Don't You Forget...

Круг Гордыни, Пентаграмм-Сити, район ХХХ, Башня «V»

9 Декабря 2025 года.

Воздух в лаборатории на верхнем этаже Башни «V» был стерильным и ледяным, пахнущим озоном, припаянными микросхемами и сладковатым, искусственным ароматом лаванды, который Вельвет включала в диффузоре «для атмосферы».

«Королева блогеров» работала молча, её движения были точными и эффективными. В голографическом проекторе у нее перед глазами парила трёхмерная схема — идеальная копия прежнего корпуса Вокса, но с жёлтыми пометками, указывающими на «улучшения». Одной рукой она калибровала лазерный паяльник, другой — смахивала с интерфейса уведомления о протестах у стен «Башни V» и о требованиях «компенсации за ущерб».

Перед ней, в центре помещения, на конструкции, напоминающей то-ли кресло стоматолога, то-ли станок для пыток, лежало тело. Новое. Усовершенствованное. Идеальное, безупречное, повторяющее каждый изгиб прежней формы Демона Телевидения. Оно было готово на 98%. Не хватало лишь головы.

Эта деталь, пока что, располагалась на соседнем столе, установленная в стабилизирующий кронштейн. Провода и волоконно-оптические жилы, словно щупальца, тянулись от шеи к центральному серверу. Коммуникация шла по защищённому внутреннему каналу прямо в процессор. Или, как язвительно поправляла себя Вельвет, — в то, что от него осталось.

Рядом, облокотившись о стену и выпуская клубы едкого, красного дыма прямо под вытяжку (которая жалобно гудела), стоял Валентино. Он молча наблюдал, как Вельвет с хирургической точностью калибрует силовые приводы в правой руке нового тела. Не то чтобы его присутствие было ей необходимо... но по крайне мере он служил громоотводом для их бывшего лидера.

— Сука ты бессердечная, — шипел Вокс, его синтезированный голос, лишённый обычной мощи, звучал из настольного динамика, хрипло и приглушённо, а экран мерцал статикой, изображая гримасу, которую Вельвет мысленно окрестила «вечное брюзжание». — Отрывать голову… Это лишнее, Вал. Даже для тебя.

Валентино медленно выдохнул струйку багрового дыма в сторону безголового тела.

— Лишнее? — он фыркнул, и в этот звук была вложена вся его ядовитая желчь. — Это ты у нас, heroe, наделал лишнего. Решил, что один в поле воин? Что мы — твоя свита и принесем себя в жертву твоей великой, ебаной, идее-фикс? Ты был готов нас всех в Небытие отправить, лишь бы твой precioso* Радио-Олень рядом горел! Прости, но я на такое не подписывался.

На экране Вокса пробежала рябь из помех и «белого шума» — цифровой аналог ярости.

— ТЫ НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕШЬ! Я БЫ ЕГО УНИЧТОЖИЛ! Я БЫ СТЁР ЭТУ САМОДОВОЛЬНУЮ УХМЫЛКУ С ЕГО ЛИЦА! — взвыл он, и динамики затрещали от перегрузки. — А вы… вы испугались! Стояли и смотрели, как эта блондинистая идиотка и её Радио-Придурок отнимают у нас победу! Вы предали меня в момент моего триумфа!

— Триумфа? — переспросила Вельвет не отрываясь от работы, и в её голосе была усталость матери, в сотый раз объясняющей ребёнку, почему нельзя тыкать вилкой в розетку. — Ты направил пушку, способную пробить Небеса, в центр города. Ты решил, что несколько районов Пентаграмм-Сити — приемлемые потери для того, чтобы досадить Аластору. Ты забыл, кто платит налоги в этих районах? Кто покупает наш контент? Кто боится нашего имени? Ты чуть не сжёг наш капитал, нашу репутацию, наш БРЕНД в угоду своей детской обиде…

— Это не обида! — рявкнул Вокс. — Это принцип! Он всё время надо мной насмехался! Считал себя выше!

— А теперь он будет считать себя умнее, — сухо парировал Валентино. — Потому что ты, amigo, повёл себя как последний идиот. И только с Божьей помощью мы за это не поплатились. Так что не пизди тут о принципах. Ты обосрался. Признай это.

Вокс замолчал. Его экран погас на секунду, затем вновь засветился, но уже не так ярко. Когда он заговорил снова, в голосе чувствовалась попытка натянутого, механического раскаяния.

— Ладно… Ладно, вы правы. Я зашёл слишком далеко. Я… не подумал о последствиях. Для нас, для компании… Давайте… давайте вернём всё как было. Я исправлюсь. Мы — команда. Семья, чёрт возьми.

Вельвет наконец оторвала взгляд от тела и посмотрела на него. В её алых глазах не было ни веры, ни насмешки.

— Готово, — сказала она, откладывая инструменты. — Осталось подключить голову. Придётся тебя выключить на время синхронизации.

— Жду не дождусь, — процедил Вокс.

Вельвет дотронулась до небольшой панели на подставке. Экран погас, и тихий гул процессоров стих. В лаборатории воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь тихим шипением сигареты Вала.

— Ну и зачем мы это делаем, chiquita? — сипло спросил он, глубоко затянувшись. — Чтобы он опять полез на рожон? Если дело в деньгах — моя порностудия и так приносит неплохой доход. Не пропадем...

Вельвет даже не взглянула в его сторону.

— Мы делаем это, потому что «Vox-Tek» — это бренд, — отрезала она, аккуратно подсоединяя голову Вокса к шее его нового тела. — А бренд без лица — это ничто. И потому что мы — семья. Как бы по-идиотски он себя ни вёл.

— Семья… — фыркнул Валентино, но больше не возражал.

Процесс загрузки занял несколько минут. Сначала по телу пробежала лёгкая дрожь, затем зажглись индикаторы на груди и запястьях. Наконец, на экране вспыхнуло привычное, уверенное изображение. Вокс моргнул. Затем медленно, будто пробуя, поднял руку, сжал и разжал кулак из четырёх пальцев. Звук сервоприводов был едва слышен.

— Фух… — он издал цифровой вздох облегчения, и в его голосе зазвучала привычная глубина и сила. Он повернул голову, посмотрел на Вельвет, затем на Вала. — Спасибо. Серьёзно. Я всё понял. Всё осознал. Это был мой провал. Но мы — это исправим. Вместе. Как раньше.

Он потянулся, и его новое тело отозвалась безупречно. Затем улыбнулся им, стараясь, чтобы улыбка выглядела искренней.

— Полагаю, нам нужно обсудить план по восстановлению репутации? У меня есть кое-какие идеи, но сначала …

Он подался вперед, его движение было плавным и естественным. И вдруг, без малейшего предупреждения, всё изменилось. Фигура Демона Телевидения сгорбилась, экран исказился изображением чистейшей, непритворной ярости. Из динамиков вырвался нечеловеческий рёв, смешавшийся со скрежетом перегружаемых сервоприводов.

— … Я ИЗ ВАС ДВОИХ КИШКИ С ДЕРЬМОМ ВЫТРЯХНУ!!!

Он рванулся вперёд с невероятной скоростью, не как машина, а как молния, сгусток чистой, смертоносной энергии. Его пальцы с выпущенными когтями, нацелились прямо в лицо Вельвет.

Однако в действительности он не пролетел даже полдюйма.

Всё его тело вдруг затряслось в конвульсиях, из сочленений полыхнули искры, а из динамиков вырвался дикий, неконтролируемый цифровой визг. Затем последовал глухой щелчок — и тело замерло, обмякло и тяжело рухнуло обратно в кресло для синхронизации. Только голова оставалась активной, экран мерцал, отражая паническое замешательство.

— Ч… что? Что ты сделала? — прошипел Вокс, безуспешно пытаясь пошевелить хотя бы одним искусственным мускулом.

Вельвет, даже не отпрянувшая во время его прыжка, небрежно отряхнула невидимую пыль с рабочих перчаток.

— Предохранители. Несколько уровней. Агрессия, попытка причинить вред союзникам, несанкционированное использование силы… Всё это вызывает скачок напряжения в твоей основной нейросети. Коротит тебя. Выбивает пробки, если говорить понятным для телевизора языком. — Она подошла к нему, холодно оглядывая своё творение. — Будешь буянить — будешь вот так вот лежать, пока не остынешь. Эмоциональная регуляция, Вокс. Освой.

Пару мгновений на экране Демона Телевидения мелькал разноцветный калейдоскоп из помех и эмоций: ярость, унижение, страх. Но чем дальше, тем отчетливее пробивалась сквозь них его привычная ехидная уверенность.

— Умно… — сказал он, спустя пару минут. — Но это ещё не конец, Куколка. Я всё равно до вас доберусь. Любой код можно взломать. Любую систему — обойти. Дай только срок.

Вельвет мило улыбнулась. Той же мягкой, ядовитой улыбкой, что порой расцветала на губах её матери, когда ей удавалось найти фатальный изъян во вражеской броне. Она сунула руку в карман лабораторного халата и достала… обычный, ничем не примечательный пульт от телевизора.

— На такой случай у меня есть план получше, — сказала она, и её голос стал сладким, почти воркующим. Она наклонилась к нему так близко, что их лица почти соприкасались. — Видишь ли, я… как же там было, в том сериале… — она приложила палец к щеке, как будто глубоко задумавшись. — А, вспомнила! Я заложила тебе заряд ангельской взрывчатки в очко.

В лаборатории повисла тишина, настолько густая, что в ней стало слышно гудение процессоров в соседней стойке. Даже Валентино перестал курить.

На экране Вокса застыла картинка полного, абсолютного недоумения. Потом пришло понимание. А за ним — откровенный слепой ужас, который не нуждался в цифровой обработке.

— «Бомбачко»? — прошептал он упавшим, странно человеческим голосом, мгновенно расшифровав отсылку.

— Именно, — подтвердила Вельвет тем же сладким тоном, как будто говорила о новой коллекции сумочек. — Если полезешь туда отверткой — БАХ! Вздумаешь химичить с напряжением или взламывать код — БАХ! И если я нажму… — её большой палец, с безупречным маникюром, ласково погладил большую красную кнопку на пульте, — …тоже БАХ!

Валентино, до этого момента молча наблюдавший с циничной усмешкой, вдруг ожил. Его фасеточные глаза загорелись неподдельным, алчным интересом. Он выпрямился, отбросил сигарету и сделал шаг вперёд.

— Вельвет… mi amor… — заговорил он, и в его голосе зазвучали медовые нотки, которые он не использовал со времён заключения первых контрактов. — Давай договоримся. Я… куплю у тебя этот пульт. Назови цену. Деньги? У меня есть. Слава? Я сделаю тебя Королевой Ада. Власть? Половина района твоя. Черт, да я Галактику, блять, завоюю и брошу к твоим ногам! Только отдай мне этот пульт. Ну пожа-алуйста?

Он потянулся к Вельвет всеми четырьмя руками и в его глазах была не просто жадность — в этом маленьком куске пластика и микросхем был сокрыт настоящий кладезь бесконечных, извращённых возможностей и упустить их — было бы грешно.

Вокс смотрел на них, чувствуя как его цифровую душу сковывает ледяной, примитивный ужас, которого он не испытывал со времён своего «немого» прошлого. Уж он-то, как никто другой в Преисподней знал, на что способен Вал. Знал он и то, во что превратятся его дни, если этот маньяк получит над ним такую власть. И честно говоря — он предпочёл бы тысячу раз взорваться, чем стать игрушкой в руках Валентино...

Но Вельвет лишь покачала головой, глядя на Вала с лёгким презрением.

— Я сделала это не для твоих грязных фантазий, — сухо сказала она. — А для того, чтобы наш дорогой медиа-гений никогда больше не вздумал сигануть в Небытие, забрав с собою Аластора, полгорода и нас, заодно. Цель — превентивное обезвреживание, а не создание нового контента для твоего приватного архива.

— Н-но, Куколка! — не унимался Валентино, его пальцы нервно перебирали воздух, как будто уже держали камеру. — Ты просто представь, какие возможности..! Какой сценарный потенциал..! Рейтинги..!

— У меня еще осталась порция ангельской взрывчатки, — мягко, почти нежно, напомнила Вельвет. — И я отлично знаю, где ты спишь.

Вал замер. Его энтузиазм сдулся, как проколотый шарик. Он пристально посмотрел на неё, оценивая уже не шанс на сделку, а степень серьёзности угрозы. И увидел в её глазах ту же стальную решимость, с которой имел дело в не столь отдаленном, по меркам Ада, прошлом. Он фыркнул, махнул рукой и отошёл к стене, бормоча что-то неразборчивое и обидное об «отсутствии полёта фантазии у молодёжи».

Вокс, всё ещё обездвиженный, почувствовал волну такого облегчения, что оно эхом отозвалось в его виртуальных синапсах.

— Спасибо, Вель, — сказал он тихо, и на этот раз в его голосе не было ни ехидства, ни фальши. — И… прости. За всё. Я исправлюсь. Честно.

В кои-то веки он не кривил душой, но слова все равно прозвучали дежурно и плоско. Как заученная фраза из плохого публичного извинения.

Вельвет посмотрела на него без улыбки. Её взгляд был холодным и острым, как скальпель.

— Как-то без души, — констатировала она, скрестив руки на груди. — Нам нужны доказательства, Вокс. Весомые доказательства.

Вокс промолчал. Его процессоры, освобождённые от ярости и паники, наконец-то обрабатывали не тактику, а правду. Правду о провале. О предательстве, которое он совершил первым. О тех двоих, которые, вместо того чтобы его добить, потратили ресурсы и время, чтобы собрать его заново. Пусть и с бомбой в… самом интересном месте.

— Понятно, — сказал он наконец. — Ну и... что надо делать?

Лицо Вельвет озарила широкая, ехидная улыбка. Она картинно развела руками, и в этом жесте был весь её размах, вся её претензия на контроль над хаосом, который они втроём представляли:

— Всё.

— Но пока ограничимся телепрограммой на ближайшую неделю, — вставил Валентино. Звёзд в его глазах поубавилось, но зато вернулся отточенный годами прагматизм. Он подошёл и хлопнул Вокса по обесточенному плечу. — Твоя репутация сама собой не восстановится, сам понимаешь. Начнём с опровержения, потом ток-шоу о вреде маниакальных идей, потом пара благотворительных акций для пострадавших, потом… посмотрим. Шоу должно продолжаться, не так ли, Куколка?

Вельвет кивнула и, не глядя, нажала последовательность кнопок на пульте. В корпусе Вокса что-то щёлкнуло и власть над конечностями вернулась к нему. Он медленно, будто проверяя каждую схему, поднялся с кресла. Новое тело слушалось идеально. Слишком идеально, напоминая, кто его хозяин.

— Ладно, — пробурчал он, отводя взгляд. — Пойду… составлю предварительный список тем.

Он направился к выходу из лаборатории, его походка была немного скованной, не от неисправности, а от тяжести нового статуса. В памяти сами собой всплыли строчки из его собственной песни:

«… Don't you forget

You're on my string

You can try to squirm and struggle and it wouldn't do a thing…»

Ему до боли хотелось зарычать. Хотелось взорваться, испепелить молниями все вокруг... Но где-то глубоко, в самых дальних закоулках сознания, как будто щелкнул переключатель. Не смотря на всю иронию ситуации - это был не конец. Это был… новый контракт, пожалуй самый жёсткий из всех. И, как ни странно, впервые за всю свою жизнь он был готов играть не главную роль, а ту, которую ему дадут.

Он хотел уйти с гордо поднятой головой, без прощального слова и жеста... и все-таки обернулся, у самого порога, не сумев совладать с собой. Вельвет, как и всегда, что-то печатала уткнувшись в смартфон, а Валентино снова закурил, глядя в потолок. Никто не смотрел на него.

— Эй, — тихо сказал Вокс.

Они оба подняли на него глаза. Он постоял секунду, глядя на них — на неумолимую девчонку с пультом и на старого хищника в дыму.

— Я… я всё равно пошлю вас нахуй, когда найду способ, — выдавил он, стараясь, чтобы это звучало по-старому, бодро и угрожающе.

Вельвет лишь скептически изогнула бровь. Вал усмехнулся, показав все зубы.

— Soñar no es malo**, «Болтливый Телик».

Вокс фыркнул, развернулся и вышел, громко хлопнув дверью. В коридоре он прислонился к холодной стене, давая своей системе несколько секунд на стабилизацию. Где-то в глубине его нового, цифрового сердца, среди строк кода и алгоритмов, поверх ярости, поверх обиды, начало прорастать другое чувство. Не раскаяние, ещё нет. Скорее — холодное, трезвое принятие. Прощение Вала и Вельвет ему придётся заслужить. Это будет долгий, унизительный, невероятно трудный путь. Возможно, он займёт века.

Но он, Демон Телевидения, бывший немой ящик, поднявшийся из ничего, был полон решимости пройти его. Не ради власти, не ради мести Аластору. А чтобы однажды снова услышать, как Вал матерится на него беззлобно, чтобы увидеть, как Вельвет улыбнётся ему своей настоящей, не поддельной улыбкой. Чтобы между ними тремя всё снова стало… как прежде.

***

В лаборатории Вельвет отложила телефон в сторону.

— Думаешь, сработает? — спросил Валентино, не глядя на неё.

— Уже сработало, — ответила она, глядя на закрытую дверь. — Он пошёл работать. Не громить, не мстить. Работать. Восстанавливать. Это и есть доказательство.

— Кстати, на счет бомбы… — Валентино усмехнулся, докуривая сигарету. — Не расскажешь откуда у тебя компоненты? Я думал, вы с Кармиллой все еще…

— Хочешь верь, хочешь нет — она прислала мне всё, что нужно, когда я объяснила ей ситуацию. — Вельвет скривилась, в ее глазах на миг промелькнула тень застарелой боли. — Забавно, не правда ли? Такой редкий случай единодушия между нами… и по такому «серьезному» поводу.

— А пульт у тебя точно один? — спросил Вал, как бы между прочим.

— Пока один, — кивнула Вельвет, убирая его в карман от греха подальше. — Но я уже заказала компоненты для второго. На всякий случай.

И в её глазах мелькнула та самая искра, что много лет назад спалила империю Кармайнов, — взгляд той, кто держит под контролем самых опасных демонов в Аду и знает это.

Примечания автора:

1) *распрекрасный — исп.

2) **Мечтать не вредно — исп.