Душа "Я"

Жила-была девочка по имени «Я». Её мир состоял из музыки, свободы, спонтанности и радости — всего, что она любила всей душой. Её душа была соткана из звуков, чувств, образов и теплоты. Её дар — трогать сердца, касаться других душ. «Я» была светом в окошке в мрачную погоду. Но однажды наступили холода, убивающие всё живое.

Эти холода звали Рачина. Её голос постоянно кричал, гневался на «Я». Каждый раз «Я» пыталась помочь, согреть, но потерпела поражение и заточила себя в клетку на долгие годы. Она научилась молчать, быть подобием чего-то, но никогда — собой. Если «Я» молчит, никто не сможет добраться до неё, причинить боль, разрушить её внутренний мир. Так девочка стала тихой, удобной, невидимкой в собственной жизни.

Однажды она увидела мир пустым и бездушным, где правят лишь злость и ненужные правила.

Каждый Новый год она загадывала одно желание: «Чтобы все люди были счастливы».

Но с каждым годом, взрослея, она понимала: оно не сбудется. Это невозможно.

Девочка утратила веру в чудеса. И тогда «Я» попыталась найти смысл и веру во что-то хорошее.

Она спросила у ангела: «Почему люди такие злые? Почему врут друг другу?»

Ангел молчал.

Тогда девочка отправилась в путешествие, заглядывая под каждый куст и камень. Но даже там не было ничего — только пустота.

«Я» вернулась к музыке — тому, что любила больше всего. В ней она нашла смысл, утешение, веру и себя. Но взрослые вновь напоминали ей о её «незначительности». Девочка поверила. Она несла в себе эту травму, стараясь слиться со стеной, стать частью интерьера. Пока однажды не встретила в пустыне другую путницу.

— Почему ты такая грустная? — спросила «Ты».

— Люди меня не видят, — ответила «Я».

— Но я тебя вижу. Давай дружить?

Их глаза встретились — в одном интерес, в другом — первая за долгое время надежда.

— Давай, — улыбнулась «Я».

Они стали лучшими подругами. Но жизнь снова наступила: обстоятельства заставляли «Я» закрываться всё больше, ломать себя, чтобы стать «как все взрослые». В итоге она носила бездушную и безликую маску, но внутри всё так же светилась той самой девочкой.

И снова музыка, теперь уже вместе с людьми, которые её понимали, вернула ей голос и видимость. «Я» была счастлива. Она обрела себя, стала частью чего-то большего, её любили и принимали.

Но один день меняет всё. Иногда — навсегда.

Хорошее заканчивается, и начинается что-то другое — не плохое, а странное, пустое, «никакое». В том месте не было чувств, боли, злости, уважения — люди просто притворялись, врали, фальшивили, словно играли не свою партитуру.

Девочка «Я» пыталась спастись музыкой, но и это перестало помогать. Она потеряла связь с искусством. Произошло то, чего она боялась больше всего: теперь она была никто. Она не могла найти своё «Я» — оно не отзывалось. Она не знала, сколько это продлится. Ей было страшно.

Она всё ещё любила музыку, но заниматься ею стало невозможно.

«Я» снова заточила себя в темницу, думая, что так её примут. Это была ошибка.

Она погубила себя из-за этих людей, а потом добила себя.

И в этой тишине, где не осталось ни музыки, ни голоса, ни даже страха, она вдруг ощутила не мысль, а присутствие. Что «Я» — это не то, что можно потерять. Это то, что ищет. Даже в самой глубине темницы, даже когда кажется, что уже нечем искать. Пока длится это искание — она есть.