Древний мир глазами дилетанта всю жизнь изучающего историю

«Все новые писатели верят, что дано им либо в изложении событий приблизиться к истине, либо превзойти неискусную древность в умении писать».

Тит Ливий I век до н.э.

Муза истории Клио

ВСТУПЛЕНИЕ

Внимательно читая историю Древнего мира, часто испытываешь чувство "дежа вю", события тысячелетней давности поразительно напоминают недавнее прошлое и современные реалии. Мы – человечество, постоянно наступаем на одни и те же грабли, а незнание истории жестоко мстит, заставляя повторять невыученные уроки вновь и вновь.

Но нет смысла изучать её для зазубривания труднопроизносимых имён правителей или дат сражений. Значение истории как практической, прикладной науки в том, что её знание позволяет понять природу и внутреннюю логику происходящих событий, и своё место в них. Кроме того, это увлекательное и захватывающее занятие. Увидеть путь, прошедший человечеством; внимательно всмотревшись - не как в микроскоп, на копошение каких-то бактерий, а пытаясь увидеть и понять людей, которые тысячи лет назад рыли каналы, сеяли хлеб, возводили стены домов и, обливаясь кровью, умирали, стоя плечом к плечу со своими соседями, защищая семьи и род. Услышать их голоса, понять, чем они жили, о чём мечтали и во что верили. Попробовать оживить историю.

И если проявить внимание и терпение, может произойти чудо (или нет), смутные образы начинают обретать плоть, сквозь завесу минувшего доносятся их голоса, и речь их понятна, и хотят они того же, что и мы. И люди такие же, не глупее нас, огромное количество информации, окружающей современного человека, не делает нас умнее и лучше предков. Я не знаю, увеличилось ли в мире за тысячелетия количество Добра (не в материальном смысле) на Душу населения, а к этому во все времена стремились лучшие люди, но хочется в это верить. Также как и в то, что огромный путь во времени, через чудовищные жертвы и страдание, человечество проделало не зря и этот бесценный опыт чего-то да стоит.

Перед вами не учебник истории, а всего лишь попытка честно разобраться с большим объёмом информации на эту тему (прежде всего с первоисточниками) и изложить материал в компактной форме простым и понятным языком, стараясь избегать при этом банальностей.

* * *

В богатой на события и имена истории Древнего Мира можно выделить ряд определяющих процессов. Их немного:

1. Неолитическая революция (переход к производящему хозяйству). Можно сказать стартовый момент истории цивилизации. В результате неё началось расселение земледельческих племён Средиземноморской культуры и создание первых государств.

2. Вторжение из южнорусских степей индоевропейских племён.

3. Создание империй.

4. Экспансия тюркоязычных народов Центральной Азии и созданной ими лавины Великого переселения народов.

Попробуем разобраться с этими процессами и мифами вокруг них, учитывая последние научные исследования и публикации (в том числе по этногенезу, климатологии, этнографии и этологии). Попытаемся воссоздать панорамную картину исторического развития, найти его узловые моменты, чтобы более внимательно разглядеть народы и личности, определившие ход истории.

Материал изложен в виде коротких статей, читать можно с любого места (но лучше всё же по порядку).

Раздел I К О Р О Т К О О Г Л А В Н О М

(Общие тенденции)

Важнейшие институты человеческого общества сложились ещё в палеолите - это родовая община, парная семья, религиозные культы и их служители. За сотни тысяч лет люди поднялись от мелких групп трупоедов, не брезгующих каннибализмом, на вершину пищевой цепочки. Но, при присваивающем (охота и собирательство) ведении хозяйства, это не освобождало их от жёсткой привязки к животному миру. Численность людей регулировалась объёмом пищевых ресурсов, так же, как и у других животных, будь то лев или мышь.

Но вот, примерно 12000 лет назад, в эпоху энеолита, человек постепенно стал обрабатывать землю (поначалу с помощью примитивных мотыг) и разводить скот. Произошла так называемая неолитическая революция, переход к производящему хозяйству. Это случилось в районе Ближнего Востока, где обитали дикие предки коз и овец и до сих пор встречаются дикорастущие пшеница и ячмень.

И совершив эту революцию, люди вырвались из жёстких природных рамок и стали активно формировать свой мир - мир цивилизации. Занимаясь земледелием и скотоводством, они создавали долговременные запасы еды, спасающие от «беспощадного царя Голода» - проклятия первобытных охотников, порою душившего в тисках костлявых объятий целые племена. Значение этого события невозможно переоценить. Для охотничьих племён требуются огромные территории - около 20 кв. километров на семью. Поле пшеницы такого размера способно прокормить тысячи людей. (У охотников и собирателей плотность населения обычно не превышает 0,2 чел на кв.км., у племен занимающихся мотыжным или подсечно-огневым земледелием - девять чел/кв.км., а для плужного и ирригационного хозяйствования может превосходить и сто человек на кв. километр).

На увеличение кормовой базы животные реагируют резкой вспышкой рождаемости, человек не исключение. Рост долговременных запасов еды у древних земледельцев привёл к росту рождаемости в два-три раза по сравнению с племенами охотников и собирателей, где минимальный перерыв между родами составлял примерно 3,5 года. (Это связано с длительным периодом вскармливания материнским молоком и трудностью переноски нескольких грудных детей при кочёвках.)

Из древних центров цивилизации земледельческие народы, по мере роста численности, расселялись вдоль морского побережья и берегов рек.

Расширению ареала неолитической революции помогали кочевые группы скотоводов, передвигаясь со стадами за пределы орошаемых земель, они находили места пригодные для земледелия и новых поселений. В VI тысячелетии земледельческие культуры возникают на Северо-Западе Индостана, в Средней и Юго-Восточной Азии. Из Северной Африки через Пиренеи и из Малой Азии через устье Дуная они попадают в Европу.

Начиная с VIII тысячелетия до н.э. появляются первые постоянные поселения, а затем и укрепленные города. Самые древние из них Чатал-Гуюк в Малой Азии и Иерихон в Израиле. Их крепкие стены, явно не от хищных зверей, свидетельствуют, что войны велись и в неолите, задолго до освоения металла.

В V тысячелетии до н.э. в плодородных долинах рек Нила, Тигра и Евфрата возникают первые государства. Эти маленькие ростки цивилизации изолированные прежде, постепенно соединяются друг с другом нитями торговых путей, через которые происходит обмен товарами, идеями и культурой. При этом постепенно меняется мировоззрение, на смену постулату: "Убей чужака" приходит другой - " Нам каждый гость дарован богом". Оазисы цивилизации расширяются, втягивая в свою орбиту окружающие племена и народы.

Этот процесс не был мирным, по караванным дорогам часто маршировали армии жестоких завоевателей, огнём и мечом сколачивая первые империи. Иногда, с окраин обитаемого мира, на государства древности обрушиваются мощные волны варварских нашествий, неся смерть и разруху. Тогда наступают "тёмные века". Но ростки культуры уже невозможно растоптать полностью и на руинах старого мира, обновлённые свежей кровью варваров, возникают новые, ещё более величественные цивилизации. Этот процесс цикличен. Народы как люди, также стареют и умирают, исчерпав свой срок, уступая другим своё место. Как и в жизни людей, не все они доживают до старости.

Совершив неолитическую революцию, человек стал активно формировать свой мир, со своими собственными законами. Создавая искусственную среду, он возводил барьеры перед агрессивным внешним окружением, получая защиту, а также новые возможности для свободы самовыражения и выбора занятий. Появляются десятки новых профессий.

Человек встал на путь прогресса, каждый шаг по которому давал результаты и расширял возможности. (Например, применение медного топора вместо каменного увеличивало производительность труда в три раза, а с помощью плуга и упряжки волов участок поля можно обработать в пятьдесят раз быстрее, чем мотыгой.)

Растёт значение руководства этой, всё более усложняющейся системы, взаимодействия всех её членов. Выделяется элита, верхушка которой часто обожествлялась и люди творческих профессий, эту элиту обслуживающих.

Поскольку за всё на свете надо платить, за прогресс и новые возможности приходилось расплачиваться потерей былого единства, расслоением общества на бедных и богатых. Появляются новые болезни, передающиеся от приручённых животных, однообразного питания и скученности людей в укреплённых поселениях. Вследствие новой растительной диеты и высокой детской смертности снижается средняя продолжительность жизни.

Чем больше усложнялась система цивилизации, чем больше специализировался человек - тем более уязвимым он становился и, как домашние животные, часто не мог выжить вне её пределов.

Д В А М И Р А

Историю Древнего Мира можно представить как противостояние двух образов жизни, двух миров - цивилизации и варварства. Цивилизованный человек пять тысяч лет назад мало чем отличался от жителя современного мегаполиса. В многолюдных красочных городах, таких как Вавилон или Рим, имелись все виды развлечений - от публичных домов до театров и такие привычные для нас удобства, как водопровод и канализация. К его услугам были шикарные бани и бассейны, дорогие рестораны и даже бары. Да, в Древнем Вавилоне VII века до н.э. существовал специальный квартал "Ворота смесительниц", где рабыни занимались смешением разнообразных алкогольных напитков, то есть приготовлением коктейлей.

Воображение приезжих поражали огромные величественные храмы с драгоценными статуями, многоэтажные дома и широкие проспекты. Благодаря развитой международной торговле многоязычные толпы на улицах породили легенду о "смешении языков" при строительстве Вавилонской Башни.

А она высилась в центре города - гигантский семи ярусный, семицветный зиккурат.

В роскошных особняках с садами и бассейнами и в каморках трущоб жили свободные граждане и рабы - оптовые и мелкие торговцы, банкиры и врачи, служители разнообразных религиозных культов, нотариусы, проститутки, солдаты, даже частные сыщики - их отчёты на глиняных таблицах в глиняных же конвертах дошли до наших дней. Уже во времена шумеров большинство мужчин были грамотны. Богатый, яркий, красочный мир цивилизации.

И с другой стороны - простой и суровый мир родоплеменного строя.

В его жёсткой консервативной структуре было мало возможностей для развития, но зато она была сильна своим единством и устойчивой самодостаточностью его членов. Человек жил в большой семье занимая в ней определённое положение, он не мог подвести родню, не потеряв при этом самоуважения. Не мыслил себя вне привычного мира общины, самым страшным наказанием было изгнание. У него была вера в справедливое посмертие, в помощь богов, предков и духов. Выжить можно было только вместе, поэтому за обиду члена клана мстили всем родом, но жить достоин только сильный - в древности от больных и слабых безжалостно избавлялись.

Добро и зло - категории моральные, а мораль в природе отсутствует. И племена, живущие в гармонии с природой, живут по её законам.

В отличие от цивилизованного человека, который не может зарезать даже курицу, для варвара убийство - это обыденность, это его способ выживания, как у хищного зверя. Каждый мужчина - воин. Люди варварских племён были если и не сильнее физически, то безусловно намного выносливее, особенно в кочевых племенах охотников и пастухов. Проходя каждый день большие расстояния, отстаивая свою и пытаясь захватить чужую территорию; в постоянной борьбе за выживание в суровых климатических условиях формировался особый тип людей - смелых, предприимчивых, агрессивных, преданных своему вождю и боевому братству племени. Против натиска этих дружин не смогли устоять города-государства, а в последствии и империи Древнего Мира.

Одерживая победы, дорвавшиеся до богатства и благ цивилизации, простодушные варвары с головой окунались в удовольствия и старались нацепить на себя как можно больше ярких одежд и блестящих погремушек. Яростная жажда всего - женщин, золота, удовольствий, та, что вела их к победе, также быстро и губила. Оторванные от своих корней они разлагались за два-три поколения, (так ржа точит не протертый окровавленный клинок), и их ожиревшие потомки сметались новой волной пришельцев - молодых и голодных.

Противостояние цивилизации и варварства символически можно представить как нападение немногочисленных волчьих стай, которые находят отпор со стороны опытных пастухов и свирепых, натасканных псов-волкодавов. Если же пастух не кормит и бьёт собак, вместо стрижки начинает сдирать с овец шкуру, или пуская всё на самотёк, пьяным валяется в кустах, то рано или поздно он оказывался с разорванным горлом.

РАСШИРЕНИЕ МИРА ЦИВИЛИЗАЦИИ

Цивилизационное пространство увеличивалось не только за счёт развития культурных связей и международной торговли. Безжалостные завоеватели силой пытались насаждать своё господство окружающим народам. В I тысячелетии до н.э. это впервые удалось сделать ассирийцам.

Подобно страшному дракону их армия столетиями терзала соседние страны, оставляя после себя сгоревшие поля, вырубленные сады, холмы отрубленных голов и вереницы посаженных на кол. Дыханием этого чудовища был леденящий ужас, что летел впереди наступающего войска. Их беспримерная жестокость поражала даже привычных к насилию людей древности. Культ силы, жестокости и садизма воспевался в победных надписях и барельефах. Страх рождает ненависть, кипящая ненависть соседей сожгла Ассирийское царство, стерев с лица земли их города, храмы и гордую столицу "логова львов" Ниневию.

Но ломая хребты непокорным племенам, стирая границы и различия между покорёнными народами Ближнего Востока, переселяя и перемешивая их, ассирийцы создали единое пространство, навязав им общие законы и порядки. Это как подготовка поля для пашни - вначале вырубается и сжигается лес, затем выкорчёвываются пни и вспахивается целина. И ассирийцы проделали эту грязную и тяжёлую работу, сначала уничтожив вооружённую силу древних городов-государств, а затем, многократно выкорчёвывая оставшиеся очаги сопротивления, они превращали побеждённые народы в покорное стадо. Когда на протяжении столетий подавляется не только активное сопротивление, но и вольнолюбивый дух, вырастают поколения, для которых закон жизни - конформизм, потомки гордых завоевателей становятся послушными подданными.

Ассирия погибла, но осталось огромное пространство с едиными законами, языком (арамейским), культурой и покорным населением. Через пятьдесят лет ей на смену пришла персидская держава, первая по настоящему великая империя древности.

С этого момента на протяжении тысячелетия на этой огромной территории менялись только пастухи. Ассирийцы создавали свою империю столетиями, беря штурмом каждый город. Персам и македонцам потребовалось на это не более десяти лет. Новым захватчикам достаточно было один раз сломить военную силу, партизанской войны можно было не опасаться - овцам всё равно, кто их стрижёт.

Империи древности сменяли одна другую, расширяя пространство цивилизации, но суть оставалась одна, менялись лишь пастухи и часть собак. Апофеозом этого процесса стала Римская империя с населением в 70 миллионов, которую завоевали отряды варварских племён, численность которых не превышала 100 тысяч человек.

ЦИВИЛИЗАЦИИ РЕЧНЫЕ И МОРСКИЕ

Впервые идею о разных типах цивилизаций сформулировал в середине 19 века русский учёный Лев Мечников в работе "Цивилизация и великие исторические реки". Подтверждая постулат, что "нет пророка в своём отечестве" свой труд он опубликовал в Швейцарии и на французском языке.

Имеющие в основе сельское хозяйство, первые государства были созданы в долинах великих рек. Представляя из себя замкнутые системы с ограниченной площадью они, даже без внешнего воздействия, были обречены на периодические кризисы возникающие по мере роста населения до критического уровня (несмотря на развитие ирригации и подъёма производительности труда) и приводящие к распаду страны в кровавой анархии. Типичные примеры относительно замкнутых систем - Древние Египет и Китай. Несколько иная ситуация сложилась в Месопотамии, имея из ресурсов только землю, воду и тростник, её обитатели вынуждены были добывать необходимое сырьё войной или торговлей.

Особенность речных цивилизаций - закрытость, самодостаточность (слабо развитая торговля - особенно внешняя) и деспотизм правления со строгой иерархией. Для благополучия государства была необходима жёстко выстроенная вертикаль власти. В противном случае оно превращалось в клубок сцепившихся друг в друга элит рвущих страну на кровавые клочья. Верховный владыка, обладающий абсолютной властью, обожествлялся, являясь гарантией стабильности и справедливого мироустройства. "Если бы царь не налагал неустанно наказание на заслуживающих его, то сильные изжарили бы слабых как рыбу на вертеле" (Законы Ману). Его авторитет находился на недосягаемой высоте, все подданные, вне зависимости от ранга, считались его рабами и при официальных мероприятиях целовали прах у его ног. Под давлением традиции обществу были присущи инерция и консерватизм, отсюда, кстати и жёсткий канон, столетиями господствующий в искусстве.

Чтобы мирно уживаться при высокой плотности населения в речных долинах древних цивилизаций, где уже тогда проживали миллионы человек, аграрное общество (сельская община) формировало определённый тип отношений и соответствующих ему людей - терпеливых, послушных и миролюбивых. Таковы были древние обитатели Египта, Индии и Китая. Привычка "жить по старине" характерна боязнью и недоверием ко всему новому. Чрезмерная активность и инициатива не поощрялись, от беспокойных элементов старались избавляться.

Но вот в конце второго тысячелетия до н.э. на узкой полоске Восточного Средиземноморья появляется цивилизация нового типа - открытая система направленная "вовне". Условно её можно назвать "морской". Финикийцы обитавшие на скалистом побережье, стиснутом горами Ливана и Анти Ливана, имели мало земли пригодной для земледелия, но много удобных бухт. Их полем стало богатое рыбой море и бывшие кочевники пустынь скоро стали его странниками, народом умелых корабелов и отважных моряков. Их цивилизация была построена на развитом ремесле, международной торговле и, что важно, на активной политике колонизации. Море открыло для них весь огромный мир и вскоре финикийские колонии возникают во многих местах побережья Африки и Европы. Находясь на стыке двух великих культур Месопотамии и Египта, они перенимали лучшее и разносили достижения цивилизации к диким обитателям берегов Великого (Средиземного) Моря. Морская цивилизация требовала от своих детей других качеств - смелости, инициативы, предприимчивости, гибкости восприятия, способности к быстрому заимствованию нового и полезного. Для неё характерен индивидуализм, примат личности, когда на первом плане стоит человек и лишь затем общество.

Эти лёгкие на подъём авантюристы, запросто совмещали торговлю и пиратство, всегда готовы были продать в рабство одинокого пассажира или ограбить прибрежный посёлок. Гомер характеризует их как "коварных обманщиков", они похищают дочь аргосского царя Ио и других женщин, пришедших к ним на торг. Но эти "лукавые люди", а за ними и греки, стали своего рода закваской, заставившей забродить и подняться великолепную культуру древности, и разнесли её споры по всем побережьям Средиземноморья. Именно финикийцы приобщили к мореплаванию и культуре светловолосых дорийских дикарей, привили им вкус к роскоши. В отличие от крестьян, не видящих ничего кроме окрестностей родной деревни, эти мореплаватели проживали намного более яркую и насыщенную жизнь.

Естественно, что для этих гордых и свободолюбивых людей не подходил авторитарный стиль правления, недовольные властью легко могли сесть на корабли и покинуть родину в поисках лучшей доли. Для морской цивилизации характерно правление не одного лица, а олигархических кланов в городах-государствах. Со временем эстафету от финикийцев переняли их ученики греки, также ставшие морским народом. Победив в соперничестве пунов, эллины ещё больше расширили пределы своей экспансии, прежде всего культурной, а их общественное развитие впервые пришло к идее народоправия - демократии.

Отличия цивилизаций проявлялись во всём, в том числе и в стиле ведения войны - первый - заваливая массой огромных армий, в которые сгонялось плохо обученное и вооружённое ополчение, терпя огромные потери, не особо ценя жизни солдат. И другой - когда сражаются не числом, а умением, где неприемлемы большие потери. Война, где прежде всего воюют деньги, ведущаяся с помощью наёмников-профессионалов, когда на неё идут не умирать, а побеждать.

Разница между типами цивилизаций - как между травоядными и хищниками. Сплоченность, диктуемая стадным инстинктом, минимум риска с одной стороны и энергичный напор с другой. Преимущества открытых систем особенно ярко проявились в эпоху Великих географических открытий, когда на первый план истории вышли такие маленькие страны на побережье как Португалия, Испания, Голландия, а затем, конечно Англия, создававшие огромные колониальные империи. А державы с древнейшей культурой, огромной площадью и с многочисленным населением, такие как Китай и Индия из-за политики изоляционизма приходили в упадок. (Гений и железная воля Петра I открыл Россию миру ценой чудовищных усилий и жертв. Для того, чтобы обеспечить выход к морю, "прорубить окно в Европу" и велась долгая и кровавая Северная война).

Естественно, что за тысячелетия у разных цивилизаций формировались и разные стереотипы поведения, своего рода матрица присущая большинству населения, этим объясняются и проблемы сегодняшнего дня, когда чуждую культуру, чужие стереотипы пытаются навязать, объявляя их единственно правильными и универсальными.

НЕОМАЛЬТУАНСКАЯ ТРЕХФАЗНАЯ ТЕОРИЯ

Популярная в последнее время, она описывает периодичность кризисов закрытых систем, развивая демографическую теорию нелюбимого в СССР Томаса Мальтуса, утверждавшего, что неограниченный рост населения (происходящего в геометрической прогрессии, в отличие от арифметической роста средств существования) неизбежно приводит к социально-экономической катастрофе. В России её наиболее серьезно разрабатывает С. А. Нефедов.

Теория довольно точно описывает древние аграрные общества и характеризуется тремя фазами - ростом, сжатием и кризисом. Во время стадии роста, обусловленной наличием свободных земель, происходит быстрое увеличение численности населения, посевных площадей и новых деревень. Цены на хлеб и аренда низкие, но постоянно растущие, зарплаты и уровень потребления высокие.

После исчерпания ресурсов наступает вторая стадия - сжатие. Для неё характерны малоземелье крестьян, низкие зарплаты, высокие цены на хлеб и аренду. Демографический рост продолжается, но ограничен уровнем урожайности, процветает ростовщичество, растет крупное землевладение и поляризация общества, потребление падает до минимального уровня, летописи часто сообщают о голоде. У многих земледельцев отсутствуют запасы зерна, при неурожаях они массово разоряются, попадают в долговую зависимость и бегут в города, пытаясь поправить там дела работой по найму, ремеслом или торговлей. Вследствие этого растет городское население, число безработных и нищих, активизируются народные движения с требованиями социальной справедливости и передела собственности, экономическая ситуация до предела напряжена. Проблемы пробуют решать увеличением продуктивности земель, попытками проведения социальных реформ, колонизацией, иммиграцией или внешней экспансией. Происходит централизация власти вплоть до единоличной диктатуры.

Третья фаза - кризис. Голод, доведенный до отчаяния народ поднимает восстание, гражданская война сопровождается внешними вторжениями и эпидемиями. Происходит массовая гибель населения, разрушение и запустение многих городов, упадок ремесла и торговли, уничтожение и перераспределение крупной собственности, иногда революции с переходом к этатической монархии. (Этатизм (от фр. "государство") - жесткое регулирование всех сфер жизни и экономики в интересах авторитарного государства, вплоть до установления государственной собственности на землю.)

Гениальный юноша Лермонтов в шестнадцатилетнем возрасте (1830 год) описал эту фазу в своем знаменитом "Предсказании":

"...Когда детей, когда невинных жен

Низвергнутый не защитит закон;

Когда чума от смрадных, мертвых тел,

Начнет бродить среди печальных сел,

Чтобы платком из хижин вызывать.

И станет глад сей бедный край терзать,

И зарево окрасит волны рек.

В тот день явится мощный человек,

И ты его узнаешь - и поймешь,

Зачем в его руке булатный нож..."

В некоторых случаях после кризиса продолжается период депрессии и нестабильности с внутренними и внешними войнами, после их окончания начинается новый цикл.

* * *

Основу военной силы Древнего Мира составляли фаланги тяжёлой пехоты, в которые, покупая вооружение за свой счёт, сплачивались свободные землевладельцы. В греческой легенде об Антее, сыне богини земли Геи, зашифрована глубокая мудрость - пока у человека есть связь с землёй, он непобедим. Защищая свой земельный участок и семью, стоя плечом к плечу с соседями, такими же свободными общинниками, он проявлял высокую стойкость и зачастую героизм. Но классовое расслоение разъедало эту базу общества равных. Когда общинная земля становится предметом купли и продажи, это во все времена и у всех народов неизбежно вело к разорению большинства и концентрации богатства в руках немногих. Часть бедолаг при этом попадала в рабство, а большинство утрачивало возможность приобретать дорогие доспехи и оружие, и как следствие, своё место в строю. Аристотель ещё в IV веке до н.э. в "Этике Никомаха" чётко отделял "экономику" как удовлетворение разумных жизненных потребностей человека от "хрематистики" (обогащения) - накопления богатства как самоцель, противная природе, ведущая к бесчеловечной эксплуатации, на неё работает и ненавистное ростовщичество. "Люди принимают её за экономику, но она не экономика". Аристотель предупреждал, что скатывание в хрематистику губительно, и оно действительно привело к паразитизму поздней античности, как и сегодняшнее общество ориентированному на потребление и получение разнообразных удовольствий, где прежде осуждаемые пороки становятся нормой.

Конечно, во многих государствах с разной степенью успеха, предпринимались попытки запретить продавать в рабство соотечественников и перераспределить земельные наделы, отняв их у крупных собственников. Но человеческую жадность и глупость победить нельзя. По мере разорения землевладельцев, будь то в Ассирии, или в Древнем Риме, государство вынужденно берёт расходы по вооружению на себя. Это позволяет привлечь в армию разорившихся люмпенов, растёт её численность, она становится профессиональной. Обычно вслед за этим следует расширение внешней экспансии.

Растёт численность, и, казалось бы, качество армии, но наёмник плохая замена гражданину. Он за деньги готов служить любому. Большая часть ресурсов государства уходит на содержание этого прожорливого монстра, в составе войска становится всё больше чужеземцев, вскоре их отряды составляют большинство.

Прежний воинственный дух, героизм и самопожертвование уходят в прошлое, сменяясь на развращённость и безответственность. Идеология гедонизма (от греч. "наслаждение"), объявленного как высшее благо, привела к безудержному расточительству элит. Со временем потомки свирепых завоевателей и стойких защитников своей земли вырождаются в ленивых паразитов, живущих на подачки олигархической верхушки. Землю обрабатывают рабы, воюют наёмники - иностранцы.

Всё меньше желающих взять в руки меч и защищать свою родину в поле или на стенах крепостей. Мало того, они ещё и мешали это делать другим, в результате интриг и предательства гибнут лучшие люди старающиеся сохранить империю. Развращённая и изнеженная элита вырождалась и не желала брать на себя ответственность.

Понятно, что эта ставшая нежизнеспособной структура развалилась при малейшем потрясении. Старый Рим умер, изжив себя, причиной его гибели были не варварские нашествия, которые он благополучно пережил многократно, просто исчезли люди составлявшие опору и основу каждого сильного государства, благодаря своей железной воле и страсти позволявшие превратить любое поражение в победу. Они истребили друг друга в гражданской резне, растворились в толпах рабов. Время героев империи закончилось, её стальные мышцы переродились в сало.

Величайшая империя Древнего Мира погибла, но осталось единое культурное пространство, у многократно ограбленного, частично вырезанного населения оставалась память о былом единстве, что позволило потомкам варваров и покорённых народов, разговаривавших на испорченной латыни через столетия вновь объединиться.

Древние римляне говорили: "Пусть рухнет мир, но восторжествует закон". Орды северных варваров смели мир их изнеженных потомков, но отлитые в бронзе законы сохранились, войдя, как основа, во все мировые кодексы, став составной частью фундамента европейской цивилизации, наряду с греческой культурой и христианской идеологией.

НЕМНОГО О РЕЛИГИИ

Огромное тысячелетнее здание западной Римской империи рухнуло, вызвав изумление всего обитаемого мира. Их попытки сдержать анархию, сохранить раз и навсегда установленный закон и порядок оказались тщетны. Жизнь можно зафиксировать, только убив её, и забронзовевший римский (и не только римский) порядок, взламывался самой жизнью, её живым течением.

Но новый мир создали не германские дикари, он прорастал снизу, из кварталов рабов и бедноты, пройдя через столетия непонимания и гонений. Его творили подлинные герои, которые не размахивали окровавленным топором, но вели постоянную каждодневную работу, неся слово правды, утешения и надежду на спасение. Не отрекаясь от принципов своей веры (не только христианской), им часто приходилось идти на лишения и муки, жертвовать жизнью. Из крови мучеников как из семян взошли ростки религии, как цветы асфальт, они взломали идеологию древних империй.

* * *

Религиозные воззрения людей начинались с анимизма (поклонения тотемным животным), на Севере - медведю, на Юге - быку, во многих местах они сопровождались человеческими жертвами. Как правило, чем более архаичным был культ, тем более изуверскими обрядами он сопровождался. Например, в Карфагене человеческие жертвоприношения совершались ежегодно, самой желанной жертвой были младенцы, чаще всего дети знати. В святилище Таннит найдены тысячи урн с их кремированными останками, большинству не было и двух лет. "Огненная геенна" - это долина Еннома вблизи Иерусалима, где детей заживо сжигали на алтаре, принося в жертву богу войны и огня Молоху.

В результате интеллектуального развития человечества боги постепенно утрачивали звериный облик и зверскую сущность. Полу люди полу звери Египта и Месопотамии, ранние боги индоевропейцев - рогатые, на бычьих копытах со временем превращались в человека, сохранив лишь священные рога, как признак божественности на шлемах древних вождей.

Кровавые человеческие жертвоприношения сменялись животными жертвами, а затем и их имитациями. Смягчались жестокие культы родового первобытного строя, из мрачных пещер боги выходили в полные простора и света греческие храмы. Идеалом становится красота, поначалу внешняя.

С древнейших времён люди поклонялись планетам и стихиям, священным рощам и ручьям, духам предков. Помимо главных богов насчитывались сотни и тысячи мелких божков и бесов, и каждый требовал своей доли почитания и жертв.

Но во втором тысячелетии до н.э. сразу в нескольких местах - в Египте, у древних евреев и арийских народов - приходит идея единобожия. Она была провозглашена в Синайском откровении (10 заповедей), учении фараона Эхнатона и проповедях зороастризма.

Во все времена были люди ищущие смысл жизни и ответы на вечные вопросы, которые им никто не задавал. Они отказывались от мирских благ, от власти и высокого положения, как царевич Гаутама Сиддхартха (Будда), или парфянский аристократ, "Учитель Света" Мани. Или как израильские пророки в поисках мистического озарения удалялись в пустыни или горы совершать свои аскетические подвиги. Многие из них в итоге отдавали за убеждения свою жизнь. В первом тысячелетии до н.э. независимо друг от друга происходит зарождение мировых религий: зороастризма в Иране, буддизма в Индии, конфуцианства и даосизма в Китае, а также классической философии в Элладе.

На 800 – 200 гг. до н.э. приходится и «осевое время» Карла Ясперса – поворотная точка в духовном развитии, когда на смену мифологическому мировоззрению приходит современное рациональное. Понятие морали отделяется от сакрально-родового табу и человек сам выбирает для себя образ жизни и мыслей. Тогда с кровью рвались тесные связи с духами и богами, оплетавшие повседневную жизнь, через страдание и боль приходило новое осознание личной ответственности, совести и морали. Между людьми и богами разверзлась пропасть - куда-то подевались чудесные создания, резвившиеся в лесах и речках, боги прекратили спускаться на землю и любить местных женщин.

А человек получил возможность вырваться из тесной клетки повседневности, сколоченной из племенных ритуалов и традиций, и ощутить себя частью всего человечества.

Как обычно, борьба старого и нового мировоззрения не обходилась без жертв, библейского Исайю (VIII века до н.э.), известного пророчеством "перекуют мечи на орала, а копья свои на серпы ...и не будут более учиться воевать" распилили деревянной пилой; пророка Иезекииля, обличавшего идолопоклонников, разорвали конями. Обвиненный в богохульстве и подрыве родительской власти Сократ, по приговору суда сам принял яд, но отказался признать вину и отделаться штрафом, или бежать с помощью друзей. Трагически закончилась и жизнь Заратуштры.

Имеющее в основе триаду: добрая мысль, доброе слово и доброе деяние учение пророка Заратуштры (по-гречески Зороастра) жившего в конце II тысячелетия до н.э., возможно в южнорусских степях, оказало огромное влияние на религиозное самосознание человечества. Его идеи единого бога - творца вселенной, вера в пророков, в приход спасителя, в загробный мир с адом и раем, бессмертия души, конечной победы добра и установления царства справедливости после Страшного Суда, вошли в иудаизм, христианство и ислам.

И вот, в результате тысячелетних интеллектуальных трудов познания и мистических озарений произошло событие ставшее началом новой эры.

В мир в облике слабого человека пришёл сын единого бога и сказал - "Бог есть любовь".

Впервые бог пришёл не для избранного народа или своего племени, а для всех, для всего человечества.

Древнему Миру была присуща веротерпимость не характерная для более поздних времён. С расширением владений увеличивалось и число почитаемых государством богов. Самая большая территория была у Римской империи и в начале первого века н.э. в Риме возвели гигантский Пантеон - храм всех богов. Среди прочих особо уважаемым был культ обожествлённого императора.

Но эта толерантность имела известные пределы и объяснялась не мудростью и пониманием, а скорее равнодушием и беспринципностью. Ты мог поклоняться любым, самым изуверским богам, приносить кровавые жертвы; предаваться любым порокам. Только плати налоги и оказывай внешнее почтение власти.

В обществе без твёрдых убеждений последователи Христа оказались инородным телом, вызывающим неудобства, от которого в течение трёх столетий пытались избавиться, но язычники обломали об этот твёрдый орешек зубы. Фундамент церкви был заложен идеалистами, самопожертвование которых производило потрясающее и неизгладимое впечатление на окружающих. (Не люблю патетики, но куда без неё ..) Примеры их праведной жизни и мученической смерти во времена гонений на веру создали тот нравственный ориентир, подобно маяку освещающий и указующий путь будущим поколениям на грядущие века и тысячелетия.
ЛЮДИ, ДОБРОВОЛЬНО ОТДАЮЩИЕ ЖИЗНЬ РАДИ ИДЕИ НЕПОБЕДИМЫ. Но, когда их идеи восторжествовали, и церковь из гонимой стала правящей, со временем её облепили тысячи почуявших выгоду паразитов, заключив свободный дух в темницу мертвечины. Твари с радостью наблюдавшие за муками христиан на римских аренах с таким же энтузиазмом бросились грабить сокровища языческих храмов, круша великолепные статуи и сжигая свитки с мудростью тысячелетий. Как корабль, церковь обрастала ракушками стяжательства, в тёмном трюме завелись отвратительные крысы мракобесия и ветер духа, надувающий паруса веры, не мог уже сдвинуть его с места.

Церковные иерархи пытались утвердить веру карающим мечом и тяжёлым сиянием золота, покрывая им образы бога и купола храмов, забыв, что не мечом утверждается правда, что слово божье победило в пещерах, а в позолоте нуждаются идолы, но не бог.

То, что история развивается по кругу или спирали понимали и мудрецы древности. "Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки.. Что было то и будет и нет ничего нового под солнцем." Итак, заканчиваем с преамбулой и начинаем.