Другая Сторона. Том-26. Личный враг

Глирд. Гоен.

Население Глирда достигло уже пяти миллиардов, и адепты собрались тут не просто так – на планету охотников, как стали называть Глирд, адептов притянул запах наживы. Потому что лишь в серой зоне монстры водились в избытке. При этом охотиться на них было проще, чем во время прорывов из Второго Радиуса, так как по серой зоне монстры перемещались относительно небольшими стаями. Достаточно было соблюдать разумную осторожность и хорошо подготовиться, чтобы риск заметно снизился.

Однако помимо наживы имелась куда более веская причина проделать такой длинный путь. Ведь охота означала не только добычу, но и опыт сражений с монстрами, что для многих было гораздо важнее кредитов – для застрявших в развитии адептов это был самый верный способ прорваться на более высокие уровни или сдвинуть с места застывшие навыки.

Вот на Глирд и стекались не только жадные до добычи охотники, но и бойцы с амбициями. Впрочем, одно другому не мешало, и удачливый боец мог обеспечить себя на годы вперед. Либо потратить все прямо на Глирде и стать сильнее здесь и сейчас. Тем более спрос рождал предложения, и планета пестрила клиниками энергетической хирургии и мастерскими.

Помимо этого начали распространяться слухи, что новый альянс Феникс уже добился успеха с Телами Потенциала и вот-вот начнет предлагать их всем желающим. Эти слухи вышли далеко за пределы Глирда, будоража умы адептов.

В общем, имелось достаточно причин, чтобы рискнуть и добраться до сектора Корвус. Скорее удивляло не то, что здесь собрались пять миллиардов, а что их было настолько мало. В конце концов, Большая Гонка была гораздо более рискованным мероприятием, однако многие адепты тринадцатого уровня считали за счастье оказаться в числе чемпионов. А тут даже уровень не был проблемой – защитники также могли получить Тела Потенциала. Да, не в ближайшем будущем, без гарантий и за крупную сумму кредитов, но Сектор Корвус как раз был лучшим способом заработать.

Так что все дороги вели к Глирду.

Собственно, многие считали, что великие школы сознательно не разрешают своим защитникам отправиться к Пузырю. Просто, чтобы не лишиться всех гарнизонов. Но долго подобная ситуация продолжаться не могла – адепты не были рабами школ и в любое время могли их покинуть, если посчитают, что у них больше перспектив в другом месте.

Великие школы это прекрасно понимали, поэтому внимательно следили за ситуацией. А некоторые уже объявили, что планируют отправить целые армии к Пузырю. Причем сразу со всех филиалов.

Ну а чем они хуже Желтокрылого Феникса? Гоен же сделал ставку на Пузырь и не прогадал. Однако в первую очередь великие школы собирались отправлять самых высокоуровневых бойцов, которым в скором времени полагалось перейти во Второй Радиус. У тех просто не было времени ждать пару сотен лет, когда технологии станут общедоступными. Они должны были получить Тела Потенциала как можно скорее.

В последнее время заговорили о новых поселениях. Не потому, что Глирд мог переполниться, а из-за монстров. Да, чудовищ было много, но они распределялись по большой площади. К тому же участки после удачной охоты некоторое время должны были «остыть». В смысле монстры там просто не появлялись.

Проблема стала настолько серьезной, что адептам приходилось залетать все дальше и дальше в серую зону, либо платить солидные деньги гильдии Троп за переброску армий подальше от Глирда. Возле планеты уже образовалась очередь на лучшие и самые безопасные участки. Цены на них также поползли вверх, и это помимо налогов офису Арбитра! При этом количество добычи все равно падало, и вся затея с охотой теряла смысл – даже бойцы, пришедшие за силой, не собирались терять деньги.

Чем они тогда будут платить за свое усиление?

Вторая проблема – приходило все больше новостей о пропавших отрядах. Пока немного, но это намекало, что в глубинах серой зоны что-то происходит и залетать дальше Мелководья опасно. А еще лучше найти добычу на Берегу. Там и драться с монстрами было проще.

Однако хороших участков так близко к поверхности серой зоны возле Глирда просто не осталось. Все они считались «перегретыми» из-за постоянно снующих туда-сюда отрядов охотников. К тому же монстрам не было необходимости так близко приближаться к краю, раз адепты сами искали их.

В результате большие отряды стали организовывать стихийные поселения. Пусть те были не такими удобными, как Глирд, но зато там можно было устанавливать свои порядки и никому не платить. Налог же брался только при продаже врат за кредиты, а охотники вполне могли обойтись бартером.

Второе важное изменение было связано с Советом – желающих поучаствовать в освоении Пузыря стало настолько много, что Совет перестал активно зазывать охотников со всего Радиуса для спасения застрявших «братьев-адептов». А тем более перестал платить за переезд на Глирд.

Маховик раскрутился, и авантюра с освобождением сектора трансформировалась в прибыльное мероприятие. Об освобождении Корвуса простые адепты говорили мало. Больше их интересовало, где можно сдать добычу подороже и купить снаряжение и ценные эликсиры подешевле.

Казалось, в таких условиях к сектору стечется столько желающих поживиться, что Пузырь схлопнется сам собой. Однако аналитики предупреждали, что большие скопления адептов в одном месте могут привлечь новых монстров. Это же была давняя особенность монстров – они любили нападать на большие поселения. Собственно, из-за этого адепты и размазались тонким слоем по всему Первому Радиусу.

Однако монстры пока ни разу не покинули пределов серой зоны и ни разу не напали на адептов снаружи. Причин никто не знал, но адепты решили, что снаружи Пузыря им мало что угрожает. Они, конечно, не расслаблялись до конца, но и незащищенные поселения организовывать не боялись.

Некоторые охотники даже предпочли бы, чтобы монстры высунулись из серой зоны – снаружи на них охотиться было проще.

Так или иначе, количество охотников и мастеров увеличивалось с каждым днем, и никто не знал их точного числа. Одновременно с этим росло количество добычи, которую нужно было где-то реализовать, чтобы потом потратить вырученные кредиты на новое вооружение и усиление. А мастерам, наоборот, требовался материал для производства.

Это был взаимный процесс – обеим сторонам требовалось где-то встречаться и обмениваться товарами. А также требовалось устанавливать цены.

Одним из таких механизмов стали аукционы. Они проводились каждый день, но самым крупным стал еженедельный аукцион Глирда, где участвовали исключительно большие игроки: великие школы, крупные гильдии и кланы. Продавцами же, как правило, выступали закупщики, собирающие добычу у многочисленных мелких отрядов охотников, или альянсы этих охотников. На основании торгов определялась текущая цена на врата. В будущем аукцион должен был смениться полноценной биржей, но пока это было самое значимое мероприятие на Глирде.

И вот один из таких аукционов начался.

Он проводился в большом Торговом Зале, специально построенном офисом Арбитра. Попасть сюда в этот день могли только избранные, а за сделками следила думающая машина. Порядок также обеспечивался офисом Арбитра. Впрочем, Кляйн был заинтересован в этом в первую очередь, так как получал свой процент от каждой сделки.

Но более всего он был заинтересован в порядке сегодня, когда привел с собой специального гостя. Отпускать Разрушителя одного Кляйн опасался. Вдруг тот оправдает свое имя. Но и не пускать ценного гостя на аукцион Кляйн не решился – вдруг тот продемонстрирует свою сущность лично Кляйну.

Поэтому Арбитр принял самое верное решение – решил сопроводить Алекса.

***

Еженедельный аукцион Глирда. Гоен.

Господин Гоен разгуливал по огромному залу. Помещение в несколько раз превышало зал для торжественных встреч в его личном дворце, но Гоена это абсолютно не беспокоило, потому что по роскоши и убранству заурядный зал не шел ни в какое сравнение с дворцом. Собственно, это был просто огромный ангар, в котором в другое время могло расположиться какое-нибудь производство или вообще склад.

«Ничего другого от Кляйна я и не ожидал, — презрительно подумал Гоен. — Нет в нем чувства прекрасного. Просто зарабатывает деньги и все. Хотя для Арбитра это же самое главное. Гм… может, он ждет, что альянс будет платить Глирду? Не дождется. Все равно не он принимает решения…»

При мысли об Арбитре настроение испортилось. Прошло уже несколько дней, однако Кляйн так и не выполнил своего обещания – не поспособствовал передаче сектора, хотя клялся сделать все необходимое.

Что-то у Совета, как всегда, пошло не так. Правда, это не удивляло – в мире адептов бюрократические проволочки могли тянуться годами. Однако Гоена сейчас отговорки не устраивали.

«Почему Кляйн тянет? В конце концов, речь идет о безопасности! Или он не считает меня способным ее обеспечить?» — снова задумался Гоен и обратился к своей думающей машине, с которой мог поддерживать связь в любой точке Глирда.

— Зиглар, есть новая информация по нашему вопросу?

— Я проверяю реестр каждый час, но пока статус сектора не сменился...

— Меня не реестр интересует! — рявкнул Гоен. — А результат!

Его прикрывал специальный артефакт, поэтому никто не обратил внимание на повышенный тон. К тому же они разговаривали на родном языке Гоена, который знал только Зиглар. На этом языке когда-то общался и Ноколос. Но Ноколос погиб. Собственно, во всем Первом Радиусе остались лишь двое разумных, знающих древний язык.

А возможно, и во всей Вселенной, поскольку родной мир Гоена и Ноколоса давным-давно пал…

— Результатов нет, — невозмутимо заметил Зиглар, — иначе я бы сразу сообщил. Однако сегодня должна пройти встреча региональных представителей Совета. С вероятностью девяносто восемь процентов они проголосуют по нашему вопросу и вынесут положительный вердикт, — доложил Зиглар.

— Сведения точные?

— Я получил подтверждение час назад.

— Хорошо, ждем результатов, — буркнул Гоен. — Главное, что Совет собрался…

К сожалению, даже высший орган управления Радиусами зависел от огромных расстояний, где любая связь пожирала просто невероятное количество энергии. Поэтому совещания проводились строго по назначенным вопросам и без обсуждений. Точнее, обсуждения проходили до совещания – представители школ получали список вопросов и высылали замечания, вопросы или уточнения. Если таких накапливалось много, голосование переносилось.

И это были региональные собрания! Полный же Совет всего Радиуса вообще почти никогда не собирался. Разве что для обсуждения глобальных вопросов уровня Большой Гонки или тарифов гильдии Троп на перевозку. Но для вопросов попроще или требующих оперативного решения столько участников, к счастью, не требовалось. Правда, сам список участников иногда долго обсуждался и дополнительно затягивал сроки.

В любом случае региональные собрания были гораздо дешевле. В особых случаях школы даже дипломатов высылали, чтобы обсудить все сразу и на месте.

Кстати, Пузырь и спасение сектора Корвус обсуждались как раз на региональном собрании. В нем участвовали школы из этого и ближайших районов Радиуса. И именно они должны были решить вопрос передачи сектора.

«Без всяких там старейшин сверху! — мстительно подумал Гоен. — Второй Радиус не должен влезать в дела Первого!»

Поговорив с Зигларом, он слегка расслабился. Главное, что вопрос сдвинулся с места. Зиглар убеждал босса, что все проходит на удивление быстро, но Гоен вложил слишком много усилий, и ему казалось, что прошли уже годы.

«Ничего, скоро все закончится», — успокоил он себя.

В благополучной передаче сектора альянсу он также не сомневался. В этом смысле Зиглар был прав – все шансы на их стороне. Тем более на это указывала и простая логика…

В этот момент его взгляд невольно упал на огромного трехметрового адепта, закованного в толстую артефактную броню. Открытое лицо адепта покрывала сплошная синяя шерсть. При этом оно казалось не звероподобным, а скорее утонченным. Такой эффект создавали большие глаза, с несколькими зрачками каждый, длинный острый нос и аккуратно подстриженная шерсть – боец явно уделял внимание внешнему виду.

Это был знаменитый Ран-Ран – лидер боевой школы Стеклянный Улей. Его особенность заключалась в том, что это был не просто Опора, а Столп – титул, который Гоен только собирался получить.

Ран-Ран стал Столпом около пяти сотен лет назад, когда с небольшим отрядом предотвратил прорыв титана. Причем монстр направлялся к довольно крупной планете, а из-за зоны непроницаемости никто больше не мог подойти.

И Ран-Ран остановил прорыв.

Да, титан был измучен, к тому же его сильно потрепали в схватке во Втором Радиусе, но все равно это было выдающееся событие. Через несколько лет все филиалы Стеклянного Улья на голосовании сделали Ран-Рана Столпом.

Надо сказать, это было не просто внутреннее решение школы, поскольку за ним не лежало формального повода. Например, высокого места в Большой Гонке, до которой тогда было еще далеко. Поэтому Совет также должен был подтвердить назначение.

И Совет проголосовал за Ран-Рана, настолько его впечатлил подвиг воина.

С этим даже Гоен не мог поспорить... Однако причиной его недовольства была не слава Ран-Рана и не то, что Столп мог помешать альянсу – гигант не претендовал на сектор. По крайней мере, не высказывал подобных намерений. Опасность заключалась в другом… Ведь если хорошо подумать, то в Первом Радиусе имелись адепты, которые также изучали Троих и мечтали повторить их путь.

Стать Четвертым!

К сожалению, сколько существует претендентов и какой информацией они обладали, Гоен доподлинно не знал. Но был уверен, что среди высокопоставленных членов школ и больших гильдий такие адепты имеются.

И, скорее всего, многие из них прибыли на Глирд.

А что, это было логично. Ну а где еще им реализовать свою мечту? Ведь в Большой Гонке высокоуровневые адепты были скорее няньками, чем активными игроками. Это только Ноколос придумал, как стать Четвертым в мертвом кластере. Да, возможно, имелись и другие желающие, но слишком многое должно было совпасть. Например, нужно было стать лидером всей Большой Гонки, чтобы в самом конце возглавить всех адептов.

И принести их в жертву.

Надо сказать, это был поступок, к которому Гоен не знал, как отнестись. В отличие от Ноколоса он опасался так рисковать. Не из этических соображений, просто ему требовался более надежный план.

Тем более Ноколос не мог стать четвертым в Квазаре. Он только закладывал свой путь. Целью Ноколоса было прозрачное Тело Потенциала, которому полагалось стать первым шагом…

В этом смысле серая зона давала больше возможностей, потому что тут происходили вещи, невозможные в других местах. Не зря же именно в серой зоне альянс Феникс планировал выращивать Тела Потенциала…

В любом случае несложно было догадаться, что именно на Глирд слетятся претенденты на звание Четвертого. Это было очевидно и сильно напрягало Гоена. Ведь стать Четвертым – это не просто открыть какой-нибудь новый навык или получить следующий ранг. Нет, это означало, что адепт должен «выцарапать» свое имя на потоке реальности, как поэтично утверждалось в архивах Ноколоса. То есть сделать нечто такое, что отразится и на претенденте, и на Реальности. А подобные вещи никогда не делались толпой.

Должен быть один победитель, который заберет все…

— Зиглар, следи за Ран-Раном. Я хочу знать, чем он занимается, с кем встречается и какие у него планы, — приказал Гоен.

— Ты хочешь пригласить его в наш альянс? — уточнила думающая машина.

— Мысль интересная, но пока подождем. Если он сам попросится, тогда мы его возьмем. Так будет еще проще за ним наблюдать.

— Хочу отметить, что следить за сильными адептами сложно.

— Так используй больше агентов.

— Их могут заметить, а это создаст проблемы.

— Только не на Глирде, — рассмеялся Гоен. — Посмотри, сколько тут Опор. Уверяю тебя, все они постоянно шпионят друг за другом. И за нами в первую очередь. Поэтому, даже если Ран-Ран выследит агента, он никогда не догадается, кто его послал. Надеюсь, ты достаточно умен, чтобы не отправлять шпиона от нашего имени?

— Разумеется, я буду действовать анонимно! — возмутился Зиглар.

— Тогда не вижу проблем...

Следующие четверть часа Гоен бродил по залу, здоровался со знакомыми и обсуждал Альянс Феникс, пока наконец не объявили начало торгов. Он сам в них не собирался участвовать – у альянса имелись закупщики. Более того, собственные отряды собирали достаточно добычи – одно из преимуществ огромной армии свободных.

Однако на аукционе можно было оценить планы и возможности присутствующих…

— Насладимся представлением, Зиглар, — пробормотал Гоен, усаживаясь в первый ряд.

Стыдно сказать, но большой Торговый Зал был настолько не приспособлен к встрече высокопоставленных гостей, что даже не имел специальных лож. Впрочем, Гоена это сейчас полностью устраивало – так они с Зигларом видели всех присутствующих…

— Партия номер один! — торжественно объявил ведущий. — Собрана первым альянсом охотников Глирда. Два с половиной миллиона врат. Стартовая цена пятьдесят два миллиона…

Из монстров четвертой стадии делался черный горох первого грейда, который обычно стоил в пятьдесят раз дешевле серого гороха второго грейда, так как содержал гораздо меньше вибраций. Поэтому врата пираний и прочих низкоуровневых монстров с тринадцатого по пятнадцатый уровни не особо ценились, но по традиции аукцион начинался именно с них.

Так или иначе, продавали именно врата, а не готовый горох – они были исходным сырьем во многих технологиях. Собственно, поэтому аукцион и проводился раз в неделю – чтобы врата не распались…

— Зиглар, смотри-ка, это же Кляйн, — удивился Гоен. — А я его не заметил.

— Арбитр пришел только что.

— А кто это рядом с ним?

Возле арбитра находился незнакомый черноволосый адепт. В другое время Гоен не обратил бы на него внимания, поскольку тот не представлял ничего особенного. Это мог быть, например, представитель мелкого альянса охотников или закупщик. Однако адепт сидел рядом с Арбитром, и это все меняло.

— Я не знаю, — доложил Зиглар. — Но на нем знак очень похожий на символ Черного Хирурга, хотя и не совсем.

— Ты не ошибся? — нахмурился Гоен.

— Думающие машины в таких вещах не ошибаются, — гордо ответил Зиглар. — Сходство слишком большое.

— Должно быть ты ошибся. Не мог же Кляйн привести сюда кого-то из Черного Хирурга.

— Следить за ним?

— Разумеется! А в перерыве я непременно пообщаюсь с нашим уважаемым Арбитром…