Доминик и Мерк. Сатус.

*

- Вот он, тот дом, о котором я говорил. – Высокий худой мужчина в соболиной шубе неспешно поднял руку и указал на большое двухэтажное жилище по правую руку от улицы. – Подходит? – с надеждой спросил он сразу у нас обоих.

Что ж… С первого взгляда мне стало понятно, что преимущество дома заключается лишь в его размерах. Перед моими глазами представал дом, который, казалось, когда-то был полон жизни и гордости, но теперь лишь тенью своего былого величия.

Двор, а точнее, небольшой палисадник, некогда наверняка впечатлявший своей красотой, был безбожно запущен. Это было первое, что бросилось в глаза, словно кричащее свидетельство забвения. Листья под немногочисленными деревьями не убирались уже который год. Они лежали плотным, прелым ковром, скрывая под собой остатки былой зелени и, возможно, даже забытые детские игрушки. Этот слой листвы, казалось, стал символом времени, которое остановилось, или, скорее, замедлило свой ход, оставив все в состоянии стагнации.

Дальше взгляд скользил по стенам дома. Краска на них в нескольких местах облупилась, обнажая серые, будто уставшие от жизни, участки. Эти облупившиеся пятна были похожи на раны, которые никто не спешил залечить, на морщины, которые никто не пытался разгладить. Они говорили о пренебрежении, о том, что забота о внешнем облике отошла на второй план, уступив место более насущным, или, возможно, просто более легким для решения, проблемам.

И, наконец, окна. Окна – это глаза дома, его связь с внешним миром. Но эти окна, если кто и протирал, то лишь два-три раза в год, скорее всего по великим праздникам. Мутные стекла, покрытые слоем пыли и разводов, не пропускали солнечный свет в полной мере, делая внутреннее пространство еще более сумрачным и неприветливым. Они были как затуманенные взгляды, в которых не отражалось ни любопытство, ни радость, ни даже простое желание быть увиденным.

- Трущоба, - тут же поспешил с выводами стоящий рядом со мной младший брат. – Будущему великому магу в таких местах жить не полагается, – заявил он с апломбом, явно намекая на самого себя.

Торгаш Торнтон слегка улыбнулся и перевел взгляд с младшего на меня.

- Дом выглядит, скажем так, несколько… уныло, - ответил я более мягкой фразой.

Мой собеседник в ответ понимающе вздохнул.

- Да. Господин и госпожа Ливи уже давно, так сказать, потеряли интерес к жизни. Муж давно забросил работу и прекратил приносить достаток в дом. А его жена…- Мужчина попытался сказать что-то и про нее, но так и не смог подобрать нужных слов, поэтому решил лишь многозначительно промолчать. – Именно поэтому они теперь сдают половину своего дома, и именно поэтому его цена не слишком велика: обычно хозяева присматривают за состоянием сдаваемой части дома, делают мелкий ремонт, убирают в саду. Но тут… - Торнтон опустил руку и вяло помахал мне ладонью, давая понять, что на это я могу не рассчитывать.

Я и так все понял.

- А что внутри? – поинтересовался я о более насущном.

- Три комнаты, обставленных мебелью, кровати с постелями и просторная садовая кухня. Тут все как полагается, - тут же заверил мужчина. Проходящие мимо стражники в голубых туниках вежливо поздоровались, выказывая Торнтону свое уважение. – Если бы условия в доме не соответствовали порядку, то никто бы и не подумал его сдавать. Правда, там следует порядком прибраться. Вывести мышей и тараканов, если такие уже там имеются. Там может быть даже и плесень. Это прискорбно, я понимаю. Но цена за это место, окупает все это… прискорбие.

Я поминал. Все понимал. Понимал и про пыль, и про плесень, и даже про мышей. Но цена, а точнее, количество денег в моей кошельке решало все. Я еще раз прикинул все свое накопленное богатство. Денег было изрядно. Но если вычесть от этого сумму аренды за полгода, то у меня остается совсем немного - лишь на питание, да и то едва ли на месяц. И это, не считая налога на магическую службу. Поэтому мыши мышами, плесень плесенью, но мой кошелек решает все за меня.

- Так что? Согласны? – Торнтон не давил, но и не давал долго времени на подумать. Наверняка он и так знал, что я на все соглашусь. Если бы не гильдия магов города Сатуса, с которой он сотрудничал, он бы даже не стал нам помогать. Даже несмотря на то, что мы с братом молодые маги. Но отказать гильдии магов этот торгаш не мог.

- Трущоба, – еще раз выразил свое недовольное мнение младший брат.

Я тоже не был в большом восторге от приобретения.

Но…

- Пойдет, - согласился я и кивнул мужчине, выражая свое согласие.

- Тогда идем ко мне в гильдию и оформим сделку, - объявил он мне. Именно мне, так как с моих слов он уже понял, что жилище покупаю себе именно я.

- Оформим сделку? – Я еще ни разу ничего не оформлял, тем более каких-то там сделок.

- Да. Подпишем договор. Обычный такой, с подписью и печатью, - пояснил мне он, лихо закручивая тонкие усики над верхней губой.

- Договор? – Я все еще ничего не понимал. Такие вещи были мне в диковинку. У нас в деревне слова человека было достаточно. Если договорились, значит, договорились. Зачем эти бумаги, эти подписи, эти печати? Неужели нельзя просто поверить на слово? Да и вообще - я еще ни разу ничего не оформлял, тем более каких-то там сделок. Мой опыт ограничивался покупкой вещей в лавке или обменом трофеев, принесенных из леса, на рынке. А тут – целая сделка! Само слово звучало весомо, серьезно, почти угрожающе.

- Да. Без этого в таких делах ничего не делается, - серьезно произнес он, и его тонкие усики, казалось, закрутились еще лихее, словно подчеркивая его превосходство в этом вопросе. Он говорил о договоре так, будто это было нечто обыденное, как утренний чай или прогулка по городу. Для меня же это было сущим откровением.

- Хорошо. Раз так и надо… - ответил я с некоторой растерянностью.

- Да, разумеется – именно так и надо, – снова подтвердил он, и его взгляд скользнул по мне, словно оценивая. – Договор. Чтобы сделка не имела обратной силы, и никто не мог отыграть назад. В этом городе, поверьте, каждый второй норовит тебя обмануть, так что такие предосторожности здесь в порядке вещей.

Я не стал спорить, и согласился, мотая эти сведения на свой несуществующий ус.

*

Не прошло и часа, как я обменял изрядно похудевший кошелек на ключ от своей части дома, который совсем недавно лишь осматривал. И вот, спустя короткое время, я вновь стоял перед этим заброшенным жилищем, но теперь уже с полным правом отпирал его двери. Пусть не полностью, и пусть всего на полгода, но теперь я - его хозяин.

Внутренности дома оказались такими, какими их описал нам Торнтон. На первом этаже располагались две обширные, но скудно обставленные комнаты. Первая из них была спальней с двумя кроватями, широким шкафом и длинным большим сундуком. Вторая скорее всего служила как гостиная -там не было кроватей, зато стоял длинный сосновый стол. Поднявшись на второй этаж, мы увидели третью комнату, загроможденную самым разным мусором. Видимо какое-то время ее использовали вместо кладовой. Большой вместительной кладовой для разного старья.

- Трущоба, - в который раз высказал свое нелицеприятное мнение о моем новом месте жительства младший брат. – Ну что, Доминик? Теперь вниз? Обживаться? – Он задорно дернул головой, привычным движением поправляя сбившуюся на глаза челку светлых волос.

- Вниз, - согласился я. – Нужно разобраться с вещами и наконец отдохнуть. Второй раз обойти дом я еще успею.

Спустившись в спальню, мы открыли шкаф и сундук и принялись делить вещи на те, что нужны нам сейчас, а что будут на лето. В шкаф перекочевала вся теплая одежда, что пригодиться нам этой весной. Легкие летние шмотки мы сложили на потом, в сундук. На подоконник ближайшего окна легли книги по магии, скудный запас еды, собранной родителями в дорогу, кружки, тарелки, ножик и ложки. Как я запомнил из первого обхода, ничего подобного я тут не нашел. В конце на спинках кроватей оказались и два меча – один, что побольше, мой, другой, покороче, брата.

Вот и вся разгрузка.

Брат тут же потянулся за остатками домашней еды, надеясь пообедать прямо тут, на кровати. Однако я быстро перехватил еду, и взяв с собой посуду, отправился в гостиную, тем самым заставляя и его последовать за собой.

Усевшись на шаткие табуреты, мы принялись с удовольствием уплетать остатки приготовленного матерью печеночного паштета. Последнее воспоминание о доме. Снова так вкусно мы теперь поедим не скоро.

- Ну что, все еще доволен своим приобретением? – оторвал меня от мыслей о доме насмешливый голос брата.

Слизывая с губ последние крошки паштета, я рассеянным взглядом уставился на своего собеседника. Мерк, мой младший брат. Вроде бы и брат, но как же мало между нами общего. У меня тёмные, а у него светлые волосы. Он любит голубые одежды, я же люблю зеленые. Я люблю спокойствие, а он - само беспокойство. Мне важен уют, а ему нисколько. Я люблю запасы. А Мерк… Младший живет лишь сегодняшним днем. Я понимаю, что меж нами разница в целый год: мне двадцать лет, а ему девятнадцать. Но боюсь, что, когда ему будет двадцать, он останется все тем же порхающим мотыльком.

А может все дело в магии? Попав в школу магии, я выбрал для обучения магию земли. Магия земли - магия основательности. А мой брат, подумав, выбрал для себя магию воды. А вода она что? Переменчива и непостоянна. Может наши магии так на нас повлияли? Хотя связь между магией и характером мага никем из архимагов пока не установлена.

- Доволен? Не то чтобы доволен, - честно ответил я. Но лгать не имело смысла – Мерк знал меня как облупленного.

- Вот! А с чего тебе тут быть довольным! – выпалил он с откровенным упрёком. - Палисадник запущен. Во дворе ворох листьев. Стены облупились. А внутри еще хуже! Ковров на стенах нет, занавесок нет, скатертей нет, свечек и тех нет. А судя по запаху… - Он демонстративно втянул носом воздух. - Где-то тут есть и плесень, и мышиный помет. Того и гляди тут заведутся и змеи, - с усмешкой припугнул меня он.

Плесень и мыши. А-то я не знаю. А-то я не почувствовал, едва ступив на порог. Однако у меня к этому другое отношение.

- Палисадник запущен? Ничего - приложу руки, и он у меня зацветет. Худо-бедно, но с этим я как-нибудь справлюсь. Двор полный листьев? Так-то убрать не проблема. Руки есть? Есть. А метлу я найду. Стены облупились? Зато крыша целая. Ковров на стенах нет? Надо будет – куплю. И занавески куплю, и скатерть, и свечи в дом. Плесень можно вывести, точно, как и мышей.

- Можно. Конечно же можно, - согласился мой брат с неожиданной легкостью и тут же снова перешел в наступление. – Но беда в том, мой любимый старший брат, что ты уже согласился жить с таких условиях. Ты, маг королевства. Ты, тот, кто в будущем, возможно, - он сделал ударение на последнем слове, - достигнет больших высот. Согласился. А не должен был. Вот в этом-то и беда, - закончил обвинение он.

- Беда? – возмутился я.

- Беда. Именно беда, - продолжал настаивать он. - Ведь нам, магам королевства, никак нельзя соглашаться на меньшее – нужно желать только большего, - уверенно заявил он.

Вот оно как? Что-то раньше я от него о таком не слышал.

- Тогда скажи-ка мне братец, отчего это ты, великий маг в нашем будущем, согласился жить в таком доме со мной? – Теперь уже я перешел в нападение. – Что ни говори, а это место тебе ну никак не подходит.

- Я? – Мерк оторвался от стряхивания крошек паштета с теплого жилета и синей рубахи под ним. – Так я же это временно! - надул губы он.

- Временно?

- Да. Я не такой как ты. Я не стану браться за первый попавшийся шанс, за первое же предложение. Я еще немного похожу, осмотрюсь, и выберу себе что-нибудь достойное.

- Но более достойное будет стоить дорого, а с твоими деньгами такого надолго не хватит. – Я бросил взгляд на его не самый толстый кошель, видневшийся из-под жилета.

- Ну и что с того? Да, может моих денег хватит не на полгода, а на пять, или четыре, или даже на три месяца. Ну и что с того? Что с того, а? Как ты говоришь – потружусь, заработаю. Руки-ноги есть? Есть. Магией я владею? Владею. А значит без денег я не останусь, - уверенно заявил светловолосый брат.

- Да? – ухмыльнулся я.

- Да, - услышал я уверенное.

- Тогда ответь мне вот что – если бы я не арендовал этот дом, а поступил бы, как ты мне советовал, то, где бы мы с тобой спали бы этой ночью?

Задав такой вопрос, я думал, что победил.

Но не тут-то было.

- В трактире. В таверне. На постоялом дворе. Где угодно, - тут же ответил он. – Это - простая ночевка. Но дом…. Это твоя обитель. Твоя крепость. Твое лицо, если хочешь. К выбору дома нужно относится серьезно! – заверил Мерк, выпячивая глаза. – Как ты приведешь в такой дом просителей? Как ты приведешь в такой дом гостей? Как ты сюда приведешь свою девушку? Нет, что ни говори, а с выбором дома ты явно поспешил, - уверенно заявил он, демонстративно скрестив руки у себя на груди.

Слова Мерка, произнесенные с такой убежденностью и подкрепленные выразительной мимикой, эхом отдавались в голове. Он выпячивал глаза, словно пытаясь заглянуть в самую суть моего выбора, и его демонстративно скрещенные руки на груди были не просто жестом, а приговором. "Нет, что ни говори, а с выбором дома ты явно поспешил", – эта фраза, произнесенная с такой уверенностью, заставила меня малость призадуматься.

Однако мне имелось что ему возразить.

- Это просто дом. Дом на первое время. Мы только приехали в город и это - моя опора. Отсюда я буду смотреть за этим миром и буду решать, как мне стоит жить дальше. Бегать в поисках дома в первые дни приезда – это не для меня. Я арендовал этот дом, и у меня уже есть куда вернуться, где отдохнуть и где провести ночь. Тут я пару дней отдохну, а потом начну поиски работы. Друзья? Ой, да подумаешь. Девушка? Когда будет. А что до клиентов и заказчиков… Ну, каждый из них не сразу родился богатым. Думаю, они все поймут, – поделился своими мыслями я.

Мои слова, эхом отразившиеся от пустых стен, наполнили комнату ощущением спокойствия и решимости.

Да, все так. Бегать в поисках дома в первые дни приезда – это не для меня. Я слишком ценю свое время и свои нервы. Арендовав этот дом еще до отъезда, я избавил себя от лишних хлопот и волнений. Теперь у меня есть куда вернуться, где отдохнуть и где перевести ночь. Это не просто крыша над головой, это мой маленький островок стабильности в бурном океане нового для меня города. Здесь я могу расслабиться, привести мысли в порядок, восстановить силы после долгой дороги.

Тут я пару дней отдохну, а потом начну поиски работы. Не спеша, обдуманно, с ясной головой. Я знаю, что это будет непросто, но я готов к трудностям. У меня есть опыт, знания, и главное – желание работать. А пока я могу позволить себе эту небольшую передышку, чтобы собраться с мыслями и разработать план действий.

Друзья? Ой, да подумаешь. Конечно, мне будет не хватать привычного круга общения, но я уверен, что со временем найду новых единомышленников. Девушка? Когда будет. Я не гонюсь за отношениями, я сосредоточен на своих новых целях. Девушка – будет. Будет потом. Всему, так сказать, свое время и место.

А что до заказчиков и клиентов… Ну, каждый из них не сразу родился богатым. Думаю, они все поймут. Я готов к тому, что на первых порах придется потрудиться, чтобы завоевать их доверие. Я верю в свои силы и знаю, что смогу доказать свою компетентность, как мага.

- А я все-равно не согласен, - уперся рогом Мерк.

- А я и не рассчитывал на твоё согласие, - раздраженно ответил я.

- Балбес, - тут же окрысился он на мою раздраженность.

- Простофиля, - не остался в долгу и я.

- Дуболом!

- Балда.

- Твердолоб!

- Губошлеп.

- Заскорузлый пень!

- Пустопорожнее облако, - выдал я напоследок, злясь за его упрямство.

Хотя, чего это я? Мерк вечно был со мной хоть в чем-нибудь, да не согласен. Чего же мечтать, что в этот раз все пойдет по-другому? Да и чего обижаться? Брат это все-таки брат, пусть даже такой как Мерк.

*

Через несколько дней, как и обещал, я приступил к обустройству.

Вначале я купил веник и метлу и хорошенько почистил дом внутри и небольшой дворик снаружи. Не идеально, не до самой последней пылинки, а так, чтобы при внимательном осмотре ничего не бросалось в глаза. Не шик-блеск, а чтобы был просто порядок. Трудился я с утра и до самого вечера, а потому ночью спал, как убитый.

На второй день я купил в одной лавке особый уксус и яд, и разбрызгал одно на пятнистые стены, а другое – в те места, где могли прятаться мыши. Вымывать стены было неприятно – мерзкая жидкость ужасна пахла и раздражала глаза до слез. Но что поделаешь – ночевать в одном доме с плесенью я не собирался. Поэтому, прикрыв рот и нос рукавом рубахи, снова и снова наносил на стену едкую отраву.

На третий день я купил в еще одной лавке большую вывеску, сообщающую о том, что в этом доме принимает маг, клятвенно заверив сурового продавца о том, что как только получится, я стану платить налог. Вернувшись в дом, я положил вывеску на землю, и принялся думать, куда мне ее прикрепить. Над дверью в дом? Нет – слишком далеко от дороги – так местный люд ничего не заметит. Над входом во двор? Хорошо бы. Но там крепить было не на что. Можно было бы привязать ее к ближайшему ко входу дереву. Хорошее решение. Только вот первая удобная ветка для крепления находилась слишком высоко над землей, а лестницы в этом доме для меня не оставили.

Лестница, хм. Ладно. Лестницы нет. Зато у меня есть магия.

Подойдя к дереву на расстояние нескольких шагов, я протянул руку на землю у его корней и четко произнес:

- Зела ту нага! Земляной бугор!

На миг мои пальцы заволокло небольшое марево из поднявшегося в воздух песка, и в том месте, куда я указал, возникла небольшая земляная возвышенность. Именно что небольшая – высотой где-то мне по колено. Как будто кто-то орудовал рядом лопатой и привез мне тележку сырой свежевскопанной земли.

Вот она, магия земли. Сколько лет колдую, а все не могу привыкнуть. Сила Дара, сила знаний и сила слова, могут сотворить вот такое чудо. Могут позволить мне творить разные чудеса. Власть над землей. Кто может сказать, что это не чудо. И пусть у меня все еще впереди, пусть сногсшибательные заклинания я смогу создавать лишь через много лет, но управлять землей, не прилагая рук – настоящее чудо. Просто-таки дивное диво.

Убедившись, что заклинание сработало, я встал на землю ногой, чтобы проверить прочность этой новой возвышенности. Все в порядке, годится. Вернувшись за вывеской и положив ее рядом, я указал пальцем на вершину кучки земли, где явственно виднелись сделанные мной отпечатки.

- Земляной бугор! – снова выкрикнул я.

Земляная насыпь тут же увеличилась вдвое. Хорошо, но все еще недостаточно.

- Земляной бугор! – в третий раз выкрикнул я.

Вот, хорошо. Как раз то, что надо. Медленно, но, верно, мой бугор поднялся на нужную высоту. Теперь дело лишь за моей ловкостью. Вывеску на плечи, руки на ствол, и ногами раз-два, раз-два…

Вывеска разместилась на своем месте ровно тогда, когда у входа во двор появился Мерк.

- Хороша? – спросил я его, желая вместе порадоваться за свою работу.

Мерк критическим взглядом осмотре и меня и вывеску.

- Ничего особенного, - ответил он, скривив нос. – Самая обычная вывеска. Хорошо, что хоть покрыта лаком – будет хоть какая-то защита от дождя.

Опять он не доволен. Ему подавай все и сразу, и чтобы по-королевски.

- Все зависит от размеров моего кошелька. Главное, что я не стою на месте и двигаюсь вперёд. Медленно, но, верно, - пояснил я ему. – А ты как? Как твои поиски жилья?

- Есть несколько хороших жилищ – красивых и богато обставленных. Но дорого! - вырвалось у него. Но Мерк тут же взял себя в руки и вновь заговорил донельзя уверенным голосом. – Но я своего добьюсь и что-нибудь да найду.

- Хорошо, пусть так и будет. – Я не стал с ним спорить. Если хочет иметь свой дом, пусть так оно и будет. Еще раз полюбовавшись аккуратно повешенной вывеске, я отошел назад, и нацелившись пальцем на свое земляное творение, громко произнес:

- Унда ора! Земляная яма!

Земляная башня дрогнула и осела на треть. А я не унимался.

- Земляная яма! Земляная яма!

После третьего заклинания земля возле дерева снова стала ровной, как прежде, только очень мягкой, как вход в кротовью нору.

- Да ты весь запачкался, – укорил меня брат.

Я опустил голову. А и верно. На теплом жилете и на зеленой рубахе виднелись остатки коры и немного пыли. Запачкался в процессе работы. Значит, нужно помыться.

- Создай немного воды, - попросил его я.

- Конечно создам. – ответил он, закатывая глаза под чуть свесившуюся челку. – Кто, как не я? И чтобы ты без меня делал? Это по возрасту ты старше меня на год. А как до дел, то без меня никуда.

Вот же овечья гавнюшка!

Вдоволь наизголявшись, он вытянул руку вперед и произнес:

- Девигейт! Вода!

В тот же миг протянутая ладонь покрылась водной взвесью, в вниз, на каменную дорожку, полилась струйка воды. Как раз то, что надо. Я зачерпнул воду водой, и вначале очистил одежду, а уже потом умыл свое лицо.

- Все. Фонтан закончился, - объявил водный маг. – Идем обедать - я купил для нас кое-что на рынке.

- Ого? - удивился я. - Откуда такая забота?

- Да все оттуда, – насмешливо фыркнул он. – Я же говорил, что без меня ты помрешь.

В ответ я просто покачал головой. Младший, хе-хе. Разве у кого-то они бывают другими?

На обед Мерк принес жареных потрохов и немного прошлогодних овощей. Быстро сметя все с тарелки, мы перешли к свежему квасу.

- За новую жизнь! – поднял тост мой брат.

- За новую жизнь! – согласился я. – За хорошую и богатую жизнь в городе Сатус.

Мерк улыбнулся, а я, наоборот, призадумался, вспоминая прошлое. До этого времени мы жили в родной деревне, не зная ни забот, ни хлопот. Окончив школу магии и получив статус королевских магов, мы трудились на благо своей деревни не покладая рук. И, мало того - у нас хорошо получалось. Мы брали задания, выполняли почти все, что от нас хотели, а полученных денег нам с лихвой хватало на пропитание и немного сверху. Но этой зимой наш староста почему-то решил отправить нас в большой город. Не мы, ни наши родители этого не хотели – в родной деревне и тын с колом помогают. Однако староста оказался категорически непреклонен, и едва сошел снег и высохли дороги, мы направились в Сатус - ближайший и самый южный из городов нашего королевства.

К нашему несказанному счастью, гильдия магов Сатуса приняла нас хорошо.

- Почему мы не примем? Примем, - обрадовал нас принявший нас огненный маг – высокий мужчина с окладистой бородой в темно-красном хитоне. – Нам все равно, кто вы и откуда. Главное, чтоб магией умели владеть. И перед законом были чисты, – тут же поправился он.

- Правда? А почему? - удивился я такому ответу, одновременно осматривая комнату, где нас принял маг. Помещение оказалось совсем небольшим. Одну половину, у дальней стены, прямо до пололка загромождали самые разные вещи – шкафы, сундуки, свернутые с трубу ковры, деревянные статуи и всякие картины. На оставшейся половине стоял широкий стол и кресло, в котором восседал маг. В трех шагах от стола два стула, в которых сидели мы. В комнате витала атмосфера загадочности и какой-то тайны. Но, что ни говори, а комнаты гильдейских магов я представлял иначе.

- Почему? Потому что тут хлопот полон рот — вот почему. Дел просто невпроворот, – ответил маг, громко всплеснув руками. – В наших лесах обитают опасные звери, и сколько мы не стараемся, никак их не выведем. Окрестности города терроризируют банды Короля-разбойника – ни купцам, ни прохожим от них продыху нет. Каждое полнолуние по лугам восстает нежить. Событие это малоприятное, и с ним нужно что-то делать. Ну и под конец мы находимся у границы, и наши соседи нет-нет, да порываются делать к нам набеги. Не такие которые можно было бы назвать полноценным объявлением войны, но весьма чувствительные. Есть еще несколько причин. Что мешают нам жить, но, думаю услышанного и так вполне довольно.

Такое описание этого места мне очень не понравилось, о чем я и сообщил брату едва мы покинули гильдию.

- Мне что-то тут явно разонравилось, - сообщил ему я, хмуря взирая на радостный город, живущий своей жизнью. – Монстры, разбойники, нежить и соседи. Тут никогда не знаешь, с какой стороны прилетит. Никакого спокойствия, жизнь словно бы на иголках. От такой мешанины явно жди беды.

- Думаешь?

- А что, и так не видно? – мы вышли на главную площадь и уселись под мирно журчащим фонтаном. – Берешь, например, задание в лес, и совсем не знаешь, чего тебе там опасаться – то ли монстров, то ли разбойников, то ли зловещую нежить.

Однако мой брат не разделял опасений.

- Ой, да ладно! Зато какой шанс нарваться на что-то особенное! – заявил он, сияя от возбуждения. - Можно ненароком спасти дочь кузнеца от лесного чудовища. Можно спасти караван от нападенья разбойника. Можно спасти баронета от навалов нежити. Можно спасти… и на этом подзаработать. Или поучить хорошую репутацию. Или попасть на службу к благородным особам.

- Но ведь речь идет о монстрах! А мы с тобой опасней медведя до сих пор никого не видели.

- Ну и что с того? - заулыбался он.

- А разбойники? Ты же знаешь. Насколько это опасно?

- Ну и что с того?

- А нежить? Ты когда-нибудь в жизни хоть раз видел нежить?

- Нет. И что с того?

- А нападения из соседнего королевства? Да мы даже не знали, что такое возможно и насколько такие нападения опасны.

- Чем опасней, тем даже лучше! Чем выше риск, тем выше и награда!

- Ага. Тебе бы все, да и сразу, - пожурил его я.

- Ага. А ты словно старый дуб – медленно и постепенно, - не остался он в долгу.

- Медленность и постепенность - родители осмотрительности, – напомнил я ему известную пословицу.

- Да. Только так можно осматриваться до последних седин.

И снова мы не пришли к единодушному мнению.

- И как ты рассчитываешь вести тут свою жизнь мага? – вырвал меня из воспоминаний насмешливый голос Мерка. Интересно, он просто так меня спрашивает или уже готов разнести мою невысказанную мысль в пух и прах.

- Как, как? Так же, как и в нашей деревне, - честно сказал я ему то, о чем и думал. - Буду брать задания от жителей этого города, и что мне по силам, то буду выполнять.

Мой план был прост, как грабли. Однако в нем имелся один изъян, о котором Мерк с радостью мне сообщил.

- Только ты забыл, что в нашей деревне все знали кто мы такие, и чем промышляем, а потому сами шли к нам со своими бедами. А тут мы чужие, - заявил он, отодвинувшись от стола и раскачиваясь на двух ножках своего табурета.

Я это знал. И на этот вопрос я не имел ответа. Поэтому я поднялся из-за стола, подошел к окну и рассеяно уставился на кусочек улицы.

Там были горожане. Бедные и богатые, в шубах или в пальто, спешащие по своим делам и медленно куда-то идущие. Улыбающиеся и грустные, с поклажей в руках и с пустыми руками. Много людей. Разных людей. В чужом для нас с братом городе.

- Ну… - Я задумчиво почесал узкий подбородок и неожиданно наткнулся на мелкую щетину. Бросил взгляд на Мерка - его подбородок был идеально гладкий. Надо же, между просмотром жилья он успел сходить к брадобрею. А я вот не успел. Некогда. Ведь все делал сам. Брат в обустройстве дома мне не помогал. Протухшая овечья гавняжка он, а не брат. – Будет время, подумаю.

- Ха! - воскликнул брат и так резко дернулся, что чуть не свалился с наклоненного табурета. – А я вот уже придумал.

- Придумал? Ты?

- Ага.

- И что же у тебя на уме?

- Я буду сам ходить по дворам и предлагать магические услуги, - заявил он уверенно, обжигая меня ярким взглядом. - Но не кому попало, а лишь богатым людям. Ведь чем наниматель богаче, тем быстрей мой путь к славе и богатству, - закончил он и широко улыбнулся, искренне веря, что впечатлил меня умом и проницательностью.

Я ничего не ответил и снова взглянул на улицу. Ходить по домам богачей и самому предлагать им свои услуги? Должен признаться, что в этом что-то есть. Может у Мерка что-нибудь да получится. Но это не для меня. Я к такому точно не готов. Лучше я по старинке, как в родной деревне. Пусть медленно, пусть шаг за шагом, но знакомым путем. Буду сидеть в это доме и ждать гостей, ищущих помощи мага.

- Что ж, тебе решать, - ответил я ему. - А за меня не волнуйся – я не пропаду.

- Точно? – На его лице расплылась недоверчивая улыбка.

- Точно.

- Верно?

- Верно?

- Ручаешься? - снова переспросил он, недоверчиво сузив брови.

- Ручаюсь, - ответил я с уверенностью старшего брата. - Клянусь всеми богами!

*

Боги откликнулись на мой призыв уже этим вечером. Едва я расставил по комнате свечи, чтобы приготовиться к надвигающейся темноте и впервые за несколько дней встретить ее со светом, как дверь дома уверенно постучали.

- Кто это? - испуганно дернулся брат, едва услышал первые звуки стука.

- А я откуда знаю? – Мой голос звучал более спокойно, хотя я был взволнован не меньше. То это мог бы быть? Торнтон пришел, чтобы проверить, как мы тут обустроились? Ну это вряд ли – кто мы, а кто он? Хозяева дома пришли чтобы нас поприветствовать? Вряд ли – по словам Торнтона они никуда не выходят. Кто-то из гильдии? Стажа? Какой-то бродячий торговец? А может… Может это тот самый первый заказчик?

- Погоди! - тихо выкрикнул я и метнувшись к шкафу, снял с себя обычную рубаху и натянул дорогую, зеленую, с богатой вышивкой на груди и плечах. - А вот теперь впускай.

- А чего я? Сам впускай, - заартачился брат, испуганно глядя на дверь расширенными глазами.

- Хорошо, так и быть.

Я подошел к дверям и быстро их отворил.

- Ну наконец-то, - раздалось от порога. – А я уже думала, что мне никто не откроет.

Я поднял взгляд. У входа стояла девушка, одетая в дорогой багровый плащ, подбитый волчьи мехом.

- Вы к кому? - отчего-то спросил я ее, борясь со подступившим к моему горлу волнением.

- К здешнему магу. Ведь тут живет маг? Там, на доске, написано.

Маг. Выходит это мой первый заказчик. Точнее, пока посетитель. А так… Если сговоримся, то это будет заказчик.

- Я маг. Проходите, - вежливо пригласил я ее.

- Вот и хорошо.

Женщина быстро прошла в середину гостиной и остановилась, разглядывая увиденную комнату. Появление гостя снова заставило меня смутиться от скудной обстановки своего жилища.

- Мы… Я только недавно вселился. Поэтому тут так… «Бедно», хотел сказать я, но постаравшись, нашел другое слово. – Скромно. – Да. Именно скромно.

- Недавно? О, я знаю, – согласилась девушка. – Я столько раз проходила мимо, и до сих пор не видела тут вывеску о маге. Поэтому я знаю, вы недавно приехали. Я просто… М-м-м. Я еще ни разу не была в этом доме. Его хозяева, чета Лири, не сильно гостеприимные. Вот я любопытничаю, чтобы узнать, что да как, - объяснила гостья.

- А...

Тщательно осмотревшись, словно оценивая каждый уголок незнакомого пространства, гостья, наконец, решительно скинула плащ. Тяжелая, богато расшитая ткань, казалось, с шорохом осыпалась на пол, унося с собой часть тайны, что окутывала ее фигуру. И предстала перед нами во всей красе – или, по крайней мере, в том, что она, очевидно, считала своей красотой.

Молодая женщина, по возрасту чуть старше нас. Ее длинные светлые волосы, словно водопад солнечных лучей, были уложены в сложную, почти архитектурную прическу. Каждая прядь лежала идеально, создавая впечатление кропотливой работы и, возможно, некоторой отстраненности. Это была прическа, которая говорила о внимании к деталям, о желании произвести впечатление, но в то же время – о некой дистанции.

Но что действительно приковывало взгляд, так это платье. Оно облегало ее тело, словно вторая кожа, сотканная из салатовых и зеленых оттенков. Цвета были яркими, сочными, напоминающими о весенней листве или экзотических фруктах. Это было простое платье, без излишеств, без той роскоши, что была присуща только что сброшенному плащу. Контраст был поразительным: от тяжелой, почти церемониальной одежды к легкому, почти вызывающему наряду.

И декольте. Оно было слишком глубоким. Настолько глубоким, что казалось, будто оно бросает вызов не только приличиям, но и здравому смыслу. Слишком глубокое, чтобы безнаказанно ходить с таким на улице, где взгляды прохожих могли бы быть не только любопытными, но и осуждающими. И уж тем более – слишком глубокое для первого визита в незнакомый дом к незнакомым людям. К двум молодым парням, чьи глаза, несомненно, не могли не задержаться на этой откровенной детали.

- И с каким, м-м-м, делом, вы к нам пришли? – спросил я, стараясь не глядеть на волнующие глаз белоснежные выпуклости. Мерк же даже и не думал отводить от них взгляд, а пялился, словно баран на новые ворота. – И как вас зовут? – спросил я, вспомнив, что за все время разговора я так и не спросил ее имя.

- Я? Ах, да, я. Меня зовут Ларетта, – представилась она. Имя звучало сладко, как дорогая конфета, но гостья произнесла его так, как будто оно ей не родное. Женщина повернулась ко мне, уже понимая, кто из нас двоих будет говорить с ней о деле. – А вас?

- Доминик. Маг земли Доминик, - скромно представился я, глядя на ее чуть приятное, миловидное личико. Она же окинула взглядом мое худощавое лицо с зелеными глазами, острым носом и выразительными скулами. – Так с чем вы пришли? - снова спросил я о ее визите.

- А зачем приходят к магам? Чтобы дать задание, разумеется. - Гостья широко улыбнулась, но ее улыбка была чересчур широкой. Или, может быть, мне просто показалось?

- Понятно. – Я кивнул, старательно напуская на себя сосредоточенный вид. Почему? Мне почему-то казалось, что настоящие маги именно так должны выглядеть – серьезно и сдержанно. Как, пример, выглядел староста нашей деревни, когда сообщал о каких-то важных новостях. – И что у вас за задание?

- Довольно простое - я хочу, чтобы вы сходили в Дуболесье и принести мне оттуда лукошко Алых роскошниц, - объявила она.

- Алых роскошниц? – переспросил ее брат, подавая голос. Я тоже не знал, что это такое.

- А, да, вы же тут новенькие. Алые роскошницы, это такие цветы, - пояснила Ларетта. – Они похожи на нарциссы, но цветок у них алый, а его лепестки… Ближе к стеблю они достаточно широкие, а в конце резко сужаются и слегка сгибаются, становясь похожими на язычок змеи. Очень красные и очень яркие. С другими вы их не спутаете, - заверила нас она.

Это хорошо, потому что я хорошо разбираюсь только в лечебных травах.

- И растут они именно что в Дуболесье? – сделал вывод я.

- Не только. Но Дуболесье – это самый близкий к этому городу лес.

Что ж - постараюсь запомнить.

- Но зачем вам именно эти цветы? Розы и тюльпаны тоже весьма хороши. И за ними не нужно ехать в куда-то в лес.

Может мне и не стоило спрашивать ее о таком, но этот вопрос родился у меня сам собой.

Ларетта снова мне улыбнулась, и соблазнительно подмигнула. Или это снова лишь мне почудилось?

- О, какой вопрос. Такие вопросы женщинам не задают. Сразу видно, что вы переехали к нам из какой-то деревни. – Собеседница вздохнула, из-за чего ее груди еще больше показались из разреза платья. Я вновь с большим трудом отозвал свой взгляд от белых полукругов над шнуровкой, а вот брат снова на них залип. - Но я объясню. Тут ответ простой. Эти цветы не только радуют глаз. Из их лепестков можно делать зелья. Очень разные зелья.-Женщина снова соблазнительно подмигнула. Нет, на этот раз я был в этом уверен. - Например, такое, какое делает кожу женщин мягче и подтянутей. - Снова соблазнительное подмигивание. Сердце предательски забилось быстрее. Я чувствовал, как краснею, поддававшись постыдным мыслям. - Но это зелье очень дорогое, не каждому по карману. А вот если принести алхимику эти цветы, и попросить сделать из них нужное снадобье, то цена за бутылочку снадобья упадет раза в два.

«Деньги. Дело пахнет деньгами. Хорошими деньгами. Если это зелье и правда так дорого стоит, то и за эти цветы нам должны хорошо заплатить». Думал я об этом не только из-за денег, сколько из-за того, чтобы перестать думать о том, о чем мне сейчас думать не полагалось.

И мысль о деньгах навела меня на другую мысль.

- А почему именно маг? За этими цветами можно послать почти кого угодно? Пару охотников или кого-то такого? Почему вы пришли с этим именно к магу и.. именно ко мне? - спросил я ее, сам же смутившись от своего вопроса. - Не подумайте, что я буду против, но… Но я все же хотел бы узнать.

И верно - эта часть задания меня немного смущала.

- Да потому что в Дуболесье водятся разные монстры, - просто объяснила она. - Обычные горожане за это не возьмутся. Охотники или наемники? Из-за непредсказуемой опасности, они согласятся рискнуть не менее, чем вчетвером. Они туда пойдут этакой, э-э-э, командой – мечник, лучник, копейщик, и, как его там, арбалетчик. А маги… Маги насколько я знаю, хороши во всем сразу. Поэтому маг туда может пойти один и от любой опасности он один отобьётся. А нанимать одного человека все же выгоднее, чем четырех.

Все так – с этим не поспоришь. Как с тем, что мы, маги, хороши и в дальнем, и в ближнем бою: моим земляным шипах все равно, какая перед ними мишень, летающая или бегающая. Да и с ее расчётами я тоже вполне согласен.

- Тогда и я задам вопрос о деньгах – сколько вы за это заплатите?

Мое первое обсуждение оплаты за работу. Я старался, чтобы мой голос держался ровно и не выдавал волнения, но в конце фразы я предательски перешел на сип.

- Сколько?

- Да, сколько?

- Хм…

- Одна серебряная монета, - получил я ответ.

Гостья в ответ в который раз широко улыбнулась, явно не скрывая свою заинтересованность. Что ж, раз я ей так понравился, то я покажу, насколько я хорош. А как это лучше всего показать? Верно - сейчас должен думать только лишь о задании. Если гостья и правда со мной заигрывает, то я должен произвести на нее хорошее впечатление.

Впечатление достойного мага.

Поэтому я перестал думать о несерьезных вещах и вернулся к серьезным. Серебряная монета. Много, очень много Я рассчитывал на получение куда более скромной награды. На базаре за такие деньги можно купить себе полдюжины лучших куриц, или даже одного целого барана. Что до меня… За эти деньги я смогу купить и скатерть, и занавески, и все остальное, чего не хватает, чтобы как-нибудь заполнить пустоту этого дома.

Моего дома. Пусть всего и на полгода.

- Ну что, уважаемый маг. Ты согласен? Ты поможешь девушке выглядеть еще краше? – Сказав это, наша гостья соблазнительно задвигала полуоткрытым плечиком. Уф, и как же тут думать о задании?

- Да, я согласен, - решился я на ответ. Женщина с облегченьем вздохнула, но я еще не закончил. - У меня остался еще один вопрос, - предупредил я ее. Все верно – настоящий маг должен подумать обо всем.

- Вопрос? И какой же? – На мгновенье в ее глазах вспыхнула неуверенность.

- Один мой друг говорил, что сделки всегда нужно закреплять договором, - сказал я, вспоминая последние слова Торнтона. – Мы будем так делать?

Ответ от девушки прилетел мгновенно.

- Договор? Ты о чем? Не нужно никаких договоров, - заявила она со прежней самоуверенностью. - У нас же с тобой все просто: ты мне – цветы, а я тебе - серебряный. Нет цветов - нет денег. Нет денег - нет цветов. Зачем для этого договор? Он тут совсем не нужен. Правда же, милый? – произнесла она уже почти шепотом – шепотом, который мог сказать больше, чем десяток слов.

- Хорошо, тогда все, - заявил я, окончательно взяв задание.

- Договорились. – Условившись времени и месте следующей встречи, Ларетта в который раз улыбнулась, надела багровый плащ и быстро вышла из дома, оставив меня в пучине своих страстей.

*

Город Сатус по форме напоминал вытянутую грушу.Западная часть города была меньше и уже – там располагалась главная крепость города и богатые кварталы с каменными домами. В восточной же части располагались кварталы горожан средней руки, улицы ремесленников, и район бедноты, поэтому тут всегда было людно и шумно. Поэтому не было ничего удивительного в том, что выйти через восточные ворота оказалось той еще проблемой – мы долго толклись среди разнообразных повозок, небольших карет с толп других людей. Но когда мы вышли за большие, высотой в три человеческих роста, ворота, то оказались на бескрайнем луге, и могли идти куда глаза глядят.

Мы? Да, все так – я взял на это задание и Мерка.

Едва мы отошли от города на пару сотен шагов, как брат заартачился и снова затянул свою песню.

- Ей, ей, ей, - вновь взбунтовался он, намеренно замедляя шаг. – Еще раз говорю, я не хочу с тобой.

- И это почему же? – спросил я, заново застегивая ремни кожаного жилета. Эти безрукавные жилеты, сделанные из нескольких слоев вываренной в масле воловьей кожи, уже который код служили нам доспехами. Отсутствие в ней рукавов не стесняло движений рук, а вываренная кожа, по идее, хорошо защищало от зубов и когтей животных. Почему по идее? Потому что мы старались до этого не доводить, убивая хищников издалека.

- Как почему? – Мерк нахмурил брови. – Я же называл тебе несколько причин.

- Я не слушал – был занят приготовлениями, - уязвил его я. - Так что же ты говорил?

Мерк сверкнул злобным взглядом.

- Я говорил, что не желаю идти с тобой по нескольким причинам, - начал перечислять свои основания он. – Во-первых, это не мое задание, а твое. Как тебе причина?

- Уважительная причина. – Я застегнул последнюю пряжку и перевел взгляд на крепление фляги с водой, что висела на поясе. – Но! Ты же мой брат. Разве ты оставишь меня в моем первом деле?

- Еще как оставлю, – радостно заявил он. - Особенно после того, как ты насильно тащишь меня с собой.

- Ты не хочешь помочь мне на моем первом задании? - усмехнулся я.- Ты, мой младший брат?

- Еще как не хочу - не мое это дело, подтвердил он недавно сказанные слова.

- Прямо совсем-совсем? - продолжал я подтрунивать его, не поднимая глаз.

- Прямо совсем-совсем, - отпирался он.

- Нисколько-нисколько?

- Нисколько-нисколько.

- Твое сердечко ни разу не екнет за брата?

- Оно будет столь холодно, как кусок твердого камня, – заверил меня брат.

- Что ж, хорошо. - Я перевел взгляд на крепленья меча. – То есть, если ты найдешь себе жилище…

- Не если, а когда, - недовольно вставил мой брат.

- И если тебе дадут сложное задание, например, перебить стаю лесных волков…

- Не если, а когда, - снова вставил брат недовольно.

- И если ты попросишь составить тебе компанию, то, получается, я должен отказаться? – Удовлетворившись качеством креплений, я наконец, перевел взгляд на него.

Уразумев, к чему я веду, он напряжённо сглотнул - оказаться один на один с целой стаей волков парень не хотел. Но, на мое удивление он проявил упрямство, и даже нашелся на достойный ответ.

- Ты так ничего и не понял, мой брат, - начал объяснять он полным достоинства голосом. – маги не должны работать вместе.

- Не должны?

- Ну, конечно. Вот скажи мне - зачем ты берешь задания, - вдруг спросил он меня.

- Зачем?

- Ага. Зачем?

Очень странный вопрос.

- Чтоб заработать денег, – честно ответил я.

- Это-то понятно, - отмахнулся напарник. – А еще зачем?

- Зачем? – Я немного задумался и чуть не поскользнулся на чересчур мягкой земле. – Чтобы получить репутацию опытного мага.

- Вот! Вот! – Брат поднял руку вверх у помахал худым указательным пальцем. - Репутация мага - это очень важно. Если у мага хорошая репутация, по люди охотней идут давать ему задания.

- Это всем известно, - ухмыльнулся я.

- А репутация… Из чего она складывается? - продолжал брат с невозмутимым лицом. - А из того, насколько хорош маг в выполненье заданий. Насколько сложные задания он может себе брать, как хорошо он справляется с выполненьем заданий, а также насколько быстро.

- И это тоже понятно.

- А раз понятно, то зачем ты меня ведешь? – возмутился он. – Это – твое задание. И если ты его выполнишь, то слава пойдет именно о тебе. О тебе. И это не честно, потому что на это задание мы пошли с тобой.А это значит, что тут моя помощь тебе понадобилась. И, опять же. Значит, что сам ты его бы не выполнил. И я уже молчу о том, что за свое участие я тут славы не получу.

- Ах вот ты о чем, - Такой подход брата искренне меня удивил.

- Да! В этом то и суть. Или ты забыл, как говорили в школе магии, где мы с тобой учились? «Каждый маг трудится сам за себя, ибо в этом состоит его благо», - напомнил он мне эту прописную истину.

- Хм… - Все верно, в магической школе говорили об этом.Еще там говорили о том, что между магами не может быть никакой дружбы. Что дружба мешает строить репутацию, а также мешает магу учиться полагаться только на себя.

Тогда я в это верил и нисколько в этом не сомневался. Да только вот мы с братом оба были магами, а потом оба вернулись в свою родную деревню и по привычке все делали именно в паре. Как в детстве или в отрочестве. За грибами? В паре. На речку? В паре. Дразнить собак? Вдвоем. Прогуливать? Вдвоем. Проказничать? Вместе. И получать от отца за это тоже вместе. Мы все, как братья, всегда делали вместе, поэтому, пока мы были в деревне, мы все делали вместе. А теперь вон он как со мною за говорил. Репутация. Каждый сам за себя.Похоже, он в самом деле решил стать знаменитым магом.

- Что ж, будь, по-твоему, - согласился я. А чего мне с ним спорить? В его словах есть какой-то смысл. – Но давай хотя бы первое задание мы проведем с тобой вместе. Не ради репутации, а ради старых времен? – предложил я ему. – Да и вообще – первое задание в таком непростом месте. Я ведь твой старший брат. Поддержи хоть раз меня, что ли.

Не знаю, что из сказанных мной слов сработало, но, немного подумав, Мерк все-таки согласился.

- Ладно. Но только потому, что это твое первое заданием, - быстро произнес тот. – И потому что ты мой старший брат. Но на этом все. А, нет – в ответ ты тоже пойдешь со мной на мое первое задание. Только так я на это согласен. Лады? Лады? – давил он на меня.

- Лады, - согласился я, бросая взгляд вперед, где уже виднелась целая россыпь деревьев. Я очень надеялся, что это и есть Дуболесье.

- Что ж, тогда вперед, на задание, выданное Лареттой, - громко заявил я, пытаясь вдохновить и его, и себя.

Однако брат отреагировал на мой призыв несколько странновато.

- Вижу, Ларетта пришлась тебе по душе, - проговорил брат какие-то подозрительным тоном.

- Мне? - Перед моими глазами всплыл широкий вырез корсета и белоснежные холмики. - По-моему, это я ей понравился, разве нет? - Как по мне, это было очевидно и так.

Но он считал иначе.

- Ты? Ты ей понравился? – неприятным тоном передразнил он меня.

- А разве нет? - Я прищурил глаза и бросил на брата свой суровый взгляд. – Ты видел, как она на меня смотрела? Какие призывные взгляды на меня бросала? – Сам знаю, что он видел. Не мог он этого не видать.

- Призывные? Призывные??? – Мерк расхохотался саркастическим смехом. – С чего бы вдруг? Ну с чего бы вдруг?

- Что «с чего вдруг»? – слегка отшатнулся я от такого напора.

- С чего бы вдруг ей заинтересоваться тобой? – вопросил он меня.

- С чего вдруг?

- Да, с чего вдруг?

Вот это да. Это что еще за вопрос?

- Потому что я мужчина, а она женщина. Это ли недостаточная причина? – постарался как можно спокойней ответить я ему, хотя его вопросы откровенно меня бесили. – Мужчинам нравятся женщины, а женщинам мужчины. Так было всегда и так вовеки будет. Или ты не знаешь?

- Ха-ха, - рассмеялся брат, как будто я сказал ему что-то очень смешное. Я не стал обижаться, а решил продолжить.

- Во-вторых, и это будет для тебя сюрпризом, что есть и «во-вторых», я – симпатичный, - заявил ему я, и плавным движением ладони обвел свое лицо. - Мы с тобой оба не дурны собой. Ты просто не уродлив, а я вот симпатичный, – слега поддел я его, чтобы умерить пыл. – Потому это не странно, что я кому-то понравился, - объявил ему я.

- Ха-ха-ха. - А брат все смеялся, словно бы не слышал моих убеждающих слов.

Ладно.

- Ну а в-третьих, а ты не ожидал, что «и в-третьих» будет, каждая женщина захочет понравиться магу. Встречаться с обычным человеком это одно, а вот встречаться с магом это совсем другое. Напоминаю, я - маг. Поэтому женскому полу я интересен вдвойне.

Я закончил и с торжествующим видом поглядел на брата. Я верил в свои слова, и в том, что в них был смысл.

А вот брат мои слова ни в медяшку не ставил.

- Ой, не могу. Ой, умру. Ой, сейчас лопнет живот. - Как бы в подтверждении своих слов он на самом деле положил руки на жилет на месте живота. – Любовь. Симпатичный. Женщины. Да я от твоих слов тут сейчас и умру. – Он стал хохотать так, что в ближайшей траве затихли все кузнечики. Мужчинам нравятся женщины. – повторил он одно из моих объяснений. – Только в этом одном я могу с тобой согласиться.

- Только в одном?

- Угу. А то, что ты симпатичный… В городе Сатус таких как мы полно. Полно каких же молодых, как мы и симпатичных, как мы. Зато у местных еще есть свои дома, семьи, и деньги. Статус добропорядочных граждан есть. Репутация. Связи. А ты? Что из этого есть у тебя, ты, голь перекатная?

- У меня есть письмо об окончании магической школы нашего королевства и разрешение вести колдовскую деятельность. Я - маг. Разве это не мало? – огрызнулся я.

- Ты маг. Но ты маг без имени, маг без репутации, маг без единого выполненного задания. Да и то, что ты маг, можно узнать лишь по той доске, что ты прикрепил на дереве.

- Ну и что с того? – Горько признать, но он был во многом прав. Но я не хотел сдаваться. – Почему бы мне и не понравиться ей.

- Почему?

- Да, почему? – Мой голос прозвенел сталью. Мы с моим братом словно схлестнули мечи.

- А потому. Эта женщина пришла к тебе в первый раз. В первый раз, и у нее уже вырез был до самого пупка. Ты не знал ее, и она не знала тебя. А это значит, что она собиралась с тобой лишь пококетничать. Не с тобой лично, а с недавно найденным магом.

- Пококетничать? - Его объяснение было словно удар по голове пыльным мешком.

- Да. Пококетничать, пофлиртовать, позаигрывать. Привлечь интерес, понравиться, привлечь к себе внимание, - напомнил брат другие значения слова

- Но… но зачем?

- А боги ее знают. Может, таким образом она хотела склонить тебя к своему заданию. А может, это был просто способ отвлечь твое внимание от чего-то другого. - Мерк пожал плечами. – Но что-то тут точно было не так.

В его словах был смыл. Был. Но я никак не хотел ему верить.

- Ха. Буду я тебя слушать - тебя, кто в свои года так и не завел себе девушки, а значит, до сих пор в них не разбирается, - заявил я в ответ.

Но брат вновь расхохотался.

- Я-то как раз в них хорошо разбираюсь, поэтому я до сих пор и не определился, – серьезно ответил он.

Мысль о том, что кто-то посмеялся над моими чувствами, посмел ими играть, была как холодный душ, обжигающий и неприятный. Чувство, которое проникало в самые глубины души, оставляя после себя горький осадок и ощущение уязвимости. Я думал, что это было внимание, искренний интерес, который я так долго искал. Но брат, с его взглядом на мир, вдруг заявил, что это простое кокетство.

Слова брата, как всегда, были острыми и без всякого снисхождения. Он не видел в моих переживаниях ничего особенного, лишь обычную игру, в которую играют люди, чтобы привлечь к себе внимание. Но для меня это было нечто большее. Я верил в искренность, в возможность построить что-то настоящее, за столько лет томительного ожидания. А когда мне сказали, что мои чувства были лишь пешкой в чьей-то игре, я не мог в это поверить.

Я не могу понять, как можно играть с чужими эмоциями. Чувства – это не игрушка, которую можно бросить, когда надоест. Это хрупкий мир, да, целый мир, который требует бережного отношения. Когда кто-то смеется над твоими чувствами, он не просто высмеивает тебя, он обесценивает твою личность, твои переживания, твою душу. Это, как если бы кто-то взял самое дорогое, что у тебя есть, и растоптал его под ногами.

Возможно, брат прав. Возможно, я слишком наивен и принимаю желаемое за действительное. Возможно, я сам создал эту иллюзию, вложив в слова и поступки другого человека смысл, которого там не было. Но даже если это так, это не оправдывает того, кто сознательно играет с чужими чувствами. Это не оправдывает того, кто, видя искренность и уязвимость, решает использовать их в своих целях.

Но так ли это было или может он все-таки ошибается?

- Ты, кстати, тоже до сих пор не женат, - словно чего не было продолжил нажимать брат.

- Но ты же знаешь причину?

- Знаю. Смерть невесты. Но это-то когда было. Пора бы уже и забыть.

Забыть. Забудешь тут, как же. Я махнул рукой и решил закончить непростой разговор.

*

Лес Дуболесья оказался немного не таким, как я ожидал. Когда мы вошли в подлесок, я еще тешил себя надеждой, что наше путешествие будет легким, но, когда мы вошли под кроны взрослых деревьев, я сразу понял, что наш поход затянется. Деревья в Дуболесье - буки, грабы и клены, росли очень плотно. От этого даже днём в лесу царил напряженный сумрак, и нам приходилось внимательно глядеть вниз, чтобы проверять, куда именно ступают наши ноги, и не станут ли препятствием многочисленные корни, что вились под ногами, как закаменевшие змеи. Впрочем, иногда нам попадались то маленькие лужайки, то небольшие ручьи, по берегам которых лес был не таким густым. Обширные поляны встречались только под мощными дубами. Там росло множество разнообразных растений, в том числе и лекарственные, которые я знал. Увидев их, я, само собой, останавливался, и спешно срезал их в небольшую котомку. Вот возвышался высокий зверобой, а тут притаилась маленькая медуница. На другой поляне я увидел маленькие беленькие цветки тысячелистника, а на следующей – желтые цветы донника. В одном из переходов я смог увидеть среди травы редкую колючую эфедру, и она тоже, вслед за остальными растениями, отправилась вместе со мной.

Живность тут тоже водилась, но в основном небольшая: кролики да зайцы, барсуки и куницы. Пару раз мы с братом замелили лису, и один раз пятнистого шакала. Но никто из нас даже не заговорил об охоте - мы понимали, что сейчас нам не до нее.

В лесу наше отношение друг у другу резко поменялось. Никто ни о чем не спорил, ни ерничал, ни говорил о лишнем. Мы вообще старались поменьше говорить. Уж кто-кто, а мы с понимали, что лес – это не просто скопление деревьев и тропинок. Это живой организм, обладающий своей собственной, древней мудростью, которая способна преобразить даже самые устоявшиеся отношения. Именно так произошло с нами, когда мы ступили под сень его раскидистых крон. Несколько лет работы магами в нашей деревне, научили нас относиться к лесу по-особенному.

До входа в лесную чащу мы были обычными односельчанами, связанными общими делами и, порой, общими спорами. В деревне, где каждый знал каждого, где слова имели вес и часто становились оружием, мы привыкли к диалогу, к отстаиванию своей точки зрения, к легкой иронии, которая могла как сблизить, так и отдалить. Но лес требовал иного. С первым шагом под его зеленый полог, словно невидимая завеса опустилась на наши привычные правила и манеры. Исчезли споры, утихла ерническая болтовня, даже разговоры о насущном стали казаться излишними. Мы инстинктивно начали говорить меньше, а слушать – больше. Это было не простое молчание, а осознанное прислушивание к шепоту ветра в листве, к треску веток под ногами, к отдаленному крику птицы. Лес учил нас, что в его царстве слова – это роскошь, которую нужно тратить с умом, а тишина – это ключ к пониманию его скрытых законов.

Именно они, совместные походы, а точнее, череда наших общих ошибок, стали самым суровым, но и самым ценным уроком. Мы учились на своих промахах, на почти невидимых тропах, на неожиданных встречах с дикими обитателями. И в этих моментах, когда от нашей слаженности зависела безопасность, когда каждое мгновение было на счету, мы поняли, что наши отношения должны выйти за рамки простого соседства или даже дружбы. В лесу мы стали больше, чем просто братьями. Мы стали напарниками. Теми, кто разделяет не только цель, но и риск, кто доверяет друг другу безоговорочно, кто знает, что в критический момент другой подставит плечо, не задумываясь. Нас объединяла одна общая цель - выполнить задание и обязательно до темноты вернуться обратно, когда лес становится еще более таинственным и вдесятеро опасным.

В лесу мы научились читать друг друга без слов. Взгляд, жест, едва уловимое изменение в позе – все это стало нашим новым языком. Мы стали единым организмом, где каждый элемент важен и взаимосвязан. Исчезло соперничество, уступив место искренней взаимной поддержке. Мы перестали видеть в другом соперника или просто знакомого. Мы видели в нем часть себя, часть нашего общего задания.

Лес, с его суровой красотой и непредсказуемостью, стал нашим общим учителем. И сейчас мы старались помнить его уроки.

Какое-то время все было хорошо. На одной из полян я таки увидел тех самых Алых роскошниц – высокие стебли поднимали бутоны почти что мне до пояса. А цветки! Шесть больших красных лепестков тянулись к небу, как маленькие ладони, окрашенные алым закатным светом. Ларетта оказалась права – такое растение ни за что не пропустишь.

- Они? – все еще не веря нашему счастью, чуть затаив дыханью, спросил у меня брат.

- Они, - ответил я уверенно, снимая с пояса припасенный ножик.

Однако, как не велики были цветки, целое лукошко они не заняли. Поэтому нам пришлось продолжить свой поход. К счастью, не без пользы. На одной поляне у кустов малины мы обнаружили еще три таких цветка. Хорошо. Но пока недостаточно. Нужно еще немного. Следующая поляна, и, какое везенье - в тени куста орешника алели еще три огромных цветка.

Девять цветков! С этим уже точно можно вернуться в город!

Однако приближаться к тем цветам я не спешил. Кое-что на этой поляне сильно мне не нравилось – Например – тот странный камень, что лежал в траве в тридцати шагах от меня и брата. Не нравились мне его правильные угловатые формы.

- Мерк! – тихо позвал я напряженно молчащего брата, стоящего чуть слева от меня.

- Чего? – тут же откликнулся он, вперив в меня вопрошающий взгляд.

- Вон тот серый камень видишь?

- Какой именно камень? – тут же сосредоточился он, бросая взгляд в высокую траву.

- Вот тот.

- Ага, вижу. А что?

- А подмочи ему бок, - попросил я ему.

Мерк не стал у меня ничего уточнять, а поднял левую руку, навел на камень указательный палец и тихонько сказал:

- Евейра. Малый шар.

Тут же его ладонь покрылась водной взвесью и в направленье «камня» полетел небольшой водный шар, размером с мелкое яблоко. И пусть его размер не вызывал опасенья, я прекрасно знал, что беззащитному телу такой вот небольшой шар способен сломать пару ребер.

Мерк попал. С такого расстояния он просто не мог не попасть. Его шар, выпущенная с ювелирной точностью, вонзилась в то, что казалось неподвижным камнем, возвышающимся над зеленой травой. Но вместо ожидаемого глухого удара, в ответ на его попадание «камень» вдруг зарычал, и очень быстро стал подниматься на ноги. Ноги? Да нет, лапы. Мощные, округлые, мускулистые лапы, с когтями, способными рвать плоть. Как и само его тело – мощное и округлое, покрытое грубой, бурой шкурой. Своим внешним видом это существо больше всего напоминало крупного лесного вепря, но лишь на первый взгляд. Голова его была уплощенной, без привычного, вытянутого вперёд носа-пятачка, а спина украшена продольными костяными гребнями. Зато все его клыки были на месте, острые и угрожающие, готовые порвать любого чужака.

В данном случае – нас.

- Ух ты! – Увидев жуткого монстра, брат аж подпрыгнул от охватившего его удивления. Его глаза, еще недавно сосредоточенные на цели, теперь расширились от изумления, а рот приоткрылся в немом восклицании.

- Ёх ты! – Я же, наоборот, присел, силясь вжаться в траву. Мое тело инстинктивно отреагировало на опасность, пытаясь слиться с окружающей местностью, стать невидимым.

- Монстр! Монстр! Настоящий монстр. Доми! Ты же его видишь?

- Еще бы не вижу, - отозвался я. - Эвон какая громадина.

Мерк, несмотря на очевидную угрозу, не мог отвести взгляда от возвышающегося над травой странного существа. Его удивление пересилило страх. Ему можно понять – в первый раз увидеть живого монстра, существо из легенд и сказок, ожившее прямо перед глазами. Я тоже был удивлен, если не сказать больше. Да, нам говорили, что тут водятся монстры, что эти леса таят в себе неведомые опасности. Но услышать об этом и увидеть своими глазами – это совершенно разные вещи. Это было не просто удивительно, это было потрясающе и ужасающе одновременно.

Клыкастое существо, теперь полностью вставшее на свои мощные лапы, издало низкое, утробное рычание, которое, казалось, сотрясло землю. Его маленькие, злобные глазки остановились на нас, оценивая, выискивая слабое место. Костяные гребни на спине слегка приподнялись, предвещая атаку. Мы оказались в ловушке, лицом к лицу с воплощением дикой, первобытной силы. Водный шар Мерка оказалась вызовом, пробудившим древнее зло.

И тогда я понял, что наше приключение превращается в битву.

- Мерк! Бей его водой! Бей! – быстро сориентировавшись в происходящем, дал команду я.

- А как? – тут же спросил брат, одновременно послушно вытягивая вперед свою левую руку.

- Как вепря! Как обычного вепря! – подал идею я.

- Малый шар! - Теперь Мерк не шептал, а кричал громко, словно на поле боя. Впрочем, так и было – этот лес теперь стал местом боя.

Услышав человеческий крик, кабаноподобный монстра устремился к Мерку. Не побежал, а именно устремился, потому чего его бег больше походил на короткие лягушачьи прыжки, каждый из которых здорово сотрясал землю. Мерк не мешкал, а раз за разом поливал тело зверя водяными шарами – твердыми и плотными, как недозревшие яблоки. Они с глухим стуком врезались в тело зверя, оставляя на серой коже мокрые пятна. Мы видели, что удары шаров были ему неприятны, но несмотря на это, серокожий монстр не сбавлял свой ход. Его красная пасть была приоткрыта, обнажая острые, как кинжалы, зубы, а из ноздрей вырывался пар. Встреча с такой тварью могла значить одно - смерть и только смерть.

Когда опасная тварь преодолела половину разделяющего их расстоянья, Мерк истошно воззвал о помощи:

- Доми!

- Да!

Говорить больше не имело смысла – годы сражений бок о бок сделали свое дело. Я направил ладонь и указал пальцем под округлые лапы монстра.

- Вефейра! Грязь!

Это было еще одно мое заклинание, и оно создало ловушку для врага. Остервенело скачущий монстр не был готов к такому магическому сюрпризу. Земля под его лапами внезапно стала мягкой и податливой, словно болото. Попав на неверную почву, чудовище потеряло равновесие и, нелепо споткнувшись, поехало по мокрой земле прямо к моему брату.

А тот уже рывком вытягивал меч из ножен. Лезвие, отполированное до блеска, сверкнуло в ярком солнечном свете, отражая его решимость. Ошеломленное тело монстра остановилось от него всего в двух шагах. Серая шкура, казавшаяся такой непробиваемой, теперь была уязвима.

Блеск лезвия. Удар. Еще удар! Меч Мерка вонзился в плоть зверя. Здоровенный клыкастый монстр резко пришел в себя, его глаза расширились от боли и ярости, но уже было поздно. Из его пасти лился кровавый ручей, заливая собой невинную зелень травы. Страшное чудовище задергалось в предсмертных конвульсиях, а затем затихло, оставив после себя лишь тяжелый запах крови и страха.

Фух, хорошо.

Но, как оказалось, ликовать было рано. Неожиданно с другой стороны поляны раздался знакомый рев и на нас помчалась еще «каменюка».

Двое. Этих опасных монстров тут был не один, а двое! Или не меньше, чем двое!

- Доми! - обеспокоенно крикнул брат, безуспешно пытаясь вынуть свой меч из окровавленной пасти.

- Да! – И снова без лишних слов - я приготовился взять бой на себя. Переместив руку в сторону несущейся в нашу сторону цели, я что есть силы крикнул:

- Мефездо! Малый шип!

Возле моей ладони образовалось облако из мелкой взвеси песчинок, и в сторону серого зверя помчался небольшой земляной шип. Острый, плотный, и донельзя смертоносный, подобный шипу колючему ежевики, только увеличенный до размеров наконечника стрелы.

По поляне прокатился истошный вой, пронзительный и полный боли. Ага, вижу монстру мои шипы пришлись не по вкусу. Еще бы – шары брата больно бьют, но мои шип больно режут и проникают внутрь, разрывая плоть и оставляя раны. Такое никому из животных не может прийтись по вкусу. Но второй монстрозверь обладал не меньшим упрямством чем первый, а потому он так же стремительно нес свою тушу вперед, на нас, чтобы пролить нашей крови.

Но я тоже не останавливался. Пятый земляной шип, десятый. А монстр все не замедлялся. Придётся просить своего брата о помощи.

- Мерк! – крикнул я и тут же услышал ответ.

- Галопитуло! Болото!

Такое же заклинания, какое создал я, только созданное магией воды. Еще одно небольшое болотце, точнее, большая лужа, созданное для того, чтобы сбить мчащегося с зверя с ног. Хороший выбор, что много раз помогал. Однако почему-то на этот раз эта магия не сработала. Вернее – я увидел болотце. Однако в тот же миг животное затормозило и его округлые лапы замерли почти у самой воды. Животное остановилось и вперило в меня грозный взгляд своих глаз. Нехороший взгляд, не сулящий ни мне, ни Мерку ничего хорошего.

Вдруг на поляне раздался непонятный звук и тело твари окутал непонятный зеленый туман. Еще мгновенье назад я видел каждую четырех из его лап, каждые его клык, а теперь вместо них странное зеленое марево, к тому же, медленно, но неуклонно расширяющееся во все стороны. Плотное, непробиваемое марево, через которое мне ничего не было видно!

- Доми…. - с тревогой протянул брат, во все глаза глядя на зеленое облако.

- Вижу, - прошипел я сквозь зубы, пытаясь понять, как действовать. Продолжать стрелять? Так же фиг попадешь. Какой шанс попасть шипом в тварь, закрытую стеной тумана?

Туман вдруг шевельнулся и пошел в нашу сторону.

- Доми! - Глаза Мерка испуганно расширились – брат не имел понятия как надо поступать.

- Вижу! – Тихо ответил я, так же ища решение.

Зеленое облако начало уверенно двигаться в нашу сторону. А точнее – в мою.

- Доми! Что нам делать, Доми? - Брат почти истерил. Но я его не слушал. Несмотря на плотный туман, скрытый в нем зверь шел прямиком на меня. А раз так, то он меня точно видел. А если видел, то двигался по прямой. А если по прямой…

Я чуть сдвинул ладонь.

- Марео! Малый земляной кол! – И еще один. И еще.

От оглушительного рева зеленый туман вмиг разорвало в клочья, и я увидел итог своих быстрых расчётов - прыгающая тварь осела кулем сразу на двух колах и отчаянно рвалась в разные стороны, надеясь сойти со смертоносных пальцев. Но любое движение лишь усугубляло ее положение и причиняло ей еще большую боль. И эта же боль не давала ей успокоиться, а подвигала на новые, но такие же бессмысленные рывки.

Земляные шипы. Не очень большие, высотой по колено, ударили туда, где ни у одной твари не было серьезной защиты. Лиса, волк, медведь или даже лось – ни у кого из них на животе не было лишней защиты, и такие колья всегда, всегда были роковым ударом.

Я продолжал стоять и наблюдать за этим танцем ярости и боли, за схваткой, где стихии земли и животной мощи столкнулись в смертельной битве. Земляные колья, рожденные из моей воли, против неукротимой силы зверя. Это было зрелище, от которого захватывало дух, зрелище, где каждый удар, каждый рывок мог стать последним.

И вскоре он настал. Пасть огромного вепреподобного монстра последний раз вздохнула и больше не открывалась. Глаза потускнели, а слюна вместе с кровью полились из пасти погребальным потоком на замершие лапы. Тело монстра, еще недавно внушающее нам дикий страх, рухнуло на землю, пронзенное земляными колами, словно гигантская подушка для старушечьих булавок.

- Так бы это, что, победили? – неуверенно спросил меня брат, таращась на тушу твари.

- Ага.

- Победили монстров? Своих первых монстров?

- Угу.

- Вот это да! Вот это просто здорово! Да я с этой победой знаешь, что сделаю? Я пойду в трактир и расскажу всем, что мы сегодня сделали. Пусть обо мне пойдет хорошая слава, и все девчонки в городе точно будут моими.

- Эге. – Девчонки? Вот что у него на уме. А вот я о девчонках не думал. Я стоял над поверженным зверем, чувствуя прилив силы и удовлетворения. Я был победителем в этой битве, и земля была моим верным оружием. Я был тем, кто мог подчинить себе стихии, тем, кто мог заставить землю танцевать под свою дудку. И этот танец был танцем смерти. Уже не первой и далеко не последней.

Ну да ладно.

- Мерк! Метнись за цветами, - приказал я ему.

- Я-то метнусь. А ты?

- А я постою на страже, и буду горячо уповать, что этих монстров и правда было лишь двое.

Так быстро брат еще никогда не бегал.

*

Все время до возвращения в город, и с тех пор, как мы миновали кованные ворота, брат только то и делал, что вспоминал минувший бой в лесу.

- Доми! А какой был монстр! Тело у него ну просто здоровенное! – напоминал он мне, пританцовывая от возбуждения.

- Ага. Так и есть! – соглашался я, отодвигаясь в сторону, чтоб пропустить патруль.

- А лапы у него такие мощные!

- Да. Очень мощные. - И тут я был согласен.

- А клыки! Клыки у него ого-го! Ни у одного вепря я таких не видел!

- Именно такие, - ответил я, аккуратно обходя толпу спорящих между собой горожан.

- А гребни на спине. Что это за штука? Никогда такого не видел, - восхитился брат.

- И я такого не видел, - выразил я согласие.

- А этот зеленый туман. Такого я точно никак не ожидал. – Мерк посторонился, чтобы в него не врезался бегущий невесть куда пацаненок с булкой хлеба в руках.

- Для меня это тоже стало неожиданностью, - признался я ему.

- Но все равно мы их победили. Сначала я его – бах, бах, бах. Потом ты своего жух, жух, жух. И обе твари в труху. На клочки. На смерть. Легко и естественно! - Глаза брата сияли ярким победным светом.

- Ну, ни в труху, - ухмыльнулся я. - И ни на клочки. Мы их просто убили. Как диких зверей, пожелавших напасть на людей.

- Не-ет, - уверенно протянул он в ответ, поднимая взгляд к солнцу. – Мы их хорошо сделали. Просто идеально, как для первого раза.

- Хорошо, пусть будет так. - Я не стал с ним спорить, чтобы не испортить момент его триумфа.

Повод для радости у нас действительно есть. Такая победа для нас очень много значила. Для меня, например, было важно, что при встрече с новым заказчиков мне есть чем похвастать. Не в смысле самого хвастовства, а как недавний успех – вот, мол, что я могу и что я умею.

Однако думы о радости затмевали другие, неприятные мысли. У меня из головы не выходила Ларетта, мнение о ней Мерка и слова господина Торнтона. Обман. Может быть, за всеми действиями Ларетты крылся какой-то обман? А может быть и нет. Но господин Торнтон не зря говори о мошенниках в этом городе. И было бы очень обидно после такого боя нам с братом попасть в просак.

Нужно что-то придумать. Только вот что?

До условленного места, где нас должна была ожидать Ларетта, осталась всего ничего, когда нам на пути встретился патруль. В голове промелькнула мысль – может быть… может быть…

- Доброго дня. Боги в помощь, уважаемая стража, - поздоровался я, ненароком становясь у двух солдат на пути. – Хороший день, не правда ли?

- И вам боги в помощь. – Оба стражника, один толстый, другой тощий, вынужденно остановились. – День как день, ничего не обычного, – равнодушно ответил толстяк в сиреневой тунике. Тощий страж с копьем ничего не сказал.

- Ничего не обычного? Э, не скажите. – Я снял с лукошка широкий платок, прятавший корзинку от любопытных глаз, и явил его содержимое флегматичной страже. – Вы поглядите, что мне довелось добыть.

Мужики поглядели и их равнодушие вмиг куда-то пропало.

- Алые роскошницы? – удивился толстяк, шмыгая переломанным носом. - И целая корзинка. Где вы их добыли? – В его глазах вмиг блеснул жадный блеск.

- Мы? В Дуболесье, - честно признался я.

Жадным блеск вояк начал потихоньку гаснуть. Я их понимал – в такую даль за цветами они вряд ли пойдут.

- И мы ради них даже бились с монстрами, - не удержался и похвастался Мерк.

От блеска теперь не было и следа – никто не желал сражаться за цветы с монстрами.

Все, крючок заброшен. А теперь рывок.

- А поскольку у нас хороший день, я хочу, чтобы он стал хорошим и для вас, - заявил я торжественно. - Вы же тут патрулируете?

- Да, - ответил мне упитанный страж порядка.

- Хорошо. Я сейчас продам этих Алых роскошниц, и если все пойдет гладко, то тут же дам нам на выпивку. Идет?

Толстяк и тощий быстро переглянулись. Шикарное предложение. Кто же от такого откажется?

- Договорились. – ответили они, как один. Жадный блеск в их глазах вмиг занял свое место.

- Тогда ждите здесь, - пообещал им я и прошмыгнул в переулок.

Через мгновенье Мерц грубо дернул меня за рукав.

- Ты что это вытворяешь? Это же наши деньги, - прошипел он ядовитой змеей. готовой вот-вот ринуться в бой.

- Погоди драться – я тебе потом объясню, - пообещал ему я. Что-то в моем голосе убедило его, и он на время отстал со своими расспросами.

В центре переулка нас ждала Ларетта. Теперь на ней не было яркого плаща и сложной прически. Сейчас она выглядела словно служанка какого-то богатого господина – скромная прическа, простое и опрятное платье, застегнутое почти по самую шею.

Зато улыбка была все такой же – необычайно широкой.

- Вы тут? Очень рада вас видеть. - Взгляд Ларетты упал на мое лукошко и ее глаза возбужденно расширились. - Так у вас получилось? Тут то что я думаю?

- Да. Все так и есть. – Я отдернул платок, и взору девушки предстал почти десяток цветков. - Мы же не ошиблись? Это они? - спросил я ее на всякий случай. А вдруг? Мало ли что.

- Они. – Девушка легонько повела пальцем по загибающимся назад лепесткам. - Они. Алые роскошницы. То, что я и просила.

Немного полюбовавшись живым алым цветом, девушка попросила лукошко, чтобы посчитать лежащие в нем цветы. Я согласился, и передавая корзинку, осторожно стал так, чтобы загородить дальнюю часть узкой улочки.

- Они. И так хороши, — произнесла девушка, закончив подсчет. Затем Ларетта, взяв лукошко под руку, приняла очаровательную позу, всем своим видом демонстрируя простоту и смирение – идеальный образ юной собирательницы трав посреди зеленой лужайки. Но эта идиллия была недолгой: не успели мы с братом всласть этим налюбоваться, как Ларетта стремительно бросилась вдоль по улице, оставив нас стоять с отвисшими от изумления челюстями.

Впрочем, наше смятение длилось совсем недолго – инстинкт опытных охотников быстро взял свое. Мы бросились за ней вместе, даже не сговаривались. Вперёд, вперёд, к выходу из переулка, на ту самую улицу, с которой мы вошли.

Ларетта оказалась успела пробежать от выхода всего несколько шагов – она явно не ожидала, что мы так быстро придём в себя и бросимся в погоню. Обыскав взглядом улицу и увидев патруль, она мигом метнулась к ним с душераздирающим криком.

- Помогите! Помогите! Грабители! Грабят! Грабят!

Мы не сбросили ход и добежали до патруля почти вместе.Но отчаянные голос женщины и знакомый им крик о помощи сделал свое дело - острия копия стражей были направлены прямо в наши шеи.

А Ларетта все продолжала.

- Господа стражи! Спасите! Помоги! Я верная служанка господина Оргрея. Ее жена послала меня купить эти цветы. – Она шевельнула взятым в руки лукошком. - А эти негодяи, которых я тут раньше не видела, поймали меня в переулке и вздумали забрать честно купленный на рынке товар. Спасите меня! Помогите! Мой господин вам отплатит! Пусть эти пришлые знают, что тут зла не потерпят.

Усмиряя взбунтовавшееся от негодования дыхание, я поражался простоте и коварству ее замысла. Ай-да план, ай да измышления. Цветы у нее? У нее. Как доказать, что именно она их у нас и украла? К тому же, она женщина, а нас легко выдать за обычных грабителей. Немного слез и плача и кто докажет обратное? И, напоследок. Женщина представилась местной, и даже упомянула чье-то известное имя. А мы тут кто? Верно - мы тут пришлые, и нашему слову вряд ли так просто поверят.

И плакали бы наши денежки, если бы лица стражей не распознали в нас тех, кто говорил с ними ранее. Увидев лица «грабителей», они быстро переглянулись.

- Они? – спросил толстый напарника, тыкая в нас копьём.

- Они, - согласился он. – Чтоб мне сухо было.

Потом взгляды солдат патруля устремились к корзине.

- Эта корзина? – спросил у толстого низкий.

- Эта, она самая, – согласился толстяк. – Нечто у меня плохо с памятью? Я же ее совсем недавно видел.

Затем лица стражей порядка повернулись к мало что понимающей женщине.

- Извините, женщина, но этих двоих парней мы видали совсем недавно, - начал вещать толстяк. – И они сказали, что пришли сюда из самого Дуболесья.

- Ага. И у них в руках была эта самая корзинка, - подозрительным голосом заявил худой страж. – Может вы и служите у господина Оргея, но до сих пор мы вас никогда тут не видели. А этих господ мы знаем. – Короткий кивок на нас.

- Да я местная, местная. Можете мне поверить. – Голос Ларетты отчего-то стал тише, и она стала как-то старательно отводить свой взгляд.

- Может и так, - миролюбиво согласился толстяк, но его голос дрогнул - измененья поведенья Ларетты уловил и он. – Женщина, а что это вы… - Его голос мгновенно стал жестким. – Жак, держи-ка ее крепче, - вдруг отдал он приказ. - Крепче, крепче держи. Сейчас я кое-что…

События развивались чересчур стремительно. Еще мгновенье назад Ларетта умоляла о помощи, и именно мы были под подозрением, а уже сейчас один страж крутил Ларетте руки, а второй смачно плевал на палец и что-то тер на шее ошарашенной девушки. Зрелище было настолько необычным что рядом с нами начала собираться толпа.

- Волосы крашенные, - торжественно выкрикнул страж, тут же вытирая палец о запятнанную тунику. – У нее темные волосы. Жак, а-ну глянь на нее еще раз, только представь, что у нее темные волосы, и они завязаны в конский хвост. Может она тебе тогда кого-то напомнит?

Тот попытался несколько отстранится, насколько это позволяли его короткие руки. Но этого хватило.

- Ты думаешь, это Ундина? – ошарашенно выкрикнул он.

Толстяк с отвращением сплюнул.

- Ундина. Ларетта. Кворта. Анжелика. И боги весть кто еще, - медленно произнес он с гневом глядя на испуганное лицо пойманной ими женщины. – Мелкая мошенница. Занимается тем, что обводит вокруг пальца доверчивых людей. Или новоприбывших, которые еще не успели понять, что тут да как. – Его взгляд внезапно упал на лукошко. Он резко вынул его у испуганной женщины и осмотрел содержимое.

- Как я понимаю, это она вас наняла. Верно?

- Верно. - Я кивнул головой.

- И сколько она пообещала за лукошко роскошниц?

- Серебряную монету, - сказал правду я.

- Вот. - Толстяк пренебрежительно хмыкнул. – Я верных цен не знаю, но вполне догадываюсь, что такое лукошко стоит не меньше двух. Но вам-то откуда знать – вы же небось недавно приехали. - Толстяк наклонился и вернул трофей нам. – Вот так она и работает. Она и моего шурина обманула, так что теперь не отвертится.

Он повернулся к напарнику и громко сказал:

- Идем. Отведем ее к командиру, а там ее будет ждать верный суд.

Сделав пару шагов вслед за своим худощавым приятелем, он вдруг остановился и снова взглянул на меня.

- Вы нынче где живете? – строго спросил он меня.

- В доме семейства Лири.

- Хорошо. Не вздумайте завтра никуда выходить – придёт мой командир и обо всем вас расспросит. – Затем его взгляд смягчился, и он здоровяк улыбнулся. – После того как он у вас побывает, зайдите в трактир «Мятый бок» и найдите меня.

- Зачем? – ответил я ничего не понимающим голосом.

- Потому что теперь не вы мне с напарником должны налить выпить, а мы вам - с нас причитается за помощь в поимке преступницы.

Сказав это, он отвернулся и до конца пути ни разу не оборачивался. Не оборачивалась и Ларетта, хотя я уверен, что ее глаза были полны слез и отчаяния. Зато теперь на нас были устремлены взгляды любопытной толпы, жаждущей объяснений. А я не знал, что мне им сказать. Зато понимал одно, что, попав в этот город, мне придётся сражаться не только с разнообразными монстрами, но и с разными негодяями, коих, как предупреждал господин Торнтон, здесь полным-полно.

Зато брат нашелся что сказать.

- Не знаю, как ты это смог провернуть, но… - Он с задумчивым видом глянул на расходящуюся по улице толпу. – Но одно я понял, что в этом я далек до тебя. Поэтому я понимаю, что мне отделяться рано.

Вот оно как? Я не знал, что мне и сказать.

Брат это заметил и тут же спешно добавил.

- А ты так не радуйся. Жить мы будем вместе, это да. Но вот в этом страшном доме мы никого принимать не будем. А вот место для встречи с заказчиками я найду нам другое.Сам буду искать, я, один. Ведь деньги на него пойдут именно от меня.

Сказав это, брат язвительно потряс полным кошельком. Полагаться на его выбор мне совсем не хотелось, но и спорить с этой гавнюшкой я не горел желанием, а потому согласился.

КОНЕЦ