Драко. Кровь дракона

14 октября 1066 г. Англия, близ Гастингса

Под тяжестью безжизненного тела нечем было дышать. Глаза залепила жидкая грязь, смешанная с кровью. Даже попытка разомкнуть ресницы отдалась жуткой болью в голове. Звуки сражения: лязг мечей, выкрики воинов, ржание лошадей и удары металла о щиты отдавались глухим эхом, словно под водой.

Пошевелив рукой, Томас понял, что она придавлена, но всё же удалось её освободить. С усилием он столкнул с себя тело погибшего воина. Проведя ладонью по лицу, снял слой жидкой грязи и приоткрыл глаза. Свинцовое небо с низко нависшими тучами давило. «Сейчас пойдёт дождь», — почему-то подумалось. Но помешкав всего пару секунд, он сжал копьё, которое так и лежало рядом. Преодолевая боль и вязкую, скользкую грязь, в которую превратили некогда плодородное поле копыта конницы, он встал на колени. Всё закружилось. Адская боль пронзила. Воткнув копьё в месиво из почвы и сухой травы, Томас опёрся на него и опустил голову. Алые капли упали в бурую жижу с багровыми пятнами.

«Хорошо же меня приложили», — вспомнил оглушительный удар боевым це́пом, который свалил с ног сразу же как замертво упал его господин. Эдвард Рейвен лежал всего в паре ярдов с изуродованным тяжёлым мечом лицом и раздробленным плечом. Удары были такой силы, что толстая кольчуга не выдержала и рука почти отделилась от тела, норманнский шлем слетел с головы, и в бесформенном черепе зияла кроваво-чёрная дыра. Тёмная кровь окрасила грязную жижу под телом славного воина.

Оруженосец, превозмогая боль, окинул взглядом поле сражения, которое, без сомнения, войдёт в историю, как великая битва. Самая долгая и кровавая, унёсшая тысячи жизней храбрых воинов — защитников королевства от захватчиков. Много песен менестрели и барды сложат о ней, воспевая подвиги рыцарей, монахи будут переписывать сказания о сегодняшних событиях, но имена простых солдат, лучников, оруженосцев и фирдов навсегда канут в небытие, оставшись в этой багрово-бурой жиже английской земли при Гастингсе.

Томас поднял шатающуюся голову, закатив глаза к небу. Некогда развевающийся стяг семьи Рейвен с изображением чёрного ворона, укрывающего своими крылами родовое гнездо, весь в грязи, жалкой тряпкой, облеплял древко.

И конца, и края не было видно этой ожесточённой битве. Трупы лошадей были завалены людскими. Над многими уже кружило вороньё, пируя на глазницах и выпотрошенных животах. Рядом не было сражавшихся и врагов, поэтому осмелевший, иссиня-чёрный, ворон стремительно спустился на лицо лорда Рейвена. Одно быстрое движение, и в огромном, остром клюве оказался глаз господина. Держа свою добычу, ворон словно осмысленным взглядом посмотрел прямо на Томаса. Тот вскинул копьё.

— Кыш!

Чёрная птица взмахнула крылами. Вяло, преодолевая головокружение, парень снова огляделся и не обнаружил родовые знамёна. «Значит ли это, что сыновья лорда Рейвена тоже лежат в сырой земле?» — пришла догадка.

В кроваво-грязном месиве из раздробленных тел павших воинов и лошадей, с отрубленными конечностями, вспоротыми животами, вываливающимися внутренностями и хлещущей из ран крови, утомлённые пехотинцы и спешившиеся рыцари продолжали отчаянно сражаться. Сквозь истошные крики и стоны раненных, рыча, изрыгая проклятья, брызгая кровью, они уже который час продолжали разить, рубить, колоть...

Солёный вкус во рту, запах крови, плоти и вонь испражнений — всё смешалось, вызывая тошноту. Гул в голове и помутнённое сознание не давали Томасу трезво оценивать происходящее:

«Ад… Сущий ад на земле…»

Туманный взгляд юного оруженосца приковала схватка воинов. Примерно в десяти ярдах от него молодой нормандец храбро бился сразу с несколькими англичанами. Статный, почти на голову выше их всех, он ловкими и молниеносными движениями отбивал атаки. Меч в его руках, отбрасывая блики словно молния, выглядел разящим оружием небес. Тёмные волосы из-за отсутствия шлема разлетались при каждом движении. Удар — англичанин пал. Меч, рывком выйдя из плоти, окропил оказавшихся рядом багровыми брызгами. Пехотинцы на мгновение замешкались и, держа наготове мечи, топоры и це́пы, стали медленно окружать нормандца. Он откинул каплевидный щит, предназначенный для конного рыцаря и стеснявший движения в рукопашном бою, и подхватил с земли меч. Вскинул его в руке и, переполненный отвагой, рыча как лев, ринулся на противников.

Оба меча в умелых руках закружили в танце смерти — это было завораживающе прекрасно. Легко двигаясь, будто не касаясь земли, словно его кольчуга невесома, молодой нормандец уходил от каждой атаки. Удар за ударом повергал окруживших его. Никогда Томас ещё не видел, чтобы кто-то так искусно владел мечом обеими руками, ещё и одновременно. Длинно-рукавная кольчуга и такие же шоссы создавали видимость, что храбрец и искусный воин выкован из стали. Только короткое сюрко из тонкой кожи скрывало её блеск, а с груди на противников взирал багровый дракон с открытой пастью. Обладатель символа был ему под стать: храбр, силён и ловок, на лице отвага, великая ярость воина и никакого сомнения, отчаянья или страха. Как скандинавский полубог, не желающий отправляться в Валгаллу, ведь он так молод, столько подвигов и прекрасных дев его ждут на жизненном пути, жаждущий славы и чести, он сражался самоотверженно, разил одним ударом, будто для него это развлечение, и двигался с таким изяществом и лёгкостью, как дракон в своей стихии — небе.

— Драко! — раздался раскатом выкрик, предупредивший об опасности.

Повергнув последнего противника, молодой нормандец резко развернулся. Оба меча в руках взметнулись. Удар. Всадник с грохотом, звеня металлом, упал с коня, который, не останавливаясь и фыркая ноздрями, пролетел мимо Томаса. Опустив окровавленные мечи в землю, словно сложив стальные крылья, воин поднял глаза прямо на юного оруженосца. Их взгляды встретились. Грудь дракона вздымалась от частого дыхания, лицо покрывали кровавые брызги, тёмные пряди налипли на них, из-под изогнутых бровей смотрели серые глаза, переполненные не ненавистью, а благородной яростью и уважением к поверженным врагам.

Всего мгновение и, оторвав взгляд от юного англичанина, нормандец ринулся в гущу сражения. Томас же, замерев, продолжал смотреть на него, как на мифическое существо из легенд. Ничего подобного парень не видел в своей жизни и уже вряд ли когда-то увидит. Красный дракон, облачённый в сталь, неуязвимый и разящий холодным пламенем навсегда запечатлелся в его памяти.

— Драко, — тихо повторил Томас услышанное прозвище воина.

---------------------------------------------------

Draco (лат. Дракон) - Жоффруа де Ла Мар (вымышленный автором герой) - бастард Роджера Монтгомери, признанный знатным отцом, без права наследования, но наделённый им покровительством, один из храбрейших воинов армии Вильгельма Нормандского.

После битвы при Гастингсе Вильгельмом I Жоффруа был дарован титул барона с наделом земель и посвящён в рыцари.

Герб: красный дракон с поверженным золотым львом на чёрном фоне .

Девиз: Кровь дракона. Сердце льва. (лат. Sanguis Draconis. Leonis Cordis)