Душный наёмник. Том 3

Глава 1

Считаешь себя космическим волком?

Думаешь, что готов ко всему?

Шаурма из доков фронтира покажет сколь глубока бездна твоих заблуждений…

Что делает людей людьми? Простого ответа не подобрать, ведь многогранность факторов и действий ставила человека на ступень выше обычных животных. Любовь, дружба, забота о знакомых и незнакомых людях. Социальный элемент. В этом плане члены Свободной Гильдии Наёмников самые человечные из человеков. Ведь что может быть более социальным, чем желание защитить незнакомых тебе людей? Защитить, попутно уничтожив десяток-другой пиратов особо жестоким образом, не стесняя себя методами и моральными нормами. Сжечь их всех, зажарить до хрустящей корочки, заставить плоть превратиться в угли, медленно отделяясь от костей, пока мозг еще жив и способен передавать всю ту боль, что испытывает заживо сжигаемое тело. И трепетно охладить бедняг ласковым вакуумом космоса. Наёмники свободной гильдии всегда готовы помочь незнакомым людям, особенно, когда это настолько хорошо оплачивается…

Да, доброта. Именно она, чертовка, мотивирует людей идти в наёмники. Поэтому единственное отделение гильдии на фронтире постоянно «бурлит» от переполнявших её посетителей. Самые добрые люди собираются здесь. Члены гильдии, заказчики и торговцы-снабженцы. Отделение кипит жизнью. Возможно, именно поэтому его диспетчер выглядит как трижды переваренная в кипятке креветка – красный и скукожившийся.

— Господа, будьте потише, сильвупле…

Но спасение человечества слишком важная вещь, чтобы отвлекаться на претензии какого-то Пьера. Особенно, пока доброта оплачивается по бонусной ставке. И пусть в этот момент коммуникатор диспетчера разрывается от пытающегося выйти на связь начальника, наёмники все равно продолжают обсуждать свои вопросы.

— Господа! Синьоры! Месье! - глубокий вдох и… - А НУ ПРИКРУТИЛИ ВОЛЮМЭ! ТА ГЁЛЬ! ЗАТКНУЛИ ВАШ ЛЯ БУШЬ, ПОКА Я ВАМ СИБАС В ШАРДОНЕ НЕ ВКЛОЖИЛ!

Что? Причем тут… Хотя, пугали не слова, а интонация. Тихий и улыбчивый диспетчер воспылал праведным гневом. Все моментально закрыли рты, а некоторые даже тихонько вышли на улицу.

— Мерси… Да, мадам Катарина, - Пьер, наконец-то, смог ответить начальнику. – Извините за задержку, я вас слушаю.

— Пьер, вы не знаете где Молох? Он на таком отдалении, что не берет даже внутренняя, усиленная связь, - директор сразу перешла к делу. Судя по её голосу, она сильно нервничала. – Он мне срочно нужен.

— Месье Молох взял целую пачку серебряных заданий на убийство пиратов.

— Боже, опять... Даже золотой жетон не помог. Почему не взять нормальное задание его уровня?

— Капитан упоминал что-то о желании совместить «приятное с полезным». Я не уточнял.

Катарина Лонг молчала. Не спешила обрывать связь, но и ничего не говорила. Думала. И думала долго. Так долго, что даже Пьер забеспокоился.

— Мадам Катарина, быть может я могу как-то вам…

— Так. Это не разговор даже для внутренней связи. Я вылетаю на Гефест. Подожду его на верфи. И ещё… Никому, кроме Молоха, не говори, что я лечу к вам. Это важно.

— Могу ли я узнать немного больше подробностей?

— Нет. – и связь тут же оборвалась в одностороннем порядке.

Заныла спина. Хотя, диспетчер и без этой приметы понял, что попахивает всё большими неприятностями. Даже пованивает.

— О-ляля, надеюсь, капитан, надеюсь вы скоро появитесь. Что-то у меня плохое предчувствие.

*Система Приют-0102*

Минутка философской математики. Велика ли разница между тысячей пиратов одной банды или десятком банд по сотне пиратов в каждой? Есть ли значение качества, когда количество человек одинаково? Да, есть, конечно же есть. И этих факторов намного больше, чем сразу приходящее на ум централизированное командование.

Начнём с простого – обеспечение снаряжением, вооружением и питанием. Крупные банды и кланы этим занимаются серьезно. Углубимся и получим отлаженную логистику, сбыт крупным, а главное, постоянным скупщикам. А если еще призадумаемся, то в общую копилку аргументов добавим территории. Да, целые сектора космоса крупные банды не просто грабят и терроризируют, они их эксплуатируют, представляя из себя единственное правомочное руководство и правительство.

Именно такой «дойной» системой была Приют-0102. А ведь это достаточно примечательное место. Определенно любопытное даже до прихода пиратов. Но, об этом чуть позже. Чтобы рассказать историю, должны остаться те, кто способен говорить…

Слабый свет фонарей. Они накапливают энергию днем, но с закатом работают едва-едва, лишь бы хватило на всю ночь. Старая, как мамонт, технология первых колонизаторов. Слишком старая, слишком изношенная, как и всё вокруг. Вокруг… чего?

Это место было карьером. Огромной «ямой», разрытой в земле. Ямой, испещренной множеством мелких тоннелей и полостей. И в них жили и работали люди. Люди, что сейчас боязливо рыскали в тенях, пытаясь не попадать под свет этих фонарей. Они тихо ходили по карьеру с сумками, нагребая вздыбленную породу. Но не воровали, наоборот, складывали её в тележки. Тихонько шептались и переговаривались… детскими голосами.

А вот где проблем с освещением не было, так это сверху. На краю, у входа в карьер, находился прекрасно освещенный лагерь. Он не дотягивал до полноценной наземной базы, скорее уж караульный пункт. Всего несколько построек, вроде большого склада, пары жилых модулей и двух стационарных турелей. Как финальный штрих – гул мужских голосов и пьяный смех из жилых модулей. Серые тени не приближались к этому месту. Избегали его как можно сильнее. Все, кроме двух.

Они поднялись, взобравшись почти по отвесной стене карьера. Два силуэта, прятавшихся за камнями. Двигались очень медленно, постоянно находясь вне света. Подбирались всё ближе к стоявшему в стороне от модулей резервуару. Баку с отходами. Да, к нему. Заваленному мусором и пищевыми объедками утилизационному резервуару. Пошарпанный и старый, он активировался не чаще одного раза в сутки и к концу дня был полон отходов и хлама.

Маленькая фигура очень медленно проползла по земле. И остановилась у бака. Вторая повторила её маршрут и стала там же. А потом они вместе попытались провернуть закрытый люк. Не без усилий, но это удалось. Резервуар открылся. Одна фигура тут же оперлась на него, а вторая вылезла ей на плечи, зарывшись в мусор. Теперь они действовали быстро. Объедки, гнилые фрукты, всё, что мало-мальски напоминало еду, отправлялось в висевшую на плече сумку.

Всё было хорошо. Сумка уже наполнилась наполовину. Вот только голоса и пьяный смех людей… он пропал. В какой-то момент всё затихло.

— Так-так-так. А думаю, чего сигналка сработала. А у нас тут завелась парочка крыс.

Грузные шаги. Когда все затихло они отдавали отчетливой тяжестью. У входа в один из жилых блоков стоял мужчина. Огромный, широченный тип. Не меньше двух метров, да еще и в штурмовой броне. Оружия в руках у него не было, но и без него понятно, что он сам, как оружие.

— Эй, твари, вышли на свет! Быстрее, суки, или активирую турели!

Рывшиеся в мусоре фигуры замешкались. Замерли на секунду. Но потом покорно вышли в свет прожекторов. Ошибки не было – это были дети. Две девочки, одна лет девяти, вторая где-то двенадцати. Хотя сложно сказать, ведь выглядели они просто ужасно. Невероятная худоба. Впалые глаза и щеки. Видно каждую косточку под серой кожей. Да, именно серой. А вот волосы наоборот – абсолютно белые. А большие, черные глаза смотрели на мужчину с непередаваемым, животным страхом.

— Вы только посмотрите на этих крысят. Они продолжают нарушать законы Стального Кулака. Такие маленькие, но уже такие тупые.

— Мы… мы хотели покормить папу. Ему совсем плохо. Пожалуйста. Это объедки, вы же их выкинули.

Говорила старшая девочка. Она вышла чуть вперед.

— Ох, что тут скажешь. Правильно говорят, что серые ближе к обезьянам, чем к людям. Вы тупой скот, до которого не доходит. Запрещено приближаться к караулке – это закон. Мне плевать зачем и почему. Мне плевать сдохнет ваш папочка или нет. Мне плевать сдохнете вы или нет. Мне не плевать только на одно – закон Стального Кулака. И вы его нарушили. А за нарушение наказание одно - смерть.

Довольный. Веселый. Осознающий свою силу и положение. Это не человек. Это зверь, почуявший кровь. Этот пират приближался к детям неспешно, наслаждаясь страхом в их глазах.

— Постойте... Кха… Подождите…

Вход в карьер. Этот голос доносился оттуда. Серые тени на границе света. Они выступили вперед. Двое мужчин несли третьего.

— Папа! – Произнесла младшая девочка, но старшая тут же прикрыла ей рот.

— Посмотрите только. Тут у нас воссоединение семьи, не иначе. И что вы, мрази, столпились?

— Хо… кха… Хозяин, - едва живой мужчина упал на землю, оперев голову в пол. – Прошу, я… я болен и слаб. Накажите меня… кха… Накажите вместо детей. Они подрастут и станут хорошими работниками. Прошу...

В ответ смех. Веселый, заливистый смех. Его подхватили десятки глоток пиратов, выглядывавших из жилого модуля.

— Боже, вы так и не поняли ничего. Тупая животина. Мне нет разницы. Хороший скот прислали или плохой. Когда скот сдыхает, привозят новый скот. Мне не нужно беспокоиться о скоте. Моя забота – законы Кулака. И вы все их нарушили, придя сюда. А значит, ха-х, значит сдохнете.

Турели ожили. Механизмы внутри оружия зашелестели, а стволы нацелились на людей. Одна турель держала под прицелом детей, вторая тройку взрослых.

— Прошу! Не нужно… прошу… Дети… – едва живой отец сорвался с места и падая, добежал до девочек. Накрыл их своим телом. – Дети!

Стальной скрежет резанул по ушам. А турели… Турели остановились. Заискрили и отрубились.

— Какого хера?!

Пират дернулся было к одной из турелей, как перед ним вспорхнула птица.

— Курлы!

— Что за фигня? Откуда тут птицы?!

Шипение. Гул пламени. Шум двигателей. Нарастающее давление.

И озарили тьму вспыхнувшие звезды.

И обрушилось небо.

Огнём!

Это не было взрывом огромной мощности. Десятки, нет, сотни малых ракет падали с небес, подобно саранче, «съедая» по кусочкам караульный пункт. Склад, жилые помещения, орудийные турели. Все было разорвано на мелкие куски.

Изможденный отец подхватил дочерей и побежал ко входу в карьер. Но упал раньше от нехватки сил, распластавшись по земле. Пират тоже успел отскочить. Единственный из Стального Кулака, кто выжил. Остальных перемололо вместе с жилым блоком.

— Твою мать! Что это бы…

Черный метеор ударил в то место, где стоял пират. Земля содрогнулась. И на месте огромного мужика в штурмовой броне осталась кровавая «клякса». В одно мгновение обрушившийся с небес стальной «квадрат» превратил его в картину эпохи экзистенциализма. Редкий случай победы кубизма над абстракционизмом.

Одна из граней разделилась, выпустив трап и вниз спустился… кто-то или что-то сильно бронированное. Переступил через лужу крови и кинул на землю тяжелый транспортировочный бокс.

— Всем привет. Меня зовут Молох, - он ударил по боксу розовым бронированным ботинком и ящик раскрылся. – И сейчас буде рра-а-аспаковка!