Драконьи будни

Столица Рударского королевства, Арго, утопала в ярких лучах утреннего солнца. Они ослепительным покрывалом падали на мощеные улицы, делали синюю черепицу крыш насыщеннее, а витражам главного городского храма придавали неземное сияние. Особенно религиозные даже могли решить, будто на Арго упала божья благодать. Но жители города уже давно привыкли: любой солнечный день превращал столицу в произведение искусства. И нынешний не стал исключением.

Арго просыпался в мгновение ока. Его улочки заполнялись многоголосой музыкой большого города: хлопали ставни, скрипели колеса телег, звонкий стук молота о наковальню сплетался с гулом голосов. И все чаще слышались восторженные возгласы людей, оказавшихся на главной площади. Там, омываемая разноцветными отблесками витражей, расположилась величественная статуя дракона из бронзы, чья голова возвышалась над крышами ближайших домов. Для многих, если не для всех, эта композиция стала настоящей неожиданностью. Ведь на площади собирались ставить статую нынешнего короля Вильгельма II, который славился той еще любовью к себе. А тут внезапно и дракон. Такая перемена пришлась по душе многим. Прохожие то и дело останавливались, чтобы с удивлением и восхищением оглядеть скульптуру.

— Нет, вы только посмотрите! Как маняще переливается каждая чешуйка... — шептала торговка украшениями.

— Ишь, когти какие, выглядят острыми! — один из рабочих с любопытством крутился у основания, разглядывая лапы. — А если потрогать?

— Оставь, Уве, еще твоих жирных пальцев там не хватало, — посмеивались над ним товарищи.

— Я их уже вытер, — отвечал Уве, обтирая руки о штаны.

Навалившись на постамент, рабочий погладил ладонью изогнутый коготь, а после потянулся к его краю. Как вдруг палец статуи словно бы шевельнулся, отбрасывая руку Уве в сторону. Мужчина замер, а после отскочил в сторону, вскрикнув:

— Она шевелиться!

— Это мозги твои шевелиться пытаются, а дракон стоит, — саркастично произнесла одна из женщин.

— А я предупреждал тебя вчера, Уве: пить больше трех стопок настойки на мухоморах опасно, — назидательно поднял вверх палец один из друзей Уве, чем вызвал хохот на всей площади.

— Я был обязан перепить того щегла, — буркнул Уве, с опаской поглядывая на статую.

Рабочий еще немного поворчал, но был вынужден уйти вместе с друзьями. Он ведь и правда выпил вчера многовато.

В подобных разговорах проходило все утро. Летние дни в Рударском королевстве всегда были особенно жаркими. И солнце, которое несколькими часами ранее дарило городу неземную одухотворенность, теперь начинало нещадно припекать. Но это не смогло побороть любопытство местной принцессы. Эмили, гордо вздернув носик к небу и обмахиваясь веером, чинно плыла через площадь. Ее сопровождение, пара стражников, изнывающих в броне, и подруга, затянутая в корсет, шли позади, явно мечтая вернуться в прохладные стены дворца.

— Статую папеньки делает сам маэстро Шильо, — вещала принцесса, растягивая гласные и подражая говору того самого маэстро. — Удивительно, как кто-то посмел занять его место и водрузить сюда что-то другое? Хотя, признаю, в статуе чувствуется рука профессионала. Но папенька тут смотрелся бы уместнее. А еще лучше я... — Эмили кокетливо хихикнула, невольно представив на месте дракона себя.

— Я слышала, как служанки шептались, словно это дело рук колдуна, — негромко произнесла подруга принцессы.

— Ах, неужели? И ты сама так думаешь?

— Я склонна с ними согласится, Ваше Высочество.

— Почему же?

— Без магии статую нельзя так незаметно принести на площадь.

— Неужели? Может, ее несла сотня молодых мужчин из числа тех, кто потом совершает подвиги и преклоняет колено, дабы получить звание рыцаря? Согласись, Леони, это вполне себе может быть. Если мужчина получает звание рыцаря, он способен на любые подвиги. Даже! Даже незаметно установить статую дракона. Особенно, если таких мужчин сотня, — назидательно произнесла принцесса.

Леони сочла благоразумным промолчать. Они как раз подошли к основанию статуи и теперь с интересом изучали ее линии. Поразительнее всего выглядела чешуя. Это не была просто пластина. Нет-нет. На ней, причудливо изгибались неровные круги. Чем ближе к центру, тем мельче. На их острых гранях солнце преломлялось и словно бы добавляло немного пурпура, отчего бронза искрилась. Эмили так низко склонилась к ним, что едва не касалась носом.

— Удивительно! — шептала она, поражаясь особенно мелким чешуйкам на стопах. — Иди сюда, Леони, посмотри.

Но посмотреть девушка не успела. Истеричный визг перепуганной птицей взлетел в небо, погрузив всю площадь в оцепенение и недоумение. Люди тревожно оглядывались по сторонам, пока их взгляды не останавливались на дрожащей женщине. Она стояла около лавки портного и трясущейся рукой указывала в сторону статуи. Та, в свою очередь, ничуть не изменилась.

— Кажется, полуденный зной особенно опасен для леди, — озадаченно произнесла принцесса, поглядывая на женщину с капелькой презрения.

— Вы совершенно правы, Ваше Высочество, — раздался хриплый, напоминающий скрежет камня о камень, громкий голос со стороны статуи. Он вызвал очередную волну вздохов и криков, бивший по чувствительным ушам ничуть не слабее кувалды. — Ну и зачем же так орать? После этой мухаморовой настойки у меня ужасно болит голова. Тем более, я весьма недурен собой и не похож на какого-нибудь водяного или лешего. Поверьте, вот там стоило бы покричать.

Дракон страдальчески скривился, недовольно подергивая хвостом. Подобная реакция всегда его утомляла, вызывала раздражение. А уж после того, как вчера он коротал время в местном трактире, ему и вовсе хотелось спрятаться куда-нибудь подальше. Где темно, сыро и прохладно. Поэтому, когда на площади началась паника, ящер, закатив глаза, тяжело выдохнул, украсив воздух небольшим облачком дыма. Это добавило некоторым горожанам прыти.

Тем не менее, среди бегства и страха нашлось место и весьма забавной картине. Стражники пытались увести строптивую принцессу, которая сыпала угрозами и била их веером. Поначалу мужчины старались быть деликатными, но оказалось, что в таком случае Эмили им совершенно не по зубам.

— Хватит! Я приказываю вам убрать свои руки!

— Ваше Высочество, прошу вас, давайте уйдем. Здесь опасно, — увещевала принцессу Леони, нервно заламывая себе руки.

— Нет! Это же целый дракон!

— Хорошо, хоть это понимает, — недовольно, но едва слышно заметил один из стражников.

— Дракон! Я хочу его себе! Сейчас же! — продолжала упираться Эмили.

— Но, Ваше Высочество! Его не смогут вам поймать, и содержать очень проблематично, — Леони пыталась убедить принцессу. Но когда заметила, как стражники переглянулись, поспешила им помочь.

Мужчины ловко закинули брыкающуюся Эмили на плечо, словно та была обычной селянкой, а не высокородной леди. Впрочем, когда принцесса выдала крепкое ругательство, все дружно решили в будущем не вспоминать этот эпизод.

Дракон, тем временем, оглядел площадь и отогнал пустые надежды, будто горожане успокоятся самостоятельно. Печально проговорив:

— Никакого уважения к почтенным годам гостя, — ящер набрал в легкие побольше воздуха. А после угрожающе рыкнул, позаимствовав весьма удобную фразу из другого мира: — Всем оставаться на своих местах! Это ограбление!

Осознав, что на людей это мало подействовало, ящер добавил:

— Всем стоять, иначе спалю все к гномьей матери!

Горожане замерли Со стороны можно было решить, будто здесь поработал василиск. Стражник с принцессой на плече замер с поднятой ногой. Эмили, агрессивно сжимая веер, перестала тянуть второго стражника за пику шлема. Леони испуганно замерла, держа в руках ногу принцессы. Шустрый мальчик, вытаскивающий у зеваки пухлый кошель, так и остановился в преступном положении. Остальные жители Арго оказались в не менее нелепых позах.

— Так-то лучшу, — самодовольно улыбнулся дракон. — Перейдем к условиям. Я забираю принцессу, — он ткнул пальцем в колоритный квартет у своих ног, — и оставляю ваш город в покое. Иначе...

Уточнять, что ожидает Арго в случае неповиновения, дракон не стал. Горожане все поняли по многообещающей и угрожающей интонации. Им не пришлось повторять дважды. Уже через пару минут у постамента началась небольшая баталия, где жители отбирали Эмили у удивленных стражников. Люди справедливо решили: лучше целый город без принцессы, чем руины, но с дочкой короля. Это-то они и пояснили весьма простым и доходчивым языком стражникам, оставив одному из них вмятину на шлеме, а другому синяк под глазом. После чего выволокли помятую Эмили перед взором дракона, напоследок кинув в нее веером. Принцесса переминалась с ноги на ногу и отчаянно краснела. Рядом с ней стояла бледная Леони, которую на всякий случай тоже представили дракону.

Дракон наклонился к ним, внимательно разглядывая девушек. Постепенно на его морде проступало недоумение.

— Это что? — подозрительно уточнил он, вглядываясь в лицо Эмили.

— Ее Королевское Высочество принцесса Эмили Аргонская, — без запинки, хоть и отчаянно робея, произнесла Леони.

— Леди, вы, наверное, шутите надо мной? Аргонскую описывают, как статную высокую девушку с изящным носом, золотыми волосами и невообразимо прекрасными глазами цвета незабудок. А тут... — дракон с нотками безнадежности обвел когтистой лапой Эмили. — Я не так много вчера выпил, чтобы ошибиться.

От подобного жеста принцесса побелела, затем побагровела.

— Да как вы смеете?!

— Ее Высочество точно такая, как ее описывают, — негромко проговорила Леони. Набравшись смелости, она добавила: — Не ее вина, что у вас проблемы со зрением.

— Ага, как же. Нос длинный и напоминает парус, волосы как солома, а глаза! Невообразимо прекрасные глаза от незабудок имеют только размер, — жестоко припечатал ящер. — У Людвига очень странный вкус. Я, честно говоря, не ожидал подобного... — доверительно проговорил он.

— Не смейте меня оскорблять! — Эмили гневно скрестила руки на груди, уничижительно взирая на дракона. — Не забывайте, с кем вы разговариваете и какие могут быть последствия.

— А я разве оскорбляю? Говорю, что вижу. Этот ваш, Людвиг, мне все уши прожужал о принцессе Рударского королевства, которая не только хороша собой, но и приданное имеет приличное. Чувствую себя обманутым. Хорошо хоть цену запросил по весу. Надеюсь, весит эта принцесса хоть нормально?

— Поменьше вас буду! И вообще, я с вами никуда не полечу. Если этот ваш Людвиг хочет моей руки, пусть приезжает и просит ее. А не подсылает ящериц-переростков.

— Цыц, женщина. Значит, будем откармливать. Эй, ты, да-да, ты, — дракон ткнул пальцем в мужчину, что находился рядом с трактиром и по виду напоминал его хозяина. — Я требую еще бочонок медовухи.

— Эй, уговор был только на принцессу! — тут же возмутился прижимистый трактирщик.

— У меня стресс, и не смотрите на меня так, у драконов он тоже бывает, — поглядев на принцессу, произнес ящер. — Особенно с такой работой.

— Вы хам, грубиян, неотесанное животное, — вышедшая из себя Эмили сыпала ругательствами, пока дракон пробовал принесенную медовуху на вкус. Не получив ожидаемой реакции, принцесса, заприметив рога на голове ящера, в гневе закончила: — Козел!

— Не правда, козла я съел ночью. Эта сволочь бодалась и не давала спокойно устроится на постаменте. Я и без него то, едва взобрался, — хохотнул дракон, поудобнее перехватывая бочонок. — И вообще, кикиморка, я меняю твою жизнь к лучшему.

После этих слов ящер схватил принцессу и взмыл в небо. Под непрекращающийся визг Эмили, он сделал круг почета над площадью и величественно, хоть и немного пафосно проревел:

— Запомните дракона Джека, лучшего наемника во всех девяти мирах! Кражи, похищения, запугивания, — поглядев на орущую Эмили, он добавил: — избавление от «монстров» и многое-многое другое. Приемлемые цены, качественное исполнение. Заинтересовало? Ищите меня через почту фейри.

После чего бронзовый дракон неровно полетел в сторону соседней державы. Он то и дело выдыхал дым и прикладывался к бочонку медовухи, распевая странную для здешних мест песню:

— Владимирский централ (Ветер северный)
Этапом из Твери (Зла немерено)
Лежит на сердце тяжкий груз...

Его провожали взглядом жители Арго. И только Леони печально промокала глаза белоснежным платочком, искренне переживая за судьбу своей принцессы.