Душа и звёзды

В его десницах были звёздные рукава галактик, вереницы планет, кружащих в невероятном танце космоса. Но что это? Что это за странное чувство обволакивало его каждый раз, стоило ему посмотреть на голубую планету? Там были микроскопические существа, плывущие по земному асфальту в разных направлениях и ищущие своё собственное счастье. Все они искали этого, Капнесфер подслушивал их разговоры."Счастье? – думал он, двигая незримыми бровями. – Что же это?"

В его чреве легко помещались несколько туманностей и созвездий, но он не знал точно, смог бы он в себе уместить некое «счастье»? Большое оно или маленькое? Воздушное ли? Капнесфер мог придумать какую угодно планету, навести на ней порядок и разместить ее кольца так, чтобы они двигалось в нужном порядке. Но как построить то, что ты представить не можешь?

Сами планеты были разные. Но только та, что звалась Землёй, населялась крошками, которые это самое «счастье» искали. Он помнил, что некто был до него, могучий и сильный. Капнесфер имел честь с ним общаться: Великое Существо повелело следить за обитателями Земли. Прошло множество звёздных циклов, эта история для их творений стала великой легендой, пусть местами неверно истолкованной.

Теперь же Капнесферу хотелось соприкоснуться с этими малышами, понять, проникнуться ими и их извечными поисками.

На Земле, на краю моря, жила дочь звездочёта Лапарида. В её распоряжении был маленький дом, за деревянными стенами которого скрывалась лаборатория, а рядом величественно стояла огромных размеров обсерватория, оставленная её же отцом. Она пожинала величайшие открытия своего отца, и они же сейчас вдохновили молодую изобретательницу на создание великого механизма, что позволил бы объять человеку всю Вселенную, лицезреть умом её масштабы, уходящие за грань человеческого понимания.

Космос ещё с детства привлекал Лапариду, она мечтала увидеть его незримые человеку уголки. И вот она посвятила всё детство и юность созданию уникальной машины, что позволила бы загрузить все космическое понимание. Годы прошли, отец уже сам отошёл в те далёкие места, которые он изучал, и она осталась наедине с пока что недостроенным изобретением. Эта девушка, ее сверкающий ум и привлекли Капнесфера. Он понял, та, что тянется к звёздам, и поможет постичь ему человеческую сущность, прикоснуться к малому.

Однажды изобретательница решила предаться приятным воспоминаниям о прошлом и потому стала бродить по обсерватории. Как только Лапарида заглянула в огромнейший телескоп, она увидела через толстое стекло прибора, как человекоподобная фигура, составленная из планет и звёзд, медленно приближается к ней. Её испугало, что некто не имел лица и она не знала, чего хотел странный космический незнакомец.

— Прошу, не бойся, не отходи! — прокричала фигура. Голос прошёлся по ушам Лапариды, неведомая сила не позволила ей отпрянуть от телескопа.

— Кто ты такой? – спросила она.

— Я Капнесфер, страж Вселенной, ставленник могущественного существа. Мне было поручено следить за существами на этой планете.

— Здравствуйте, Капнесфер.

— Не надо со мной на такой ноте. Можно и на «ты», дорогая Лапарида.

Девушку смутило, что космический некто знал её имя. Впрочем, она помнила от отца, что звёзды знают всё.

— Так ты новости мне какие-то хочешь сообщить, Капнесфер?

— О, нет, – произнёс тот. – Я просто хотел, чтобы кто-нибудь показал мне красоту человеческой жизни. Красоту человеческого счастья. За этот маленький отрывок многоцикловой жизни готов одарить тебя всем, чем только захочешь.

Желание могучего и вселенского существа казалось таким трогательным, что Лапариде показалось еще малейшая секунда и из глаз брызнут слёзы.

— Я дам тебе такую возможность, но только, если ты обещаешь помочь мне доделать машину, помогающую охватить разумом всю Вселенной.

— Ох, конечно! – радостно заявил Капнесфер. Смех дошёл до девушки, он был лёгким и подобен ветру.

Лапарида бродила по маленькой округе, впитывая запахи цветов, то же самое испытывал и Капнесфер. А когда девушка спускалась к морю, то оно обволакивала его своими нежными руками. Капнесфер чувствовал, как нечто тёплое, словно самые горячие звёзды, опоясывают его разум.

— Ты испытываешь счастье, когда касаешься моря? – спросил Капнесфер.

— Большое.

— Я следил за вами столько лет. Говорят не каждый человек готов познать такие мелочи. Я удивлён, что маленькое – может быть большим. И великим.

Когда наступали время заката, Лапарида выбрала место для лучшего наблюдения: это была поляна, а впереди — маленький лес. И так получалось, что Солнце словно закатывалось за лесную линию. Капнесфер все свои циклы следил за Солнцем: неприглядная звезда, стоит в центре хоровода планет. Но отсюда, с земного угла, оно казалось другим: манящим своим ярким светом, любящим и греющим. Ему казалось, что он научился понимать человеческие ручьи, что идут из глаз. Такая странная реакция, а теперь — естественная для него…

— Я хочу сдержать своё обещание, – произнёс Капнесфер. – Но стоит ли познавать всё мироздание, когда на таком уголке есть всё это?

— Подобно тебе, мы хотим увидеть то, что мы не понимаем, – ответила девушка и

Капнесфер поразился ее мудрости. После этого для него было бы неправильно не сдержать слово.

Когда она прошла мимо фотографии, где был запечатлён мужчина, Капнесфер неожиданно почувствовал жар, и вместе с тем — словно иглы Энцелада пронзили его насквозь.

— Что это такое?

— Любовь.

— Такой спектр ощущений от фотографии?

— Не в фотографии дело, а в человеке. Любовь даёт нам силу. Мы вдохновлены силой, а она – нас ведёт. Пускай это и означает, что нам не встретиться никогда…

— Этот человек был очень дорог тебе?

— Да, ведь это мой отец. Я так трепетно храню мысли о нём, о его открытиях.

— Твой отец — великий человек. И ты унаследовала все черты.

— Хотелось бы мне хоть раз его увидеть…

— Увидишь его в форме звезды, как только создашь свой аппарат.

Лапарида вспомнила об обещании Капнесфера и своей мечте. Она вернулась в свою лабораторию, где и располагался механизм. Осторожно и медленно Капнесфер направлял девушку, как сделать подобную машину, а Лапарида — следовала его инструкциям.

— Но откуда ты знаешь, как создавать такие машины?

— Умел когда-то.

— Умел?

— Я был человеком множество циклов назад. У меня были кожа, глаза, руки и ноги. И мне захотелось сотворить машину, что позволила бы прикоснуться к величию космоса. Но прикоснувшись — не смог вернуться обратно, и теперь вот он я — бестелесный дух галактик и звёзд, видевший, как рождалась и умирала жизнь множество раз. Великое Существо повелело мне далее следить за этим островком Вселенной, а затем оно исчезло. В моих руках было всё — и звёзды, и скопления галактик… Но порой такая пустота была там, где должна быть душа… Изначально я был рад тому, кем я стал… А потом меня сковал холод одиночества и ужас, что я не смогу больше быть человеком. Но твои ум и мечтательность — всё это позволило мне снова почувствовать вновь, на микроцикл, ощутить себя человеком.

Лапарида медленно отошла от устройства:

— Неужели ты захотел поменяться телами?

— Я хочу вернуться обратно. Но не желаю такой участи тебе. Бессмертие — это нескончаемая боль и увядание человеческого. Я всего лишь предупредил тебя, только и всего: не стоит великое знание таких жертв.

Девушка медленно отошла от механизма.

— А теперь прощай. Кто-то должен вновь следить за звёздами и за вами.

— Если ты почувствуешь, что тебе одиноко — возвращайся, и мы снова полюбуемся рассветами.

— С удовольствием.

Сильный ветер пронёсся внутри головы Лапариды — Капнесфер покинул её.