Дождь

1

Петрович любил дожди. Не все, конечно, и не всегда. Ему не нравилась дождливая погода, когда лило не переставая несколько дней подряд. Это нарушало его обычный трудовой ритм, вносило беспорядок в размеренный образ жизни. А вот короткие летние дожди, тёплые и радостные — он любил.

В молодые годы они со Степановной вместе скакали по лужам, да и деток своих приучили принимать с благодарностью эти причуды природы.

— Нет плохой погоды, — любила приговаривать Степановна, — а есть неподходящая одёжка.

И Петрович всегда с ней соглашался, неохотно натягивая дождевик, хотя точно знал, что дождя в этот день не будет. Тучи, которые собирались с самого утра, промчатся мимо, уронив на иссушенную землю всего несколько тяжёлых капель. Выходя из дома, он аккуратно складывал дождевик и засовывал его в предусмотрительно прихваченную с собой наплечную сумку.

Степановна прекрасно знала это, наблюдая за Петровичем через приоткрытую штору, когда он уже в лёгкой курточке переходил улицу. И хитровато улыбалась ему вослед.

«Как же давно это было!» — вздохнул про себя Петрович, откинувшись в кресле и прислушиваясь к стуку дождевых капель о подоконник.

Дождь зарядил не на шутку — шёл уже третий день этого непрерывного «водопада». То утихая ненадолго, то вновь набирая силу, он всё лил и лил. И казалось, что конца этому не будет. Выходить на улицу не хотелось, и Петрович коротал время за небольшим ремонтом какого-то хитрого механизма непонятного назначения, который он с неделю назад подобрал около мусорного контейнера.

Штуковина эта была явно ручной, а не заводской, работы, да и спаяна была на скорую руку. Детали на плате тоже не страдали новизной, были изрядно потрёпаны, и наверняка дышали на ладан. Кое-что Петрович заменил из своих немалых запасов, а некоторые детальки докупил в ближайшем магазине радиодеталей.

2

Петрович ещё раз пробежался глазами по схеме, почесал затылок, призадумался и про себя проговорил негромко : «Ну что ж! Пора переходить к полевым испытаниям! Что-то мне здесь всё непонятно! Вроде бы каждая деталька на своём месте, а вот все они вместе как-то ни с чем не вяжутся!»

Петрович присоединил динамики и микрофон — на схеме ясно были обозначены разъёмы под эту периферию. И, наконец, подключил блок питания и щёлкнул тумблером. Ровным счётом ничего не произошло. Ну, разве что загорелся ровным зелёным огоньком светодиод. Петрович вздохнул, и… светодиод моргнул два раза, а в динамике послышалось несколько щелчков. «Вот это уже интересно! — подумал Петрович, — реагирует же на что-то!» В носу у него зачесалось, и он громко чихнул два раза.

«Будьте здоровы!» — отчётливо послышалось из динамика.

«Спасибо!» — машинально отозвался Петрович.

Голос был немного искусственный, но вместе с тем довольно приятный и благожелательный.

«И как тебя звать-величать? — решил он продолжить диалог, — и откуда ты такой взялся! Меня, кстати, зовут Петрович!»

«Знаю, я знаю! — отвечал голос из динамика, — давно к тебе присматриваюсь. По паспорту я называюсь совсем некрасиво, так что зови меня просто Кит. И спасибо, что подшаманил меня и подключил всё как надо! Я уж и не чаял вернуться из отключки! Скучно там и никчёмно! Извини, что болтаю много, просто надо проверить все связи, стряхнуть пыль с микросхем, как у нас говорят! Замолкаю! Если что надо — спрашивай!»

Петрович открыл рот, покачал головой, а потом понемногу пришёл в себя и проворчал: «Вот это да! Вот так девайс! Ничего подобного в жизни не видел, да и не слышал тоже! Где-то технический прогресс прошмыгнул мимо меня! Надо потихоньку, не спеша во всём разобраться!»

«Эй, Кит! Отдыхай пока, мне покумекать надо, — обратился он к девайсу, а про себя подумал, — и когда же этот дождь закончится, задолбал уже!»

«Без проблем, — донеслось из динамика, — ещё один час и двенадцать минут будет лить, а потом — солнце и лёгкий ветерок на несколько дней! Позже могу уточнить! И, пожалуйста, не отключай меня. Я пока поднакоплю нужной информации, чтобы по ходу не париться!»

3

Петрович плюхнулся в кресло, машинально посмотрел на часы и засёк время. За окном по-прежнему барабанил по подоконнику дождик то утихая, то вновь набирая силу. Он и без этого девайса точно знал, когда закончится дождь, но ему было интересно проверить, насколько правильным окажется предсказание.

Дождик постепенно стихал, и закончился ровно в обозначенное время — прямо секунда в секунду. «Молодец, Кит! — проговорил Петрович, вроде бы ни к кому не обращаясь, — прогноз был точен!»

«Спасибочки! — отозвался девайс, — премного благодарен за отзывчивость! Я стараюсь быть полезным. Да, да, понимаю, немного болтлив и словоохотлив, но ты меня пойми — я же там на помойке залежался и, честно говоря, соскучился по живому общению!»

«Да уж! В этом тебе не откажешь! Так что давай сразу договоримся — ты лишнего не болтаешь, и со всякой ерундой ко мне не лезешь. Отвечай коротко и по делу, безо всяких этих «а вот есть ещё такие варианты» или «а вот одна бабушка рассказывала…». И не надо мне по любому поводу зачитывать статьи из Википедии, если я тебя об этом специально не попрошу».

«Понял я, понял — не первый год в сети! — проворчал Кит, — замолкаю, блин!»

«И, пожалуйста, без «блинов» — терпеть этого не могу, и всякую ненормативную лексику тут тоже забудь, мне этого добра на улицы из молодых уст хватает наслушаться!» — Петрович откинулся в кресле и прикрыл глаза.

Кит ничего не ответил, а только тихонько сопел через динамик. «Может даже обиделся чуток, — подумал Петрович, — но уж лучше сразу его на место поставить, чем потом перевоспитывать!»

4

Выглянуло солнце, и Петрович засобирался в магазин. Кит что-то там тихонько бурчал про себя, так что и слов нельзя было разобрать.

«Что ты там пыхтишь?» — машинально спросил Петрович.

«Да ты никак уходить собираешься? В магазин за продуктами, или так прогуляться? Возьми меня с собой, не пожалеешь!»

«Уже пожалел, что не выключил тебя!»

«Ой, ой, не надо! — плаксивым голосом отозвался Кит, — я тебе пригожусь!»

«И чем же это ты мне можешь быть полезен? — спросил Петрович,— уж не сказки ли ты мне будешь по дороге рассказывать?»

«Могу и сказки, могу и книжку какую-нибудь почитать, музыку включить, или радио, да всё, что твоей душе будет угодно! Да, да, могу и просто помолчать… или помочь с покупками».

«Это как же ты мне с покупками поможешь?»

«Так ты надиктуй мне список, а я подскажу тебе, если забудешь что-нибудь в корзину положить! И да, там на плате есть разъём под наушники, надо их подключить и чтобы с микрофоном, хотя микрофончик у меня и встроенный есть, но он слабенький, в шумном месте может не потянуть. Тьфу ты, опять я разболтался!»

«Хорошо! — сказал Петрович,— вот список». И он продиктовал то, что собирался купить.

«Ещё масло надо сливочное добавить!»— проворчал Кит.

«А это ты с чего взял, — почесал Петрович затылок, — ведь, действительно, надо!»

«Прости меня! Пока ты тут вздремнул, я просканировал твой холодильник, и составил список. Он почти по всем пунктам совпадает с твоим, но есть нюансы!»

«Какие ещё нюансы? — возмутился Петрович, — ты мне тут не накручивай. Ещё начнёшь советы давать о здоровом питании!»

«А почему бы и нет — ты только попроси! Я тебе и калории посчитаю, а то вон уже и животик наметился!»

«Это-то ты с чего взял?» — смутился Петрович.

«Так дышишь ты тяжеловато, по твоей походке я и вес твой уже высчитал. Килограмм десять у тебя точно лишние! Не бережёшь ты себя!»

«Эх, Кит! Совсем меня заморочил, пойдём-ка лучше по магазинам пробежимся!»

«Как скажешь!» — ворчливо отозвалось в наушниках.

5

На улице опять моросил мелкий дождик. Зонтик Петрович не взял, решил, что обойдётся ветровкой с капюшоном. Кит разместился во внутреннем кармане и пока помалкивал. Он уже немного утомил Петровича своей навязчивой разговорчивостью. Хотя, подумав, Петрович решил, что болтал он в основном по делу.

Петрович зашёл в магазин, в котором он не часто закупал продукты, но который был ближе всего к его дому. Просто не хотелось ему мокнуть под дождём. Из соображений экономии он предпочитал супермаркет, который был подальше, но где всё было немного дешевле. В ухе легонько щёлкнуло, и послышался голос Кита.

«Так, так! Вот мы и пришли. Не торопись, и не хватай всё подряд, что тебе приглянётся. Давай будем затариваться строго по списку. И не крути головой, нет там ничего интересного. Двигайся в мясной отдел. Сегодня будем готовить полезный супчик!»

«Ого! Ты уже всё за меня решил, — пробормотал Петрович, — ну, пусть будет по-твоему, посмотрим, что из этого получится!»

«О! Привет, Петрович! С кем это ты там разговариваешь?» — вблизи оказалась взявшаяся ниоткуда Кристина.

«Привет, дорогая! А тебя каким ветром сюда занесло? Давненько мы с тобой не виделись, и куда же ты пропала? — отозвался Петрович, — могла бы и позвонить, чай не чужие мы с тобой!»

«И не говори, как-то закрутилась, завертелась, две работы сменила, с начальником разругалась, у дочки в школе неприятности. В общем, со всех сторон навалилось! Не хотелось тебе настроение портить».

«Это ты зря! Чем бы смог помог, если и не советом, так просто бы выслушал, посочувствовал».

«На добром слове спасибо, да я как-то и сама справилась. Всё более-менее улеглось уже. Да вот с тобой захотелось увидеться. Думаю, съезжу-ка в этот магазин. Дождик идёт, наверняка и ты сюда заглянешь. Так ведь и вышло! Так с кем же это ты сейчас разговаривал? Или уже сам собой?» — усмехнулась Кристина.

«Про меня — ни слова!» — пробурчал Кит в ухо Петровичу.

« Да так, книжку тут слушал, да задумался! — ответил Кристине Петрович, — подожди меня немного, я тут отоварюсь, а потом мы с тобой где-нибудь поблизости в кафушке посидим. Глядишь, там и дождик кончится».

6

Петрович быстро скидал в корзину самое необходимое из своего списка, рассчитался на кассе и вышел из магазина. Под козырьком его ждала Кристина, а дождик всё так же моросил. Кристина раскрыла зонтик, передала его Петровичу и взяла его под ручку, прижавшись на какое-то мгновение к его плечу. Кафе, про которое упомянул Петрович, находилось совсем рядом, так что они вскоре зашли туда и уселись за свободный столик около окна.

«Что ты будешь пить, — спросил Петрович, — я угощаю! Любой каприз за мои деньги!»

«Да я, как обычно, капучино погорячей и какой-нибудь кексик, хочется согреться, да и сладенького что-то захотелось! Ну и расскажи, в конце концов, как у тебя дела. Давненько мы с тобой не виделись! И выключи ты наконец свою книжку!»

«Да, да, конечно! Сейчас закажу нам кофеёк!» — сказал Петрович, не вынимая из уха наушник и отправляясь к барной стойке.

В наушнике что-то щёлкнуло, и послышался негромкий голос Кита: «Эй, Петрович, Кристина, конечно, молодец и красавица, и умница, но ты бы всё-таки поосторожнее с ней! Наушник, конечно, надо спрятать в карман, но я не отключаюсь, послушаю, чего она тебе там наговорит, а с тобой мы потом побеседуем».

«Да, давненько мы не виделись, — проворчал Петрович, когда вернулся, — так это ведь ты куда-то исчезла, и ни слуха от тебя ни духа не было! У меня-то всё нормально и как-то без перемен. А как у тебя дела, и вообще…»

«Ты знаешь, да, пропала, так пропала, были на то причины. Не хотелось на тебя это всё вываливать, да и чем ты мог мне помочь? Я, в конце концов, сама всё разрулила и со всем справилась. И вот теперь я здесь. Очень захотелось с тобой увидеться. Хоть ненадолго, хоть мельком, послушать твой мягкий голос. Мне так этого не хватало!»

«Вот бы и позвонила, поболтали бы! Советов, как ты знаешь, я давать не люблю, но выслушать, и, чего уж там говорить, пожалеть — это всегда пожалуйста! Но дело, конечно, твоё! — Петрович положил свою руку на ладонь Кристины и тихонько погладил её, — не грусти, ты же говоришь, что сейчас всё наладилось, и я здесь, никуда не делся!»

7

Они проговорили ещё какое-то время, обменялись ничего не значащими событиями из жизни. Разговор как-то не клеился. Не было уже той близости и понятливости, которая сопровождала их в предыдущие встречи. Что-то пропало, развеялось, утратилось чувство новизны, неизведанности. Петрович почти физически чувствовал, что у них с Кристиной нет никакого будущего, что они такие разные, и стали так далеки друг от друга. Ему стало невыносимо грустно и одиноко.

Похоже, что то же самое чувствовала и Кристина. Былой блеск в её глазах потух, смысл в словах терялся. Всё казалось ей таким бессмысленным и нелепым. Она не понимала, зачем пришла сюда, зачем побеспокоила Петровича.

Они оба замолчали, и какое-то время просто сидели напротив друг друга, погрузившись в свои мысли.

«Ну, что же, — Петрович посмотрел в окно и проговорил, — пора прощаться. Дождик вроде бы закончился. Да и мне уже пора».

«Да, да, — заторопилась Кристина, — и мне уже пора. Всё-таки я рада была тебя увидеть, хоть и ожидала совсем другого».

«Может как-нибудь ещё… — Петрович замолчал и задумался, — хотя даже и не знаю, встретимся ли мы ещё когда-нибудь. Сейчас мне кажется, что ты где-то далеко-далеко, что ты тогда исчезла, а сейчас хоть и появилась, но не вернулась. И вернёшься ли ты когда-нибудь…»

Они вышли на улицу, легонько обнялись, и разошлись каждый в свою сторону.

Петрович вынул из кармана наушники и прислушался. Что-то щёлкало в них, звучал какой-то фоновый шум, как будто где-то вдалеке проезжали машины, прогрохотал трамвай, потом промчался поезд, пролетел самолёт. И наступила тишина. А потом сквозь эту тишину пробился шум дождя.

Январь-август 2025 года