать. Этот ливень все никак не хочет заканчиваться, а бензин почти на исходе. Я пытался послушать музыку, чтобы разбавить обстановку и шум от дождя, что разрушал тишину, но из-за погоды радио не хотело работать. Нужно бы кассеты прикупить с музыкой. Хоть так мои страдания от долговременной скуки разбавятся игрой на саксофоне или пианино.

Дорога стала скользкой. До этого моя резина еще как-то справлялась со стойкостью, но из-за поворота она скользила и слегка уходила вбок. И так ни черта не видно из-за дождя. Так еще нужно следить за тем, чтобы я не перевернулся и не свалился за обочину. Вообще странно… Живя в такой стране, где с деньгами, считай, нет особых проблем, они все равно остаются. Вечная проблема с фонарями или дорогой остаются стабильной на протяжении многих лет. Как раз здесь этих столбов со светом и не хватает. Фары вообще не справляются, хоть как дергай их или направляй. Все равно будет все мутно и скрыто. Был как вариант, где-нибудь припарковаться и заночевать в салоне. Сиденье откидывается прекрасно. Даже шторки прикупил специальные, чтобы окна прикрывать от чужих глаз. Но меня останавливало именно это место, где в любую минуту может вылезти кто-то и тупо ограбить меня. Так что решил не рисковать.

Заряд телефона мал и связи нет, падла. Всегда из-за погодных условий пропадает связь. Хотя я еду сейчас в каких-то дебрях, где ни души, ни даже оленя на дороге. Или кролика… Да кто угодно. Здесь только я и качающая голова собачки в салоне. Это даже жене не позвонить, черт. Она явно переживает. Время позднее, почти час ночи. Задержали, как обычно. Доработки, недоработки, а доплаты не будет. Мразь пузатая, слишком жадная и хитрая, но пока других возможных мест для меня не нашлось. Еще и краска на лице не оттерлась до конца.

Не справившись с управлением, машина начала перекатываться. Непонятно, по дороге или со склона, но что-то в гуще дождевых штор я заметил темную, будто с размером в стену, хреновину. Резкий поворот и вот машина начала колбаской катиться куда-то. Деформация металла, треск оболочки, осколки стекла – все это разлеталось вокруг. Благо ремень держит меня, от чего сильных повреждений я не получаю. Если не брать в счет подушку безопасности, что хорошо въехала мне в нос.

И вот тряска кончилась. Машина включила аварийку, и снаружи виднелись желто-оранжевые лучи, мигая и слегка показывая дорогу, которая мне была не под силу. Кружилась голова и тянуло рвать. Тело не слушалось, не позволяя делать даже базовые вещи. Я не мог просто отстегнуть ремень. Руки уходили куда-то далеко в стороны, пока кто-то наблюдал мои нелепые попытки дотянуться до кнопочки. Я заметил его сразу же. Темная фигура стояла вдоль дороги, наблюдая за произошедшим. В глазах он двоился, но контур человека можно узнать где угодно. Он будет так же стоять, как истукан или все же решиться помочь мне, остается только гадать.

Кровь начала переливаться в голову, из-за чего пошел отказ в ногах. Я чувствовал, как голова становилась тяжелой и горячей. В кусочке зеркала, что остался еще в салоне, увидел, что голова моя вся красная от подбородка до макушки, благодаря свету аварийки. Про уши вообще стоит промолчать. Красные, как спелое яблоко. На верхней губе были остатки крови, но оно обратно затекает в нос, что делает еще хуже.

Из поле зрения пропала фигура. Стоило на секунду посмотреть на свою красивую физиономию, как сразу же местная аномалия испарилась. Но неожиданный пинок с левой стороны по стеклу двери слегка даже подбодрил и напугал меня. Кто-то выбил остатки и, пригнувшись, пытался отстегнуть ремень. Недолго пытавшись найти небольшую кнопочку, незнакомец просто срезал ремень ножом, который он взял с собой. Зачем-то. Я свалился мешком вниз, порезавшись о несколько кусочков стекла, валявшись вокруг после аварии.

- Парень, с тобой все хорошо? Ноги, руки? Ау! Ты еще тут?! – начал трясти меня и пытаться выбить с меня хоть какую-нить буковку.

Видимо, мое состояние выдают полузакрытые глаза, веки которых мне тяжело оставлять открытыми.

- В-все не так уж… и… плохо… – еле выдавил из себя, пытаясь не казаться беспомощным. – Я встану… Не переживайте…

- Черта с два! Подожди чуток, и я тебя вытащу.

Он откуда-то достал какие-то инструменты. Тяжело разглядеть, что именно у него в руках. По всей видимости, у него с собой либо мультитул, или походная сумка со всеми вещами, которые ему нужны. Он начал выламывать дверь, оторвав ее с основания. Таким образом он открыл для себя возможность быстрее добраться до меня. Как в играх машина не загорелась, уже хорошо. Он потянул меня за ногу, слегка не понимая, что это еще сильнее царапает меня. После небольшого стона от боли, он другой рукой слегка приподнял меня и дальше тащил с машины.

- Твою мать, как ты вообще попал сюда? – недовольно спросил мужчина.

- Домой ехал… Не доехал…

- Вижу, – вздохнув, сказал он. – Как бы тебя подцепить та. В дом понесу, отлежишься, а утром вызову эвакуатор.

- С-спасибо… – кое-как ответил.

- Пока не за что. Вот доживем до утра, там и отблагодаришь.

Он поднял меня, закинув руку через шею, как раненого солдата на войне. Он тащил меня, пока мои ноги шкрябали мокрый асфальт. Голове становилось легче, но все равно она кружилась. Резко скрутило живот, и вся субстанция слегка зеленоватого цвета резкой струей, как выстрел, вылетело из моей глотки. Вода быстренько смыло мою рвоту, не оставив и следа.

- Черт, теперь еще и лечить тебя нужно. Не переживай за лекарства. В доме оно в достатке, – со смешком сказал мужчина.

А мне ли переживать? Я, считай, в полумертвом состоянии, где нет ответа: «А выживу ли я вообще?».

Он принес меня в какой-то огромный дом, более схожий на особняк. А его внутренности вообще напоминали отели, где прямо по ковровой дорожке расположился ресепшен. Прямо за ней была доска с вбитыми гвоздями, на которых висели ключи. Они были все заняты, будто про это место никто и не знал.

Мужчина, что, возможно, является хозяином этого места, сцапал ключ и понес меня на второй этаж. «Прости что так. Просто первый этаж сейчас на техническом ремонте», – объяснился, будто чувствуя вину за это. Положив меня на кровать, я просто уснул. На секунду сомкнул свои глаза и ушел в грезы…

Очнувшись, на тумбочке возле меня стоял стакан воды и немного фруктов. Прям как в больнице, когда приходят навестить кого-то из близких. За окном так же лил дождь, будто становясь еще более разъяренным и не хотел успокаиваться. Встав с кровати, меня слегка шатнуло. Видимо еще нормально не отошел после той аварии. Выпив весь стакан, так как мучила жажда, я вышел в коридор. Он напоминал типичный отель с длинным коридором и множеством дверей, на которых были таблички, обозначающие нумерацию каждой комнаты. Ковер был в непонятных пятнах, а двери были в старческих трещинах. Я бы мог предположить, что это место открылось недавно и все финансы ушли на обустройство всего здания, а денег на лучшие вещи просто нет, но внешний вид самих коридоров создавал только сомнения таким мыслям, больше убеждая меня в том, что оно просто само по себе такое старое и забытое человеческой жадностью и совестью. Я даже не оценивал интерьер комнаты, в которой лежал, но возвращаться пока никакого желания не было.

Спустившись вниз, мужчина стоял за прилавком, откуда обычно и принимают посетителей. Видимо, он и вправду хозяин этого места.

- О, очнулся, – радостно сказал он. – Присядь да расскажи мне, кто ты таков.

Он вытянул из-под себя табуретку и поставил перед собой, как в барных стойках.

- Майк зовут меня, – представился мужчине, присаживаясь на деревянный табурет. – Ехал домой с работы и резко пошел ливень. Я часто проезжал через эту местность, но дождей ранее не было. Не справился с управлением и перевернулся. А дальше вы сами знаете.

- Да, ты говорил про поездку домой в своем таком слегка подбитом состоянии, – наливал в стакан воду. – Это тебе.

- Спасибо, – выпил с такой жадностью, будто не пил такой же стакан пару минут назад.

- А кем работаешь?

- В одной разъездной организации. У меня в основном бумажная волокита и редкий контакт с людьми.

- И нормально платят?

- Хотелось бы… Но наш хозяин нажрал себе пузо и большую долю забирает себе. Я бы хотел уйти, но рисковать не хотелось, оставляя голодными семью.

- Ого, так ты еще и не один. Жена, дети?

- Жена Ребекка и дочь Сьюзи. Ей шесть недавно исполнилось, а папка, как обычно, не был на празднике из-за работы.

- Жуть…

- Вы бы знали, как я себя ужасно чувствую. “Жуть” еще мягко сказано. Но она не в обиде на меня. Она понимает, почему так происходит. Лучше бы не привыкала к такому, но что поделать.

- Да. Самая сильная боль, это обида от собственных детей. Доверие к ним получить сложнее, чем потерять. Особенно во взрослом возрасте. Моей двадцать два года. Поступила в «Калифорнийский университет» в Лос-Анджелесе. Так же уделял мало времени, даже не смотрев, как растет собственное дитя. Конечно, обида на меня есть, и я ее принимаю. Помог в поступлении деньгами, но детей не купишь. Теперь не знаю, что и делать.

- Вот и я особо не понимаю.

- Эй, не кисни. Может, до ее десятилетия и найдешь что-то. Мир большой и есть где разгуляться. Однажды найдешь то, что тебе будет по душе и времени на семью останется в достатке.

- Вы правы… А вас, простите, как зовут?

- Роберт. Я хозяин этого места. Ты, возможно, заметил, что оно не в лучшем виде. Я приобрел уже готовый бизнес и из-за нехватки времени не успел осмотреть само здание, как документы уже были подписаны. Я купился на фотографии нового и уютного места, а получил эту дыру. Люди редко сюда заходят, но этот отель был у какой-то шишки выше. Так что меня сняли с налогов, а коммуналку сократили вдвое. Платежки не столь высоки. На оплату дочери хватает.

Наконец я мог разглядеть этого мужчину за стойкой. На вид ему было все пятьдесят. Он уже был седоват, а кожа его свисала прямо с клетчатой рубашки, что мято сидело на нем. Не представляю, какие у него могут быть проблемы со здоровьем, но он в своем возрасте смог дотащить меня до второго этажа.

- Удобно, – ответил я с небольшой паузой, пока пытался переварить его образ.

- Да… Тормозишь еще слегка. Да и спал ты мало. Около часа или даже меньше. До рассвета еще очень рано. Иди, отлежись. Если что, зови.

Я молча встал, покивал ему и пошел обратно в комнату.

Лежа на кровать и приняв удобное положение, я снова пытался уснуть. В этот самый момент, когда уже ничего не предвещает беды, я наконец-то получил спокойствие от звука дождевой воды. Эти постукивания в окне создавали нужную атмосферу, и я с легкостью смог уснуть. Но сон был странным и слегка пугающим. Хотя скорее неприятным.

В самом здании вырубился свет после громкого грома. Я вскочил с кровати, но глаза еще не привыкли к темноте, так что вокруг меня была лишь мрачная пустота. Спустя какое-то время возле окна засветилась свеча. У меня появилось желание взглянуть в окно, и я это сделал. За окном дождь закончился, а на окне оставались капли, а края были будто запотевшими. На землю опустился туман, что покрывал густой лес вокруг, а снизу, улыбаясь и смотря прямо на меня, стоял клоун. Он пристально смотрел на меня, не моргая и не шевелясь. Как обычно бывает во снах, ты не особо чувствуешь что-то, но и сделать с этим ничего не можешь. Я просто пялился на него, а он на меня. Но все же где-то в глубине ощущалось какая-то безысходность. Он в любой момент может просто появиться за моей спиной, отдернуть меня, а я из-за страха быстро очнусь в поту. Но ничего не происходило.

На подоконнике еще лежал пустой стакан, небольшой фонарик и дневник. На нем неразборчиво были написаны инициалы, но одну букву я точно могу разглядеть. Букву “Р”. Стоило отвлечься, как клоун исчез. Остается только повернутся и я очнусь. Но сзади меня никого не было. Все эти банальные догадки или ощущение, что ты все знаешь, просто ломались. Это почему-то напрягало куда сильнее, так как ты теперь не понимаешь, а что происходит на самом деле? Внутренний интерьер комнаты остался неизменным, хотя обычно такие места во снах остаются в искаженном состоянии. Выйти, как правило, тебе не позволяют, но и приходиться играть в эту жалкую игру с наблюдением и ожидании ужаса, что может достичь тебя в любой неподходящий момент.

Внутренний голос стал твердить мне: «Хватит ждать. Просто дерни за ручку и все пройдет». Так и я поступил. Стоило лишь коснуться дверной ручки, как тут же моя рука с ней просто слилась. Я не мог отдернуть руку, но мог взаимодействовать с самой дверью. Открыв ее, в ней была пустота, где вдали мигала одинокая лампочка, под которой стоял тот самый клоун и так же улыбаясь своими пустыми безжизненными глазами пялился на меня. Чего больше всего хотелось, так это конца всего этого неясного и необъяснимого кошмара. Все происходит не так, как обычно происходит в обычных сценариях. Последующие сцены непредсказуемы, и ты прибываешь в полной растерянности.

Кошмар закончился.

Просто и неожиданно смотря на этого клоуна в мраке, я очнулся очень спокойно. Не было ощущения страха, будто ничего мне и не снилось. За окном так же бушевал ливень, а никакого тумана и тем более намека на клоуна просто не было. Стрелки часов перестали идти, застыв на трех часах ночи. Выйдя в коридор, он было зловеще пустым и царила гробовая тишина. Он и до этого не блистал огромным количеством людей, но именно сейчас атмосфера поменялась. Воздух будто стал сырым, словно серая тучка пронеслась по коридору, оставив частичку себя, впитавшись в стены.

Спустившись, за стойкой так же сидел Роберт, но молчал. Он не был так рад меня видеть, что было немного обидно. На его лице читалось, будто я ему что-то сделал. Я подошел к нему, а он просто вкинул: «Возле твоей машины кто-то крутился. Иди проверяй». И, замолчав, чем-то шуршал под стойкой.

Взяв зонтик, что лежали кучей на кресле у входа, я вышел на улицу. К ливню присоединился ветер, и зонтик мало чем помогал, заливая в мои кроссовки воды, но зато верхушка моего тела остается сухой. Лишь пару капель попадает в пояс, но это не критично.

Роберт не соврал. Возле машины, правда, кто-то был. Багажник был вскрыт и пуст. Я даже не помнил, что там такого ценного было, чтобы все своровали подчистую. Развернувшись, я снова вернулся к себе в комнату, пока Роберт, так же шурша, сидел под стойкой.

Нужно было снова уснуть. До рассвета еще времени уйма, а этот чертов ливень все никак не хотел заканчиваться. Слышались за пределами стен всякие шорохи, в других комнатах падение предметов и что-то шкрябало стену. Вероятно, это крысы прячутся от непрекращающегося прилива воды. Сомкнув глаза, я будто попал в фазу быстрого сна. Перед моими глазами появлялась всякая неясная и быстропроходящая жуть, но все это было неразборчиво. Достаточно просто поднять свои веки и все это кончиться, но мне всегда было интересно: А смогу ли я впасть в полноценный сон в этом состоянии?

Мои попытки быстро прервал стук в мою дверь. Роберт, может, что-то обсудить захотел или просто вышвырнуть меня отсюда. Может, он ждал от меня, когда заплачу за ночлег, и просто молча обиделся, что я даже не поблагодарил его. Хотя в той аварии, когда он меня вытащил, я вроде сказал ему это заветное слово. Будто важная персона ждет похвалы за то, чего его не просили. А может, он хочет предложить мне позвонить? Вроде как я видел у него телефон и может даже связь есть.

Открыв дверь, за порогом никого не было. Появилась очень странная и пугающая кровавая дорожка, что точно выделялась на фоне красного коврика, заляпанный каким-то пятнами. Это я подмечал и ранее. Кто-то кого-то тащил, так как след выглядел именно смазанным вдоль, как при мойке пола водой, оставляя разводы от всяких порошков.

Сразу же лезли мысли в голове, что таинственный грабитель проник внутрь и убил Роберта, или принес тайком через вскрытое окно в одной из комнат тушу животного и демонстративно пронес его, чтобы напугать и таким образом заявить о себе. Но это не сильно работало. Захотев вернуться в комнату, в конце другой части коридора стоял тот самый клоун. Он смотрел на меня, приклонив голову слегка набок и держа свои руки за спиной. Ловким движением одной руки он вытянул что-то длинное и огромное, напоминающие ржавые ножницы. Их острие было заточено и на вид лучше, чем сама оболочка ножниц. Он схватил другую часть второй рукой и чикнул пару раз, показывая тем самым, что лучше бы я бежал, а он даст мне небольшую фору. И это сработало.

Выбежав из здания, я зачем-то ориентировался по кровавому следу, который почти был смыт дождем, но что-то еще оставалось. Позади себя слышал металлические скрежеты и замыкание двух лезвий между собой, создавая звук чирканья зажигалки. След же привел меня к контейнеру, что стоял позади дома, и он был открыт. Оттуда выливалось что-то красное. Войдя в него, на полу лежал труп Роберта, с которого шла еще теплая кровь, развеивая металлический запах вокруг небольшого помещения. Меня охватил приступ тошноты, и все содержимое я снова вывалил наружу, попав на тело Роберта. Зрелище неприятное, но в самой блевотине кроме воды ничего и не было.

Позабыв, а затем, резко вспомнив о моем преследователе, я хотел закрыть контейнер изнутри, но по улице никто с огромными ножницами не бегал. Сам звук его существования просто исчез в потоке дождя. Даже не виднелись темные силуэты вдали дороги и деревьев.

Облокотившись о стенку и переводя дыхание, сбоку от меня шло непонятное свечение. Другой конец контейнера стал больше, где в этой трубчатой и растянутым проходом извивались в пляске и смешивании несколько цветов. Точно могу различить сиреневый, синий и розовый. Все остальное танцует в каше. Выход с контейнера пропал, и лишь единственный путь был через этот непонятный проход.

Медленно проходя через него, он становился все шире и просто не хотел заканчиваться. Он искусственно растягивался, путая мое восприятие вокруг себя. Стенки были мягкими, и я мог даже словно разрывать их. Но за ними была лишь агрессивно извивающие бордовые краски, не желающие принимать меня к себе. Эти разрывы быстро схватывались и снова срастались, не оставляя и мелкой ранки или шрама, что их вообще трогали.

Стоило понять особенность этого места, ее стены будто услышали, словно за гранью сидит их создатель и внимательно наблюдает за всем, что происходит внутри его маленького проекта. Коридор значительно сузился и вместо длинного и бесконечного прохода, они начали расширяться змейкой. Они углублялись в разные стороны, создавая крутые повороты все с тем же необычным переливом цветов. Вскоре что-то стукнулось, разнеся эхом этот звук. Лабиринт сформировался.

По нему бегали мелкие чудики, которых я изначально даже испугался, но их рост кое-как дотягивал моего коленного сустава. Они выглядели как обычные дети, но их выделяли длинные когти на руках и ногах, неестественно вытянутые уши выше их макушки и обуглено-черный цвет. Кто-то в страхе или в веселье бегал по этому месту. То ли в догонялки или правда от кого-то убегали, пока что неясно. Находясь рядом с ними, внутри было ощущение не чего-то чуждого, а родного. Будто я вернулся ненадолго домой, радуясь проведением своего времени. Они так же весело убегали вглубь, а затем выбегали из другого угла, словно лабиринт сам себя закольцевал. Но знакомый скрежет остановил мою радость, заставив себя посмотреть, кто стоит позади меня.

За моей спиной стоял тот самый клоун, но уже в черно-белом одеянии. Его тело было вывернуто наизнанку, и части были вытянуты намного хуже, чем у тех чудиков. Он просто не мог нормально уместиться в стенах этого места, пытаясь аккуратно вместить самого себя, как паук в тесном пространстве. Но мягкие стены дают ему такую привилегию.

Его челюсть с заостренными зубами выпирали наружу, разрывая его рот вдоль шеи, спрятав глаза под слоями кожи. Он так же держал в руках ржавые огромные ножницы и проходя с натяжкой, как засор в трубе, пытался дойти до меня. Но все же что-то его останавливало. Будто между нами стояла какая-то преграда или невидимый барьер. Стоило сделать шаг мне, так он его тоже делал. Какой бы ногой не шагнул я, он это так же усердно повторял, не убирая свою широченную улыбку с морды. От безысходности я просто побежал, и он так же активно подключился к побегу. Он бежал, смеялся и разрывал стены своими ножницами, будто показывая свое величие и малые возможности с моей стороны. Мало что я смог бы сделать.

Стены не успевали срастаться, просто разбрасывая ткань повсюду, обнажив свои мрачные пустоты с теми бордовыми переливами, что крайне были не рады такому поступку. Они шептали что-то громко, жалуясь на его поступок и желая смерти. Их голос проник сквозь тело, пробираясь в каждую кость, оставляя внутреннюю метку или шрам, чтобы ты не забывал их. По пространству разлетались листы бумаг, что моментально сжигались, не давая возможности и коснуться их. Но одна попала мне в руку. Я схватил ее, остановился, и клоун прислужливо повторил за мной. Я начал читать.

«Майк этот странный. Подошел ко мне, сказал, что скоро вернется и вышел на улицу. Вернулся с каким-то вещами, будто для какого-то представления, окутав в них что-то объемное. Попросил сыграть с ним в игру, будто я его не видел и он молча пошел к себе, и переодевшись в этот костюм, вышел снова и начал пялить в свое окно. Так продолжалось минут десять, и это пугало. Он попросил в следующий раз сказать, что кто-то копался в его машине и просто игнорировать его существование, а затем снова зашел к себе и, видимо переоделся в сухое, так как одежда, в точности повторяющая ту, была без намека на попадание воды на нее.

После повторной странной прогулки он вышел из комнаты с огромными, как само его тело ножницами и погнался за мной. Я спрятался в одном из номеров и не знаю, как вызвать копов, ведь телефон остался у стойки. Похоже мне осталось не долго…» – запись была дальше оборвана.

В какой-то степени все встает на свои места. Неожиданные параллели с этим клоуном, странное поведение Роберта и та краска, что никак не могла оттереться от моего лица. Все это время я гнался за самим собой, как собачка за собственным хвостом. Его образ, возможно, является зеркальной проекцией меня самого или вообще моей второй личности, ведь кое-что о себе я утаил и смог умолчать. А может просто позабыл об этом из-за чертового дождя, что так сильно раздражает меня всю жизнь. Весь грим плывет, от чего детки потом убегали при моем виде, боясь, что я их трону. От того у меня появилось небольшое желание отомстить или доказать, что я стою чего-то большего. А эти ножницы… Даже и не вспомню…

Может, это все мой бред, и я скоро очнусь или все же пора признать свою таинственную личность, что не дает мне покоя ни один год. Сколько остается бродить по этому месту понятия не имею. Похоже, я заблужусь в чертогах собственного разума, позволяя этому существу дальше убивать невинных людей просто ради собственного веселья. Однажды мне удастся совладать с собой и вышвырнуть его из головы. Но на данный момент он часть моей жизнь, что лишает других их жизни…