Дружба и любовь нашего детского садика

— Дедушка, а что такое политический? - спросила шестилетняя Света.

— А зачем тебе это? - удивился дед. - И где ты слышала это слово?

— В садике. Марья Ивановна назвала Костика Егорова "политическим". Воспитательница сказала еще одно слово. Ругательное. Его я знаю. А "политический" - нет.

Дед задумался и почесал в затылке.

— Попробую объяснить. Чтоб тебе было понятно. Вот если все сидят, кушают, и кто-то пукнул, то это просто плохой поступок. А если тот, кто пукнул, потом сказал: "В гробу я видел эту власть," - то это уже политический поступок. Поняла?

Света засмеялась, показала деду язык и убежала.

На следующий день пришла из садика очень довольная.

— Дедушка, я теперь тоже политическая, - закричала она с порога. - Все сделала, как ты говорил. Пукнула, когда мы ели манную кашу. И громко сказала: "В гробу я видела эту власть."

— Зачем? - спросил растерянный дед.

— Просто мне Костик очень нравится.

— И что?

— Ничего. Мы теперь с ним оба политические!

***

Но эта, вполне невинная история, имела весьма неожиданное продолжение. Дети начали играть в политику. Громко пукали и кричали: "В гробу я видел эту власть!" Воспитатели сбились с ног. Но чем больше они запрещали, тем больше распалялись дети. Скоро портили воздух не только Светина группа, но и весь детский садик. Игра оказалась такой заразной, что однажды нянечка Настасья Филипповна тоже громко пукнула во время тихого часа и сказала; "В гробу я видела"...

И все дети и даже воспитательница Марья Ивановна засмеялись.