Друидка

Темный коридор был освещен лишь приглашенным светом магических факелов. В их мерцании двигалась фигура невероятной грации. Ее шаги были бесшумны и совершенны, словно танец, а облик казался высеченным из белого мрамора — столь безупречной была кожа в обрамлении волос чернее смолы. Ее одеяние походило на живые растения, обвивающие тело, скрывая формы под складками ткани.

Со стороны, откуда она пришла, доносились звуки яростной битвы: звон стали, крики, взрывы чужеродной магии. Но героиня не оглядывалась. Ее цель были массивные железные двери в конце пути. Они бесшумно подались перед ней, впустив ее в просторный зал.

В центре зала росло исполинское дерево, а у его корней царило иное безумие. Пол был испещрено сложнейшими рунами, вокруг стояли древние артефакты, а свитки и скрижали лежали повсюду. Концентрация магии в воздухе была столь плотной, что от нее звенело в ушах и щекотало кожу.

Мира подошла к эпицентру, взяла со стола пожелтевший свиток и запела на забытом языке. Ее голос, низкий и мелодичный, будил дремавшие в зале силы. Напряжение сгущалось, заполняя пространство.

И в этот миг в железные двери снаружи обрушился сокрушительный удар. Они вздыбились, будто бумажные, и в облаке осколков и пыли в проёме возникла фигура в изувеченных доспехах. Рыцарь, скинув шлем, бросился вперед.

— Мира, стой! Войне конец! Мы все проиграли!

— Нет! Я должна изгнать черноту! Только так мы обретаем мир! — она на миг застыла и, тут вскрикнула и потом пение продолжалось.

— Черноты нет! Нас обманули, чтобы мы истребили друг друга! Этот обряд разрушит равновесие! Он уничтожит все!

Это был Ауд. Он шагал сквозь нарастающую бурю, которая, словно живая, сдирала с него пластины лат, рвала плащ. Но он продолжал идти.

— Уйди! Я не могу остановиться! — крикнула Мира и внезапно осознала страшную правду.

Магия вышла из-под контроля. Вихрь, рожденный ею, теперь пожирал ее собственную силу, парализуя волю. Ужас озарил ее: она не спасала мир, она сама стала ключом к его гибели. Гордыня ослепила ее. Она думала, что способна управлять силами мироздания, но была лишь пешкой в чужой игре.

И тогда она поняла. Есть один способ разомкнуть порочный круг. Нужно уничтожить источник энергии — саму себя.

С последней мыслью о искуплении Мира повернула взгляд к древнему древу. И словно в ответ на ее мольбу, с высоты сорвалась ветвь, острая как клинок. Она пронзила девушку насквозь.

Все замерло.

Магический шторм схлынул, взвихренный материал и артефакты с тихим стуком посыпались на пол. В наступившей тишине, оглушительной после хаоса, Ауд, истекая кровью, дополз до неподвижной фигуры и взял ее холодную руку.

Тишина. Такая, какая бывает только после настоящей бури.

Так закончилась одна история. Жертвой, которая искупила ошибку. Но для того, кто способен на такое, смерть — не конец. Возможно, это было только начало.