Долина Гликхам

Между цветущими кустами шиповника рассыпалась алая дорожка из опавших лепестков. Совсем рядом висели малиновые ветки, увешанные аппетитными ягодами. Насекомые сновали туда-сюда ведомые сладкими ароматами.

Темноволосая девушка тихонько ступала по тропе, стараясь остаться для них незаметной. Однако красная лента на её волосах стала отличной приманкой. Сердце замерло, когда чьи-то маленькие лапки защекотали затылок.

Тело охватила дрожь и словно током ударенная, девчонка рванула со всех ног в обратную сторону. Пару раз засохшие ветки царапнули по лицу и вот – долгожданная свобода.

Перепрыгнув через ступени, она заскочила в дом:

– Посмотри скорее, посмотри же, оно там? На спине? Там кто-то есть?!

– Мама, Лика снова притащила на кухню клопа! – громко заверещал младший брат.

Кровь отхлынула от лица:

–Только не это...

Облако, что скрывало ото всех свет, сползло с палящего шара. Полуденные лучи стали обвивать старые дачные занавески, скользить по табуреткам, возле маленького обеденного стола, чтобы зацепиться за чёрные локоны Ангелики. Зелёное, треугольное насекомое почувствовало жар со стороны окна и скорее полетело к нему.

– Ангелика! Не хочешь прогуляться до ларька с хлебом? – послышалось с верхнего этажа.

Девушка распахнула дверцы кухонного шкафа, выхватила из ящика звенящий мешочек с монетами и, тяжело ступая, выскочила на улицу.

– Дядя Гриша, передай маме, что я ушла за хлебом!

– Хорошо, – донеслось из кустов, – будь добра, захвати ещё муки!

– Ла-адно. – протянула Лика, закатывая глаза.

Тяжелая калитка скрипнула, когда она покинула двор. Телефон звякнул от нового сообщения. На экране высветилось «Лиора» и через пару минут Ангелика встретилась со своей подругой:

– Доброе утро, растяпа! – сказала златовласая, худенькая девчонка, протягивая панаму.

– Доброе... добрее не бывает. – хмуро откликнулась Лика, – Где нашла?

– Панамку-то? Под деревом, возле дома. Рассказывай: что случилось?

– Да, так... очередная прогулка по садовым джунглям! – она ткнула в дугообразную царапину с подсохшей кровью.

– Ого, кто на этот раз?

Ангелика многозначительно посмотрела на подругу и слов не понадобилось:

– Фе-е-е! – скривилась Лиора.

Девушка кивнула в ответ:

– Слава Богу, я его не раздавила. Как в прошлый раз.

– Да-а-а! А то ты израсходовала все шампуни. Мои. – сказала златовласка, выделив последнее слово.

– Я не понимаю: зачем нам столько ягод каждый год?! – продолжала Лика. – У нас это варенье ещё с позапрошлого года... если не с прошлого века.

Беззаботная болтовня девочек прервалась злорадским «Бу!». Сзади за плечи их приобнял высокий, белокурый парень.

– Меня обсуждаете? – подмигнул он Лиоре. Та же демонстративно закатила глаза.

– Опять ты...

– Не опять, а снова. – растянул он улыбку.

– Ты уже как бабушка твоя. Повторяешь всё за ней.

– Ц! Вредная как дед! Старушка, может тебе в пору будет вон тот старик у забора?

– Ах, ты...

Лиора замахнулась на Альберта, но тот убежал вперёд к Ларьку, прокричав «Кто последний, тот дырявый носок!»

Ангелика едва сдерживала улыбку, бросая ехидные взгляды на подругу. Белые щеки Лиоры вдруг загорелись румянцем, выглядывая из-под прозрачных прядей.

– В этот раз ты будешь дырявым носком! – прокричала она и умчалась в след за парнем.

«Провокация почти удалась!» – посмеялась про себя Лика.

Оставшись наедине с собой, голову девушки заняли тревожные мысли о будущем. Хоть экзамены и были сданы на отлично, все равно волнение о поступлении в университет давало о себе знать. Резкое торможение позволило ей вынырнуть из едких размышлений. Однако, после внезапной остановки последовало неизбежное падение. Растрепавшийся шнурок зацепился за проволоку, торчащую из заезженной окаменелой дороги.

– Безумный день! – Ангелика поднялась и принялась отряхивать камни, которые больно впечатались в кожу ладоней и колен.

Недовольства было не скрыть. Эмоции так и шли, не зная, куда деться. Физиономию исказило то ли излишнее отвращение, то ли гнев. Она кинула злобный взгляд на торчащую железку и стала завязывать шнурки.

– КАААР! – тень мелькнула прямо перед её носом.

Лика вздрогнула от неожиданности. Она краем глаза посмотрела на наглую птицу, но быстро оставила её без внимания. Однако, пернатый незнакомец не собирался отступать и через несколько секунд гаркнул ещё громче.

– Чего раскаркалась? – пробубнила под нос девушка.

Ветер подхватил песок и понёс его вдоль улицы. Птица зашаталась на железяке и не удержав равновесия, тут же вспорхнула, но не спешила улетать с пустыми лапами. Мигом подскочив к Ангелике, стащила с неё панаму и скрылась меж деревьев.

– Эй! Да, какого лешего!

Вероятность найти головной убор был крайне мал. Ноги расстроенно потащились к ларьку, где уже давно ждали друзья.

Каждый день перед обедом к магазинчику стекались и местные, и приезжие, чтобы урвать булку свежего хлеба. Тот заканчивался достаточно быстро. Время, проведённое в длинной очереди, стоило того, ведь выпечка была настолько нежная и вкусная, что съедалась в одночасье. Впрочем, кроме хлебобулочных изделий, пекари делиться ничем не собирались. Сколько их не просили, они отвечали: «Секрет фирмы!» или «Начальство не позволяет!» Однако, и хозяина никто никогда в лицо не видел.

– Наш дырявый носок пришёл! – воскликнул Альберт.

Лиора положила ладонь на лицо парня и легонько оттолкнула его в сторону.

– А где опять панама? – удивилась она.

Лика молча отмахнулась. Не скажет же она, что ворона унесла.

Пока девушки ждали своей очереди, Ангелика снова подалась в раздумья из которых её медленно вытащил хриплый голос, напевающий что-то под расстроенные струны. Девушка сморщила нос:

– Чего это он? – Спросила она Лиору.

– А? Что? – обернулась подруга. – Не знаю. Сидит тут иногда.

Лиора отвлеклась на несколько секунд, но этого хватило другу для кражи телефона из её сумки. Он помахал им перед её лицом и скрылся в толпе. Двое подростков обезумевши полетели через толкучку, оставив Ангелику в возмущенной толпе.

Минуты ожидания тянулись, но всё рано или поздно заканчивается. Люди постепенно разошлись, оставляя для Лики и её друзей небогатый выбор выпечки. Ребята забрали, что есть и договорились встретиться вечером.

Друзья быстро ушли вперёд. Ангелика все же решила немного задержаться. Людей вокруг уже не было, а обросший серой сединой старик всё пел и пел не прекращая. Для девушки смысл слов был не понятен, сколько она не вслушивалась. Она подошла к барду:

– Красиво поёте.

Затем протянула ему одну из булок хлеба.

Мужчина смотрел на нее, приоткрыв рот. Ангелика заметила, что некоторых зубов нет, а те что есть, покрыты жёлтым, многолетним налётом. «За всё время он ни разу не моргнул. Жуть!» – подумала она.

Руки старика лежали на инструменте, сколоченном мелкими гвоздями из старых, замызганных досок. Она вложила хлеб в раскрытые перед ней ладони и молча ушла.

Время шло не спеша. Солнце волочилось по лазурному экрану, вытягивая за собой тяжёлое тёмно-синее полотно со звёздами. Несмотря на загруженность дня, самым сложным оказалось пережить пару часов до назначенного момента. Она взяла свою сумку, заранее приготовленные бутерброды и отправилась на место встречи раньше нужного.

Скрипучая калитка не оставила без внимания домочадцев. Девушка уже была за оградой, как откуда-то сверху донеслось спокойным, но строгим голосом: – Куда это мы собрались?

Сквозь зелёную листву садовых деревьев проскальзывал мамин силуэт в окне второго этажа.

– Мы с Лиорой на берегу посидим чуть-чуть.

– Ты не предупреждала.

– Ма-а-м, мне уже восемнадцать!

Устало вздохнув, мама сказала:

– Ты готовишься?

– Да. – ответила дочь с легким раздражением. И быстро ушагала вперёд.

Ей удалось добраться быстрее до берега, где уже плечом к плечу сидели друзья. Девушка остановилась, зажгла телефон: «Хм... ещё пол часа». Поразмышляв немного, она не глядя кинула на землю свою тёплую рубашку и села, томительно дожидаясь изначально обозначенного времени. Для неё было очевидно, что ребята пришли раньше не просто так.

Перед глазами мельтешили мошки. Из густой зелёной травы торчали царские, кудреватые лилии. Было тихо, чуток ветрено и только речной прибой омывал своей вечерней песней воображаемые картины.

Громкий хлопок, эхом прокатившийся по деревне, заставил Ангелику вздрогнуть. Карие глаза поднялись к горизонту, где догорало солнце. Внезапно оглушающая тишина вызвала у девушки беспокойство. Она встала и пошла к реке.

К её удивлению, друзей на берегу не оказалось. Свежие следы на сыром песке уходили вдоль речной линии. Девушка нахмурилась: «Почему ушли? Или это были не они?» Она посмотрела по сторонам и бросила сумку на широкое бревно, которое использовалось вместо скамьи. Только Лика хотела присесть, как вдруг кто-то ткнул её под ребро:

– Бу!

Девушка испуганно крякнула, подскочила с выпученными глазами и не сдерживаясь, прокричала:

– Да, блин!!!

–Ты бы видела свою физиономию! – Парень задыхался от хохота, но не мог остановиться. Рядом, схватившись за живот, смехом заливалась Лиора.

– Вы оба – сбрендили! Я чуть в воду не саданула!– воскликнула Лика.

Если через несколько минут звуки, исходящие от Альберта ещё можно было назвать смехом, то от хихиканья подруги остался только звук натирания стекла.

Ангелика тоже рассмеялась:

– Довольны своей жертвой?

– Вполне! – радостно ответил друг.Постепенно разбирая рюкзак, он достал небольшое яблочко и кинул его девушке.

Лиора же всё не могла остановиться, жмурясь и безудержно гогоча.

–Смейся-Смейся... Перед смертью не надышишься... точнее – не нахохочешься. – Сказала Ангелика, шуточно намекая на скорую месть.

Парень мягко взял Лиору за плечи, усадил на бревно и сунул ей в рот цельное яблоко. Та же не растерялась и слегка замахнувшись, треснула ему по бедру.

Ангелика подняла руки ладонями вперёд и возмущенно защебетала:

– Так! Со всей любовью летите в свою голубятню. У меня и так из-за вас стресс!

Лиора цокнула в ответ, недовольно закатывая глаза, а Альберт тепло улыбнулся и случайно задел её смущённым взглядом. Лике давно все было понятно без слов, но упустить возможность немножко повеселиться девушка не могла.

– Ла-адно, прости-ите... – откусила она яблоко. – Я же не со зла.

– Пф! Ты такая задира! – ответила Лиора, а Альберт поддержал её:

– За это мы тебя и любим!

Ребята насобирали мелких веток и разожгли костёр. Вечер наполнился смехом и ароматом жареных бутербродов. Девочки раз за разом слушали глупые шутки Альберта и понимали, что без этого ходячего солнца всё было бы иначе. Друзья засмотрелись на речную рябь, которую скрашивал свет костра. Так, незаметно подкрался момент, когда было пора возвращаться домой.

Шум реки убаюкивал. Туман с воды плавно перетекал на сушу и расползался по округе. Поднялась сырость. По дороге домой ребятам сопутствовали беспокойные песни сверчков, которые разом замолкли после пронзительного ружейного выстрела.

– Опять! –взвизгнула Лиора и неосознанно вцепилась в плечо Альберта.

– Может кто-то охотится? – предположила Лика.

– Так близко... Тсс... – Альберт приложил палец губам и быстро пошагал вперёд. Девушки не отставая двинулись за ним.

В метрах пяти от почти бегущих друзей под рассеянным лунным светом из травы на обочину полз совершенно несвязный чёрный комок. Это не осталось без внимания обычно совсем нелюбопытной Ангелики. Она остановилась посреди дороги и прищуря глаза, попыталась разглядеть это нечто.

Лиора и Альберт уж было пошли дальше, но вовремя заметили пропажу. Друг тревожно окликнул:

– Лика, ты где там?

Но темноволосая девушка не отрывая взгляда от происходящего, громким шёпотом произнесла:

–Тут кто-то есть. Или что-то...

Взволнованная подруга притормозила и в полуобороте раздраженно прошипела:

– Не хочу вас разочаровывать, но сейчас не время для приключений!

–Ты, как всегда, проницательна, Лиора. Я сражён на повал. – иронично произнёс парень, получив в ответ от подруги лёгкий шлепок по плечу.

Ветер стал усиливаться. Шорох листвы заглушал голоса друзей. Шёпотом уже было не поговорить. Сзади к Ангелике подкрался Альберт и та чуть не крикнула от испуга. Обернувшись на него с широко раскрытыми глазами она вздохнула и тихо сказала:

– Я заметила, что сегодня ты активно добиваешься моего сердечного приступа.

– Ещё бы, не мог упустить такой шанс... Что там у тебя?

– Надо подойти ближе.

– Если страшно, можем взяться за руки.

– Спасибо, не хочу, чтобы Лиора нам потом их оторвала.

Альберт скромно улыбнулся в ответ. Не обращая на это внимание, Лика отправилась на встречу с неизвестностью. Парень зашагал вровень с ней. К тому времени, чёрное пятно распласталось на дороге и больше не шевелилось.

Девушка достала телефон. Парень мягко положил свою ладонь на экран:

– Только не включай фонарик.

Она хмуро глянула на него и он, пожав плечами, дополнил:

– На всякий этакий. А то мало ли.

Оставалось пару шагов, как друзья в один голос вопросили: – Это птица?

Лика быстро преодолела оставшееся расстояние и села на корточки перед животным.

– Осторожно, ты же не знаешь, кто это! – забеспокоился друг.

– Шишки еловые, сколько крови! Это ворона?

– Крупновата для вороны.

– Не важно. – Она судорожно выдохнула и принялась аккуратно складывать её крылья.

– Аккуратнее, Лика! Что ты делаешь?

Со стороны лесной рощи, меж стволов, показались белые проблески света от фонаря. Ребята переглянулись, махом подняли птицу и стремительно покинули место происшествия.

Жуткий ветрище обвивал линии передач, свища и завывая, словно громадный волк. Холодный воздух вместе с летящим песком стал впиваться в кожу лица, ног, плеч. Ангелика старалась не навредить ещё больше пострадавшему животному, мягко прижимая к себе.

Добравшись до перекрёстка, друзья попрощались и разбрелись по домам. Ангелика вскочила на порог дома в последнюю секунду, после чего над дачным поселением хлынул беспощадный, ливневый дождь.

– Ну, что? Явление Христа народу. Ты опозд... Ой, Батюшки! – Воскликнула мама и прижав обе руки к сердцу, облокотилась плечом на торец дверного проёма.

Вся семья собралась в тесной прихожей, пристально рассматривая девушку и нежданного гостя: белая, хлопковая ткань сарафана была почти полностью залита алой жидкостью. На светлые кеды падали бурые капли и расплывались яркими пятнами, напоминая распускающиеся красные маки. На руках обездвижено лежала птица со слипшимися от крови и песка перьями.

– Так... Агнеша, иди, присядь на кухне. Тима, шагай с мамой и налей ей воды, ты за старшего. А мы с Ликой сейчас разберёмся.

Шум в доме малость утих. Дождь яростно барабанил по шиферу и впивался в стеклянные окна, будто бы знал всю правду и хотел рассказать её за безмолвную птицу. Дядя Гриша поманил Ангелику рукой и направился в свою спальню. Он достал из шкафа старую, пожелтевшую простыню и накинул на стол у окна. Пока одна рука зажигала дополнительный свет над рабочим местом, другая уже тащила из-под кроватного ящика пыльный, коричневый чемоданчик. Мужчина легонько шмякнул его на кровать, от чего тот коротко звякнул. Дядя Гриша принялся осматривать раненую.

– Подстрелили? – Удивлённо сказал Дядя. Вопрос его был абсолютно риторическим. Девушка понимала это и молча, едва дыша, продолжала волнительно наблюдать за происходящим.

Птицу уложили на поверхность стола. Она совсем не двигалась и не пыталась сопротивляться. Грудь её часто подымалась и резко опускалась от тяжёлого дыхания. Тихий, умиротворённый бас что-то бубнил. Дядя был полностью сосредоточен на работе:

– Не стой над душой. Иди переодеваться.

Ангелика не сразу поняла, что от неё требуется. Она пристально смотрела на истекающую кровью птицу и витала где-то в своих мыслях . Ей понадобилось пара секунд, чтоб прийти в себя. Она развернулась и тихонько пошла к себе.

Пропитанная кровью ткань вряд ли бы уже отстиралась. Лика закинула в мусорный мешок свой любимый сарафан, отнесла кеды в стирку, надеясь хотя бы на их спасение и хмуро прошуршала на кухню.

Мама и брат Тима сидели за столом и одновременно подняли головы, заметив девушку.

–Ты в порядке? – спросила мама.

– Да... А ты?

Женщина сделала глоток воды и будто не услышав дочь, обеспокоенно задала ей вопрос:

– Что приключилось?

– Эм... Мы просто шли домой и нашли птицу. Я взяла её себе, потому что Дядя Гриша ветеринар. Наверное, она врезалась в дерево или что-то вроде того.

Тима сидел, схватившись за сидушку стула, и кидал взгляд то на сестру, то на мать. Женщина махнула рукой и сказала:

– Напугала. Пойду спать. А ты, карапуз, иди мордаху мой. – Брат тут же соскочил и беззвучно, что бывает довольно редко, покинул кухню.

«Пронесло!» – подумала Ангелика.

Темная склянка на столе источала резкий запах валерьянки. Дядя Гриша зашёл на кухню и кивнул в сторону препарата:

– И сколько она выхлебала?

Лика только пожала плечами.

Буря за окном сошла на нет вместе с дождём. Однако, где-то в горах, в долине, слышались отголоски ветра. Будто он хотел вернуться, но нечто не отпускало и держало его взаперти.

Уже где-то на задворках отразились воспоминания ушедшего дня и неумолимая усталость.

– Лика! Ангелика! Уснула что ли? – донеслось из соседней комнаты. Девушка заглянула к Дяде и постаралась оценить обстановку.

– Будь добра, принеси-ка чашку с водой. Забыл совсем!

– Угу. – Кивнула она головой и отправилась выполнять просьбу.

Мужчина подмигнул племяннице:

– Не волнуйся ты так! Летать не сможет, а жить будет!

Сказанное Дядей будто бы сбросило громадный валун со спины: «Даже дышать легче стало. И чего это я?» – удивилась Лика.

Веки стали тяжелеть под натиском событий. Закончив с помощью, можно было отправиться в спальню, где мягкие и прохладные одеяла с подушками радушно встретят и помогут забыться на некоторое время.