Дом на холме

Вик медленно жевал бутерброд и запивал его холодным чаем, не чувствуя никакого вкуса. Рядом с ним сидел Тимофей. Тощий как жердь, рыжеволосый и, вдобавок, вихрастый, ещё и с глупыми веснушками на носу. Паренёк безостановочно тараторил, хрустя печеньем. Да так, что только крошки летели в разные стороны, вызывая недовольство у соседей за столом.

- И фсё-таки... я зафидую тебе!

- Нда?

- А то! Ты же накофнеф выйдешь науфжу! Фмофешь уфидеть, фто там и как, это же так куто!

- Так может махнёмся? Иди вместо меня, а я тут останусь.

Тимофей на миг застыл, а потом крякнул что-то неразборчивое и зашёлся в натужном кашле, стуча себя кулаком по груди.

- М-мгхе! Кха! Мне же нельзя... мне ещё четырнадцати нет!

- Пф, глупое правило. - фыркнул, закатив глаза, Вик.

- Тихо, дурак! - зашипел не хуже змеи Петька с противоположной стороны стола. - Хозяин же услышит!

В ответ Витя издал невнятное бормотание, должное, по-видимому, означать «Понял». Он и сам только после слетевших с языка слов осознал, что зря не сдержал недовольство, и теперь надеялся что Хозяина не было поблизости и тот ничего не узнает.

В методах воспитания владелец дома на холме проявлял изрядное разнообразие. И не всегда это разнообразие шло в положительную сторону. От всплывших воспоминаний о недавнем случае с Ксюшей, после которого та больше не разговаривала и теперь всегда носила только закрытые вещи, у Вика по спине пробежали мурашки и он, не сдержавшись, передёрнул плечами.

Петька указал на него обслюнявленной ложкой.

- Лучше молча ешь.

Тимофей тоже притих. Он быстро догрыз остатки печенья, допил чай и выскочил из-за стола. На прощание даже пожелал другу удачи и похлопал по плечу. Пусть Тимоха и делал вид, что всё нормально, но Вик видел, что тому не по себе и он спешил уйти.

Чуть позже он и сам закончил ужинать. Закинув маленькую круглую таблетку на язык, Вик залпом запил её остатками чая и проглотил. После чего сгрузил пустую посуду на поднос и отнёс её на кухню, где в поте лица трудилась посудомойка. Дородная тётка с причёской, как воронье гнездо, и высокая, как медведь.

Комната встретила Вика гомоном голосов.

Справа от двери, у стены стояли две металлических трёхъярусных кровати. И ближе к окну, на дальней трёхъярусной кровати, заняв верхнюю постель, спорили и играли в шашки Коля и Дима. Похожие точь-в-точь как две капли воды, близнецы были черноволосыми и сероглазыми. Единственное, что их всё же отличало, это наличие у Димы круглых очков на носу.

Снизу, на полу, копался в одном из деревянных ящиков под нижним ярусом кровати Давид. Он что-то бубнил себе под нос, но что именно было толком не разобрать. Но судя по спортивному костюму, надетому на него, он мог искать спортивный инвентарь. Давид вообще был известен своей любовью к спорту, и не важно какому.

Прикрыв за собой дверь, Вик подошёл к своей койке. Он занимал самую низкую постель трёхъярусной кровати близкой к двери. Но перед тем как улечься, похлопал по металлической перекладине, привлекая внимание занявшего кровать над ним Петьки. Тот опустил комикс на грудь и посмотрел на него.

- Чего тебе, Вик?

- Поблагодарить хотел, за то что в столовой вовремя заткнул меня.

- А. - сосед лениво пожал плечами. - Ну, не за что. Это всё?

- Да.

- Ну тогда не мешай.

И Петька снова уставился в комикс про какого-то супергероя в красно-синем костюме, красующегося средь небоскрёбов на обложке. Витя не стал больше отвлекать его и забрался на свою койку.

Устроив голову на подушке, перед этим хорошенько взбив её, мальчик улёгся поудобнее на спине, уставившись в металлическое дно койки над собой. Делать ему категорически ничего не хотелось, а хотелось просто полежать. Может быть, Вику повезёт и его сморит сон. Тогда волнение, поселившееся в груди с недавнего времени, больше не будет над ним властно.

До этого Витя никогда сильно не задумывался о своём будущем. У него были друзья, а ещё свежая и чистая одежда, его часто и сытно кормили, и был доступ к ванной с горячей водой. Он спал на собственной кровати с настоящим матрасом, а по ночам не мёрз от сквозняков.

Вик, в особенности, ни в чём большем и не нуждался. Для того, у кого раньше не было собственного дома, и кто даже лиц собственных родителей чётко не помнил, жить вот так - это небывалое счастье и удача.

Даже строгие, а порой и жестокие, правила дома на холме не были большой проблемой. Ведь они были довольно просты и следовать им было нетрудно. Но так было лишь до недавних пор. Пока Вику не исполнилось четырнадцать, до этого возраста детей не трогали. Младших берегли, а средних учили. И никому из них не было разрешено покидать дом на холме, максимум гулять на территории двора.

Те же, кому четырнадцать исполнилось, уходили с Хозяином за ворота. И что с ними происходило там, за высокой кованой решёткой с орнаментом шипастых роз, никто из обитателей дома не знал. Просто некоторые возвращались назад уставшие и молчаливые, с совсем другими взглядами, а некоторые... не возвращались вовсе. Тогда вещи, оставшиеся от них, аккуратно складывали и убирали на полку, а кровать оставалась ждать, пока её не займёт кто-нибудь другой.

И никто никогда не задавал вопросов. Их отучивались задавать быстро, иногда достаточно было одного раза. Самых же непонятливых...

Мысль оборвалась, словно её перерезали на полуслове. Веки неожиданно налились тяжестью, а дыхание стало ровным и глубоким. А потом тьма приняла Вика в свои объятия.

Только для того, чтобы он потом проснулся от того, что кто-то толкнул его в плечо. Продрав глаза, Вик быстро заморгал, и, тряхнув головой, приподнялся на локтях и поглядел на того, кто разбудил его.

И едва не дёрнулся, побледнев. Над ним склонилось лицо. Белое словно мрамор. Кожа была гладкой до неестественности, и без видимых изъянов. Правильные, мягкие черты только добавляли вычурности. Но самое главное... это глаза: кроваво-красные, густые, тёмные, как запёкшаяся кровь, без привычной живости взгляда. Они смотрели тяжело и прямо, ни разу не моргнув. Брови лежали спокойно, лоб был чист, без трещин и складок, но из-за этого выражение лица казалось ещё более пустым. Губы сомкнуты в ровную линию.

Вик только и мог, что открывать и закрывать рот, будто рыба, выброшенная на берег. Не сразу он обрёл способность говорить, а когда она всё же вернулась к нему, то Вик и сам не узнал собственный голос.

- С-саша? - голос его предательски сипел, словно он долго кричал.

- Привет, Вик. - речь неожиданного гостя звучала сухо, почти безэмоционально. - Давай поднимайся, тебя ждут.

- К-кто?

«Пожалуйста, пожалуйста, — мысленно взмолился Вик. — Пусть это будет не то, о чём я думаю!».

- Хозяин.

«Конец... это конец! Хозяин наверняка узнал о моих словах в столовой и теперь меня ждёт наказание!»

- Мне сказано привести тебя к нему. Давай, переодевайся быстро и выходи, я буду ждать тебя в коридоре.

И, не дожидаясь ответа, Саша быстро вышел за дверь.

Когда Вик вышел в коридор, торопливо заправляя рубашку в брюки, он вздрогнул, встретившись с Сашей взглядами. И застыв, как лань в свете фар приближающегося автомобиля. Тот смотрел, не моргая, и казалось его взгляд был направлен прямо сквозь Вика. Красные, как кровь, глаза на фоне белой кожи, и таких же белых волос, вызывали сильный контраст.

Сглотнув вставший в горле ком, Вик поспешно отвернулся, чтобы закрыть за собой дверь. А заодно и обтереть предательски вспотевшие ладони об брюки. После чего повернулся обратно и нарочито воодушевлённо спросил.

- Гм! Ну что, пошли? - Вик насилу заставил себя улыбнуться. - Не будем заставлять Хозяина ждать ещё больше!

Саша ничего не ответил. Только посмотрел на него по особенному жутко, заторможенно кивнул и двинулся вперёд по коридору, не оглядываясь. Будто был уверен, что Вик пойдёт следом. И тот пошёл, ведь выбора как такового у него и не было.

Дом на холме в это раннее утро был другим. Не тем шумным, скрипучим и живым организмом, каким он бывал днём, а представлялся в разыгравшемся воображении Вити затаившимся хищником. Коридор тянулся длинной кишкой, освещённый редкими лампами под потолком, дававшими тусклый, желтоватый свет.

Вик старался идти как можно тише, чуть ли не на цыпочках, но старые доски всё равно предательски поскрипывали под его весом. И каждый такой звук словно корёжил Вика изнутри, заставляя мысленно морщиться.

За закрытыми дверями спали остальные дети. Вик знал это, как и то, что завидует им, и всё равно ловил себя на том, что прислушивается: вдруг где-то раздастся кашель, переворот на кровати, тихий всхлип или шорох. Но Дом, как будто издеваясь, молчал.

Саша шёл чуть впереди. Спина прямая, руки вдоль тела. Даже шаги у него, в отличии от Вика, были почти неслышными, будто он не шёл, а скользил над полом.

- Слушай. - тихо начал Вик, не выдержав тишины. - А… почему нельзя было устроить встречу днём?

- Таково правило. - ответил Саша, не оборачиваясь.

«Ну конечно, правило, — подумал Вик. — Почему все в этом доме так помешаны на правилах?».

Вскоре они свернули на узкую, винтовую лестницу, чьи перила были отполированы сотнями рук. Вик спускался осторожно, держась за перила и считая ступени, чтобы хоть чем-то занять голову. Ведь волнение вновь начало заполнять его, как вода заполняет пустую бутылку. Его чуть-ли не распирало от него.

Или, возможно, Вик был не до конца честен с самим собой, и состояние, которое имело над ним власть, было не волнением - а страхом. Память услужливо подсовывала образы: убранные, обезличенные, кровати; пустующие места за столами; осунувшиеся и посеревшие, словно восковые фигуры от жара, лица.

Вик не заметил, как они спустились на второй этаж. Коридоры здесь были шире, потолки выше, а стены украшены тёмными панелями, покрытыми резьбой. Он никогда не разглядывал её толком, но сейчас, при слабом свете, узоры казались неправильными: переплетённые ветви, острые листья, силуэты, слишком похожие на вытянутые человеческие фигуры.

- Саш, а, ну... - снова начал Вик, чувствуя, как голос предательски дрожит. - Ты не знаешь, зачем я понадобился Хозяину?

Тот не ответил сразу. Они как раз подошли и остановились перед массивной дверью, с узором тех самых шипастых роз, что украшали решётку у ворот. Тяжёлой, дубовой, с чёрной металлической ручкой в виде бутона розы.

- Ты и сам скоро узнаешь это. - сказал Саша наконец, впервые за всё время, что сопровождал Вика, обернувшись к нему лицом. - Ты не забыл правила, как вести себя в присутствии Хозяина?

- Н-не забыл. - Вик пальцем оттянул воротник рубашки, который неожиданно стал узок ему.

- Хорошо.

С этими словами его сопровождающий кивнул и постучал. Всего один раз, чётко и уверенно. Из-за двери, с лёгкой заминкой, донёсся негромкий голос:

- Входите.

Саша отступил в сторону, освобождая проход. Помявшись немного, Вик покосился на него, застывшего изваянием, и всё-таки подошёл к двери. Он с некоторой опаской, будто искусственные розы и в самом деле могли уколоть его, коснулся ручки, и провернул её. Раздался щелчок и Вик, борясь с желанием попросту сбежать, медленно вошёл.

Кабинет казался меньше, чем мальчик помнил. Или, наоборот, больше. Мебель выглядела массивной и тяжёлой, словно рассчитанной не на людей. Шкафы со стеклянными дверцами тянулись вдоль стены. Полки в них были заставлены папками, книгами без названий на корешках, шкатулками.

Письменный стол стоял в глубине кабинета, и, словно бы, утопал в тенях. Широкий, заваленный аккуратными стопками бумаг и писчими принадлежностями. Но не было впечатления хаоса. Всё было разложено в каком-то своём, известному только хозяину этого места, порядке. А за ним, на стене, висела картина, на которой была изображена девушка в чёрном платье и с закрытым вуалью лицом.

Перед ней, за столом, и сидел Хозяин.

Он не поднялся и даже не пошевелился, когда Вик вошёл. Просто сидел, откинувшись на спинку кресла, положив руки на подлокотники. На нём был тёмный костюм, сидевший идеально по фигуре, но лишённый каких-либо особых примет: ни яркой пуговицы, ни платочка, торчащего из нагрудного кармана, ничего. На лицо его падала тень от широкополой шляпы. На носу тёмные очки, за стёклами которых не было видно глаз. Прямой нос и тонкие губы выглядели на удивление обыденно. Настолько, что взгляд соскальзывал, не находя за что зацепиться. Вик вдруг понял, что не может с уверенностью сказать, как именно выглядит лицо Хозяина, хотя смотрел на него буквально пару секунд назад.

Колени предательски задрожали, а ладони снова вспотели. Вик замер на входе, не зная что делать дальше. После беглого осмотра кабинета с его Хозяином, он быстро опустил глаза в пол и не смел их поднимать выше, чем были ножки кресла, стоявшего перед столом.

- Подойди.

Голос Хозяина был низким, спокойным. Он говорил с чётко выверенными паузами, как паук, заманивающий жертву в паутину. Вик сделал один несмелый шаг. Потом ещё один. Ковёр под ногами показался неожиданно мягким, таким он представлял себе облака, если бы по ним можно было ходить. Сердце билось так громко, что Вик был уверен - его слышно во всей комнате.

- Садись.

Cделав как ему сказали, мальчик замер в кресле, не смея даже дрожать. Хотя внутри него уже давно всё ходило ходуном.

- Ты знаешь, зачем ты здесь? - спросили у него.

Горло пересохло так, будто он не пил несколько дней.

- Н-нет, Хозяин. - только и смог выдавить из себя Вик.

- И даже ни малейшей мысли нет по этому поводу?

Периферийным зрением мальчик уловил лёгкое движение со стороны стола, будто на секунду тени там стали глубже и темнее.

- Н-нет, Хозяин. - едва слышно ответил Вик.

- Хорошо. - речь Хозяина зашелестела мягкими, убаюкивающими, нотками. - Тебе исполнилось четырнадцать, ты знаешь что это означает?

- М-мне придётся выйти наружу, Хозяин? - всё так же тихо предположил Вик.

- Да.

Хозяин слегка подался вперёд в своём кресле, сложив перед собой руки на столе. Всё это Вик видел краешком глаза, не смея поднять взгляд в открытую. Ему казалось, будто Хозяин двигался прерывистыми, неуклюжими движениями. Как кукла, которую дирижёр из-за кулис дёргает за ниточки. Длинные, узловатые пальцы, с чёрными ногтями, забарабанили по столу.

Тугадук-тугадук-тугадук.

Вик смотрел на свои колени, будто провинившийся, склонив светловолосую голову.

- Ты знаешь, что таковы наши правила. А правила нужно соблюдать. Без них человек ничем не будет отличаться от дикого животного. Скажи мне, Виктор, ты понимаешь о чём я? В среднем в этом доме проживает от 27 до 30 детей, от трёх до шестнадцати лет, и это я не учитываю ещё взрослых. И чтобы контролировать всю эту толпу, требуются правила. - тягучим, убаюкивающим голосом говорил Хозяин. - И не нужно скрывать свой страх, мальчик. Испытывать его - естественно для человека.

Вика будто окатило ушатом ледяной воды, и у него неприятно засосало под ложечкой.

- Но не волнуйся. - как ни в чём не бывало продолжил Хозяин, неожиданно поднявшись из-за стола. Его тонкая фигура выпрямилась, и головой почти достала до потолка. - Когда придёт время, ты будешь не один. Наружу всегда выходят группами по трое, и у каждого из вас будет своя роль, но об этом ты узнаешь позже, у своих товарищей. Сегодняшний день ты можешь потратить на знакомство с ними. Они уже должны ждать тебя в библиотеке.

Хозяин говорил, и обходил медленно стол. Когда же наступила тишина, его тень накрыла Вика. Хозяин стоял прямо перед ним, и глаза мальчика теперь были устремлены прямиком на черные, блестящие туфли. Собрав крупицы смелости, что ещё теплились в нём, Вик задал дрожащим голосом вопрос.

- Е-если по...позволите од-дин в-вопрос, Хо...

- За ворота вас отправят не раньше завтрашнего утра.

Голос у самого уха прервал Вика, заставив его стиснуть пальцы, впиваясь ногтями в ткань брюк. Ноги будто приросли к полу, не реагируя на команды мозга быстро сбежать. А потом ему на плечо легла ладонь. Только вблизи Вик понял, что кожа Хозяина была бледной, почти серой, натянутой, словно тонкий пергамент, через который проступали узлы костей и тёмные прожилки вен. Непропорционально длинные пальцы сжали его плечо. Пока легонько, словно предупреждающе...

- Надеюсь ты будешь хорошим мальчиком, Виктор, и больше не будешь ставить мои правила под сомнения.

- Не...не буду... Хозяин...

- Очень надеюсь на это, Виктор. Ты же всегда был таким умным мальчиком.

Не иначе чем чудом у него получилось подняться и, не поднимая взгляд, попрощаться.

На негнущихся ногах Вик покинул неприветливый кабинет. Он спиной ощущал пристальный взгляд, пробирающий до мурашек. Стоило только ему оказаться снаружи и закрыть за собой дверь, он жадно втянул носом воздух. Только в этот момент мальчик понял, что под конец встречи задержал дыхание.

«Хозяин знал, он всё знал, - билась загнанным зверем единственная мысль в голове. - Меня кто-то сдал? Или он был рядом в тот момент?»

От нервов Вик прикусил кончик ногтя на большем пальце.

- Я проведу тебя до библиотеки.

Схватившись за сердце, Вик отшатнулся резко в сторону и неловко ударился локтем об стену. Охнув от острой боли, он ухватился за него ладонью и зашипел сквозь зубы, зажмурив заслезившиеся глаза.

- Т-ты! Не пугай так! - Вик посмотрел на Сашу исподлобья, сжав губы в тонкую линию. - Ты что, всё это время тут простоял?

- Я ждал тебя. - тот посмотрел на него, склонив голову набок, как если бы он был интересной зверушкой.

- И зачем? - цыкнул недовольно языком Вик, баюкая больной локоть.

«Вот же ненормальный! Неудивительно, что именно он так близок к Хозяину!»

- Проводить в библиотеку.

- Подслушивал что ли?

- Нет. Просто так всегда обычно и происходит.

- В смысле? - от удивления Вик даже забыл про боль и уставился на Сашу ошалелым взглядом.

- Пошли.

Отлипнув от стены, Саша проигнорировал последний вопрос Вика и двинулся по коридору в обратную сторону, к лестнице. Постояв пару секунд, глядя в удаляющуюся прямую спину, тому в конце концов не осталось ничего другого, как быстрым шагом постараться нагнать Сашу.

Путь до библиотеки не занял много времени. Она находилась на том же этаже, что и кабинет Хозяина, только в противоположном крыле коридора. Вик настолько был погружён в свои мысли, что очнулся только когда перед ним из тени соткались двери библиотеки. Он осмотрелся по сторонам, но Саша уже исчез. Как дымок, втянутый невидимым сквозняком.

«Эх, я бы лучше сейчас продолжал спать, чем всё вот это, - подумал невесело Вик. - И что я такого совершил в прошлой жизни, что в этой приходится так расплачиваться?»

Библиотека была просторной. Вдоль стен, по обе стороны от двери, тянулись книжные шкафы, заполненные снизу доверху книгами. Там же стояли стремянки, которые, благодаря встроенным колёсикам, можно было катать по рельсам, закреплённым у пола и на потолке. А в самом центре стоял длинный стол, вокруг которого могли разом рассесться десять человек.

И именно там сейчас сидело два человека: Дима и Ева. Если до этого Вик гадал, кто достанется ему в напарники, то теперь он получил свой ответ. В доме на холме сложно не познакомиться с остальными детьми, так как их жило тут не слишком много, и все всегда были друг у друга на виду.

До этого они вели оживлённую беседу, но с появлением Вика, она смолкла, и теперь эти двое смотрели прямо на него. Он глядел в ответ на них.

Дима сидел, слегка подавшись вперёд, упершись локтями в стол, и по привычке щурился сквозь круглые очки. Рядом с ним устроилась Ева - сухощавая, смуглая девчонка с волосами цвета каштана, стянутыми в два пучка на затылке. Вику не часто доводилось общаться с ней лицом к лицу.

- Так и будешь стоять или может присядешь? - первым тишину прервал Дима, привычным движением поправив сползшие на нос очки.

Ева держалась тише, её взгляд был цепким и внимательным и она продолжала молча разглядывать Вика.

- Прошу прощения, что прервал вашу беседу.

- Ничего страшного, мы всё равно тебя дожидались. Как прошла беседа с Хозяином?

Воспоминания, которые успели малость улечься, с головой накрыли его. Вик начал хватать воздух ртом, ощущая как бешено забилось в груди сердце.

- По-видимому всё же не плохо, раз ты сейчас здесь.

Вику понадобилось около минуты, чтобы немного успокоиться и начать снова нормально мыслить.

- У... у вас так же было? - Вик поочерёдно посмотрел на Диму и Еву.

- Почти. И не только у нас. Если у тебя есть ещё какие-нибудь вопросы, то не стесняйся их задавать.

- Ммм... Хозяин говорил про какие-то... роли... без конкретики, просто упомянул и сказал, что я смогу у вас про них узнать.

- Роли, да… - протянул Дима, забарабанив пальцами по столу. Этот звук вызвал у Вика подёргивание глаза. - Хозяин любит называть это именно так. Типа… - он неопределённо повёл другой ладонью по воздуху. - Как в спектакле. Только у нас тут не спектакль. Мы пойдём на охоту.

Вик нахмурил брови, но продолжил слушать не перебивая.

- Обычно в тройке всегда есть приманка. - продолжил Дима лёгким деловитым тоном, как будто учитель во время лекции. - Его задача привлечь внимание и удержать его на себе. - после этого он замолчал и переглянулся с Евой, словно ведя с ней молчаливый диалог, после которого явно нехотя добавил: - Долго приманки не живут, если честно. Но это… как повезёт.

Ева закинула ногу на ногу, откинувшись на спинку стула и сложила руки на груди. Она по-прежнему не вмешивалась.

- Ещё есть координатор. - Дима посмотрел поверх очков прямо на Вика. - Он решает куда идти, где готовить место для ловушек и когда отступать. В его обязанности входит построение маршрута, так как именно он получает всю необходимую информацию про поход.

- Можно вопрос?

- Спрашивай.

- Почему так? Почему бы эту информацию не говорить всем, кто идёт?

- Точно ответа я не знаю, к сожалению. - виновато развёл плечами Дима. - Да и никто, кроме Хозяина, скорее всего не знает. Просто так заведено у нас.

- Ясно... кто ещё есть? - хрипло спросил Вик, решив не озвучивать свои настоящие мысли вслух.

- Исполнитель. Тот, кто заканчивает дело.

Тишина повисла в воздухе, когда последнее слово было сказано. Вик погрузился в свои невесёлые размышления, а Дима с Евой просто сидели, изредка обмениваясь взглядами, и ждали.

- И кто... кто решает, кому какая роль достаётся? - наконец осторожно спросил Вик, подняв взгляд от поверхности стола на товарищей.

- Обычно мы сами. Хозяин не лезет, ему важно, чтобы результат был. А как мы к нему придём - не так уж принципиально.

- Ты говорил, что мы идём на охоту. Зачем и на кого?

- Снаружи мир не такой безопасный, как здесь. - впервые подала голос Ева. - Есть вещи, которым нельзя позволять подходить слишком близко к Дому. Поэтому мы и ходим на охоту. Если их не трогать, они рано или поздно найдут дорогу сюда.

«Я бы поспорил, что здесь так уж безопасно...»

Вик хотел спросить ещё о чём-нибудь, слов в голове роилось много, но так и не нашёл в себе сил озвучить их. Он лишь кивнул, принимая сказанное как принимают плохую погоду: без радости, но и без возможности что-то существенно изменить.

- Понятно.

- Если появятся ещё вопросы, то не стесняйся спрашивать. - Дима встал из-за стола и собрал лежавшие перед ним книги. - А сейчас предлагаю расходиться, скоро уже завтрак.

Ева тоже поднялась. На мгновение её задумчивый взгляд задержался на Вике, но она быстро отвела его.

- До завтра! - махнула рукой она.

На этом разговор и подошёл к концу. Когда Вик остался в библиотеке один, он с тяжёлым вздохом сполз по стулу вниз и запрокинул голову на спинку стула, уставившись в потолок.

Весь следующий день Вик провёл будто в полусне.

Он с трудом ел, когда звали к столу, отвечал на вопросы, когда к нему обращались на занятиях, общался со знакомыми и друзьями, но всё это происходило словно через толстое стекло. Мысли снова и снова возвращались к одному и тому же: завтра. Уже завтра он выйдет за ворота. И, может оказаться так, станет одним из тех, кто не вернётся назад.

Вик пытался подготовиться, хотя сам не до конца понимал, к чему именно. Вечером он почти не ел, кусок в горло не лез, поэтому только таблетку выпил. Тимофей, видя состояние друга, пытался шутить. Петька делал вид, что ничего особенного не происходит, но Вик порой замечал на себе его виноватый взгляд.

«А ведь он уже был пару раз снаружи, - думал, лёжа уже ночью в своей постели, Вик. - Чувствовал ли он себя так же хреново, как я?»

Сон пришёл далеко не сразу, а когда усталость всё-таки взяла своё, был тяжёлым и рваным. Вик то и дело вскакивал и, обливаясь холодным потом, пытался успокоиться. Кошмары в эту ночь не дали ему нормально выспаться.

Около пяти часов утра они вновь встретились в библиотеке.

Ева принесла с собой с кухни три спички, одну из которых обломала пополам. Спрятав руки за спину, она перемешала спички и когда вытянула кулак с зажатыми в нём спичками, практически невозможно было сказать, какая из них была короткой.

На вопрос Вика для чего это всё, Дима просветил его, что они всегда так выбирают приманку. Так как никто в здравом уме не захочет выбирать опасную для жизни роль. После чего, поправив привычным жестом очки, вытянул одну из спичек. Ему досталась длинная.

- Тяни. - обратилась к помрачневшему Вику Ева.

- Это глупо... - буркнул тот, но послушно вытянул спичку. - Ну конечно, кто если не я! - закатил со стоном глаза Вик, сжимая в руке короткую.

- Не повезло. - пожала плечами девушка, выкидывая оставшуюся спичку в мусорку.

- Ева, как в прошлый раз? - спросил у той Дима.

- Ага.

- Тогда я координатор, а ты исполнитель.

Двери вестибюля уже были распахнуты, а за ними начинался двор, утонувший предрассветной темноте. Высокий кованный металлический забор с орнаментом шипастых роз темнел впереди, как неподвижный страж.

И Хозяин уже ждал их там. Он стоял у самых ворот, сложив руки за спиной, словно просто вышел подышать утренним воздухом. Издалека его фигура казалась болезненно худой и высокой. Скелетообразной. Линии его костюма скользили вдоль изгибов тела, подчёркивая их. Они, словно бы клубились, практически сливаясь с окружающей темнотой. Руки были сложены за спиной. Широкополая шляпа, тень от которой скрывала верхнюю часть лица. И очки.

- Вовремя. - проскрипел он, и его голова упала набок, от чего шея резко изогнулась.

Вик поймал себя на том, что автоматически опустил взгляд, как и в кабинете. Сердце снова забилось быстрее. Хозяин вытащил одну руку из-за спины и, не склоняясь, поставил на землю у их ног два одинаковых рюкзака. Потёртые, тёмные, без каких-либо опознавательных знаков. Внутри что-то негромко звякнуло, словно стекло ударилось о металл.

- Всё необходимое найдёте внутри. Используйте с умом и не расходуйте без нужды.

Дима первым без слов наклонился и поднял свой рюкзак, привычным движением проверив лямки. Следом свой подняла Ева. Вик один остался с пустыми руками, от чего почувствовал себя как будто лишним. Не зная куда деть руки, он просто засунул их в карманы куртки.

- У вас времени до заката.

Хозяин протянул посеревшую, испещрённую тонкими линиями чёрных вен, ладонь и коснулся замка на воротах.

Металл тихо щёлкнул и ворота медленно, с противным скрежетом, разошлись в стороны. Ева шагнула первой, а следом за ней и Дима. Вик задержался на секунду, чувствуя, как спина покрывается холодным потом. Он сделал неуверенный полушаг вперёд и тут же остановился.

Вик не стал оглядываться. Почему-то он знал: если обернётся, то увидит, что Хозяин смотрит прямо на него. И это будет хуже всего.

Больше не мешкая, он шагнул за невидимую линию. Ворота за спиной закрылись с тем же раздирающим слух скрежетом. И почему-то у Вика в мыслях промелькнула ассоциация с гильотиной.

Дом на холме и его Хозяин остались позади.