Дом с аркой

Казалось, Виктор знал все уголки родного города, но сегодня он наткнулся на странный дом, примыкавший одной стеной прямо к проезжей части улицы, а тротуар уходил под арку внутрь дома, словно в туннель, в глубине которого светился выход.

Вспомнились слова его престарелой тетушки, снискавшей себе репутацию практикующей колдуньи и ясновидящей: «Никогда не заходи в арки, если не хочешь, чтобы сбылись проклятия». Виктор мог бы посмеяться над ее предостережениями, но именно в этот день с утра у него произошла ссора с сестрой. Правда, поругались они из-за пустяка. Аленка, так звали сестру, взяла без спросу его беспроводные наушники. Она часто брала его вещи, не удосужившись спросить разрешения. И Виктора это всегда злило. Сегодня его недовольство достигло точки кипения, и он грубо сдернул наушники с головы сестры, наговорив ей кучу оскорблений. В ответ прилетело отчаянное: «Ну и проваливай! Чтоб тебя вообще не стало!»

Виктор пришел в офис в дурном расположении духа. Наушники он даже одевать не стал, так и болтались они в рюкзаке. Получил заказ топать на другой конец города, где нужно было забрать у клиента посылку. Виктор учился в колледже, а между делом подрабатывал курьером. На электросамокат денег еще не заработал, поэтому пришлось шлепать по лужам пешком. Холодный сентябрьский дождь зарядил еще неделю назад и не прекращался. Он только менял интенсивность.

Виктор в нерешительности остановился перед темной аркой. Чтобы не искушать судьбу, он решил обойти дом по проезжей части. Но там вдруг понеслись машины одна за другой, разбрызгивая грязную воду на стену дома. Простояв так пару минут и видя, что потоку нет конца и края, Виктор плюнул на тетушкины предостережения и ступил в темный туннель под аркой.

Здесь сквозил холодный ветер, но зато было сухо. Полукруглые своды терялись в темноте. От стен из старой кирпичной кладки отскакивало звонкое эхо шагов. Справа имелось крылечко из трех узких ступенек, ведущее к облупившейся деревянной двери.

Виктор поспешил покинуть этот мрачный туннель. Выйдя наружу, он огляделся. Вокруг все было как обычно. Дождь также моросил, наполняя лужи. Тротуар продолжал тянуться вдоль улицы. Старенькие фасады домов, промокшие от дождя, ровной стеной поднимались справа. Слева по дороге проносились машины, кидая брызги в разные стороны. Виктор облегченно выдохнул: ничего не сбылось.

Достав смартфон, он заглянул в карту и продолжил путь. До нужного адреса оставалось совсем немного.

Навигатор привел к глухому деревянному забору, почерневшему от времени. Рядом с такой же глухой калиткой имелся звонок. Виктор позвонил. Прошла минута, вторая. Никто не вышел. Тогда Виктор нажал на звонок, что есть силы, и держал так до тех пор, пока не послышался за забором скрип и хлопанье двери.

– Зачем же так трезвонить? – раздался знакомый голос. Калитка открылась и перед Виктором предстала его тетушка. – Ты чего хулиганишь?

– Тёть Валя? – спросил Виктор, и на всякий случай заглянул в папку, где лежал бланк с накладной. Там было написано имя отправителя: «Валентина Федоровна К.»

– Какая я тебе тётя Валя? Ты кто?

Виктор осекся. Эта женщина была так похожа на его тетушку, что ему самому не верилось. Где живет тётя Валя, он не знал, никогда не бывал у нее. Она всегда сама приходила к ним в гости.

– Вы подали заявку забрать у вас посылку.

Глаза на «тетушкином» лице округлились. Она посмотрела на Виктора так, будто он сморозил какую-то глупость.

– Так я же ее уже отдала. Недавно приходил молодой человек и все забрал. Могу показать бумагу, которую он оставил.

Виктору захотелось увидеть эту бумагу, и он попросил показать. «Тетушка» скрылась и появилась вновь через пару минут. Это была точно такая же накладная, как и в папке Виктора. И даже номер был точно таким же. Виктор собирался было вернуть накладную обратно, как увидел свою фамилию в поле для имени курьера. И подпись рядом – тоже свою. От этого в душе похолодело.

Он поднял глаза на «тетушку» и робко спросил:

– Валентина Федоровна, скажите, вы случайно не занимаетесь колдовством и гаданиями?

– А что? Тебе надо на судьбу погадать?

– Да, хотелось бы.

– Сегодня я уже не принимаю никого. Могу записать на завтра, если хочешь. На девять устроит?

– Устроит, – ответил Виктор, вспомнив, что в девять у него будут занятия в колледже. Но ему очень захотелось попасть к «тетушке», чтобы рассеять свои сомнения.

Случай с «тетушкой» озадачил его. Ну не может в одном городе жить две абсолютно похожих колдуньи с одним и тем же именем. А раз так, то он наверняка разговаривал со своей тетушкой, с тётей Валей, которая себя очень странно вела, так, будто она Виктора совсем не знает. Но еще страннее было то, что посылку у нее уже забрали. И не только забрали, но и подпись его подделали. Кто же сыграл с ним такую злую шутку?

День клонился к завершению, и в офис возвращаться не имело смысла. Надо было еще выбраться из этого захолустья в свой район. Виктор молча шел наугад. Когда улица закончилась, он вдруг вспомнил про арку. Почему же она не попалась ему на обратном пути? Может, он свернул не там, и арка в том странном доме осталась в стороне?

Уже в сумерках Виктор вошел в свой подъезд. Поднялся на третий этаж и, достав из рюкзака ключи, сунул один из них в замочную скважину. Но к его большому изумлению ключ не хотел поворачиваться. Подергав туда-сюда, Виктор вынул его и позвонил.

Дверь открыла Аленка. Она уставилась на Виктора непонимающим взглядом.

– Тебе кого?

– Да уж точно не тебя, – ответил Виктор и собирался уже войти, как сестра преградила ему путь.

– Эй, назад! Сейчас отца позову.

Виктор вздрогнул и чуть отступил.

– Ты из-за наушников что ли? Так я сейчас их…

– Пап! – закричала Аленка и попыталась закрыть дверь.

Виктор вставил ногу в щель и не давал ей закрыть квартиру.

Появился отец. Виктор заулыбался, но отец, скользнув сухим взглядом по нему, произнес:

– Что тут происходит?

– Вот, какой-то парень пытается к нам домой ворваться.

– Что тебе надо? – сказал отец так, будто видел Виктора впервые.

– Пап, ты что? Не узнаешь меня?

– Какой я тебе пап? Пшел вон!

И захлопнул дверь перед самым носом.

Что же такое случилось? Ладно, Аленка, но почему родной отец обошелся с ним как с чужим? Этого Виктор совсем не мог понять.

Он спустился по лестнице и вышел из подъезда. Двор утопал в серых сумерках, усиленных дождем. Зонт сам весь промок, а влажная куртка уже не спасала от прохлады. Виктор задрал голову и посмотрел на свои окна. Они уютно светились. За полузадернутой шторой двигались тени. В них угадывались силуэты родителей. О чем они сейчас говорили? Неужели не ждали сына домой?

Виктора вдруг осенило. Он вынул из кармана смартфон, нашел там мамин номер и набрал его. После двух гудков на вызов ответили, а в окне мамин силуэт поднес трубку к уху.

– Алло, – послышался в телефоне родной голос.

– Мам, привет. Ты меня слышишь?

– Кто это?

– Я, Виктор. Ты разве меня не узнаешь?

– Молодой человек, прекратите шутить!

На том конце отключили вызов. А вместе с ним оборвалась последняя надежда. Ну почему? Почему все так?

Становилось совсем холодно. Виктор поежился в промокшей куртке. Куда же пойти?

Можно было бы в подъезде устроиться. Но это лишь отчасти решало проблему. Самый главный вопрос: что стряслось с родителями – оставался без ответа. А его нужно было решать. Виктор чуял, что здесь не обошлось без вмешательства потусторонних сил. И раз так, то нужно прибегнуть к помощи тетушки. И не ждать до завтра, а идти к ней прямо сейчас.

Благо, Виктор уже знал, где она живет. Не раздумывая более, он зашагал под дождем на окраину города.

Вот он снова тот потемневший забор. Виктор нажал на звонок.

Во дворе залаяла собака. Стукнула дверь.

– Ну кто еще там? – прозвучал тетушкин голос из-за калитки.

– Это я, Виктор.

– Какой такой Виктор?

– Я сегодня приходил к вам. Забирал посылку.

Послышался щелчок замка, калитка открылась.

– А, это ты, – произнесла тетушка, окинув Виктора взглядом. – Что так поздно?

– Мне пойти некуда, тёть Валь. Впустите?

– Ну проходи, коль пришел. Не мокнуть же под дождем.

Она пропустила его во двор. У крыльца рвался на цепи и заходился от лая большой дворовый пес.

– Буян, на место! – прикрикнула на него тетушка.

Пес стих и скрылся в будку.

Виктор прошел мимо и по скрипучим ступеням поднялся на крыльцо.

В прихожей при свете он смог как следует разглядеть тетушку. Это, несомненно, была она. Он не знал, кем она приходилась отцу или матери, но какой-то дальней родственницей его родителей явно была. В семье все называли ее тетей Валей. По возрасту ей было уже за шестьдесят. Виктор знал, что она славилась местной городской колдуньей, предсказывала судьбу, наводила порчу, делала приворотные зелья и прочие колдовские штуки. Свои седые волосы она любила стягивать в клубок, из которого обычно торчали кончики спиц, будто антенны. Виктор всегда думал, что именно через них тетушка налаживает связь с космосом и потусторонним миром.

– Разувайся и проходи на кухню, – сказала она.

Виктор зашел вслед за ней. Под ее властным взглядом он опустился на старый табурет у стола.

– Рассказывай, что привело тебя.

– Тёть Валь, вы же узнали меня? – решил на всякий случай уточнить Виктор.

– Ты сегодня был тут, записался ко мне на завтра.

– Да нет, я про другое. Я ведь Виктор, ваш племянник.

– Какой еще племянник? Никакого такого племянника я не знаю.

– Ну вот, и вы меня не узнаете.

– Почему я тебя должна узнавать?

Виктор не стал больше ходить вокруг да около и рассказал, как пришел сегодня домой, а там ни сестра, ни родители не признали его.

– Значит, Семенов ты, говоришь? Твоих родителей я знаю, и Аленку-племяшку тоже. Но тебя, уж прости, впервые сегодня увидела.

– Но как так?! – Виктор от волнения вскочил с табуретки.

– Постой, постой, не горячись. Вижу, что не врешь. Надо подумать.

Она отошла к кухонной стенке. Взяла чайник, наполнив его водой из-под крана, поставила на подставку и включила. Пока нарастал шум нагреваемой в чайнике воды, тетушка открыла висящий на стене шкаф, достала оттуда вазочку с печеньем и поставила ее на стол перед Виктором, усевшимся обратно.

– У тебя ничего странного не происходило сегодня? – спросила она.

– Да весь день с самого утра какой-то странный, – ответил Виктор и рассказал ей про утреннюю ссору с сестрой, про странный дом с аркой, про заказ.

– Этот дом с аркой не на Чертополоховой ли улице ты встретил?

– Да, на ней.

– Да-а, – протянула тетушка. – Вляпался ты, парень.

– Вы это о чем?

– Слова Аленки стали проклятием для тебя. И если бы ты, дурень, не прошел через арку, все бы осталось как есть. Но ты прошел.

– А можно все обратно вернуть?

– Можно. Надо снова пройти через арку, но в обратном направлении.

– Так просто?! Так я сейчас же пойду.

– Не торопись. Чаю попей.

– Спасибо, тёть Валь. Чай потом. Когда все обратно верну.

Виктор быстро поднялся из-за стола, натянул не успевшую высохнуть куртку и выбежал на крыльцо. Буян выскочил из будки и с грозным лаем бросился под ноги. Но Виктору было не до него. Он обогнул пса, миновал калитку и бросился в темноту улицы в сторону Чертополоховой.

Фонари в этом районе встречались редко. На затянутом тучами небе не светили звезды, и лишь расплывшееся бледное пятно спрятавшейся луны висело над головой. Его света едва хватало, чтобы подсвечивать блестевшие лужи и мокрые колдобины.

Виктор миновал лабиринт кривых улочек и вышел в многоэтажную черту города. Он без труда нашел начало Чертополоховой. Остановившись, он перевел дыхание и вновь припустил вдоль улицы. Редкие машины проезжали мимо, высвечивая фарами фасады старых домов. Виктор бежал, стараясь быстрее достичь того самого дома с аркой. Ночью улица отличалась от той, что он видел днем. Очертания зданий казались причудливыми, а свет фонарей отражался от мокрого тротуара и сыпавшего с неба дождя.

Впереди замигал желтым глазом светофор. Там завершалась Чертополоховая и начиналась Пролетарская. Виктор перешел на шаг и, тяжело дыша, добрался до перекрестка. Здесь он остановился и глянул назад. Тротуар прямой линией уходил в темноту. На всем пути дом с аркой так и не встретился. Виктор не мог в это поверить. На всякий случай он решил пройти всю улицу в обратном направлении.

Когда он добрался до второго ее конца, он понял, что все его попытки найти нужный дом напрасны. Нет такого на всей улице. Он уже стал сомневаться, а точно ли на Чертополоховой он его видел? Так вот же тот угол, у которого он вчера сворачивал, когда шел за заказом. Нет, ошибки здесь быть не могло. Дом явно исчез.

Постояв немного в холодной и промозглой ночи, Виктор отправился обратно к тетушке. План А не сработал, значит надо придумывать план Б.

Тетушка будто бы ждала его. Вазочка с печеньем по-прежнему стояла на столе, также как и фарфоровая чашка на блюдце.

– А я говорила, не спеши, – произнесла тетушка, наливая в кружку свежезаваренный чай. – Садись, не стой в дверях. У меня, между прочим, на травах. И не простых, а на заговоренных.

Чай действительно пах особым ароматом, напоминая об ушедшем лете. Виктор взял кружку обеими руками и, обжигаясь, принялся от нее отхлебывать.

Тетушка села напротив.

– Это не простой дом, – сказала она. – Ту его часть, что выходила стеной к дороге, снесли полвека назад. Там был пожар.

– А как же тогда та арка, через которую я прошел?

– Крыло с аркой появляется иногда.

– А если оно не появится очень долго?

– Всяко может быть.

– Как же тогда мне вернуть все обратно? Я хочу домой, хочу чтобы папа с мамой меня вновь стали узнавать.

– Сейчас посмотрим, – с этими словами тетушка поднялась и ушла в комнату. Вскоре она вернулась с толстой книгой. Положив ее на стол перед собой, принялась листать. – Вот, наложение проклятия. Так… Так… Как снять… Вот. Нужно, чтобы тот, кто наложил проклятие, произнес антипроклятие.

– Это как?

– Надо, чтобы Аленка сказала, что хочет, чтобы ты был ее братом.

– Легко сказать, – Виктор потер подбородок. – Она для этого должна понять, что я и есть ее брат.

– Ну, милый сокол, это ты уж сам постарайся, чтобы она так подумала. И не только подумала, но еще и сказала.

– И этого будет достаточно?

Тетушка вновь углубилась в чтение книги. Пробежав глазами по открытой странице, она произнесла:

– Без прохода через арку не обойтись. Если проклятие исполнилось после того, как ты прошел через арку, то и снять его можно только при обратном прохождении. Тут уж ничего не поделаешь.

– А вы можете наколдовать, чтобы Аленка произнесла те заветные слова?

– Ишь какой шустрый! Наколдовать-то можно, только слова эти должны быть сказаны от сердца. А сердцу никаким колдовством не прикажешь.

Уже было далеко за полночь. Виктору казалось, что голова набухла как губка и еле держалась на плечах. Глаза слипались. Тетушка, заметив, что он клюет носом, потребовала, чтобы он шел спать, и повела его на веранду. Здесь стоял старенький диванчик. Тетушка вышла, пожелав спокойной ночи и сказав, что утро вечера мудренее.

За окнами было темно, хоть глаз выколи. По стеклам стекали крупные капли. Дождь, не переставая, барабанил по жестяному подоконнику.

Виктор, скинув верхнюю одежду, забрался под приготовленный тетушкой плед, и почти сразу уснул.

Ночь промчалась как одно мгновение. Виктор разлепил глаза и долго не мог понять, почему он здесь. За окнами серело небо, по-прежнему затянутое тучами. Скрипнула дверь, и в веранду вошла тетушка.

– Выспался? Иди чай пить.

Виктор сразу вспомнил все, что с ним приключилось вчера. У него вкралась мысль, а вдруг за ночь все уже поменялось?

– Тёть Валь, вы же меня знаете?

– Знаю. Пришел вчера, свалился как снег в июле. Говоришь, что мой племянник.

Ничего не поменялось.

Умывшись, Виктор зашел на кухню. Чай уже дымился ароматным паром в широкой кружке. Рядом стояло блюдце со свернутыми в трубочку блинчиками.

– Что делать-то будешь? – спросила тетушка.

– Попытаюсь поговорить с сестрой.

– Это ты правильно, поговорить надо.

Сразу после завтрака Виктор натянул подсохшую куртку и вышел в непогоду.

Аленка должна была в восемь выйти из дома в школу. У Виктора оставалось двадцать минут, чтобы добраться до их двора. Он поспешил по раскисшей дороге, обходя разлившиеся лужи. Дождь продолжал моросить.

Аленка вышла из подъезда. Виктор, как только ее увидел, пошел ей наперерез.

– Привет, – сказал он.

Аленка испуганно отступила в сторону.

– Снова ты? Что тебе нужно?

– Хочу поговорить с тобой. Разве ты не помнишь, что я твой брат?

– Ты сумасшедший. И не подходи ко мне.

Она сделала еще шаг от Виктора.

– Я не собираюсь тебе ничего плохого делать. Только хочу поговорить. Да, я был груб. Эгоистичен. Наушники эти. Они мне самому-то оказались не нужны. Но я хочу, чтобы ты снова стала считать меня братом. И папа с мамой тоже.

– Я тебя не понимаю, – Аленка широко раскрыла глаза и смотрела на Виктора как на умалишенного. Вдруг взгляд ее изменился, и она кому-то махнула рукой. – Гриш!

Виктор обернулся и увидел высокого парня, своего ровесника. Тот уже спешил к ним.

– Что здесь происходит? – спросил парень.

– Да вот, пристал ко мне, – сказала Аленка, скосив глаза в сторону Виктора.

Парень встал между Аленкой и Виктором.

– Чтобы я тебя рядом с моей девушкой больше не видел. Понял?

Виктор опешил. Сестра не говорила, что у нее есть парень. Гриша был выше и мощнее Виктора, вступать с ним в драку совсем не хотелось.

Виктор сделал шаг назад. Аленка приблизилась к парню и взяла его за локоть.

– Пойдем, я опаздываю.

И они вдвоем пошли в сторону школы. Виктор с досадой посмотрел им вслед.

Разговор с сестрой не получился. И в голову не приходило никаких идей, как заставить Аленку сказать заветные слова. Виктор позвонил тетушке и сообщил о своей неудаче.

– Эх, молодежь, – вздохнула тетушка на том конце. – Не умеете вы друг с другом разговаривать. Ладно, что-нибудь придумаю. Жди от меня звонка.

Виктор вышел на улицу. Дождь не переставал. Потоки воды текли по тротуару. Прохожие кутались под капюшоны, заслонялись от дождя зонтами. Полуголые деревья роняли пожелтевшую листву. Хотелось в дом, в уют, туда, где тепло и сухо. Но у Виктора сейчас не было дома, а значит, и податься ему было некуда.

Он прошел уже несколько кварталов, как на глаза попалась вывеска на кирпичной стене у старой двери: «Городская библиотека». Виктор постоял немного у крыльца и решил войти. Хоть здесь он сможет обсохнуть и побыть в тепле.

Сдав в гардероб мокрую куртку, он прошел в зал. Миловидная девушка, склонившаяся над столом, подняла голову и изучающе посмотрела на Виктора.

– Я могу побыть здесь немного? Посидеть в читальном зале?

– Вы у нас записаны?

– Нет. Но если надо…

– Можете просто посидеть.

Виктор прошел в читальный зал. По стенам располагались книжные полки, стеллажи, стеклянные витрины. На одной из таких витрин лежала известная в городе старая газета столетней давности. Ее название было отпечатано старым шрифтом, а пожелтевшая бумага местами имела заломы и надрывы.

Вдруг Виктора осенило. Он вернулся в первый зал и подошел к столу, где сидела та девушка.

– У вас есть подшивки городских газет, выходивших пятьдесят лет назад?

– Да, у нас есть все выпуски с момента основания газеты. Вас какой конкретно интересует?

– Мне нужно узнать про пожар на Чертополоховой.

Девушка смущенно улыбнулась.

– Я про такой не знаю. Но вы можете воспользоваться электронным каталогом. Задайте запрос, и он вам выдаст нужные номера газеты.

На каждом столе в читальном зале лежал планшет. Виктор присел за один из столов и, активировав планшет, вбил в поисковую строку: «пожар на улице Чертополоховой». На экране появилось несколько названий газет и их номера. Виктор снова подошел к девушке-библиотекарю и показал этот список.

– Я покажу, где их можно посмотреть, – сказала она и повела Виктора сквозь читальный зал в дальнюю дверь. Пройдя в нее, они спустились в подвал. Здесь было все уставлено стеллажами, полки которых ломились от книг, пачек журналов и стопок газет. Пахло старой бумагой и пылью.

Уведя Виктора вглубь хранилища, девушка остановилась у одного из стеллажей.

– Вот здесь находятся газеты за тот период. Года и месяцы подписаны на закладках. Вы уж тут сами поищите, – она вновь сделала виноватый взгляд. Отдала Виктору планшет, а сама быстро удалилась, скрывшись за стеллажами.

Рыться в старых газетах Виктору не хотелось. Но так он мог занять себя. Да к тому же в голове вертелось назойливое желание узнать что-нибудь о том странном доме.

Глянув в экран планшета, он полез за пачкой газет, которые вышли пятьдесят два года назад, примерно в одно время. Тот пожар, видимо, вызвал много шуму, и о нем печатали статьи на протяжении целого месяца.

Вытащив подшивку, Виктор расположил ее на тумбочке, приставленной к краю стеллажа. Подставив рядом табурет, попавшийся на глаза, Виктор устроился на нем и принялся листать пожелтевшие страницы.

Первое сообщение о пожаре было коротким и сухим. Но зато в следующем номере написали большую статью, снабженную фотографиями. На одной из них изображался дом до пожара. Точь в точь такой же, какой Виктор видел вчера. И арка, в которую уходил тротуар, тоже была на месте. На другой фотографии этот же дом уже горел. Пламя вырывалось из его окон. Снимали, видимо, ночью, поэтому очертания дома терялись в темноте. Но рядом виднелись пожарные машины, лестницы, приставленные к окнам, и люди. В статье говорилось, что дом сильно выгорел изнутри. Во время пожара в доме была девочка, которую не удалось спасти.

Еще через пару номеров газета вновь вернулась к тому пожару. Теперь уже корреспондент, писавший статью, рассуждал о его причинах. Оказывается, в этом доме жила одна семья, в которой было двое детей – две девочки. Одну звали Оля, а вторую – Валя. Накануне пожара родители были в отъезде, а старшая из сестер – Валя должна была присматривать за домом и за младшей. Но вечером она оставила сестру одну и ушла. Корреспондент рассуждает, что если бы Валя осталась дома, возможно пожара бы и вовсе не было. Но действительно ли пожар произошел по вине младшей сестры, или это было просто стечение обстоятельств, выяснить никому не удалось.

К статье прилагались фотографии сестер. В них обеих Виктор заметил что-то знакомое, будто бы уже видел эти лица. Но где и когда? Этого он не мог вспомнить.

Были еще публикации. В них продолжалось обсуждение пожара и гадание о его причинах. Версии назывались разные, но ни одна из них ничем не была подтверждена.

В списке, который выдал планшет, была еще одна статья, вышедшая спустя два месяца после события. Виктор снова вернулся к стеллажу и вынул оттуда еще одну подшивку. Отыскал статью. В ней упоминался пожар, но статья была о том, что родители девочек скоропостижно скончались. Оставшаяся без родителей старшая их дочь Валентина была помещена в интернат для бездомных детей. Также из этой статьи Виктор узнал, что сгоревший дом власти города решили снести.

Улица Чертополоховая, 24. Этот адрес он запомнил, чтобы найти дом. Ведь там же должно быть что-то на его месте.

Когда он вернул подшивки обратно на полки, глянул на часы. Было около семи. Он удивился тому, как быстро пробежало время. Поднявшись в зал библиотеки, Виктор вновь увидел ту девушку.

– Ну как, нашли, что искали?

– Да, спасибо.

Ему не хотелось уходить. Улыбка девушки, стеснительная и робкая, была притягательной. И здесь было сухо, тепло и светло. Библиотека скоро закроется, и почему бы не проводить девушку до дома?

Мечтания Виктора прервал телефонный звонок. Звонила тетушка.

– Ты где? – прозвучал ее вопрос.

– В библиотеке.

– Так, слушай сюда. Твоя сестра подъедет к тому дому к восьми вечера. Ты тоже дуй туда. Если увидишь дом, не удивляйся. Так и должно быть. И самое главное, запомни, ты должен спасти Олю.

– Кого? – не понял Виктор.

Но тетушка уже отключила вызов.

На улице смеркалось. Зажглись фонари. Дождь по-прежнему моросил, не переставая. Вспоминая уютную библиотеку, Виктор пошлепал по непогоде на Чертополоховую.

Когда он приближался к тому месту, где должен был стоять дом с номером 24, уже совсем стемнело. Аленки еще не было. А рядом с домом номер 22 за решетчатым забором поднимались густые деревья. Сквозь них ничего нельзя было разглядеть. Пройдя мимо них, Виктор вышел к дому, на углу которого просматривалась табличка с цифрами «26». Значит, заросший пустырь между домами и есть то самое место, где когда-то стоял сгоревший дом.

Виктор глянул на телефон. Было без пяти восемь. Аленки все не было. Редкие прохожие, попадавшиеся до этого, куда-то все исчезли. И Виктор стоял один в темноте под моросящим дождем рядом с мрачным пустырем.

Вдруг из пелены дождя показался размытый свет фар. Подъехала машина с шашечками на крыше. Из нее вышла Аленка. Такси сразу же скрылось в темноте улицы.

Виктор посмотрел на сестру, ожидая, что она ему скажет. Аленка подняла на него глаза.

– Мне тётя Валя рассказала про тебя. Но я ей все равно не верю.

– Зачем тогда приехала?

– Я не могла отказать ей.

– Тебе что-то еще тётя Валя рассказывала?

– Да, сказала, что появится какой-то дом с аркой. И мы с тобой должны войти в него.

– Почему он вдруг появится?

Аленка не успела ответить. Рядом с ними остановился внедорожник. Из водительской двери вышел Григорий, а из других дверей еще трое парней.

– Ты почему не сказала, что собираешься куда-то? – произнес Григорий. – Я думал, ты этого чудика отбрила, а он вот он.

– Как ты меня здесь нашел? – спросила Аленка.

– Скрывать не буду. Таксист – мой кореш. Так что ты, дорогая, от меня никуда не скроешься. – Григорий повернулся к Виктору. – А тебя я сегодня предупреждал. Так что пеняй на себя.

Трое парней обступили Виктора, отгородив его от Аленки. Он, было, двинулся к ней, но крепкая рука легла на плечо и не дала пошевелиться. Глупейшей ситуации Виктор и представить не мог. Зачем он здесь, и зачем сюда пришла Аленка? Неужели для того, чтобы попасться в руки какой-то шпаны?

В этот момент упруго дунуло ветром прямо в лицо. Капюшон сбросило с головы. С соседнего дерева сорвало ворох пожелтевшей листвы и осыпало Виктора и тех, кто был рядом с ним.

За плечо перестали держать. Виктор стряхнул с себя листья и заметил, что парней рядом нет. А Аленка с широко раскрытыми глазами смотрит куда-то за спину Виктора. Он обернулся и чуть ли не присел от неожиданности. Перед ним стоял дом, тот самый, что был вчера, выходивший стеной прямо на проезжую часть. Арка зияла непроглядной чернотой. Тротуар уходил в нее и там терялся. На втором этаже светились два окошка, занавешенные шторами.

Аленка и Виктор стояли и смотрели на дом, не в силах шелохнуться от увиденного.

Вдруг со стороны дома раздался стук шагов. Он приближался. И вскоре из темноты арки вынырнул силуэт девушки, одетой в плащ. Она быстрыми шагами приблизилась к Виктору с Аленкой и, не обратив на них внимания, прошла мимо. Виктор лишь успел заметить ее лицо.

– Это же та девочка с фотографии, – произнес он.

– С какой?

– Валя. Из газеты.

– Я ничего не понимаю, – ответила Аленка.

– Или просто похожа, – пробормотал Виктор. – Ладно. Давай уж пойдем к тому дому, раз тебе велели идти туда.

Они подошли к темнеющей арке и вступили под ее своды. Дождь сюда не проникал, но зато дул сквозящий ветер. Виктор вспомнил, что справа должна быть дверь. Чтобы ее отыскать, он достал из кармана мобильник и включил на нем фонарик. Дверь оказалась на месте. Они с Аленкой направились к ней. Виктор поднялся по ступенькам крыльца и потянул за ручку. Дверь, хоть и туго, но подалась. Она была тяжелой, а ее ручка – кованая, массивная.

Изнутри пахнуло жилым помещением. Откуда-то из глубины поступал слабый свет. Виктор пропустил вперед Аленку и вошел сам. Они оказались в полутемной прихожей. Слева уходила наверх лестница с резными перилами. Оттуда, с верхнего этажа и падал желтый свет.

– Поднимемся? – спросил Виктор.

Аленка пожала плечами. Судя по ее виду, она вообще не понимала, зачем она тут. Тетушка наказала зайти в дом, они вошли. Но не останавливаться же в пустой прихожей? К тому же тетушка еще что-то говорила про спасение Оли. Виктор вспомнил статью в газете и фотографию той девочки. Неужели о ней говорила тетушка? Бред какой-то.

– Пошли, – шепнул Виктор и первым направился к лестнице.

Деревянные ступени были основательно потертыми. Они поскрипывали при каждом шаге, отчего Виктор то и дело останавливался и прислушивался. Но в доме было тихо. Аленка поднималась вслед за ним, придерживаясь за перила.

Миновав два пролета, они оказались на втором этаже. Коридор, куда вывела их лестница, освещался слабой лампочкой, подвешенной к потолку на черном проводе. Вдоль стен по обе стороны было несколько дверей. Все они были закрыты кроме одной. Дальняя дверь была приотворена, и из образовавшейся щели на пол падала полоска света.

Виктор на цыпочках подкрался к двери. Аленка неслышно последовала за ним.

Сквозь щель была видна комната. Два окна закрывали шторы, которые Виктор и видел с улицы. На полу лежал цветастый ковер, а на нем прямо посреди комнаты сидела девочка в легком светлом платьице. Она увлеченно читала какую-то толстую книгу, не обращая внимания, что за ней наблюдают.

Вдруг девочка отложила книгу в сторону и резко поднялась. Она подошла к широкому шкафу, стоявшему вдоль стены. Открыла одну из дверец. И тут Виктор смог разглядеть ее лицо. Он не мог ошибиться: это была вторая девочка с фотографии в газете. Оля, которая погибла при том пожаре. На вид ей было лет десять, не больше.

Оля достала из шкафа несколько свечей и блюдца. Все это она перенесла в центр комнаты, где оставила книгу. Блюдца она расставила кругом и на каждое установила по свече. В ее руках появились спички. Чирк. И она начала поджигать свечи.

– Что она такое делает? – шепнула в ухо Аленка. – А если загорится дом?

Только тут Виктор опомнился, вспомнив напутствие тетушки. Так вот что имела она ввиду. Он открыл дверь и вошел в комнату.

– Оля! – окликнул он девочку.

Она обернулась, и ее глаза наполнились страхом. Появление Виктора, видимо, напугало ее. Она дернулась в сторону, задела ногой одну из свечей, та опрокинулась, и тут же ворсинки ковра вспыхнули ярким пламенем.

Виктор поспешил к Оле, но она вдруг пронзительно завизжала и рванула от него. Он быстро пересек комнату и настиг Олю, когда она забилась в дальний угол.

– Да, не бойся ты! Я пришел, чтобы спасти тебя.

– Не подходи! – срывая голос, прокричала она.

– Я ничего плохого не сделаю.

Но Оля не подпускала его. Она отчаянно лупила ладошками по протянутым рукам и отбрыкивалась ногами, не давая Виктору приблизиться.

Он почувствовал спиной тепло и обернулся. Пламя огромными языками охватило весь центр комнаты, скрыв дверь, где осталась Аленка. Надо было срочно выбираться.

Теперь уже не обращая внимания на брыкающуюся Олю, Виктор схватил ее за руку и притянул к себе. Она продолжала сопротивляться. Но он все равно попытался вытащить ее из угла.

Пока шла эта борьба, огонь разгорелся и уже полностью отрезал путь к двери.

– Вот видишь! – кричал Виктор. – Нам теперь не выбраться отсюда. Ты пойми, я хочу спасти тебя!

Видимо, Оля поняла уже, что Виктор желает вывести ее из горящей комнаты. Она прекратила сопротивление. Но было поздно. Путь к двери был отрезан. А огонь подступал все ближе. От дыма становилось трудно дышать.

Взгляд Виктора упал на зашторенные окна. Он сорвал штору с ближайшего окна. Попытался открыть оконную створку. Закрашенный краской шпингалет долго не хотел поддаваться. Наконец, Виктор открыл одну створку, затем вторую. Из дождливой ночи дыхнуло холодом. Но тут же огонь, будто почувствовав свободу, побежал к раскрытому окну. Надо было торопиться и опередить его. Виктор схватил Олю за талию, приподнял и посадил на подоконник. Выглянул из окна сам. Чуть ниже себя он увидел карниз, а справа – водосточную трубу.

– Высоты не боишься?

– Боюсь.

– Тогда зажмурь глаза.

Виктор перелез через подоконник и нащупал ногами карниз. Сделав шаг в сторону, он ухватился рукой за крепление водосточной трубы. Пощупал его на прочность. Затем, вернувшись к окну, он подхватил Олю и прижал к себе. Его качнуло от стены, и в груди похолодело. Но он устоял. Прижимая к себе Олю одной рукой, второй он крепко держался за кронштейн трубы. Медленно он подтянул себя к трубе. Обхватил ее рукой и начал спуск.

Под тяжестью себя и Оли он заскользил по трубе, с трудом тормозя рукой и ногами, пока не достиг следующего кронштейна. Перехватившись, он продолжил спуск. Вскоре труба закончилась, и они вдвоем повалились на землю. Виктор больно ударился задней точкой об асфальт. Но благодаря ему Оля не ушиблась. Она тут же вскочила на ноги и нагнулась к нему.

– Ты как? В порядке?

– Да, – ответил Виктор поднимаясь.

Он посмотрел на окна второго этажа, из которых вырывались языки пламени, и вспомнил об Аленке. Сказав Оле, чтобы она сидела тут и ждала его, Виктор бросился в арку.

Теперь дверь он нашел быстро. Даже фонарика не понадобилось. Ворвавшись в прихожую, он чуть не задохнулся от дыма. Сильно ело глаза, ничего не было видно. Виктор закрыл рукавом куртки нос и рот и побежал по лестнице на второй этаж.

Здесь дыма было еще больше. Он заполнял весь коридор. Со стороны той комнаты, где начался пожар, прорывалось красное свечение. Аленка вряд ли находилась там. Вообще, она могла уже выбежать из дома через дверь, но Виктор не встретил ее на улице. Значит, она все же была здесь.

Он повертел головой и решил, что Аленка могла спрятаться в одной из комнат. Он бросился открывать двери одну за другой. Везде было темно. Виктор нащупывал на стене выключатели, щелкал ими и, когда лампочка под потолком загоралась, быстро оглядывал комнаты. Аленки нигде не было.

Добравшись до последней двери в конце коридора, Виктор открыл ее. Это была ванная. Выключателя здесь не было, он остался снаружи. Но и без него Виктор заметил лежавшую на полу Аленку. Рядом с ней валялось опрокинутое ведро. Глупенькая, она пыталась тушить пожар.

Виктор схватил Аленку на руки и понес к лестнице. Дышать было нечем, и он вот-вот свалится от помутнения. Словно в тумане он угадал первые ступеньки и, стараясь не упасть, сбежал по ним. В темном коридоре ткнулся в стену. Голова шла кругом. Руки еле удерживали сестру. Дым щипал глаза, а к горлу подкатывала тошнота.

Сделав еще усилие, Виктор прошел вдоль стены и нащупал дверь. Навалился на нее. Чуть не упав, слетел с крыльца. Холодный воздух ударил в лицо и прояснил сознание. Поправив сестру на руках, Виктор побежал из арки к тому месту, где оставил Олю.

Она стояла на газоне недалеко от дома. Виктор дошел до нее и опустил Аленку на опавшие листья. Он смотрел на лицо сестры и не знал, жива ли она. Но вдруг веки ее шевельнулись, и она открыла глаза. Тут же закашлялась. Виктор помог ей подняться и сесть.

Аленка удивленно посмотрела на него, на Олю, а потом перевела взгляд на дом. Там из окон продолжало вырываться пламя, освещая кровавыми отблесками тротуар и деревья.

– Как я здесь оказалась? – спросила Аленка.

– Он принес тебя, – ответила Оля. – Он спас меня и тебя.

– Молодец он, – сказала Аленка, посмотрев на Олю. – Я бы хотела иметь такого брата.

В этот момент вновь поднялся ветер. Он закачал деревья и взметнул в воздух лежавшую на газоне листву. Словно в пурге закружили желтые листья, закрыв все вокруг. Когда же ветер стих, листья опали, осыпав тротуар, Виктора, Аленку и… Григория с его приятелями, вдруг откуда-то взявшимися и стоявшими рядом. Виктор обернулся в сторону дома, но ничего там не увидел. Ни дома, ни пожара, лишь уходящий вдаль тротуар, освещенный редкими фонарями.

Григорий приблизился к Виктору и собирался схватить его за грудки, как вдруг Аленка резко поднялась с земли и встала между ними.

– Гриш, полегче с моим братом. Я ведь и обидеться могу.

– С братом? Ты не говорила, что у тебя есть брат.

– Теперь знай, что есть.

***

Григорий довез их на своем внедорожнике до дома. Пока ехали, Виктор достал из куртки наушники и сунул их Аленке.

– Возьми, дарю.

Дома мама и папа встретили Виктора как обычно, будто ничего и не случилось. Только мама немного поворчала по поводу того, что сын пропадал где-то целый день.

На следующее утро Виктор решил посетить тетушку. Благо он теперь знал, где она живет. Ему хотелось узнать, как так получилось, что дом с аркой вдруг снова появился. Особенно его волновала история с пожаром.

Он намеренно выбрал путь по Чертополоховой. И когда проходил мимо двадцать второго дома, остановился у пустыря, огороженного забором и заросшего густыми тополями. Немного постояв, Виктор двинулся дальше.

Еще издали он увидел, что у тетушкиного дома стоит легковая машина. Приблизившись, Виктор разглядел, что это такси. Из калитки вышла тетушка. Она заметила Виктора и махнула ему рукой.

– Витюш, ты ко мне?

– Да, тёть Валь. Хочу поболтать с вами.

– Извини, не могу сейчас. Надо ехать на вокзал, встречать сестру.

– Сестру? – удивился Виктор. Он знал, что у тетушки не было сестер.

– Да. Представляешь? Моя младшая сестра Ольга вдруг объявилась! Позвонила, что прибывает сегодня утренним поездом.

Тетушка потрепала Виктора за плечо и залезла в такси. Машина рыкнула, выпустила облако густого дыма из выхлопной трубы и укатила по кривой улочке, скрывшись в тумане моросящего дождя.

Братск, январь 2025 г.