Дубликат

Космоплан несильно тряхнуло, и диагностическая панель на секунду засияла красными огнями. Цифры координат на экране центральной консоли сменились - осталось ещё два прыжка.

Юрий зажал клавишу поляризации. Молочно-белая пелена растаяла, и на эмалированные стены упал свет сотен тысяч звёзд. Он заиграл на рычажках переключателей, заблестел в потёртом псевдомраморном полу.

На золотистой антенне телепортационного бластера горел кислотно-зелёный огонёк - огонёк ещё не закрывшейся пространственно-временной аномалии.

- Вызывает диспетчерский центр Таволга-6! Вызывает... - донёсся из динамика радиостанции безжизненный голос искина.

Юрий коснулся сенсора микрофона, и, прокашлявшись, ответил:

- "Иосиф Сталин" слушает.

- Принимайте координаты точки входа...

Пискнул зуммер бортового компьютера. На лобовом стекле зажглась проекция кольца-указателя, и блок автоведения негромко щёлкнул.

Завыли маневровые ионные горелки. Следом раздался бас маршевых двигателей, и космоплан плавно тронулся. Перегрузки не было - её погасили мощные гравигенераторы.

Юрий откинулся в кресле.

"Скоро, совсем скоро..." - пролетела мысль. Почему-то очень захотелось жареной рыбы - но к пищевому синтезатору удастся попасть только после посадки.

-...товьтесь к прыжку! - сказал искин.

Педаль бдительности негромко скрипнула. "Иосиф Сталин" начал разгоняться - и Юрий вновь испытал то странное чувство, которое испытывает пилот звездолёта серии "К-7189" при разгоне. Оно было похоже на старинную видеоигру начала позапрошлого века - тех незапамятных времён, когда симулировать перегрузки ещё не научились.

А лиловая цифра скоростемера со страшной быстротой росла. Тысяча, вторая, шестая, десятая...

Когда число перевалило за миллион, поляризация вновь заволокла лобовое стекло.

Вспышка. Зелёная, яркая, похожая на салют.

Всё опять повторилось. Заканчивая стандартную, рутинную процедуру, Юрий бросил взгляд на радар.

Прямо за космопланом шёл другой корабль - но самое интересное было даже не это.

"К-7189-22" - горела подпись - "Иосиф Сталин"

Рука сразу же дёрнулась к контроллеру. Так и не набрав световую скорость, лайнер начал останавливаться. Следом пилот отклонил сайдстик штурвала - и искры звёзд закружились в причудливом хороводе.

- Вызываю... Вызываю "Иосиф Сталин" - свой голос Юрий не узнал - он показался каким-то хриплым.

- "Иосиф Сталин" слушает.

"Это же я сам!" - пролетела мысль - "Но... Как?"

- Скажите, кто вы и откуда!

- Выполняю круизный рейс по маршруту "Земля-Таволга".

Холодный озноб прошиб тело. Как, как это произошло!? Почему появился второй космоплан?

- Запрашиваю стыковку! - прозвучал тем временем требовательный голос второго Юрия.

***

Негромко стукнули буфера. Межфюзеляжные суфле соединились, и образовали прочнейший гермокоридор.

Затарахтел уравнительный компрессор. Зажёгся покрашенный светокраской потолок.

Два люка открылись почти одновременно. На пороге второго "Сталина" стоял незнакомый кибернетик - статный, кучерявый, темноволосый.

- Я Дан Григорьевич Ногин.

- Приятно познакомиться. Я Юрий Сергеевич Павловский.

- И как так вышло?

Повисла тишина. Зябкая, почти осязаемая.

- А чёрт его знает.

Ногин пожал плечами.

- И кто тогда из нас настоящий?

- Оба корабля. Это как два одинаковых издания одной и той же книги.

***

Прошёл день, другой. Уже каждый пассажир знал, что имеет точную копию - и наоборот.

В кают-компании царил приятный полумрак. Неярко горел покрашенный светокраской потолок - как Луна в небе Земли.

За журнальным столиком сидели Юрии.

- Ну и как ты думаешь? - спросил первый - Как мы полетим на Таволгу?

- Вместе. Одна голова хороша - а две и того лучше.