Долг

Утро. Вполне обычное утро обычного мегаполиса. Что может произойти, в маленькой съёмной квартире молодой женщины в столь ранний час? Вот и я думаю, что ничего. Только если эта женщина не Алиса Мейер, то есть я! Возвращаясь с ночной смены в патологоанатомическом отделении, по-простому морг, мне просто хотелось завалиться на кровать и притвориться одним из своих пациентов. Простое желание уставшего человека. Но кровать оказалась занята огромной смуглой тушей, нагло укравший мою маленькую мечту.

Недолго думая, я подошла к кровати и с силой пихнула тело кулаком. В ответ услышала нечленораздельное мычание лица в подушку. Парень даже не думал вставать. Я почувствовала нарастающее раздражение.

— Ме-е-еф! Не будь свиньёй, я только с работы, кыш с моей кровати в свой мир!

— Мне и тут хорошо, малышка. Почему бы тебе просто не лечь?

Тело лениво развернулось набок. Не зная, кто он такой, я бы, возможно, была бы не прочь пофлиртовать: красивый, загорелый ловелас притягивал своей наглой улыбкой. Но я с этим джинном, да-да, не человеком – джинном, знакома уже достаточно давно, чтобы выработать иммунитет к его подкатам. И сейчас, кроме возмущения, во мне не было ничего.

Я предприняла вторую попытку спихнуть здоровяка, но он был быстрее. Одним рывком он схватил за край моей водолазки и дёрнул — и вот я полулежу на краю кровати. От Мефисто исходил жар. Рядом с раскалённым железом, казалось, не так жарко, как с этим джином. Его насмешливые, искристые янтарным переливом глаза наблюдали за моей реакцией.

— Разве тебе неприятно побыть со мной рядом? Я ведь могу помочь тебе расслабиться, ты только скажи.

Он придвинулся ближе, но коснуться не посмел. Точнее, условия контракта не позволяли ему самостоятельно коснуться меня. Хотя этот подлец всегда находил выход — не зря же является джинном, существом совершенно иного порядка, чем люди. Спасибо надо сказать моей бабушке, что умудрилась поймать его на контракт, и теперь женщины нашего рода находятся под его защитой. Мама, правда, особо не пользовалась его «услугами», предпочитая вести обычную жизнь домохозяйки. Но я такой подарок упускать не намерена... Тем более с моей работой патологоанатома и не всегда удобной способностью контактировать с астральными духами умерших, его помощь никогда не бывает лишней. Особенно в выяснении весьма интересных тайн, приносящих неплохой доход вдобавок к зарплате. Хоть и приходится за услуги джинна «платить».

— Оставь надежду, Меф! Она тебе не к лицу. — Я приподнялась на локтях, отодвигаясь от Мефисто к краю, на что он лишь выгнул бровь. — Была я, кстати, у нашего последнего клиента. Ты ошибся. У него не было той древней вазы. Обычная сувенирная подделка. Его обманули, и за это он так глупо погиб.

Парень безразлично пожал плечами.

— Нет так нет. Будут другие трупы с сокровищами.

— С тебя завтрак. Я сразу говорила, что это туфта. Так что ты проспорил. И встань уже с кровати!

Мефисто усмехнулся, но встал, прощеголяв в одних трусах в сторону кухни. Но распластаться морской звёздочкой на нагретой джинном постели мне не дал пронзительный дверной звонок. Я готова была взвыть от досады, но, взяв в себя руки, шумно выдохнула и направилась к двери.

За дверью увидела курьера с посылкой. Видимо, выглядела я не очень, — после ночного дежурства-то, — и, возможно, даже злобно, потому как парниша растерялся и ещё раз взглянул на номер квартиры.

— Здравствуйте, вы Алиса Мейер?

— Да, я.

— Вам посылка, распишитесь, пожалуйста, в получении.

Я скептически осмотрела маленькую коробочку в плёнке в его руках. Мне некому было отправлять посылки. Маме явно не до этого, бабушка уже полгода, как умерла, подруга скорее сама приедет. Но имя и фамилия мои, а значит, это не ошибка. Я быстро сделала размашистый росчерк в протянутой бумажке и забрала лёгкую посылку. Я прошла на кухню. У плиты уже хозяйничал Мефисто, что-то поджаривая на сковородке. Любопытство взяло верх, и я разорвала плотную плёнку. Цветастый картон, украшенный изображениями пионов, напомнил любимые картины бабушки, один только взгляд на них — и ты уже мог почувствовать дурманящий до головной боли запах цветов. Открыв крышку, я заметила только маленькую, смутно знакомую брошь в виде цветка и письмо.

Пожелтевшая бумага, сложенная вдвое, привлекла моё внимание больше, чем повидавшая жизнь потёртая брошь. Поэтому я решила сначала прочесть таинственное послание. Я не стала садиться за стол, взяв в руки тонкий листок и раскрыв. За спиной тут же возник Мефисто.

— Неужели у тебя появился поклонник? Он что, из прошлого века?

Я лишь цыкнула на любопытного джинна. И вслух начала читать рваные, волнистые строчки, словно письмо писали в спешке. И с первых же слов, странное, неописуемое чувство поселилось в душе.

«Здравствуй, Алиса. Не знаю, рассказывала ли Тереза обо мне, но я представлюсь: Розалия Хэнкс — родная сестра Терезы Хэнкс и твоя двоюродная бабушка».

Я пыталась вспомнить имя Розалия в разговорах с бабушкой, но кроме упоминания, что ба разорвала связи с семьёй, ещё будучи беременной моей мамой и строгого запрета хоть как-то пытаться, найти их, ничего не приходило в голову. Я задумчиво взглянула на Мефа, который уже накладывал в тарелку горячие гренки и яичницу. Стоя ко мне спиной, он, видимо, почувствовав моё замешательство, спокойно сказал:

— Если хочешь спросить про наш контракт, то нет. Условия распространяются только на Терезу и её потомков-женщин. Про её семью до контракта я не в курсе, да и зачем мне это.

— Ах, ну да. Когда ба тебя поймала, ты же её сожрать хотел. Душевных разговоров вы явно не вели.

— Было. Не очень-то приятно оказаться скованным условиями, знаешь ли. Тем более такому, как я. Но во всём есть свои плюсы.

— Хочешь сказать, что смирился и не попытаешься вырвать мне сердце, если наш контракт вдруг закончится?

Я чётко услышала его смешок.

— О нет. От тебя я бы пожелал заполучить нечто большее, чем кусок твоего тела.

— Ну да, ну да.

Джинн развернулся с самодовольной улыбкой и, не отрывая насмешливого взгляда от меня, не спеша подошёл вплотную и поставил тарелку с завтраком на стол.

— Завтрак готов, малышка. Я свой долг выполнил. А сегодня вечером время твоей платы.

Он провёл рукой над моей головой, словно гладил, не касаясь волос. Со стороны действие может и было милым и интимным, но я-то знаю, что кроется за его словами. Отбросив его руку от себя, я уточнила:

— А ты можешь проверить у себя в Астрале родственные линии ба? Не хотелось бы её тревожить лишний раз. Тем более она явно не желала восстанавливать эти связи.

Мефисто сморщился.

— Могу. Но не хочу. Тем более это ты вполне можешь и без меня сделать. А мне пора, слишком много упоминания старой карги за последние пять минут. Не скучай, малышка.

Не успела я возразить, как джинн просто растворился, как сигаретный дым.

— Трус! Ладно. Что там дальше в письме.

«Я хотела бы написать письмо Терезе, но, к сожалению, до меня дошла весть о её кончине. Эта новость лишила меня надежды на встречу с сестрой в этом мире, но я чувствую, что мы скоро встретимся за его пределами. Скорей всего, когда ты прочтёшь это письмо, меня и в живых не будет. А посему хочу напоследок сделать то немногое, что должна была сделать гораздо раньше для сестры. Наш дом — где я и Тереза выросли, встретили юность и первую любовь — я завещаю тебе, как последней из нашей семьи. А брошь — наша с сестрой тайная реликвия, вторая часть должна была быть у Терезы, и вместе они станут одним целым. Хотя бы так мы воссоединимся. Да и ты проверишь, что я не какая-то мошенница. Как хотелось бы написать больше, но руки меня плохо слушаются. Так что заканчиваю сие письмо. Надеюсь, ты не откажешься от своего рода, Алиса, как Тереза.

В Рейнвуде обратись к мистеру Нортону Селеману, он всё тебе расскажет по наследству.

Сожалею, что мы так и не познакомились, Розалия Хенкс».

Множество мыслей заполнили голову, не позволяя ухватиться хотя бы за одну. Взгляд упал на брошь, о которой упоминалось в письме. Значит, подобная должна была быть у ба, а это значит либо она досталась маме, либо лежит в коробках в гараже. Усталость брала своё. Я быстро прикончила завтрак от Мефисто, на удивление оказавшееся очень вкусным. Хотя об этом я, конечно же, ему не скажу. Взглянув на время, я решила, что два часа сна у меня есть. Чем и решила воспользоваться. Только перед тем, как погрузиться в пучины сновидений, я решила, что первым делом при пробуждении сто́ит наведаться в гараж.

Настырная мелодия будильника безжалостно ворвалась в мой сон, растворяя его в призрачной дымке. Мне предстояло прогуляться в пасмурный день до гаража. Маму я решила не беспокоить, ей бы со своей жизнью разобраться. Конечно, вся эта ситуация с неожиданно объявившейся родственницей пахла странной смесью подозрения и надежды. Почему через полгода после смерти ба мне приходит эта посылка, откуда узнали мой адрес, да и вообще узнали обо мне, если бабушка Тереза не поддерживала связи с «сестрой». Но с другой стороны — это ли не шанс разобраться в истории своей семьи, и для чего ба рискнула связаться с астральным миром и одним из коварных джиннов — Мефисто.

Оценив своё финансовое состояние, я решила прогуляться пешком до гаражей, а не вызывать такси. Перед тем как выйти, прихватила с собой наушники и брошь. Идти сквозь серый день, слушая альтернативный рок любимой группы — есть что-то в этом приятно-меланхоличное. Но даже музыка не смогла отогнать некстати возникшее воспоминание знакомства с Мефисто.

***

— Ба, а это обязательно?

Я с отвращением смотрела на цыганскую иглу в руках бабушки. Но ба одарила меня таким ледяным взглядом из-под очков, что впору было замереть статуей снежной. Мы стояли у круглого деревянного стола, за которым молчаливо сидела мама с пустым жёлтым листком. В маленьком зале, полным разных цветов в горшках и ярких пионов в вазах, было светло, а за окном только-только начало вечереть. Я, конечно, знала, что рано или поздно придёт и мой черёд поставить свою подпись в договоре с нашим хранителем-джинном. Но протыкать палец большой иголкой всё равно было боязно. Ба перехватила моё запястье, развернув мою ладонь кверху.

— Запомни! Джинн будет искушать, обещать исполнить все твои желания — не поддавайся. Ты хозяйка его — он твой помощник и защитник. Так и веди себя. Ни слова его, ни клятвы не стоят ни гроша — только договор имеет значение. И плата, о которой вы договоритесь друг с другом.

Это я уже год как слышала изо дня в день, сразу после пятнадцатилетия. И вот после моего вчерашнего дня рождения пришёл мой черёд. Мама так же, как и я в шестнадцать лет заключила договор с астральной сущностью. Но она настолько не хотела быть связанной с другим миром, что просто игнорировала джинна, пока он не перестал ей являться совсем, донимая при этом ба. Его сила зависела от платы, что он должен был получать от матери. А значит, сейчас он ослаблен и не удивлюсь, если очень голоден.

— Мама, ты уверена, что это того сто́ит. Зачем нам вообще этот джинн?

Мама, видимо, восприняла мой вопрос как отказ от ритуала, и попыталась воспротивиться ба.

— Замолкни, Энн! То, что ты отказалась соблюдать контракт, не освобождает джинна от защиты нашего рода. Считай, что повесила выплату кредита на Алису! И не забывай, внучка и так уже связана с тем миром, хочешь ты этого или нет!

Да уж, мама мне, конечно, подкинула не просто свинью, а озлобленного как коллекторы джинна. Но винить её я не могу, она просто хотела быть нормальной. Зато я сполна воспользуюсь дарованной возможностью. Даром ли, что я единственная, кто с девяти лет стала видеть астральные души умерших. Ба тогда даже не удивилась, сказав: «Вот и пробудилась грязная кровь».

Я не хотела наблюдать очередную стычку мамы и ба. Это никогда хорошим не заканчивалось.

— Ладно-ладно. Давайте начинать. Быстрее сделаем — быстрее освободимся и наконец-то поужинаем всей семьёй.

— Тебе бы у своей дочери поучиться принимать себя! — не преминула кинуть ядом ба.

«И это говорит та, что сбежала от своей семьи». — одними губами сказала мама. Благо бабушка не видела этого и, приняв молчание мамы за победу, довольно хмыкнула себе под нос. Я многозначительно посмотрела на маму, умоляя не продолжать спор. Она лишь отвела глаза, печально поджав губы.

Не сразу я почувствовала растекающуюся по венам жгучую боль от укола в безымянный палец. А бабушка Тереза уже поднесла мою руку к бумаге, оставляя внизу кровавый отпечаток. Договор кровью — банально, но действенно. Я почувствовала слабость, навалившуюся тяжёлым шерстяным одеялом. Ба заметила моё состояние и усадила на стул, пододвинув листок с моим отпечатком.

— Будь осторожна, Алиса. Помнишь, что я говорила? Не верь его словам! И помни кто ты. — слова ба долетали отрывками, сознание уплывало. — Ты справишься, не противься силе.

Всё вокруг стало темнеть, и последнее, что я увидела — лицо мамы и её подрагивающие губы, шептавшие одно: «Сопротивляйся». Мама, совсем мне не помогала...

Но несмотря на мольбу в глазах мамы, я решила для себя принять уготованную возможность владеть чуть больше, чем дозволено простому человеку. Бабушка уже давно готовила меня к этому дню, и мне совсем не хочется её разочаровывать. Поэтому я позволила своему разуму расслабиться и плыть по течению нечётких образов, сотканных из теней и слабых разноцветных искр. Я уже не чувствовала своего физического тела, видимо, оставшись лежать на столе в маленькой гостиной ба. Вокруг моего сознания всё постоянно менялось, словно я мчалась по трассе на спорткаре, пытаясь при этом разглядеть, что творится за окном. В какой-то момент всё остановилось и осело к моим ногам тонким слоем пепла. И темнота.

— Кто здесь? — донёсся из тьмы слабый шёпот.

Помня, что не следует отзываться на любой зов астрала, ибо можно наткнуться на не очень приятных существ. Потому промолчала.

— Я чую... — повторился, словно через силу выдавленный, тот же шёпот. — Молчишь. Ищешь кого-то определённого в коридорах астрала?

Кое-как я смогла одёрнуть своё желание ответить. Нельзя отвечать на вопрос астральных сущностей, иначе они ухватятся за тебя, точно клещ на прогулке по парку. И не заметишь, как жизненные силы начнут утекать, словно вода в сливное отверстие раковины.

— Умная девочка. Неслучайная гостья. Назови имя того, кого ищешь.

— Мне нужен Мефисто. — я постаралась, чтобы мой голос звучал уверенно. На просьбу уже можно было отвечать.

— Ме-е-фи-и-сто! — кажется, говорящий из тьмы был удивлён, растягивая гласные. — Давно я не слышал своего имени от людей.

Вместе с тем, как я поняла, кто со мной разговаривал, астральное пространство вновь исказилось и передо мной появилась большая комната. Интимный полумрак лишь приоткрывал некоторые детали образа, который явил передо мной джинн: бархатная кушетка и сидевший на ней идеально сложенный, загорелый мужчина, небрежно прикрытый шелковой тканью на одно плечо. Сама комната больше походила на зал для гостей: на полу стояли вычурные вазы, на стеклянном столике перед кушеткой подносы с виноградом, персиками и абрикосами. Запахов только не хватало, их не бывает в астрале. От этого картинка воспринималась искусственной, словно меня погрузили в 3D мир.

— Подойди ближе, ты же меня искала. Так вот он я — перед тобой. Представилась бы для начала.

— Я Алиса Мейер, и я пришла продлить контракт с тобой.

Подходить ближе я и не собиралась. Лицо Мефисто было всё ещё скрыто в тенях, но на мгновение сжавшиеся в кулак руки и то ли рык, то ли громкий выдох сквозь зубы выдали его отношение к услышанной фамилии. Бабушка была права, с ним надо быть поосторожнее — он явно наш род недолюбливает. Закинув ногу на ногу, джинн лениво протянул:

— Мейер. Значит, ещё одна на мою голову. Ты же в курсе, что Энн задолжала мне? Ну, посмотрим, что ты можешь мне дать.

— Я?

— Ты. И плата должна удовлетворить мои потребности в полной мере.

Нельзя сказать, что я была удивлена подобным поворотом. Ба предупреждала о том, что возвращение долга матери может лечь на мои плечи. Но вальяжный тон Мефисто, словно он делает мне одолжение, начинал бесить. Я растерялась, обдумывая слова и выискивая безопасные варианты платы. Хозяином положения сейчас был джинн, а этого никак нельзя было допустить. Мне срочно нужно было перевести игру на моё поле.

— НЕТ! Так не пойдёт. За долги с мамой рассчитывалась Тереза Мейер, я тебе ничего не должна.

Я старалась не выдать волнения. Говорила быстро и с напором. Мефисто, кажется, усмехнулся и растворился в сизой дымке, оставив на кушетке шелковую ткань, прикрывавшее его тело. Горячее дыхание коснулось моего затылка, дымок змейкой скользил у ног, колючим холодком царапая мои ступни. Он воспользовался ещё одним правилом астрала: не оборачиваться — иначе вернёшься в тело. И контракт без продления будет расторгнут с очень печальными последствиями для моей семьи.

— Тереза лишь поддерживала, но не выполняла все условия контракта с ТВОЕЙ мамой. Я истощён! Не думаешь ли ты, что, поливая цветок из кувшина, вода в этом кувшине будет появляться из воздуха?

Низкий мурчащий голос духа гипнотизировал, раздаваясь то справа, то медленно перемещаясь к левой стороне, он проникал в голову, словно во мне была гулкая пустота. О том, в каком виде он стоял позади меня, думать не хотелось.

— А разве цветок кувшину может дать воду, которую он требует?

Пытаясь сбросить мимолётное оцепенение и прогнать непрошеные мурашки, я ответила вопросом на вопрос, дабы не нарушить правило астрала.

— Нет, но в этот кувшин можно поставить сорванный цветок, и тогда он станет вазой.

— Странная аналогия...

— А тебе и незачем её понимать, главное, что теперь придётся предложить мне нечто более весомое, в обмен на мои услуги, мисс Мейер.

Я буквально почувствовала прожигающий взгляд, скользящий по спине. А может, это было настоящее ощущение его прикосновения. Собственным чувствам в астрале не стоило доверять. Я не торопилась с ответом, от меня зависела плата джинну, и здесь стоило проявить осторожность.

— Могу предложить обеспечивать тебя желаниями, возможно, даже желаниями других людей.

— Нет, это уже скучно, мне нужно что-то конкретно от тебя.

Его голос безапелляционно прозвучал очень близко, мои плечи защекотали кончики волос Мефисто. Он делал это нарочно!

— Но я пока только начинаю путь, не думаю, что мои возможные богатства, или материальные вещи заинтересуют астральную сущность.

— У меня есть предложение, но Тереза же наверняка предупреждала не слушать их, ведь я же коварный, алчный и беспринципный дух...

— Какое?

Я тут же прикусила губу, коря себя за проявленное любопытство. А Мефисто как сытый кот усмехнулся.

— А ты любопытная, малышка. Мне нравится.

— Это не то, что ты подумал, мне просто интересно твоё предложение.

— Поцелуй. Простой, как вы там говорите, человеческий поцелуй.

— ...

— Ищешь подвох?

— Почему не годы жизни, или обеспечить тебя физическим телом, или что там ещё желают джинны?

Конечно же, в этом был подвох! Какой ещё поцелуй! Это что — какой-то дешёвенький роман? Растущее раздражение позволяло мне держать разум чистым, хотя озвучивать максимально невыгодные для меня варианты платы было глупо. Но Мефисто, кажется, не собирался пользоваться этим шансом.

— Видишь ли, у меня почти всё есть, я многое могу, а твоя жизнь мне и даром не сдалась.

— А что даст тебе поцелуй?

— Ничего.

Зная, что я не могу повернуться, Мефисто огладил ладонями мои руки сверху вниз. Я отдёрнула руки, скрестив их перед собой и приобняв себя за плечи. Попыток прикоснуться ко мне ещё раз от джинна не последовало.

— Врёшь.

— Возможно, но решать тебе. Хотя есть ещё один вариант, но согласишься ли ты?

— ...

— Кровь. Несколько капель крови от тебя, и я в твоём распоряжении на некоторое время. Но, с каждым разом я буду требовать чуть больше крови, чем в прошлый раз. Так что подумай хорошенько, малышка.

— Это уже похоже на настоящее желание. Значит, Поцелуй или Кровь...

От волнения мысли путались, все предостережения ба разом захватили разум. Ничему нельзя было верить. Кровь — довольно ценная плата, но вскользь упомянутое Мефисто момент с постепенным увеличением платы означало, что в один момент это станет для меня опасно. Поцелуй. Я никого ещё не целовала, и джинн явно не был идеальным кандидатом для такого важного мне действия. Сколько раз я представляла себе первый поцелуй: нежный и робкий, под серебристым сиянием луны в парке, или у дома, когда перед этим смотришь долго-долго друг на друга и между нами проносились бы томительные минуты безмолвного диалога — признания без слов, поиск взаимных чувств в глазах и трепетном дыхании. И потом только ласковое касание губ. Мне бы это понравилось. Определённо. Но теперь эту мечту я должна была поставить на одни весы с собственной кровью. Отдать на растерзание астральной сущности.

— Если я выберу... поцелуй, то ты за каждую мою просьбу будешь требовать эту «плату»?

— Могу и так, а можем и договориться, например, на раз в шесть дней, и до следующей платы, как ты выразилась, я в твоём распоряжении. Но если я истрачу хотя бы половину своей силы, то восполнять её придётся раньше оговорённого срока, и немного большей «платой».

— Я не собираюсь доводить до этого.

Я услышала сзади снисходительный смех, словно я какую-то глупость ляпнула.

— Все так говорят, малышка.

— А как же моя мама? Энн Мейер? Она ведь вообще не пользовалась тобой. То есть твоей силой.

Мефисто цокнул языком.

— Нет, ты довольно метко сказала. Вы пользуетесь мной: лишили меня свободы, заставили зависеть от условий контракта и выполнять ваши прихоти, — кажется, джинн распалялся, — а твоя мать отказалась меня подпитывать, думая, что так избавится от меня или нарушит контракт. Только это так не работает. И по её вине я стал...

Он осёкся, кажется, едва не сболтнув нечто не предназначавшееся мне. Я буквально ощущала спиной его часто вздымающуюся грудь. Горячее дыхание, щекочущее затылок, постепенно стало ровнее. Мираж комнаты, до этого, словно в унисон с состоянием джинна, терявшее очертания, вновь приобрело яркие и реалистичные образы. Эта короткая передышка позволила мне ещё раз обдумать мой выбор. Я решилась.

— Мефисто, я выбираю поцелуй. Раз в четырнадцать дней.

— Хитрая, малышка, но нет. Раз в семь дней.

— Я не собираюсь так часто использовать твои способности. Пусть будет раз в одиннадцать дней.

— Согласен. Но если мне придётся задействовать ресурсы астрала, то с поцелуем возьму что-то ещё, что ты сама согласишься отдать.

Я задумалась, вроде бы всё было относительно безопасно. Осталось только согласиться.

— Хорошо, я готова заключить контракт с тобой, Мефисто.

От звука втягиваемого сквозь зубы воздуха, по спине пробежали холодные мурашки. Я стала сомневаться, правильно ли всё сделала. Нестерпимо захотелось обернуться, но это оказалось ненужным. По шее медленно заскользили горячие пальцы джинна, оглаживая кожу от ключиц к подбородку. Я не знала, как именно скрепляют договор в астрале, ба говорила — это каждый раз по-разному, в зависимости от платы. Поэтому я лишь закусила губу, ожидая, что будет дальше.

— Тебе разве не страшно от мысли, на что ты согласилась, Алиса?

Его, вдруг ставший на тон ниже, голос коснулся моего уха. Рука джинна обхватила шею, ощутимо кольнув заострёнными ногтями кожу.

— Что ты сейчас делаешь, Мефисто? — я постаралась сказать твёрдым голосом, не показать страх, змеёй обвивший сердце.

С издёвкой, колючий смех джинна волной пронёсся по фантомной комнате. И всё окружение: кушетка, столик, фрукты и даже стены — превратилось в бесформенный, клубящийся крупными всполохами черно-красный дым.

— Старая карга решила утаить о том, как заключаются контракты? Что ж, малышка, я тебе покажу.

Прямо передо мной сгустился чёрный туман, быстро обретая знакомые формы мужского тела, сидевшего на кушетке, — нагого тела. Резко подняв лицо, избегая смущающих подробностей, я впервые увидела лицо Мефисто. Смуглый, с крупными, красивыми южными чертами лица, он приковывал к себе взгляд. Уже тогда мне казалось, что самодовольная улыбка — вечная его спутница, как и прищуренные, словно у хищника, янтарные глаза. Я, казалось, стояла рядом с исполином. И хуже того, я совершенно растерялась, не понимая, что мне делать дальше. Мефисто явно наслаждался моим смятением. А потом потянул руку к моему подбородку, и аккуратно, но настойчиво приподнял моё лицо.

— Контракт заключается первой платой, Алиса. Ты должна мне поцелуй.

— Уже?

Глупый вопрос сорвался с губ, прежде чем я подумала. Мефисто наклонился, наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

— И знаешь, что самое приятное в этом? Поцелуй бывает разным, и где именно я буду брать «плату», на какой части твоего такого хрупкого тела буду решать я сам. Могу украсть твой первый поцелуй здесь.

Он с нажимом провёл большим пальцем по моим сжатым губам.

— Или здесь.

Вторая рука легла на грудь, отчего я дёрнулась было назад, но он тут же переместил руку на талию, притягивая меня к себе ближе. Я неотрывно смотрела в его глаза, запрещая с даже на мгновение опустить взгляд.

— Тише, контракт нужен больше тебе, чем мне, моя дорогая хозяйка. Так что изволь терпеть. Иначе поцелуй начнётся здесь.

Едва осознав, что рука джинна смещается ниже живота, я судорожно вцепилась в неё руками останавливая.

— Нет! Мефисто, ты сказал, что если я истрачу больше положенного твоих сил, то расплачиваться буду больше оговорённого. Но это твоё условие. Я требую включить и моё условие, по праву баланса.

Мефисто выгнул бровь, словно предлагая мне удивить его своей попыткой перехватить контроль. Я понимала, что дрожу перед ним, но даже так, мне просто необходимо было вернуть власть над собой, над этой ситуацией.

— Ты не смеешь меня касаться, кроме момента поцелуя в качестве платы!

Я выпалила это, даже толком не оформив мысль в голове полностью. Мне показался какой-то хищный блеск в глазах Мефисто. Но руки он убрал.

— Неплохо…неплохо. Тем интереснее.

— Что интереснее?

— Обходить твоё условие.

И не дожидаясь моего ответа, Мефисто приник к моим губам. Точнее, к уголку губ. Я совершенно не ожидала, что прикосновение джинна отзовётся лёгкой прохладой. Вздох удивления вырвался непроизвольно. Мефисто усмехнулся, обжигая дыханием щеку, и прошептал низким мурчащим голосом:

— Я не изверг, малышка. И твою детскую мечту о первом поцелуе ты разделишь точно не со мной. Помни об этой милости и не ожидай её более.

Я ощущала себя загипнотизированной: ни сдвинуться, ни вымолвить ни слова. Где-то в подсознании кольнула досадная мысль: «Он пожалел меня! Не поцеловал по-настоящему». Отчего-то стало обидно. Я бы продолжила запутываться в собственных мыслях, как бабочка в паутине, но Мефисто сделал шаг назад. И в этот момент меня накрыло двумя вспышками: в первой я увидела себя объятой пламенем, но огонь не был чуждым, наоборот, он шёл от меня и тёмного существа так отдалённо похожего на Мефисто, имеющего более демоническую форму — ярость, хаос и безудержное безумие сквозило в нас. Вторая вспышка явилась серыми облаками, окрашенными в лилово-оранжевые мазки рассвета, и себя я видела едва ли не призрачной девой, а рядом стоял некто, — совершенно несхожий с Мефисто, — исполинского размера с крыльями, высеченными из камня. Его можно было бы принять за ангела, если бы не холодный, лишённый каких-либо чувств взгляд, направленный прямо на меня.

Виде́ния пропали так же быстро, как и явились. Что со мной было, я не смогла понять, и Мефисто, кажется, не заметил этого момента. Его отвлекла некая сущность, подрагивающая, как помехи в телевизоре, серым пятном.

— Верховный зовёт тебя, и он недоволен.

— В пропасть, вашего верховного! Я приду, когда освобожусь.

— Как бы он к тебе не явился…

Я чётко расслышала угрозу в голосе сущности. Но Мефисто это не взволновало, он махнул рукой, рассекая ногтями воздух, и пятно исчезло. Не оборачиваясь, джинн прошипел:

— Контракт заключён, возвращайся к себе.

Спорить с ним и раскрывать все свои карты я не стала, и, обернувшись назад, меня одним неприятным, резким рывком, выбившим весь воздух из лёгких, вернуло к телу.