Домовой в деле

В одной совершенно обычной трехкомнатной квартире, расположенной на пятом этаже типовой панельной многоэтажки, обитал не просто домовой, а настоящий интеллектуал и эстет – Кузьма Аристархович. В отличие от своих собратьев, промышлявших мелкими бытовыми пакостями и вымогательством молока с печеньем, Кузьма Аристархович был ярым приверженцем логики, страстным поклонником творчества Артура Конан Дойля и обладателем роскошных, элегантно подкрученных усов, коим позавидовал бы сам Эркюль Пуаро.

Его размеренная, философская жизнь, протекавшая в основном за чтением детективов в уютных, пыльных уголках и неспешными беседами с вековым пауком Иннокентием, была вероломно нарушена. Нет, не человеком. А новым, крайне бесцеремонным жильцом, облюбовавшим для своего ПМЖ вентиляционную шахту. Этим жильцом оказалась говорящая ворона-клептоманка по имени Жанна.

Жанна была ходячим (а точнее – летающим) воплощением хаоса. Она с энтузиазмом маньяка тащила в свое гнездо все, что блестело, шуршало, или, по ее мнению, просто плохо лежало. Ложки, ключи, фантики от конфет, пуговицы, колпачки от ручек – все это бесследно исчезало в бездонной темноте вентиляционной шахты. Молодая пара, хозяева квартиры, списывали эти пропажи на собственную рассеянность и бытовую суету. Но Кузьма Аристархович, с его аналитическим складом ума, знал истинную причину.

"Элементарно, мой дорогой Иннокентий," – важно изрекал он, поглаживая усы и обращаясь к своему восьмилапому другу. – "Картина преступления кристально ясна. Мотив – иррациональная, патологическая тяга к блестящим и, по большей части, бесполезным предметам. Подозреваемая – пернатая бестия с ярко выраженной манией накопления. Налицо все признаки серийного воровства!"

Терпение домового-интеллектуала лопнуло, когда из квартиры исчез… левый шерстяной носок хозяина. Носок был не абы какой, а самый любимый – с искусно вышитыми серебряной нитью оленями, трогательный подарок от тещи. Хозяин был безутешен и пребывал в глубочайшей печали.

"Это дело чести!" – провозгласил Кузьма Аристархович, принимая решительную позу. "Преступление против уюта и гармонии не должно остаться безнаказанным!"

Началось грандиозное расследование. Вооружившись лупой, сделанной из старой, кем-то оброненной пуговицы, домовой приступил к скрупулезному изучению места происшествия. Вскоре им была обнаружена неопровержимая улика – крошечное, иссиня-черное перышко. Дедуктивный метод, не дававший сбоев со времен Шерлока Холмса, привел его прямиком к вентиляционной решетке.

"Ага! Логово зверя!" – зловеще прошептал он, предвкушая развязку.

Однако, возникла серьезная проблема: как проникнуть в логово и вернуть похищенное? Жанна была нахальна, сильна и, что самое неприятное, обладала внушительным клювом. Прямое столкновение грозило неминуемой потерей не только чувства собственного достоинства, но и, что гораздо страшнее, роскошных усов. Нужен был хитроумный план.

И тут на помощь пришел верный друг Иннокентий. Паук, внимательно выслушав изощренный план домового, незамедлительно принялся за работу. Всю ночь, не покладая лап, он плел гигантскую, невероятно липкую и прочную паутину прямо перед входом в вентиляционную шахту.

Утром, как и ожидалось, Жанна с триумфальным "Кар-р-р!" попыталась затащить в свое гнездо очередную добычу – ослепительно блестящую крышку от пивной бутылки. Но на входе ее ждал грандиозный сюрприз. Ворона на полной скорости влетела прямиком в липкую ловушку и беспомощно забарахталась, с досадой выронив свою драгоценную крышку.

"Попалась, пернатая воровка!" – торжествующе воскликнул Кузьма Аристархович, эффектно появляясь из-за плинтуса.

Состоялся суд. В качестве верховного судьи выступал сам Кузьма Аристархович, роль прокурора взял на себя разгневанный хомяк Сеня (у которого Жанна однажды бесцеремонно утащила целое беговое колесо), а адвокатом самой себе, с переменным успехом, была сама подсудимая.

"Виновна!" – вынес безапелляционный вердикт домовой после получасовых препирательств и взаимных обвинений. – "Приговариваю к общественно-полезным работам! Вернешь все, что наворовала, до последней пуговицы, и будешь сортировать пыль по углам в алфавитном порядке!"

Жанне, опутанной паутиной и лишенной былой наглости, пришлось подчиниться. Под строгим, немигающим надзором Кузьмы Аристарховича она, чертыхаясь и каркая проклятия, вытащила из своего гнезда все накопленные "сокровища", включая многострадальный носок с оленями.

С тех пор в квартире воцарился долгожданный порядок. Жанна, прошедшая курс интенсивной трудотерапии, переключила свою неуемную страсть к накоплению в полезное русло и теперь занималась тем, что собирала для хозяев по всему городу потерянные мелкие монетки. А Кузьма Аристархович, с чувством глубокого удовлетворения и выполненного долга, попивал ароматный чай из наперстка, перечитывая в сотый раз "Собаку Баскервилей" и с гордостью поглаживая свои безупречные, спасенные от вражеского клюва, усы. Ведь даже в самой обычной, ничем не примечательной квартире всегда есть место для великих дел и торжества справедливости.